RPWP 117 закрыт! 3+1 работы
+84
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт28 марта 2015, 02:04
Cloudsdale by IFoldBooks
Все рассказы публиковались в Тумблере, а теперь публикуются здесь. Каждый рассказ является отдельным комментарием первого уровня, в комментариях к комментариям — обсуждение.
Напоминаем, тема экспромта звучала следующим образом:
Беспокойное небо. Что-то не так в Клаудсдейле, главном городе пегасов? Или терпит бедствие чей-то воздушный шар? Забастовка на Фабрике Погоды? Обесцвечивание радуги? Исчезновение магии, при помощи которой пони могут ходить по облакам и управлять климатом? Или же просто чьи-то личные семейные проблемы? Предлагаем участникам поразмыслить над этим вопросом и написать рассказ про неприятности на небе.
Следующий пони-экспромт начнётся в субботу, 28 марта, в 10:00 по московскому времени.
NB: Пожалуйста, не оставляйте комментариев на первом уровне. Комментарии первого уровня в этом посте — только для рассказов.
Напоминаем, что если вы хотите предложить тему для экспромта или подать заявку на проведение гостевого экспромта, вам нужно заполнить следующую форму, и мы учтём ваше предложение при составлении графика. Не гарантируем, что эта тема будет обязательно использована, а в случае использования не подвергнется изменениям, но рассмотрена — обязательно, со всем вниманием.
30 комментариев
Беспокойное небо. Пробирающее до дрожи в коленках зрелище. Ни один пони в здравом уме не осмеливался подняться ввысь. Только мрачные тени время от времени стремительно скользили по земле. Слепящее солнце, казалось, уже не согревало.
— Решительно невозможно! Что они себе позволяют? – Сотрясал воздух копытами погодный министр. – Ваша светлость, нужно что-то делать! За последние сутки мы потеряли около двадцати процентов кучевых облаков. Производство встало. Вода не поступает! Угроза засухи в самый сезон это не шу…
— Кроме того! — Поднялся с места министр внутренних дел, подавив одним своим взглядом сопротивление погодного. – Всякие нехорошие пони подливают масла в огонь, дескать, ваша светлость не в состоянии справиться с ситуацией самостоятельно. Этим охотно спекулируют социалисты и поникраты правого крыла…
— Да-да, благодарю за доклад, — Селестия жестом попросила обоих опуститься на свои места. Экстренное заседание кабинета шло в совершенно бессмысленных дискуссиях и дебатах. Кроме того, отсутствовала министр-председатель, которой и надлежало пролить свет на возможные причины произошедшего. Когда принцесса в очередной раз подумала о ней, стража как раз распахнула двойные двери, пропуская небольшую процессию с Твайлайт во главе.
После кратких представлений приглашённых, среди которых значились представители профессуры высшей школы магии, а также наиболее опытные драконоведы, среди которых затерялся и элемент доброты, начался более динамичный диалог.
— Вы полагаете у них сбилась навигация? Что за чушь!
— Проблемы с вестибулярным аппаратом? Но не у всех же разом.
— Коллега, думаете, это эпидемия?
— Нет же нет! Это всё драконовы циклы! В летописи девятого века, если ваша светлость, припоминает…
— Эту теорию опроверг ещё Поникарп Солийский!
— А может, просто поговорим с ними?..
— Это уж если совсем ничего не останется!
— Вы в своём уме? Да кто полетит договариваться?
— Нет-нет-нет-нет-нет и-и-и нет! Я ни за что не буду провоцировать их залпами из артиллерии.
— А как долго они смогут так летать?
— Исходя из предпосылок их магической сущности, если принять за расчёт энергии полёта академическое уравнение Мэйншта и аксиому о соподчинённости генерирующего радиационного излучения…
— Сколько-сколько? Нет, так у нас урожай весь поляжет…
— Гвардия и все подразделения в полной боевой готовности. Её сиятельство Луна…
— Военное решение – это последнее дело!
Принцессы Селестия и Твайлайт с каждой минутой всё больше теряли надежду прийти к хоть какому-то решению. То, что в начале показалось неплохой идеей, теперь выглядело как падение в бездну, где каждый ответ, строящийся на поверхностных наблюдениях или голой теории, стоял на всевозможных допущениях и вдобавок порождал за собой массу вопросов. Нет, эти учёные пони, хоть и посвятили часть своей жизни науке и магии драконов, но решительно никуда не продвинулись в этой области.
— Полагаю, нам остаются только старые добрые переговоры, — вполголоса, чтобы не прерывать пожилого бородатого профессора, предложила сумеречная принцесса солнечной.
— Нам понадобятся помощники. Признаться, — вымученно улыбнулась Селестия. – Я никогда до сих пор не сталкивалась со столь многими представителями этого вида. Даже представить не могла, что они способны на нечто подобное…
***
Размах его крыла немного не догонял до взрослых особей. Спайк был единственным драконом не поддавшемся безумию, которое творилось в небе над всей Эквестрией, кроме того, он был вообще единственным драконом на королевской службе. Лето. Разгар дня. Казалось, самый солнцепёк. Но ветер, разгоняемый громадными бестиями столь силён, что пробирает до костей. Тысячи взглядов где-то там внизу сейчас обращены с надеждой на четвёрку храбрецов, поднимающихся навстречу крылатым ужасам.
— Держись к нам ближе, — предупредила принцесса Флаттершай — единственную из плеяды драконоведов, кто вызвался помочь на переговорах. Не столько из храбрости, сколько чтобы поддержать подругу. Какое-то время это напомнило обоим о былом.
Для коротких остановок драконы облюбовали скопление диких облаков возле Дымного пика — здесь делегация рассчитывала поговорить с кем-нибудь. Возбуждённые от чего-то представители древнего гордого вида выглядели странным образом: резкие движения, сбивчивая речь, нескрываемое озлобление чем-то, о чём никто не брался заговорить, взгляд их был отстранён. Более того, вокруг летали только взрослые особи, Спайк на их фоне смотрелся нескладным подростком, коим он и являлся по их меркам, никакого уважения они к нему не проявляли, будто не отличая от пони. Спайк не подавал виду, но Флаттершай и Твайлайт видели, что это задевает его.
