Космическая программа чейнджлингов (Глава 11)
+95
RePittв блоге Гильдия переводчиков1 февраля 2022, 08:17
Автор: Kris Overstreet
Оригинал: Changeling Space Program
Рейтинг: E
Перевод: Fogel
Редактор: Oil In Heat, RePitt, Veon
В конце концов, оказалось, что волшебная земля Эквестрии не является плоской поверхностью, прикрытой сверху чашей звезд. Это стало потрясающей новостью для королевы Кризалис. Если луна на самом деле является реальным местом, то она может отправиться туда и заявить свои права на её магическую энергию и, наконец, отомстить Селестии, Твайлайт Спаркл и всем прочим.
Конечно, в этом предприятии есть проблемы, а как же без них? Одна проблема заключается в том, что все остальные тоже стремятся попасть в космос. Другая же заключается в том, что Кризалис вообще не знает, как это сделать. К счастью, некая земная пони, обожающая вишню, готова помочь… при условии, что она лично сможет полететь на корабле, и при условии, что Кризалис сделает космическую программу честной, открытой и законной.
Вместе Кризалис, Черри Берри и полчища храбрых, но глупых чейнджлингов войдут в мировую историю… или, что более вероятно, они устроят серию действительно жутких взрывов.
Ponyfiction
Ficbook
Глава 11: Миссии Р1 и Р2: Ещё один незапланированный стартВас приглашают на
Праздник Согревающего Очага
В канун дня Согревающего очага
после представления
Место проведения: Замок Дружбы, Понивиль
Музыка – Игры – Подарки
Всепони, Добро пожаловать
Пинки Пай почти, но ещё не совсем, потерялась во всех празднованиях и планах празднований, предшествовавших кануну дня Согревающего Очага.
Земнопони прекрасно знала, что большинство пони считают её сумасшедшей, глуповатой, но милой пони. Она не возражала. В конце концов, Пинки знала, что она милая, и первая признала бы, что немного того, когда хихикает как чокнутая. Но глуповатая? Нет. Она лишь выглядела простушкой, потому что сосредотачивала всё своё внимание, насколько это удавалось, на самых простых вещах, таких как выпечка, вечеринки и дружба с абсолютно всеми пони и не пони.
Но как она могла объяснить, насколько чудесными и чудесно сложными могут быть эти простые вещи? Как Пинки могла поведать даже своим самым близким друзьям, что она могла практически видеть связь между всеми жителями Понивилля? Как она могла объяснить, как кусочки идеальной вечеринки кружились у неё в голове, перестраиваясь с каждым вдохом? И как земнопони могла даже начать рассказывать о том, как она всё поняла, не осознавая этого, только потому, что какая-то часть её разума проработала этот вопрос тщательно, шаг за шагом, пока она была поглощена развешиванием лент или намазыванием глазури на торт?
Когда Пинки Пай была маленькой кобылкой и жила на каменной ферме, всё было просто, потому что вокруг не было ничего, кроме фермы, её родителей, сестёр и бабушки Пай. А затем появилась огромная радуга и буквально взорвала её сознание, и чем больше она исследовала мир за пределами фермы, тем ярче становился взрыв в её голове. Её спящий мозг был сам по себе грандиознейшим фейерверком, который только можно представить, и только сама земнопони могла его вообразить.
И плюс ко всему было ещё и её Пинки-чувство, трансформирующее вещи, которые кобылка не могла объяснить, в подёргивания, чесотку и судороги.
Проблема Пинки заключалась вовсе не в том, что у неё не хватало внимания. Всё дело было в том, что земнопони испытала на себе гораздо больше воздействий окружающего мира, чем могут передать пять чувств, известных обычным пони. По большей части это начиналось и заканчивалось в её голове (или хвосте, или гриве, или коленях, или веках, или в чём ещё, в зависимости от того, как на этот раз сработало Пинки-чувство). В мире происходило очень, очень, очень много всего, и всё это могло оказаться важным, поэтому требовалось много изнурительной сосредоточенности, чтобы отбросить всё лишнее и отслеживать что-то конкретное.
Но земнопони много практиковалась в этом, и когда первые снегопады были доставлены из Клаудсдейла, Пинки полностью погрузилась в планирование дня Согревающего Очага и одновременно отслеживала, чтобы никто в Понивилле, чей день рождения оказался слишком близко ко дню Согревающего Очага, ни в коем случае не пропустил собственный день рождения.
Она очень, очень старалась и почти сумела заглушить тот единственный внутренний голос среди какофонии, звучавшей в её черепе, который продолжал шептать: «Предательница. Предательница. Предательница».
