Прогулка
+82
Goklasв блоге Пони-писатели25 января 2015, 13:47
Просто короткая зарисовкаКррк. Кррк. Кррк.
Снег хрустел под копытами пони, издавая звук подобный маршу тысяч ног по каменной брусчатке. Кррк. Кррк. Звук проникал в голову пони через глаза и уши и холодным эхом карканья вороны отражался от черепа, гуляя от одной стенки к другой, то усиливаясь, то затихая. Пони не замечал этого.
Он продолжал идти вперёд, лишь слегка приподнимая копыта, запинаясь и шаркая. Но ему было всё равно.
Неожиданно подул ветер, мелкий снег хлестнул пони по глазам, но он не обратил на это внимания. Оголённые ветви деревьев зашевелились, угрожающе зашуршали и потянулись к нему, желая схватить и унести с собой, в темноту чащи. Пони остановился и посмотрел на ближайшее дерево. То злобно кряхтело, кланялось, пыталось достать до него; у дерева не вышло. Пони тряхнул головой и побрёл дальше.
Кррк. Кррк. Кррк.
К этому звуку прибавилось завывание ветра, ветер пронзил его тело тысячей игл и принялся вытягивать из пони силы. У него вышло. Пони остановился и медленно осел на холодный снег, что принялся подло таять под его телом, делая мир еще холоднее и противнее.
Пони сидел и раскачивался из стороны в сторону, глядя на ближайшее дерево. Оно то грозило ему веткой, то пыталось закидать снегом с верхушки, то шевелилось, стремясь вырвать корни из земляной тюрьмы и подойти к пони, чтобы сжать его в смертельных объятиях, а потом порвать на куски.
Но вот ветер стих. Дерево, возбуждённое им, успокоилось, приветливо поклонилось пони в последний раз и застыло. Иглы исчезли и пони попытался встать. У него не вышло.
Он задрал голову, обратив взгляд к небу. То было серым, отлитым из стекла, застывшим и мрачным. Оно ничем не могло помочь и лишь сочувственно нависало над ним, своим могучим куполом скрывая его от пустоты космоса.
Но тут сквозь лес пронёсся дрожащий, тонкий звук, будто бы где-то кто-то ударил по хрустальному стакану и по небу прошла трещина. Она бежала по нему, всё ускоряясь и ускоряясь, до тех пор пока не протянулась от горизонта до горизонта. Пони прекратил раскачиваться и немигающим взором уставился ввысь. Несколько секунд ничего не происходило, а потом небо стало разваливаться на куски, которые с грохотом обрушивались на землю, давя собой лес. За разрушенным небом виднелась тьма.
Тут небо треснуло прямо над ним, прихватив с собой кусок Солнца и обломок стеклянной синевы понёсся прямо на пони. Тот не пошевелился, только закрыл глаза и стал ждать.
Ничего не произошло. Пони распахнул глаза и утомлённо оглянулся. Небо было на месте, деревья тоже, а перед ним возвышался незнакомец, который что-то говорил. Его слова были неясны, голос скакал и пони лишь принялся бездумно кивать в ответ, не находя в себе сил сказать что-нибудь.
Незнакомец умолк, пристально посмотрел на пони и ушел, пропав так же неожиданно, как и возникнув. Пони всё-таки смог подняться и пошел дальше.
Кррк. Кррк. Кррк.
К этому звуку теперь примешались отголоски слов незнакомца; сперва они были едва слышны, но вскоре обрели форму, суть, голос и нрав и тогда закричали ему:
— Урод! УрОд! урод! Урод! ТупОООй УроОд!
Их было невозможно заткнуть. Крики неслись отовсюду, доносились с небес, от воздуха, кричали деревья, камни, снег и даже сама земля кричала, бушуя в истерике.
Пони не выдержал и побежал со всех ног, не разбирая дороги. Голоса начали отставать и вскоре остались позади. Он перешел на простой шаг.
Впереди показался обрыв. Ни секунды не задумываясь, пони шагнул в него, но не провалился вниз, а лишь поскользнулся — обрыв ему привиделся и он ступил на голый лёд. Задрав круп, он попытался подняться, но тут увидел, что по ту сторону льда кто-то есть, кто-то дико измученный, иссохший, с растрёпанной и грязной гривой, кто-то, кому нужна помощь. Пони принялся стучать по льду копытом, стараясь освободить пленника зимней тюрьмы, пока тот пытался сделать то же самое со своей стороны. Лёд дал трещину, и пленник тоже оказался расколот на множество осколков. Нежно-голубая гладь льда стала покрываться чем-то красным и пони, оставив своё занятие, равнодушно пошел дальше, туда, куда должен был идти.
Наконец он пришел к обрыву. Взглянув с самого края вниз, он убедился, что это действительно был обрыв.
В последний раз взглянув на безучастное небо, на холодное Солнце, на озлобленные деревья, на коварный снег, скрывавший враждебную землю, втянул в себя воздух, пахнувший апатией и шагнул в пустоту.
Он не почувствовал удара. Он лишь понял, что у кого-то рядом с ним, возможно и у него самого внезапно заболела спина, ноги и шея. Но он не чувствовал боли, он лишь знал о ней. Пони спокойно смотрел в бесконечную серую синеву неба и наконец был умиротворён.
— Урод! УРОД! УроОД! УрООод! Урод!.. урод…
Снег хрустел под копытами пони, издавая звук подобный маршу тысяч ног по каменной брусчатке. Кррк. Кррк. Звук проникал в голову пони через глаза и уши и холодным эхом карканья вороны отражался от черепа, гуляя от одной стенки к другой, то усиливаясь, то затихая. Пони не замечал этого.
Он продолжал идти вперёд, лишь слегка приподнимая копыта, запинаясь и шаркая. Но ему было всё равно.