Когда уже казалось, что никакого диалога не получиться, Селестия заметила, что солнце стало светить менее ярко. Более того вскоре затемнение заметили и остальные. Тёмной тучей на широкое облако пикировало нечто огромное. Это был самый крупный из виденных доселе драконов, он тяжеловесной пушинкой опустился на край соседнего облачка, волной холодного воздуха обдав округу. Сложив крылья, он продолжал закрывать солнце, возвышаясь над эквестрийцами, и покрывая их своей тенью. Зелёный гребень на лиловой броне, пронзающий взгляд и полная острых клинков пасть. Флаттершай отошла за спину Спайка, принцессы сделали пару шагов назад – могучая воля пыталась подавить их.
—-60—-
— Перестань! – Крикнула Твайлайт. – Где твои манеры? Мы ничего не сделали тебе!
— Где ваши манеры? Прилетаете, и тыкаете мне, будто какому-то валету. – Вкрадчиво намеренно сдерживаемым голосом с толикой напускной обиды ответил дракон, но, тем не менее, перестал их испытывать.
— Вы не правильно нас поняли, — выступила вперёд Селестия. – Мы прибыли с миром, как послы светлой королевской республики Эквестрии! – Наиболее торжественно и приветливо с искренней улыбкой на устах представила она каждого названного посла.
— Целых две принцессы? Какая честь, — оскалился в ответной улыбке дракон. – Почти как в сказках о принцессах и драконах… А я, позвольте представиться, Гиперион, небесный странник.
Он, по-видимому, не собирался продолжать, а пауза между тем становилась всё более натянутой. Селестия заметила, что другие драконы, бывшие поблизости, куда-то исчезли и теперь летали на расстоянии отсюда.
— Господин Гиперион, сэр, кх-кхм, — кашлянула в копыто Твайлайт прежде чем начать речь. – Мы прибыли из-за того, что ваши… сородичи доставляют беспокойство нашим гражданам, а вскоре станут и источником опасности для процветания всей республики. Мы прибыли, чтобы…
— Узнать, — подхватила Селестия более уверенно. – Почему драконы так неспокойно себя ведут? Возможно, мы смогли бы помочь вам в преодолении трудностей, если вы таковые испытываете.
— Как мило, — фыркнул тот лёгкими струйками дыма. – Пони заботятся о благополучии драконов…
— О благополучии всех видов во имя гармонии, — поправила его Твайлайт.
Гиперион медленно нагнулся к эквестрийцам, пристально вглядевшись в их глаза. Моргнув второй парой век, он отстранился. Флаттершай полностью спряталась за спину Спайка, когда гигант разразился громовым раскатом:
— Во имя Гармонии? – Обе принцессы переглянулись, пытаясь понять, где они ошиблись, но, похоже, старый дракон решил сам им это растолковать. – Во имя Гармонии пони похитили Искру из Источника? Во имя Гармонии пони создали из неё своих идолов, кои в своём невежестве стоят сейчас передо мной? Во имя Гармонии пони украли яйцо Дракона и сотворили из него это посмешище? – Он указал когтистой лапой на Спайка, которого последнее заявление ударило больнее всего. Щит Кристальной Империи испытывал бессильную ярость, понимая, сколь опасен этот противник.
— Но всё это, — громко возразила Селестия. – Всё это события седой старины! Даже мне неведомо это! Об искре? Идолы? Не понимаю, мои родители, я помню их, я была рождена! Спайк? Магическое яйцо сменило немало хозяев, прежде чем оказаться у меня, ему были сотни лет, я не знала о краже!
— Мы драконы, — вновь спокойно и вкрадчиво вещал Гиперион, переменив облако. – Спим долго. Но когда приходит время, мы возвращаем своё. Таково течение жизни. Вам не помогут никакие оправдания, пони.
— Чего же вы хотите? – Понимая, что не желает услышать ответ, обратилась к нему Твайлайт.
Дракон слегка усмехнулся своим кинжальным оскалом, глядя как жёлтая пегаска вновь прячется от него.
— Мы хотим лишь вернуть утраченное. Только и всего.
Видя, что принцессы ожидают продолжения, он улыбнулся ещё шире:
— Твоя так называемая «божественность», — поглощал он взглядом Селестию. – Твоей сестры. Твоего брата…
— Что? Какого? Кто? – Словно подавившись, отреагировала она на неназванного брата, реакция остальных была такой же. Гиперион, казалось, оскалил пасть ещё шире.
— Ты знаешь, о ком я. Ты всегда знала это. Ты всегда обманывала себя. И, — вновь, как хищник, перебрался он на другое облако, оказавшись на противоположной стороне от начальной точки, теперь его тёмно-лиловая чешуя переливалась в золотистых лучах солнца. Он стал ослепителен. – И последнее. Это существо, которое вы называете «спайком», оно станет Драконом, когда будет достойным встретится в небесных чертогах со своим Отцом.
Полное пренебрежение, но в то же время упоминание «отца», поставили Спайка в замешательство. Секунду назад, он уже готов был сделать ответный выпад, а то и напасть на смутьяна, невзирая на приличия и присутствие принцесс, но теперь…
— А если мы откажемся? – Твёрдо спросила Твайлайт.
Гиперион медленно опустил голову и заглянул ей в глаза, в его собственных отражалась огненная бездна:
— Эквестрию постигнут ужасные бедствия.
Всполохи пламени видел каждый из них, наконец, Селестия, приняв решение, согласилась с тем, что касалось лично её. Спайк не спешил отвечать, он вообще не хотел думать об этом.