Разные части разума Пинки Пай спорили с этим тонким голосом, те части, которые сейчас не участвовали в выборе, какие крекеры и на чей день рождения надо отложить, что лучше готовить на пиршество в день Согревающего Очага в «Сахарном уголке»: фиговый пудинг или тыквенный пирог, ну и та часть, которая смотрит в обе стороны, прежде чем перейти улицу. Постепенно, в течение нескольких дней, эти фрагменты подсознательного спора срастались в нечто связное, звучавшее более или менее так:
«Мы бросили наших друзей.
Что ещё мы могли сделать? Мы не можем вернуться туда снова.
Нас не было там, когда Рэйнбоу Дэш нуждалась в нас больше всего.
Мы видели, как наша подруга летит к своей смерти, и ничего не могли с этим поделать. Мы чувствовали дёргающийся хвост и одновременно покалывание, и это не прекращалось, и мы знали, мы ЗНАЛИ, что Дэши…
Мы знали, и мы СБЕЖАЛИ.
Дэш сказала, что всё в порядке. И с тех пор мы много чего делали вместе! И да, Твайлайт сказала, что нам не нужно работать в космическом агентстве, если мы не хотим.
Такой вопрос даже не стоял. Мы…
Подождите минуту. Это же я говорю сама с собой, верно? Так разве тут не должно быть „я“ вместо „мы“?
Я не знаю. Когда разговариваешь сама с собой, это сбивает с толку!»
А затем, за полторы недели до самого дня Согревающего очага, Пинки Пай обнаружила, что у неё нет ничего, чем можно было бы занять голову. Обе вечеринки на праздник были подготовлены. Любимая видеоигра Батон Мэша была отремонтирована и обновлена. Все подарки ко дню Согревающего Очага были упакованы, ёлка наряжена, все комнаты украшены, и одно конкретное помещение раз украшено – мистеру Кейку было плевать, что декорации были сделаны из кедровых досок и оцинкованных гвоздиков, – он твёрдо желал получить назад свой коридор.
И все накопившиеся кусочки страха, вины и иррациональности мышления разом обрушились на разум Пинки, заставив её застыть на месте, уставившись на то, что творилось в её собственной голове.
«Я сбежала от друзей.
Но я ничего НЕ МОГЛА поделать! Всё шло не так, и я ничем не могла помочь!
Так сделай хоть ЧТО-НИБУДЬ, чтобы помочь!»
И внезапно, как луч солнца на заре Селестии, эта гениальная идея рассеяла туман в разуме Пинки Пай.
«Да, – подумала она. – Я сделаю кое-что! Я буду не только готовить космическую еду, но сделаю всё, чтобы быть уверенной, что никто и никогда больше не окажется в той опасности, с которой пришлось столкнуться Рэйнбоу Дэш!»
Тонкий внутренний голосок перестал повторять односложную мантру и вместо неё заявил:
«Так держать! Сделай это для них!
Один вопрос, тоненький внутренний голос…
Чего, большой внутренний голос?
Как я это сделаю?
Меня не спрашивай. Я просто отвечаю за чувство вины. Тебе придётся разбираться самой.
Разве ты не имела в виду, что… Мда, да ты права, это и правда сбивает с толку!
Не волнуйся. Я позабочусь об этом.
Всем привет! Ты кто, новый внутренний голос?
Я всего лишь какая-то часть нашего подсознания. Я просто сижу и наблюдаю за происходящим, пока не появится что-то, что подаст мне какую-то идею, а затем я хлопну другого себя по плечу и скажу, что это было такое. Так что просто возвращайся к тому, чем ты там занималась, я.
Вот это да! Спасибо, я!»
После этого Пинки Пай пошла печь кексы, исходя из принципа, что кексов никогда не бывает много. У неё ещё не было плана, не говоря уже о ПЛАНЕ, но она знала, что ПЛАН скоро будет, и что с ним всё будет хорошо… правда, пока торопиться не стоит.
Плохие вещи случались, когда она чересчур торопилась выполнить план.
* * *
Имеем честь просить вашего присутствия на праздновании в честь дня Согревающего Очага.
Зал повседневных приёмов, Замок Кантерлот
Канун дня Согревающего очага, с 19:30 до полуночи
Музыкальное сопровождение будет обеспечено Королевским камерным квартетом Кантерлота
Изысканные вина и закуски от Фэнси Пэнтса
Просьба прибыть в официальном наряде
Пожалуйста, сообщите о согласии (вы можете привести с собой одного гостя) или что сожалеете о невозможности посетить данное мероприятие.
В девятнадцатый раз за день Кризалис пожелала, что у неё нет ещё трёх или четырёх Оккупантов[1], чтобы помочь с разбором всех этих бумаг.