Неожиданно подул ветер, мелкий снег хлестнул пони по глазам, но он не обратил на это внимания. Оголённые ветви деревьев зашевелились, угрожающе зашуршали и потянулись к нему, желая схватить и унести с собой, в темноту чащи. Пони остановился и посмотрел на ближайшее дерево. То злобно кряхтело, кланялось, пыталось достать до него; у дерева не вышло. Пони тряхнул головой и побрёл дальше.
Кррк. Кррк. Кррк.
К этому звуку прибавилось завывание ветра, ветер пронзил его тело тысячей игл и принялся вытягивать из пони силы. У него вышло. Пони остановился и медленно осел на холодный снег, что принялся подло таять под его телом, делая мир еще холоднее и противнее.
Пони сидел и раскачивался из стороны в сторону, глядя на ближайшее дерево. Оно то грозило ему веткой, то пыталось закидать снегом с верхушки, то шевелилось, стремясь вырвать корни из земляной тюрьмы и подойти к пони, чтобы сжать его в смертельных объятиях, а потом порвать на куски.
Но вот ветер стих. Дерево, возбуждённое им, успокоилось, приветливо поклонилось пони в последний раз и застыло. Иглы исчезли и пони попытался встать. У него не вышло.
Он задрал голову, обратив взгляд к небу. То было серым, отлитым из стекла, застывшим и мрачным. Оно ничем не могло помочь и лишь сочувственно нависало над ним, своим могучим куполом скрывая его от пустоты космоса.
Но тут сквозь лес пронёсся дрожащий, тонкий звук, будто бы где-то кто-то ударил по хрустальному стакану и по небу прошла трещина. Она бежала по нему, всё ускоряясь и ускоряясь, до тех пор пока не протянулась от горизонта до горизонта. Пони прекратил раскачиваться и немигающим взором уставился ввысь. Несколько секунд ничего не происходило, а потом небо стало разваливаться на куски, которые с грохотом обрушивались на землю, давя собой лес. За разрушенным небом виднелась тьма.
Тут небо треснуло прямо над ним, прихватив с собой кусок Солнца и обломок стеклянной синевы понёсся прямо на пони. Тот не пошевелился, только закрыл глаза и стал ждать.
Ничего не произошло. Пони распахнул глаза и утомлённо оглянулся. Небо было на месте, деревья тоже, а перед ним возвышался незнакомец, который что-то говорил. Его слова были неясны, голос скакал и пони лишь принялся бездумно кивать в ответ, не находя в себе сил сказать что-нибудь.
Незнакомец умолк, пристально посмотрел на пони и ушел, пропав так же неожиданно, как и возникнув. Пони всё-таки смог подняться и пошел дальше.
Кррк. Кррк. Кррк.
К этому звуку теперь примешались отголоски слов незнакомца; сперва они были едва слышны, но вскоре обрели форму, суть, голос и нрав и тогда закричали ему:
— Урод! УрОд! урод! Урод! ТупОООй УроОд!
Их было невозможно заткнуть. Крики неслись отовсюду, доносились с небес, от воздуха, кричали деревья, камни, снег и даже сама земля кричала, бушуя в истерике.
Пони не выдержал и побежал со всех ног, не разбирая дороги. Голоса начали отставать и вскоре остались позади. Он перешел на простой шаг.
Впереди показался обрыв. Ни секунды не задумываясь, пони шагнул в него, но не провалился вниз, а лишь поскользнулся — обрыв ему привиделся и он ступил на голый лёд. Задрав круп, он попытался подняться, но тут увидел, что по ту сторону льда кто-то есть, кто-то дико измученный, иссохший, с растрёпанной и грязной гривой, кто-то, кому нужна помощь. Пони принялся стучать по льду копытом, стараясь освободить пленника зимней тюрьмы, пока тот пытался сделать то же самое со своей стороны. Лёд дал трещину, и пленник тоже оказался расколот на множество осколков. Нежно-голубая гладь льда стала покрываться чем-то красным и пони, оставив своё занятие, равнодушно пошел дальше, туда, куда должен был идти.
Наконец он пришел к обрыву. Взглянув с самого края вниз, он убедился, что это действительно был обрыв.
В последний раз взглянув на безучастное небо, на холодное Солнце, на озлобленные деревья, на коварный снег, скрывавший враждебную землю, втянул в себя воздух, пахнувший апатией и шагнул в пустоту.
Он не почувствовал удара. Он лишь понял, что у кого-то рядом с ним, возможно и у него самого внезапно заболела спина, ноги и шея. Но он не чувствовал боли, он лишь знал о ней. Пони спокойно смотрел в бесконечную серую синеву неба и наконец был умиротворён.
— Урод! УРОД! УроОД! УрООод! Урод!.. урод…
11 комментариев
Возможно, я сделаю это однажды.
Спасибо за комментарий^^
Кстати, ты бы обмолвилась парой слов о технической части — наверняка же что-то приметила. На таких зарисовках хорошо получается отрабатывать отдельные элементы, и твои замечания были бы весьма полезны.
Уря.
Спасибо, Стрим.
Запомню. Переделаю.
Вечная моя беда.
А где она должна стоять, коль не секрет?
Приметил что-то?
Ничего, что мог бы нормально сформулировать. Возможно, Ласгален укажет на косяки, я ничего конкретного сказать не могу.
Но вообще, это хороший признак, грубые ошибки обычно сразу заметны, тут тебе их удалось избежать.
Наконец-то.
Пожалуй, я поправлю ошибки — зарисовка писалась, в общем-то, для ПЭ100, но в итоге не шибко подошла к нему по теме и потому была опубликована отдельно. Была опубликована какой вышла за полчаса, без вычитки. Мой косяк.