— Я готова пойти на это и даже убедить пойти на это Луну, попытаюсь даже вразумить… «брата». Но я не буду насильничать на Спайком, это должно быть его решение. И какое бы оно ни было, я не позволю вам обидеть никого из моих подданных! Мы готовы пойти на разумные уступки с тем, чтобы решить противоречия и жить в дальнейшем в мире…
— Т-т-т-т, — покачал головой дракон. – Ты не понимаешь. – Поставил он в замешательство всю делегацию. – Я не тот, с кем договариваются. Я просто странник. – Он грациозно перемахнул через них, вновь оказавшись на первом облачке. – И я дарю тебе, Селестия, величайшую милость. Лишившись сегодня своих сил, ты бы всю свою бесконечно-долгую жизнь терзалась сомнениями в правильности своего поступка, тешила себя иллюзией порядочности, и тайно воздыхала об утерянной мощи и власти. Со временем это источит твою душу. Сомнение породит страх, страх породит ненависть, ненависть — путь во тьму, — он говорил спокойно, наблюдая за ней пугающе-завораживающим взглядом, от которого у принцессы кровь стыла в жилах. – Но, как я и сказал, мой дар это милость. Я избавлю вас от сомнения в правильности намерений вернуть утраченное. Так же как и тебе, Спайк, — перевёл он взгляд на того. –от сомнений Когда горизонт событий, или нить судьбы, которую мы сегодня запустим, очистит ваши сердца, я вернусь.
— Что? – Только одна Твайлайт, казалось, не пребывала под его гипнотизирующим взглядом. — Какой горизонт? Что ты имеешь ввиду?
Но ответа им услышать не было суждено. Мощным рывком Гиперион отправился в крутое пике, чуть не опрокинув воздушным потоком пони, едва успевших ухватиться за Спайка.
— Что это значит? – Вопросительно взглянула Твайлайт на ошарашенную Селестию. – Флаттершай, стой!
Та, что было мочи, бросилась вниз следом за драконом, сама не зная зачем. Инстинктивно, почувствовав, исходящую угрозу. Следом за ней, будто опомнившись, во весь опор устремились остальные…
Гиперион видел, как стремительно приближался на встречу, расположившийся по берегам реки, цветочный деревянно-соломенный город. Горло раскалилось докрасна, в глазах играло все очищающее пламя. Последовав примеру вожака, драконы всюду начали своё страшное пике на города и сёла Эквестрии.
Рано или поздно за всё приходится платить. Вот и Гиперион, странствующий дракон, явился к дружбомагичным лошадкам, чтобы «забрать своё». А теперь ключевой вопрос — что именно он забрал? Жизни сожжённых его дыханием пони? Жизни всех, кого драконы, возможно, пожгли? Допустим. А что он дал лично этим поням? Ничего. А Селестии? Возможно тоже ничего, а возможно — её божественную силу. Интересная, кстати, теория происхождения аликорнов, жаль только, что раскрывается она мимоходом. В любом случае, «мораль» это истории сомнительна, а вот жестокость драконов очевидна и я не понимаю её причин. Да, драконы могут быть жестокими, да и пони тоже (как показывает иногда канон), но у всего есть своя причина. Драконий взгляд на конфликт не раскрыт, Гиперион прячется за мутными формулировками, за словоблудием. И в результате летит жечь посёлок. Какой в этом смысл? Кто б знал.
В отличие от сюжета, стилистическая часть на высоте. Кроме нескольких грамматических ошибок и, порой, переусложнённых предложений, придраться не к чему, читается рассказ легко, на одном дыхании. Часто бывает, что неумелое исполнение не даёт раскрыться идее фанфика, здесь же — наоборот, достойная реализация весьма сомнительной идеи. События вроде бы происходят, но смысла в них мало. Диалоги есть, характеры в них раскрываются (в стопке реплик без единой подписи даже удаётся угадывать возможную принадлежность этих слов), но ради какой цели всё это? К какому финалу нас подводит автор? К бессмысленной бойне. И пусть она осталась почти за кадром, это всё равно бойня и она не несёт никакого смысла. История рассказана, а урок из неё не вынесен. А значит, «пуля» в цель не попала, автор, это чёткий промах.
Попробуй перед придумыванием задать себе вопрос: «А что же я хочу сказать читателю?» И, что главное, поищи на него ответ. Удачи тебе и вдохновения :3
Полуночный зверь
Странный резкий звук, будто пробившийся через разбитое окно лютый ветер, вырвал Рэйнбоу Дэш из сновидений. Растерянно продрав заспанные зенки, пегаска с хрустом потянулась на маленьком пышном облачке, своём привычном уголке для ночлега. Посетовав в который раз, что забыла забрать у Рарити свою вязаную жилетку, пегаска едва сдержалась, чтобы не съёжиться от веяния холодного ночного воздуха после нагретой лежанки внутри облака.
— Померещилось, что ли? Тьфу, а ещё говорят, что меня пушечным выстрелом не разбудишь. Сплю как лошадь! — ворчливо пробурчала Рэйнбоу, бросая на округу выискивающий взгляд.
Округа пребывала всё в той же глубокой дрёме, в которой пегаска её и оставляла, отправляясь в мир грёз. Клаудсдейл, величественный и вальяжный, едва заметно покачивался в такт колыбельному ветру, такому же старинному творению магии пегасов, как и сам город. Ни в похожих на спираль многоквартирных башнях, ни в подвесных сотообразных апартаментах, ни в роскошных особняках на отдельных облаках — ни в одном жилом доме свет в эту ночь не горел.
Удивляться этому не было причин не только из-за серебристого полумесяца, уже перемахнувшего полуночный зенит, но ещё и потому, что все пегасы были изрядно вымотаны дневной работой. Близилась зима, и земля под облаками нуждалась в сопутствующих переменах. Клаудсдейлцы под ведомством Рэйнбоу Дэш и других опытных инструкторов-метеомантов постарались на славу, окутав округу Понивиля и всех близлежащих земель плотным куполом из снежных туч.
Сам снег, впрочем, готов ещё не был, в связи с чем был задействован Центр Разработки и Эксплуатации Снега. Оттуда и сейчас доносился отдалённый шум работы, который, однако, разительно отличался от того странного звука, что слышала пегаска. Та, тем не менее, сочла логичным, что если всё же звук ей не померещился, то исходить он мог только из Центра. А потому стоило задуматься о берушах, благо, магия пегасов позволяла обходиться с облачным материалом как с глиной, придавая ему любую форму и даже свойства.