[1] Годом ранее – всего одним коротким годом ранее – если бы любой чейнджлинг ляпнул Кризалис, что ей для разбора писем когда-нибудь понадобится больше, чем один туповатый придурок с пристрастием к почте, королева приказала бы засунуть его в кокон, пока какой-нибудь умный пони не изобретёт лекарство от невменяемости чейнджлингов.
Одним из преимуществ секретности было почти полное отсутствие какой-либо бюрократии. Все отчёты делались устно, лично и не особо часто. Оформление документов, связанных с личным прикрытием Кризалис во внешнем мире, занимало как правило порядка пяти минут, требовавшихся на написание одного письма… возможно, часа, если речь шла о юридическом контракте. Инфильтраторам настоятельно не рекомендовалось оставлять какой-либо бумажный след, если их прикрытие не было постоянным и качественным. Но даже в этом случае ожидалось, что они не будут беспокоить королеву подобным.
И к чему же привёл всего один год с тех пор как они вышли из тени? Около четверти её инфильтраторов теперь работали в открытую, и всем им требовались документы – свидетельства о рождении[2], проверки кредитоспособности, кредитные гарантии, проверки криминального прошлого[3], справки о предыдущем трудоустройстве или аренде[4] и так далее. Вдобавок постоянно приходили уголовные и гражданские жалобы на её подданных, которые придерживались старой тактики, даже действуя в открытую. Это означало чтение ордеров и показаний и принятие решения о том, стоит ли выручать этого конкретного чейнджлинга[5].
[2] До начала космической программы в Улье никогда не заботились о свидетельствах о рождении или других подобных документах. Кризалис билась против них словно тигр, и когда всё же наконец сдалась, то наняла пони для их заполнения. За три месяца на этом посту была уже третья пони. Первый в ужасе сбежал в первый же день. Вторая уволилась через три недели из-за клаустрофобии. Третий наткнулся на выводковую яму, решил, что личинки просто очаровательны, и теперь работал новым воспитателем в яслях. Четвертая держалась до сих пор – уже почти четыре декады. Кризалис даже почти могла выносить её, если бы не идиотская привычка настаивать на указании «отца и матери» в каждом свидетельстве…
[3] У Кризалис даже был специальный шаблон письма для таких случаев: «Чейнджлинг [вставьте здесь имя] ни разу за всё время верной службы Улью не был пойман нарушающим законы и постановления Королевства Эквестрия или других муниципальных образований, входящих в него, за исключением инцидентов, подпадающих под действие законов военного времени». Казалось, это работало – по крайней мере, ни один пони после такого никогда не отправлял дополнительных запросов.
[4] Кризалис до сих пор не могла решить, кто глупее: чейнджлинг, указавший её в качестве рекомендателя, или пони, которые делали запрос в Улей, читали ответ Кризалис, а затем всё равно нанимали чейнджлинга.
[5] Одна конкретная подданная прочно обосновалась в категории «нет». Парасоль была отличным инфильтратором, сборщиком и великолепно маскировалась… а также была клинической клептоманкой. Она крала вещи, даже не замечая, что берет их – не что-то нужное или какие-то особо ценные вещи, а мелочи, которые на данный момент казались брошенными или ненужными. Эта привычка в конечном итоге разнесла её прикрытие в пух и прах. После четырёх весёлых путешествий через систему правосудия и десятков жалоб, для полиции Троттингема появилась стандартная процедура: каждый раз, когда пропадал какой-то предмет стоимостью менее пятисот бит, отыскать Парасоль и трясти её до тех пор, пока вещь (неизбежно) из неё не вывалится. Какой-то шутник в местной тюрьме повесил на одно из зарешеченных окон табличку «ЗАРЕЗЕРВИРОВАНО ЗА ПАРАСОЛЬ», что в принципе было недалеко от истины, поскольку она проводила неделю в тюрьме, затем два-три дня снаружи и снова на неделю попадала за решетку. Это негласное соглашение утвердило Кризалис в мысли, что все пони были либо безнадёжно наивны, либо совершенно безумны: во-первых, из-за того, что Парасоль всё ещё было разрешено жить в Троттингеме; во-вторых, из-за того, что она, как оказалось, собирала любви внутри тюрьмы больше, чем снаружи.
Но эта гора документов была всего лишь утлым спасательным плотиком по сравнению с грандиозным трёхмачтовым фрегатом, который олицетворял для Улья дипломатические отношения и связи с общественностью. Селестия отправляла в улей по крайней мере одно письмо ежедневно, а представитель Кризалис на продолжающихся переговорах о мире и амнистии между пони и чейнджлингами по два или три. Младшие должностные лица Эквестрии тоже добавляли свои ежедневные взносы в эту кучу. Там присутствовали дипломатические оскорбления, комплименты[6], просьбы всех мастей, от информации о пропавших без вести и до экстрадиции, от предложений культурного обмена и до персональных предложений и так далее и тому подобное. А потом, вдобавок ко всему, был неизбежный ежедневный поток прессы.