— Ай! Что за…? Статический разряд? Откуда в моём облаке взялось электричество? — недоумённо поразилась Рэйнбоу, когда невесомая бесплотная масса вместо того, чтобы окрепнуть под её копытами, внезапно заискрилась и принялась ощутимо бить током. Грива, хвост и шёрстка зашевелились под напряжением и вскоре начали топорщиться во все стороны. Через несколько мгновений уже всё облако стало едва слышно потрескивать и покалывать ноги пегаски слабыми, но болезненными разрядами. — Да что такое?!
Пегаска в лёгком шоке спешно взлетела над былой ночлежкой, сумбурно пытаясь найти объяснение происходящему. По опыту она знала, что с бухты-барахты облака не способны так резко меняться, следовательно, здесь постаралась чья-то магия. Кто-то решил так подшутить над Рэйнбоу? Какой-то из экспериментов Твайлайт или другого сумрачного гения вышел из-под контроля? Или это Дискорд снова взялся за старое? Но не успела пегаска поразмыслить над вариантами, как её уши вновь резанул тот странный звук, в этот раз куда более мощный.
Он был отвратителен, Рэйнбоу Дэш могла определить его звучание как нечто среднее между испорченной волынкой и трубным рёвом слона, виденного однажды в приезжем зверинце. Плюс ко всему звук отдавал жутким стрекотом, будто от изношенного фабричного конвейера. Пегаска даже представить себе не могла, кто или что способно издавать такие звуки, пока к ним не прибавился более знакомый свист рассекаемого воздуха.
— Ох ты ж…! — изумлённая до самых подков, Рэйнбоу всё же без особого труда смогла увернуться от внезапно вынырнувшего из её облака существа. Рефлекторно отлетев в сторону, пегаска уставилась на незваного гостя, начисто забыв о былой сонливости. — Это ещё что за страшилище?
Внешность существа была под стать порождаемой им какофонии. Его вид напомнил Рэйнбоу Дэш о скатах, виденных много раз на красочных иллюстрациях в энциклопедиях. Но пегаска искренне сомневалась, что бывают в природе подобные скаты, с таким большим количеством длинных искривлённых шипов, нелепо торчавших из самых разных мест, особенно вокруг “рта”. По крайне мере, то место — чёрный широкий провал, окружённый нестройными рядами шипов и целой плеядой выпученных оранжевых глаз за ними — пегаска ещё могла охарактеризовать как “рот”.
Крылья “ската” не могли не впечатлять — на глаз Рэйнбоу Дэш дала бы им не менее пяти метров в размахе. А в длину же монстр, от торчащих у рта бивней до утолщённого шипастого кончика продолговатого хвоста, и вовсе достигал десятка метров. Грозный вид, впрочем, сопровождался и весьма привлекательной деталью — шкура “ската”. Не то чешуя, не то огрубелая кожа, она переливалась в тусклом серебре лунного света красками предзакатных сумерек, от лиловых тонов до оттенков индиго с желтоватыми подпалинами. Блеск и трещины на шкуре придавали ей сходство с витражным стеклом. И Рэйнбоу Дэш даже могла бы залюбоваться столь необычным зверем, кабы не другая примечательная в нём деталь — вокруг “ската” искрилось электрическое поле, время от времени выстреливая короткими гроздьями молний по сторонам.
— Эй, дружище! Ты как, разговаривать умеешь? Ну или хотя бы понимаешь, что я говорю? Хмм, похоже, что нет, — по отработанной схеме управившись со страхом, Рэйнбоу попробовала наладить контакт с неведомым существом. Овладевшее пегаской любопытство взяло верх над осторожностью и здравомыслием, побудив подлететь к “скату” поближе. — Вот ты махина! Эх, показать бы тебя Твайлайт, она у нас как раз в неведомой фигне шарит…
«Скат», тем временем, на пегаску не обращал ни малейшего внимания. Или, по крайней мере, делал вид, что не обращает. К немалому удивлению Рэйнбоу Дэш, он завис над остатками её облака и… методично пожирал их, всасывая в себя пар, будто сдавленная пипетка разлитую лужу. Но стоило пегаске, желавшей рассмотреть процесс получше, оказаться едва ли в десяти метрах от чудища, как то вдруг резко изогнулось и почти неуловимым для глаза движением взмахнуло хвостом, будто хлыстом. С треском и искрами в Рэйнбоу Дэш полетел целый каскад молний, избежать которого ей удалось лишь благодаря натренированной реакции.
— Ишь ты, какой недружелюбный! Да ещё и облака жрёт! Ну, всё теперь с тобой ясно, очередной выкормыш Дискорда! — раздражённо сплюнула пегаска, не спуская больше глаз с хвоста “ската”. Настороженно витая вокруг твари, Рэйнбоу хаотично начала размышлять о том, что делать дальше. — Не знаю, что твой двинутый создатель задумал на этот раз, но тебя точно нельзя оставлять без внимания. Надо ж было такое учудить — шипастый летающий скат, бьющийся молниями и жрущий облака!
В этот момент в голову Рэйнбоу Дэш пришла любопытная мысль. Опустив голову, пегаска спешно пробежалась взглядам по слоистым облакам внизу, заготовленным для грядущей зимы. Все они казались целыми и нетронутым, что вызывало определённое удивление, учитывая ту скорость и аппетит, с которыми “скат” расправлялся с “ночлежкой” Рэйнбоу и несколькими соседними облаками.
— Странно, почему эта тварь те облака не тронула? Не по вкусу, что ли? Или потому что слишком холодные? — обращая вопросы в пустоту, Рэйнбоу совершенно не ждала на них ответы. Но тварь всё же предоставила их. Доев все ближайшие облака, “скат” вновь сотряс воздушное пространство своим непередаваемым воем, после чего быстро и целеустремлённо полетела в сторону Клаудсдейла. — О, нет… нет, нет, нет, нет…
Рэйнбоу Дэш попробовала представить, что будет, если в небесный город заявится монстр, в чьём одном только присутствии облака начинают переполняться статическим электричеством. И без того кошмарную картину воображение дополнило сценами облачных домов, пожираемых голодным неведомым существом. Чудовищность грядущего бедствия настолько сотрясла пегаску, что она без задней мысли бросилась вдогонку за “скатом”, обуреваемая нестерпимым желанием во чтобы то ни стало остановить полуночного зверя.