[6] Лучшие дипломаты, конечно же, излагают мысли так, чтобы оно было и тем и другим одновременно.
Доставка почты раз в неделю давно осталась в прошлом. В Улье чейнджлингов теперь было собственное почтовое отделение со своими марками[7]. (Для чего потребовалось заполнить целую гору бумаг, включая соглашения о взаимозачёте с Почтой Эквестрии). Каждый день две команды по паре чейнджлингов в каждой таскали почту на воздушной колеснице между Эпплузой и Бесплодными землями. Судя по их жалобам на болящие крылья, скоро команд станет четыре.
[7] Формально возглавлял почтовое отделение всё тот же Оккупант, и это была его идея выпустить более одного вида марок. Недавно разработанный флаг Улья был маркой по умолчанию, но Оккупант также продавал марки большего номинала с изображением Кризалис, марки ограниченного тиража за каждое новое достижение, взятое КПЧ, и немного менее ограниченную, но всё же представлявшую коллекционную ценность серию марок с изображением солнца, луны и различных планет солнечной системы. Кризалис воздержалась от выпуска марки «Свадебная битва при Кантерлоте» – она решила отложить это до того момента, когда подобное больше всего досадит Селестии.
Большая часть всего этого отправлялась в Космический центр Хорстона, но не всё, а то, что оставалось, продолжало копиться. Более того, после попытки Элитрона проявить инициативу, Кризалис больше не осмеливалась делегировать кому-нибудь оставшиеся королевские обязанности.
Так что королева взялась за работу, хотя ей и не нравилось, что ей приходится это делать. В то время как Черри Берри, ракетные умники и большинство её подданных наслаждались праздником зимнего солнцестояния, Кризалис обнаружила, что пытается давать вразумительные ответы на письма, делая при этом вид, что обращает внимание на то, кто именно из подданных рапортовал ей о той или иной миссии[8]. Только её королевское превосходство позволяло ей заниматься настолько сложной умственной задачей.
[8] Тем, кто задается вопросом, почему Кризалис не требовала письменных отчётов вместо устных, стоит обратить внимание на два момента: Во-первых, система образования чейнджлингов была достаточно ограничена и сосредоточена на вопросах выживания. Во-вторых, письменные отчёты о миссиях можно было охарактеризовать одним словом, которое в зависимости от ситуации варьировалось от тайных до откровенно преступных: «доказательства».
– Моя королева?
– О, ты закончил? Хорошо, тогда, пожалуйста, передавай наши сожаления этому барону-выскочке и используй личность Сэндвич Слайза, чтобы заплатить штраф за ту мелкую кражу, но не за тот публичный скандал. Жаль, но у меня будет слишком плотный график в Филлидельфии.
– Э-э-э… – инфильтратор неуверенно переступил на месте. – Моя королева, с вами всё в порядке?
– Конечно, я…
Кризалис замолчала на середине тирады, когда мозг осознал, что она говорит. Королева посмотрела на свиток, который писала, прочла чушь о приглашении на высококлассную работу на неполный рабочий день в продуктовом магазине, расположенном в пригородной тюрьме Филлидельфии, и с отвращением скомкала свиток.
– Начнём с начала, – проворчала она. – Тебя поймали?
– Нет, моя королева.
– Твоё прикрытие раскрыли?
– Нет, моя королева.
– Ты вернулся с концентрированной любовью?
– Да, моя королева.
– Хорошо. Отличная работа. Сдай любовь и добудь ещё. Следующий!
Кризалис только что приступила к составлению ответа на приглашение на бал в обществе кантерлотских снобов, тщательно игнорируя скучный отчёт следующего инфильтратора, когда сработало заклинание телеприсутствия в тронном зале, отобразившее изображение Оккупанта.
– Моя королева! Моя королева! Подождите, пока не услышите, что я скажу!
Несколько прядей гривы королевы чейнджлингов встали дыбом[9].
[9] Кризалис, гордясь своей внешностью, усердно работала над тем, чтобы её грива была идеально маслянистой, держась вместе словно липучка для одежды, и тяжело свисала вниз как мокрые верёвки. То, что её грива хоть чуть-чуть встала дыбом, было не просто признаком стресса, а серьёзным вызовом законам физики.
– Чего тебе надо? – спросила она у изображения, проецируемого на стену тронного зала.
– Просто отличные новости! – заявил Оккупант. – Мы только что заполучили этот новый контракт, который…
– Подождёт ли оно до нового года? – спросила Кризалис таким тоном, что было бы проще спрятать взбешенного яка за метлой, чем её настроение за этими словами.
– Ну, в принципе да, – признал Оккупант, – но это совсем не обязательно! Вы можете увидеть…
– Скажи мне, – спросила Кризалис, – у тебя в офисе есть календарь на стене?
– Да, моя королева. Тот самый, где очаровательные котята говорят на ломаном эквестрийском, – вопрос королевы явно озадачил чейнджлинга. – Это важно?
– На какой странице он открыт?
– На последней странице, моя королева, вы же сами знаете.
– Да. Я знаю. Интересно, не забыл ли об этом ты.
Угроза в голосе Кризалис, которую она даже не пыталась скрыть, заставила бы любого обычного чейнджлинга отступить. К несчастью для него, Оккупант находился в плену своего энтузиазма и ничего не заметил.
– Нет, моя королева! Мне нужно очень внимательно следить за тем, какой сегодня день, чтобы правильно указывать дату во всех документах, как я и сделал это с нашим новым…
– И тебе ведь известен тот факт, – ледяным тоном прервала его Кризалис, – что космическая программа находится в отпуске до наступления Нового года, верно?
– Да, моя королева, но вот что…
– И ведь космический центр сейчас не горит? – спросила королева[10]. – Ничего не взорвалось? Не смыло цунами? Вас не атакуют монстры? Никакого вторжения морских пони? Земля не разверзлась и не проглотила ЦВС[11]?
[10] Как бы ей ни хотелось, чтобы ей больше никто не звонил, этот вопрос стоило уточнить.
[11] Когда дело касается чейнджлингов, уточнить стоит все возможные варианты.
– Э-э-э… нет, – Оккупант ещё не понял намёка, но он уже почти догадался, что что-то не так. – А что-то из этого должно…
– Значит, всё в порядке?
– Да, но…
– ТАК ЗНАЧИТ, ВОЗВРАЩАЙСЯ К СВОЕЙ РАБОТЕ, И НЕ СМЕЙ МНЕ ЗВОНИТЬ ДО НОВОГО ГОДА! – взревела Кризалис, отправляя документы, с которыми работала, в полёт и заставляя подданных броситься в укрытие. – Я в отпуске, а это значит, что я слишком много работаю, чтобы меня беспокоил ещё и ты со своей дурью! Понял?
– Да, мэм! – выдохнул Оккупант, отдавая честь сначала одним передним копытом, затем другим, а затем обоими сразу и, наконец, разорвал соединение.
– Честно говоря, – проворчала Кризалис, поднимая документы и собирая их назад в стопки, – что бы это ни было, оно вполне может подождать, пока я вернусь.
Королева подняла письмо, которое писала, и перечитала его, стараясь вернуть свой гениальный разум в нужное русло.
К тому времени, как она закончила писать ответ, Кризалис совершенно забыла о том, что ей помешали.
* * *
ВСЕ ПРИХОДИТЕ
На третье ежегодное празднование в Эпплузе
День Согревающего Очага
Музыка! Танцы! Игры! Подарки!
ВСЕПОНИ, ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
(и даже чейнджлинги, но только без своих сомнительных делишек)
Оккупант и Маркед Ни стояли в тронном зале административного здания космического центра, глядя на магическое изображение пустого офиса.
– Сколько времени нужно, чтобы найти одного старого грифона? – спросил Оккупант.
– Доктор Годдард на удивление резвый для своего возраста!!! – отметил Маркед Ни. – Возможно, он разминает крылья над Эпплузой, пока мы говорим!!!
Прежде чем чейнджлинг смог выразить свои сомнения, из проекции раздался голос, сначала слабый, но быстро усиливающийся.
– …И ещё один момент: скажи этим идиотам, пятьдесят процентов, ты понял? Ни на гран более пятидесяти процентов! Стыковочные замки не предназначены для удержания двигателя при более высокой тяге! Понял? Хорошо, иди скажи им это!
Хозяин голоса, не кто иной, как сам Годдард, увидел активированное заклинание и глянул на стоящих в административном здании.
– Чего? – спросил он без малейшего намека на сердечность.
– Доктор Годдард!!! – взревел Маркед Ни. – Надеюсь, вы хорошо проводите время в Эпплузе?!