Одна из самых грустных вещей в хорошем рассказе — это когда он не окончен. Вы написали интересную завязку, но без развития сюжетная линия повисает в пустоте. Продолжится ли? Будущее покажет.
Но давайте не будем говорить о том, чего нет, и обратим свой зор к тому, что имеем.
История начинается милой пасторальной сценой с Рэйнбоу Деш. И тут авторская любовь к деталям играет на все сто процентов, разом погружая нас в мир рассказа. Жилетка, которую Рэрити связала для Рэйнбоу Деш, эта милая мелочь настолько искренная, что в этот мир уже невозможно не верить.
Описания продуманы от и до. Выискивал в них шероховатости — нашёл разве что в описании шипстого рта ската, да и то, возможно мне просто не хватило воображения. А так, рассказать между делом о подготовке пегасов к зиме, дополнительно погрузив нас в события, это действительно здорово.
Наверное, что действительно неприятно удивило — поведение Рэйнбоу Дэш. Вспоминая, как она ведёт себя в сериале, ожидаешь, что первым делом (ну, ладно, после попытки заговорить с крутым летающим скатом) она попытается навалять ему по первое число со всей своей крутостью. Находиться на расстоянии и наблюдать, как чудовище пожирает облака? По-моему, это всё же отход от характера.
И незавершённость, эта проклятая незавершённость, оставившая слишком много белых пятен в рассказе, слишком много нераскрытых вещей. Так что рассказ хочется охарактеризовать известной фразой «Хорошо, но мало». Спасибо за участие, действительно спасибо. Вдохновения вам и всяческих успехов!
Но сначала поблагодарю за приятную похвалу, рад, что понравилось, и расстроен, что в который раз предоставляю незавершённую работу. Да, давали два дня, но пришлось здорово отвлечься на дела насущные. Бросать же начатое оказалось не по силам моей гордыне, к чему всё и привело.
Касательно замечаний — я подозревал, что внешний вид полуночного зверя будет сложен для восприятия, для чего запасся непосредственным образцом вдохновения, обнаруженным на просторах интернета. Милейшая зверюшка, надо сказать.
Полуночный зверь
Пегас сидел на крыше своего облачного дома и зачарованно смотрел, как предзакатное солнце окрашивает город с яркий оранжевый цвет. В воздухе стояла спокойная тишина, ничто не предзнаменовало, что эта ночь будет отличаться от предыдущих, точно таких же. Ну, разве что неприятное чувство в груди у пегаса, но он не обращал на него внимания, списывая все на волнение. А ведь именно сегодня он хотел поговорить с ней.
Внезапно тишину нарушили хлопки крыльев, и на крышу вспорхнула пегаска с растрепанной гривой. Два наполовину распустившихся хвостика свисали с совершенно нелогичных мест на ее голове, а хвост изображал из себя некоторое подобие урагана, мечась из стороны в сторону. Не давая себе времени отдышаться, кобылка затараторила, прерываясь лишь на нечастые вдохи. Глаза жеребца расширились от осознания масштаба возможной трагедии. Если все не уладить, если все не исправить, он больше никогда не сможет насладиться этим прекрасным городским пейзажем, никто уже не сможет. А солнце тем временем почти скрылось за горизонтом, последний раз окинув мир своим кроваво красным оком.
Яростно работая крыльями, парочка спешила, выбиваясь из сил. Спешила оказаться в нужном месте в нужное время, дабы предотвратить катастрофу. Местом было погодная фабрика, к которой все уже давно привыкли и не ожидали от нее ничего опасного. Однако с поставкой нового оборудования для модернизации техпроцесса повысился как риск аварии, так и возможные ее масштабы. И надо же было именно этой кобылке стать ответственной за контроль и диагностику. Она же сама ходячая катастрофа, всем в округе это известно. Хотя, очевидно, не всем.
А вход в фабрику тем временем был уже близко. Пронесшись мимо проходного пункта, парочка направилась прямо к недавно построенной погодной установке. Воздух наполняли шум, ветер и неприятные вибрации. Выглядела махина угрожающе, звучала так же. Казалось, в любой момент все это может взлететь на воздух. Облизнув пересохшие от волнения губы, пегас приблизился к приборной панели. Несколько индикаторов моргали красным, настойчиво привлекая его внимание.
Несколько мгновений спустя копыта пегасов заскользили над пультом, выставляя рычажки в соответствующие ситуации положения. Послышался свист, грохот усилился. Жеребец зажмурившись, в ужасе зажал копытами уши, молясь сестрам-богиням, чтобы все прекратилось быстро и безболезненно. А мгновением позже почувствовал крепкие объятия. С удивлением открыв глаза, он увидел улыбающуюся пегаску, смотрящую прямо на него. С губ жеребца сорвался вопрос, унесенный окружавшим парочку шумом.
Ее взгляд говорил о многом, слова для этого были не нужны. Под аккомпанемент громких звуков исправно работающей установки, их мордочки встретились, слившись в затяжном поцелуе. Их сердца колотились в унисон: его, от счастья что все обошлось, что она рядом, что жизнь продолжается иона прекрасна; ее, что не отверг, понял, принял, простил. Это был рискованный шаг, и безумно глупый. Но она славилась своими бесшабашными выходками и эта не стала исключением.
Еще не скоро они разомкнули объятия, не скоро вышли на улицу. К удивлению пегасов, их уже ждали. Небольшая толпа из работников фабрики, друзей и коллег встречала новообразованную пару. Видя все эти улыбки, эти подмигивающие взгляды и слыша ободряющие и одобряющие выкрики, кобылка не смогла сдержать слез. Несмотря на всю свою неукротимость, внутренне она переживала, как ее воспримут окружающие. И находясь теперь среди них, рядом со своим самым любимым пони, чувствуя его крыло на своей спине, его теплый бок рядом, она не могла быть более счастлива. И лишь несколько слов сорвалось с ее онемевших от улыбки губ:
— Спасибо. Спасибо вам всем!
1)“Витая в облаках”. Действие должно разворачиваться в небе. Никакой земли.
2)“Летающие города”. Уделите внимание пейзажам облачных городов.
2)“Огромное небо — одно на двоих”. В сюжете должна быть романтическая линия.
Если бы я попробовал описать свои эмоции от «Безумной ночи» одним словом, то вышло бы что-то вроде «скомканность». И вот почему.
Сам текст по размеру достаточно короткий, но назвать это плюсом сложно. Автор попробовал уместить в полтысячи слов весьма объёмную и насыщенную эмоциями историю, а в итоге получился набор малосвязанных фактов. Для читателя, который впервые видит персонажей (а к тому, КАК он их видит, мы вернёмся), ситуация достаточно странная. Сидит пегас, тут к нему прилетает пернатая подруга и они подрываются на погодную фабрику. И уже там спасают Эквестрию от катастрофы, целуются и принимают благодарности.
Модификатор на архитектуру облачных городов, замечу, успешно проклопан. Да и кто все эти пони? Мне не известно, да и понять сложно — ни внешности, ни характеров особо не дано. Растрёпанная кобылка с хвостами в нелогичных (внимание!) местах головы. Это где, на лбу? Пояснений бы. О том, как выглядит герой, не известно совсем ничего. Понекен это что ли?
Мотивы персонажей тоже не ясны. Герой отключает погодную установку на глазах толпы пегасов. А они это сделать не могут? Видимо, нет, но как нам-то, читателям, это понять? Он простил кобылку, не отверг, принял и прочие милости. А за что прощать-то? За косяк с новой погодной установкой? За что-то другое, о чём он хотел с ней говорить? Я решительно не понимаю.
Автор, как думаешь, в чём вся сложность и всё изящество коротких рассказов? На мой взгляд — в том, чтобы дать читателю ровно столько информации, чтобы он понял задумку. В том, чтобы уместить все нужные детали в предельно скромные объёмы текста. Здесь же этой информации не всегда хватает, её слишком уж мало. Приходится перечитывать несколько раз, только тогда становятся ясны некоторые моменты, но не все.
Один из таких неясных моментов — отсутствие диалогов. Они указаны в авторской речи, «пегаска затараторила» и иже с ним, но конкретно от персонажей мы ни слова не слышим. И только в конце появляется коротая фраза, подводящая итог всему произошедшему. Чёткая точка при мутном предложении, на мой взгляд.
Я бы охарактеризовал эту работу как пробу пера в малом объёме. Есть как удачные моменты, так и явные просчёты, о которых уже было сказано. И, автор, я хочу надеяться, что ещё увижу похожие рассказы.
Удачи тебе и вдохновения! :3
Пинки проснулась. Поглядев по сторонам и увидев бесконечное голубое пространство, пони хмыкнула. В принципе, по виду было очень похоже на небо, но никогда нельзя знать наверняка, не проверив лишний раз. Пинки высунула язык и облизала им губы. Сухие и не опаленные… Значит, она все-таки в небе, а не под водой, и не посреди огромного и очень плотного голубого пожара. Отлично, теперь надо понять, что она делает в небе…
Резко Пинки почувствовала, как что-то попыталось укусить ее за спину и слегка задрожала. Это что-то оказалось холодным ветром, который обычно дует на такой высоте. Чтобы не замерзнуть, надо было подвигаться, так что пони уже приготовилась вскочить и попрыгать на том, на чем бы она ни лежала. Но когда мозг отдал телу команду встать, оно вроде как послушалось и попыталось, но результата не было. Пинки подумала, что эта неудача при попытке подняться была довольно странной, но ладно, может, она всего лишь слишком долго лежала, надо просто напрячься и… Ничего. Может, ее связали?
— Эй, мистер Неизвестный Привязыватель! Где бы вы сейчас ни были, я хочу, чтобы вы знали, что, пусть ваши веревки на меня совсем не давят, но все-таки невежливо просто брать пони и связывать, хоть бы письмо сначала послали! – нарушил тишину громкий тонкий голосок.
«Никто не отозвался, значит, либо он опаздывает, либо у него молоко убегает, либо меня не связывали…» — подумала пони. Опустив глаза вниз и уткнувшись носом в белую полутвердую поверхность, Пинки увидела облако. Она оглянулась в обе стороны – да, она лежала на облаке. Попытавшись встать еще раз, земнопони окончательно поняла, что не может этого сделать. Из-за какой-то странной силы она прилипла к облаку. Единственные части, которыми она могла двигать, была чуть приподнятая мордочка и хвост.
— Я так понимаю, вы уже поняли, в каком положении находитесь. Мне кажется, отлепиться от облака вы так и не сможете, — внезапно раздался голос изниоткуда.
— Что? Кто здесь? – Пинки удивленно покрутила мордой по сторонам, но никого не нашла.
— Не ищите меня, суть сейчас не в этом. Давайте согласимся, что я тут есть, и это главное?
— О, я поняла! – пони снова уткнулась носом в белую поверхность, — ты говорящее облачко, да? Я знаю, что такие где-то бывают, например, в конце истории, где персонаж всю историю находится на облаке и с кем-то разговаривает, а потом оказывается, что это была живое облако… Привет, живое облако, меня зовут Пинки Пай, и я…
— Если вы так хотите, можете считать меня таким. Сейчас неважно, кто я, это только породит лишние расспросы, — снова перебил голос, — Давайте лучше придумаем, как нам отсюда выбраться?
Холодный ветер снова прошелся зубами по шерстке земнопони, и та, дрожа, поспешила закивать. Тут-то ее глаза и увидели, что простиралось впереди. На дальнем расстоянии расположился Клаудсдейл, магический город пегасов. С одинокого облака, на котором находилась Пинки, она смогла увидеть табличку «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КЛАУДСДЕЙЛ» и некоторые постройки, встречавшие посетителей. С ее позиции казалось, будто белые и серые мраморные здания стояли в очереди – вон высокая тощая остроконечная башня, вокруг которой собралось несколько маленьких пристроек – ее юных друзей, которые мечтали однажды вырасти такими же большими и высокими. Толстое низкое здание с плоской крышей, которое по сути ничем не выделялось, но, казалось, без него две соседние худые постройки рухнут. Еще одно высоченное здание, посередине которого находилась огромная дыра, проделанная специально, чтобы не затруднять полеты пегасов. Несколько маленьких домов разной ширины с огромными окнами и крышами, которые то невероятно высоко выпирали, то просто едва заметно покрывали здания. От наблюдения за магическим городом на облаках пони отвлек голос:
— Извините, я задал вопрос. У вас есть какие-нибудь идеи, как нам исправить положение?