– О да, просто великолепно, – прорычал грифон, постаравшись, чтобы каждое слово сочилось сарказмом. – Только я и целая куча ни шиша не знающих подчинённых, которые продолжают взрывать все мои экспериментальные модели каждый раз, как только я отвернусь. Что делает ещё БОЛЕЕ весёлым любые отвлечения от испытания тяжёлого ракетного двигателя. И это в пяти километрах от города, потому что здешние пони НЕ идиоты и не хотят, чтобы испытание ракеты прошло рядом с их драгоценной часовой башней!
– Рад слышать!!! – ответил Маркед Ни. – Нам тут тоже весело!!! Фактически, мы хотим, чтобы вы вернулись и…
– Вернулся?!!! – рявкнул Годдард. – Зачем? На какую-нибудь тупую вечеринку дня Согревающего очага? Если бы я хотел, я мог бы и сам отправиться на любую из них!
Старый грифон вскинул когти в воздух и крикнул:
– И ради этого вы оторвали меня от жизненно важного эксперимента, оставив его в когтях одних из самых…
Приглушенный грохот эхом донёсся через магическую проекцию, заставив Годдарда замолчать. Через мгновение грохот сменился громким взрывом.
– Они врубили его на полную мощность! – ахнул он. – Эти идиоты врубили двигатель на полную! Вот подождите, я доберусь до них своими когтями!
– Э-э-э… доктор Годдард, – кротко произнёс Оккупант, – нам очень жаль ваш эксперимент, но…
– Вы! – взревел грифон. – Вы, идиоты, можете делать что хотите, но ради золотого чайного подноса Годфри, ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!
Связь с Эпплузой прервалась.
– Я считаю, что мы застали доброго доктора в неподходящее время!!! – сказал Маркед Ни.
– Он нас даже слушать не стал, – заметил Оккупант.
– Возможно, нам следует перезвонить ему через час или два!!!
– Э-э-э… нет. Думаю, это очень плохая идея.
* * *
ТЕЛЕГРАММА ЕДИНОЙ ТЕЛЕГРАФНОЙ СЕТИ ЭКВЕСТРИИ
ОТ: КОСМИЧЕСКИЙ ЦЕНТР ХОРСТОНА (СТАНЦИЯ-ОТПРАВИТЕЛЬ КПЧ)
КОМУ: ГОЛДЕН ХАРВЕСТ ДЛЯ ПЕРЕДАЧИ ЧЕРРИ БЕРРИ (СТАНЦИЯ-ПОЛУЧАТЕЛЬ ПОНИВИЛЛЬ)
ПРОРЫВ В РАКЕТНОЙ ТЕХНОЛОГИИ ТОЧКА ВОЗМОЖНОСТЬ ДЛЯ БОЛЬШОГО ПРОДВИЖЕНИЯ ТОЧКА ЗАПРОС ВОЗВРАЩЕНИЕ КПЧ СРАЗУ
ОТПРАВИТЕЛЬ ОККУПАНТ КОНЕЦ СООБЩЕНИЯ
ТЕЛЕГРАММА ЕДИНОЙ ТЕЛЕГРАФНОЙ СЕТИ ЭКВЕСТРИИ
ОТ: ЧЕРРИ БЕРРИ (СТАНЦИЯ-ОТПРАВИТЕЛЬ ПОНИВИЛЛЬ)
КОМУ: КОСМИЧЕСКИЙ ЦЕНТР ХОРСТОНА (СТАНЦИЯ-ПОЛУЧАТЕЛЬ КПЧ)
ОТКРЫТЬ СЛОВАРЬ ЧИТАТЬ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ОТПУСК ТОЧКА ВСТРЕЧА ТРИ НЕДЕЛИ ПОСЛЕ НОВОГО ГОДА И НЕ РАНЬШЕ ТОЧКА СЧАСТЛИВОГО СОГРЕВАЮЩЕГО ОЧАГА
ОТПРАВИТЕЛЬ ЧЕРРИ БЕРРИ КОНЕЦ СООБЩЕНИЯ
Маркед Ни взял распечатку телеграммы у Оккупанта, который полулежал за обеденным столом в здании подготовки космонавтов.
– Это разочаровывает, – сказал минотавр необычно тихим голосом.
– Есть надежда связаться с твоими друзьями? – без особого энтузиазма спросил чейнджлинг.
– Им ещё плыть на корабле как минимум два дня, – ответил минотавр. – Даже если бы мы отправили им посыльного по воздуху, прошло бы больше недели, прежде чем они смогли бы вернуться.
– Какой позор! – застонал Оккупант. – У нас есть эта твоя система дистанционного управления…
– «Стайпутник», – поправил его Маркед Ни.
– …и у нас полно запасных частей, чтобы выкатить на площадку серьёзную ракету. По крайней мере, такую же здоровую, как Тринадцатая или Четырнадцатая миссия. Но никто не хочет нас слушать.