— Ну… — кобылка оторвала взгляд от Клаудсдейла и глянула вверх. Здесь действительно было куда более одиноко и уныло – единственное облако на весь клочок неба, которое никто не сопровождал, даже пегасы из города не вылетали к нему.
— Если честно-причестно, я даже не помню, как я… О! Стоп! – вдруг крикнула Пинки, — вспомнила! У нас была еще одна вечеринка, Твайлайт слишком много выпила, и последнее, что я помню, это как она стреляла в меня заклинанием… Наверное, она случайно отправила меня сюда! Да! Точно! Она отправила меня сюда!
— Я извиняюсь, — вежливо произнес голос, — но я все-таки спрашивал не об этом, а о том, как нам отсюда выбраться.
— Ну, — Пинки почесала подбородок невидимым копытом, — наверное, можно покричать, и тогда пегасы из Клаудсдейла к нам прилетят и что-нибудь придумают…
— Извините, я в силу некоторых причин не могу оценить расстояние между нами и Клаудсдейлом, может, у вас выйдет лучше? – с виноватыми нотками произнес голос.
Пинки аккуратно сузила глаза, сжала губы и после минуты тщательного изучения ответила:
— Хмм, можно заключить, что мы находимся на расстоянии от нуля до трехсот миллионов километров. Точнее сказать не могу.
— Трехсот миллионов? Как вы тогда можете видеть Клаудсдейл? – голос звучал немного озадаченным.
— Глупенький, я же не говорила, что мы находимся в трехстах километрах, я сказала, что дальше них мы точно не находимся… А так, возможно, но, повторяю, только возможно, — последние слова пони произнесла неожиданно серьезно, — километра два или три. Но у меня зрение хорошее, если что, — улыбнулась она неизвестно кому.
— Так вы предлагаете покричать? Давайте этим займетесь вы. Когда мы выберемся, вы поймете, почему я не могу.
— Если бы ты не был облаком, я бы сказала, что ты редкостный бездельник, но, наверное, ты облако, которое может только говорить, а не кричать, поэтому я ничего не скажу, — хихикнула земнопони. Тут же из ее рта раздался крик:
— ЭЭЭЭЭЙ! ПЕГАААСЫ! МЫ ТУТ, Я И ЖИВОЕ ОБЛАЧКО, МЫ НЕМНОГО СЛИПЛИСЬ! ВЫ НАМ НЕ ПОМОЖЕТЕ?!
Когда крик не дошел в первый раз, Пинки не отчаялась. Когда он не дошел в пятый раз, она решила, что плохо старается. Когда он не дошел в двадцать пятый раз, связки уже не могли стараться лучше. Видимо, ветер, который сейчас как назло легонько лягнул пони прямо в лицо, уносил все в противоположную сторону. Облако от криков даже как-то подозрительно зашевелилось.
— Вот если бы я могла рот широко разинуть, то они бы все услышали, а так он постоянно упирается в тебя, и ничего не выходит, — уже полушепотом произнесла пони.
— В любом случае, нам это, видимо, не поможет. Надо придумать что-то еще. Надеюсь, вы не собираетесь паниковать?
— Паниковать? Зачем? – снова хихикнула пони, — Твайлайт же меня все равно найдет… Наверное. До того, как я замерзну или умру от голода.
— Вы это сказали так радостно.
— А что, грустить что ли?
— Ладно… — к голосу вернулся озадаченный тон, — давайте лучше вместе молча подумаем, как нам выбраться…
— А если не придумаем, я схожу домой за лестницей, и мы спустимся на землю!
— Давайте все-таки подумаем…
Прошло несколько минут тяжелых и не очень размышлений, взглядов налево, направо, вверх и вниз, возможно, в попытках за массой облаков пониже увидеть землю, медленных покачиваний головой и высовываний языка (наверное, это все делало облако, потому что Пинки за все время не шелохнулась ни на сантиметр). После этого тишину вновь нарушил такой же вежливый голос:
— У вас же не прилип хвост. Вы можете его использовать.
— Ты о том, что… Ой, точно! – Пинки улыбнулась во весь рот.
ЛИМИТ
— Мы все знаем, что в теле пони всегда содержится определенное количество магии. И что при нужной концентрации и старании ее можно в каком-то смысле использовать как средство преодоления физических проблем… Копытокинез, как пример того… Но я сомневаюсь, что это нам сильно поможет…
— Дискорд говорил, что помимо обычной пони-магии у меня внутри еще и заложено сколько-то магии хаоса, ее количество нельзя измерить точно-приточно… — Пинки опять потерла подбородок невидимым копытом, — так что ты предлагаешь?
— Это же чудесно! — казалось, воодушевился голос, — Пусть и в чем-то жутковато… Но, если ближе к делу, то вы можете просто попытаться сильно сконцентрироваться и начать размахивать хвостом как вентилятором… Потом выделить невидимые потоки магии, которые могли бы помочь вам отделиться от облака…
— Звучит как-то бредово … Надо попробовать! – улыбнулась пони, — так значит, мне надо сконцентрироваться, чтобы хвост начал крутиться?
— Примерно так.
— Ну… Я попытаюсь…
Пони мысленно начала прикидывать, как бы получше сфокусироваться на хвосте и для начала просто дала ему мысленную команду.Тот поднялся, но вот вертеться наотрез отказывался. Пинки, продолжив думать, сообразила, что сейчас копытокинезом не пользуется, и заряд магии в копытах можно передать в хвост… Наверное. Пришлось сначала отыскивать нужную часть, даже частичку мозга, которая могла отвечать за магические импульсы, продираясь через тучу других малозаметных частей… И через одну ледяную, которая громко мигала и всячески привлекала к себе внимание, но была неподходящей, поэтому Пинки ее проигнорировала. Затем, после отыскивания частички, пришлось найти несколько точек на теле, куда можно было послать сигнал… Сфокусироваться мешал еще и вредный ветер, продолжавший кусать. В итоге сигнал все-таки был послан, но даже после этого розовый хвост едва покачался из стороны в сторону.