– С меньшей загрузкой мы могли бы пролететь мимо луны, – вздохнул Маркед Ни. – Если бы только мы могли уговорить мисс Берри или вашу королеву подписать план миссии.
– Вообще-то я мог бы сделать это и сам, – вздохнул Оккупант. – Правда, у меня будет куча проблем из-за этого, но я всё равно всё тут подписываю, так что одной подписью больше, что такого? Но я не могу одновременно управлять полётом и обеспечивать запуск. Я вообще не думаю, что смогу на ней летать, и точка.
– А я, вероятно, смог бы собрать ракету, – неуверенно пробормотал Маркед Ни, – но мне нужно будет следить за показаниями приборов и траекторией, чтобы контролировать работу системы. У меня не получится ни управлять ракетой, ни руководить запуском.
– Значит, нам нужен пилот, – простонал чейнджлинг. – Нам также нужно разрешение на выполнение полёта, которого тоже у нас нет, а если бы было, то и пилот у нас бы был.
– Сложная ситуация!!! – согласился Маркед Ни, и его радостное настроение вернулось. – Ну так что, контракт дождётся весны?
– В принципе может, но проблема не в этом. Это контракт Королевского астрономического общества. Если мы его примем, то они сделают публичное объявление об этом, и мы будем плохо выглядеть, если станем тянуть до самого крайнего срока для запуска. А если мы его сейчас принимать не будем и подождём, то какая-нибудь другая программа может ухватиться за него, просто, чтобы сказать, что они попытались.
– Какая ещё программа… Постойте!!!
Внимание Маркеда Ни переключилось на пару чейнджлингов, которые только что вошли в комнату, левитируя вместе большой чёрный шкаф с нарисованной на боку розовой пони.
– Куда это вы с этим собрались?
– И что это такое? – спросил Оккупант, приподнимая голову от стола.
– Видеоигра, – ответил один из чейнджлингов. – В комнате отдыха стоит ещё парочка похожих.
– Она уже пару лет назад как вышла, – добавил другой чейнджлинг. – Я был на миссии по инфильтрации, когда эта игра впервые появилась. Пони много говорили о «Розовой Кобыле». Утверждают, что это самая крутая штука со времен «Солтлика»[12].
[12] Автор не несет ответственности за это. Аркадный автомат «Солтлик» появляется в «Дне сердец и копыт» и «Кусочке жизни». Ваше предположение о том, как будет работать видеоигра о лизунцах, ничем не хуже, чем у прочих, особенно у автора. Если бы не то, как это было использовано в «Кусочке жизни», автор был бы готов предположить, что это была пони-версия «Тапера».
Чейнджлинг пожал плечами и добавил:
– Но меня они никогда не цепляли.
Маркед Ни фыркнул.
– Видеоигры, – презрительно пробормотал минотавр. – Бесцельная трата средств!!! Жалкая пародия на возможности электроники!!! Нет, даже не электроники – в них используется магические массивы!!! Только логическая структура такая же!!!
– Логика-шмогика, – равнодушно отозвался первый чейнджлинг-носильщик. – Всё, что я знаю, это то, что Драгонфлай купила эту штуку и попросила нас принести в комнату отдыха и подключить.
– Драгонфлай?!!! – спросил Маркед Ни, резко вскакивая с места.
– Ага, она же единственная, кто в них играет, – ответил другой чейнджлинг. – Ей принадлежат две из трёх других игр в комнате отдыха: «Вторжение чейнджлингов» и «Горги».
– А разве ящик с «Солтликом» не ей же принадлежит? – спросил первый чейнджлинг.
– Неа. Карапакс купил его для туристов. И, конечно же, они ни разу к нему даже не прикоснулись.
– Так я и думал. Что ж, пошли его подключим.
– Подождите!!! – кинулся к носильщикам Маркед Ни. – Я хотел спросить, где Драгонфлай?!!!
– Она же говорила, что уедет в Мэйнхэттен, – добавил Оккупант.
– Ну, она уже вернулась, – ответил первый носильщик-чейнджлинг. – Сказала нам, что искала тебя.
– А теперь, если вы не против, мы пойдём, – сказал второй чейнджлинг. – Конечно, это не ракета, но тоже весит прилично.
– Извините, – пожал плечами Оккупант, махнув рабочим.
– Это же отличная новость!!! – обрадовался минотавр.
– С чего это вдруг? – спросил Оккупант, не особо обращавший внимание на разговор.
– У нас есть пилот!!! – снова обрадовался Маркед Ни[13].
[13] Не обращая внимания на то, что его заявление было и без того очевидным, а также на то, что его аудитория, в свою очередь, не обращала внимания на констатируемый факт. Минотавры весьма близко подошли к Дзен.
– О, – сказал Оккупант. – Ты имеешь в виду Драгонфлай?
– Да!!! Пилотом будет Драгонфлай!!!
– Чей энтузиазм к полётам напрямую связан с тем, насколько они опасны, – заметил Оккупант.
– Ну и что такого? – улыбка минотавра была так широка, что казалось его голова сейчас развалится пополам. – Она полетит на корабле, на котором никого не будет!!!
Глаза чейнджлинга распахнулись, тучи тяжких дум развеялись, и сквозь них засияло яркое солнце.
– Она будет управлять кораблём, на котором никого не будет! – повторил он, в его голосе нарастал энтузиазм, пока его уши ловили каждое слово.
– Да!!!
– Я могу подписать бумаги!
– Я могу построить ракету!!!
– А она может лететь на ней!
– У нас есть миссия!!!
– У нас есть миссия!!!
Драгонфлай обнаружила чейнджлинга и минотавра, отплясывающих праздничный танец вокруг обеденного стола[14].
[14] Для справки, это был хастл (вид парного танца прим.пер.)
– Привет, ребята, – небрежно сказала она. – Я чему-то помешала? Просто хотела поговорить с вами об орбитальной миссии, когда мы весной возобновим деятельность.
Чейнджлинг посмотрела на остальных, застывших в процессе танца, и добавила:
– Но это может подождать, пока ваши мозги не встанут на место.
– О, я не думаю, что тебе придётся долго ждать, – сказал Оккупант.
– Хорошо, – ответила Драгонфлай. – Если бы мне пришлось ждать долго…
– Нет!!! – взревел Маркед Ни. – Мы имеем в виду, что тебе не нужно ждать до весны!
Драгонфлай моргнула, затем перевела взгляд с Маркед Ни на Оккупанта и обратно.
– Вы двое на самом деле спятили, – заявила она.
– А даже если и так? – спросил Оккупант.
Драгонфлай подумала и ответила:
– Если это позволит мне полететь, то можете и меня записать в обитатели комнаты с мягкими стенами. И в чём суть?
А окончание на Ponyfiction, сюда не влезает: тыц!
— Извините...К началу ^
⇦ Назад
Далее ⇨
21 комментарий
Кексик от Пинки так и просится в очередную серию про Паффл.
Да, я знаю, что они закончились. :(;
А вообще мораль этой главы: «check yo staging» — не единственное, что обязательно для успеха миссии.
Правда, со второй миссией какая-то Пинки ex machina: что-то она настолько оверпаверед, что я прям почуствовал передоз сьюшности. Если Пинки так может, то такое чувство, что если её правильно направить, то она всю программу ESA затащит с нуля до уровня «Марсиан» за неделю, если не меньше.
Хотя отсылочки в арке Пинки порадовали, это да)
Ну и Луна по-свински поступила. Пожалуй, первый момент, когда я подумал «что за хрень вообще она творит». Нет бы заранее предупредить, что мол, не пробуйте, не разрешаю — нет же, надо вот так вот. Впрочем, учитывая мгновенный визит её подчинённых в Хорстон (что, телепортация работает настолько далеко? Так тогда зачем вообще космическая программа, если можно телепортироваться на такие расстояния?) — это для неё было не неожиданно, и она весь этот спектакль подготовила заранее (вплоть до этих гонцов, всю миссию, поди, стоящих под дверью и ждущих сигнала), чтобы так жестоко обломать миссию. Я б на месте Кризалис ей тут же войну объявил (уж миссии ESA на Луну она явно препятствовать не будет).
А вот принцесса Луна — да-а-а, сдалала подставу всем и каждому. Но она таки всем оптом и в розницу запретила на луну летать, так что поням тоже низзя, как и всяким грифонам с яками
У нас она тоже говорит: «На Марс и дальше летайте сколько влезет, а вот на луну — ЗАСЬ!!!»
А перед созвращением вернул ей чуток не додохший кусочек Найтмера — всё, что осталось после экспериментов на оном — обратно, чтобы тот додох на Эквусе, но чтобы Селестия не догадалась бы, что там на луне было на самом деле…
Так что пострадало только эго Лиры, если что. Остальным как-то обошлось… 888-)
(НО ТВОЯ ИДЕЯ ПРО НАДПИСЬ ПРОСТО ГЕНИАЛЬНА!!!)
Хотя такой комикс уже был.
И оно не онгоинг, автор давно все дописал (а потом, вот злодей, задним числом воткнул пару глав в середину) и оно даже переведено целиком, но не вычитано. Если хочешь могу скинуть ссылку в личку для ознакомления, но сразу предупреждаю, местами там качество не очень