— Не выходит, — сухо проконстатировал факт голос.
Пинки молча решила, что раз другие средства не помогли, надо жать на мигающую ледяную кнопку в мозгу. Интересно даже, что она значит…
После этого Пинки резко почувствовала, как проваливается, а внутри ее тела переливаются десятки бурных рек и водопадов, все обжигающе горячие. Уши заполонила какофония из животных криков разной громкости и длины. Перед глазами все поплыло, замелькали разные цвета – от ярких, но привычных до тех, которых, казалось бы, вообще не должно существовать. Копыта удлинились в миллиарды раз и обогнули всю вселенную, вернувшись на свое место и связав Пинки. Изо рта полились какие-то несвязные звуки и изображения. Кобылка не могла посчитать, сколько это видение продолжалось, да и не стала. Но к реальности ее вернул крик сверху.
— Пинки! Мы подлетели к городу.
— Что?.. Что это была за вечеринка такая? Что произошло? – захлопала глазами пони и невольно вновь попробовала подняться. На этот раз, к ее удивлению, ноги спокойно разогнулись, и она действительно смогла встать.
— Йей! — Пинки подскочила от радости и уже через пару мгновений перепрыгнула с облака на светло-серую дорогу, ведущую ко входу в город. Немногочисленные пегасы, стоявшие там, косились на нее с удивлением. Вдруг кобылка ощутила, как что-то щекочет ей нос. Опустив глаза, она увидела маленькую черную фигурку с миниатюрными зелеными крылышками и тонкими ножками, вставшую ей на мордочку.
- Эм, да, я все-таки был не облаком, как вам могло показаться, а простым бризи… Меня, скажем так, занесло сюда потоком, а потом я, видимо, попав под воздействие заклинания, прилип к вашей гриве… Но вы, очевидно, каким-то образом применили свою магию хаоса. В любом случае, ваш хвост действительно закрутился как вентилятор, и вы смогли сделать невозможное – не только очистить нас от магии, но и «пригнать» к Клаудсдейлу.
— Правда? – раскрыла глаза кобылка, — ну… Хе-хе… Спасибо. Правда, жаль, что ты оказался не облаком… Я бы с тобой подружилась и показала бы всем д… Всем д…
Бризи, поняв, что сейчас будет, поспешил взлететь вверх, а Пинки, случайно повернувшись, чихнула прямо на облако. Внезапно оно начало дергаться и менять форму – белая полутвердая вода стала отращивать конечности, которые становились то длиннее, то короче. Менялся цвет и форма, субстанция постепенно становилась все тверже, пока не стала напоминать силуэт пони. Но еще через минуту превращений фигура потемнела, отрастила среднего размера голову, прозрачные крылья и обросла хитиновым покрытием с дырками в копытах.
Проснувшийся чейнджлинг, даже не оглянувшись, скорчил злую гримасу, застучал зубами и задрожал, и со словами «Ч-чтоб я-я… Е-е-щ-ще х-хоть р-раз… В-в ж-жизни…» улетел куда-то вниз.
Несколько отступлю от текста и начну издалека. Часовое ограничение экспромта, это вызов, прежде всего к организованности писателя, трудолюбию, умению наполнять каждую единицу текста смыслом, не использовать «воду». Не следует воспринимать ограничение буквально – как скорость. Это прелюдия к тому что – написав текст, после лимита, потратьте время на вычитку хотя бы смысловых ошибок, молчу про орфографию.
Теперь вернёмся к тексту. Пинки Пай всё же достаточно сложный персонаж. Я не выделяю её особенной и не говорю что кто-то из наших любимых героинь «прост». Я лишь подчеркиваю, что литературный текст, несколько отличающийся от мультипликации вид искусства. То, что реализуется в видеоряде относительно легко – куда как более сложно в тексте. Зачастую попытка передать некоторые приёмы буквально, под кальку – пагубны. Мне кажется, при условии, что вообще применялось осознанное планирование, данный экспромт олицетворяет эту ошибку.
Образ Пинки получился решительно никакой, её сложно было назвать даже вышедшим из привычного образа. Вышел то он вышел, но ни в какой авторский не вошел. По ходу чтения приходилось часто напоминать себе, что речь идёт именно о Пинки Пай, а не о некой случайной пони. Во многом виноват здесь излишне поверхностный подход. Не самая оригинальная попытка подчеркнуть хаотичную природу героини, провалилась из-за некачественной реализации. Хаос не является легкомысленностью, глупостью или бессмысленностью. На протяжении текста я так и не увидел присущей Пинки мудрости, даже элемент Смеха звучал в лучшем случае на уровне закадрового, записанного на плохой магнитофон.
В отрыве от реализации, идея в рамках темы вполне неплоха. Интригующие начало Клаудсдейла увы не получило достойного продолжения, хотя в нём есть необходимый потенциал. Лошадиные дозы алкоголя из предистории не кажутся оригинальными, но почему-то кажется что в более привычном, приземлённом сеттенге у автора бы получился более связный текст, а то глядишь и история.
В целом, при условии, что на эту работу действительно вкладывались силы – спасибо. Действительно надеюсь, что на неё ушло больше сил, чем у меня на рецензию. Советую больше практиковаться. Попытайтесь создать рассказ описание выдуманного персонажа. Попробуйте писать про более легких персонажей вроде Твайлайт. Чувствуется, что в первую очередь не хватает именно практического, а не теоретического опыта. Удачи.
Ммм, спасибо, но во время написания я о легкомысленности, глупости или бессмысленности думал в последнюю очередь. Мне кажется, некая случайная пони 1) не стала бы так оптимистично реагировать на происходящее, 2) не стала бы так спокойно относиться к неизвестному голосу, 3) ей пришлось бы контролировать себя и удерживаться от паники, в то время как у ПП это естественно.
Впрочем, возможно, у меня слишком много попыток пошутить, за которыми все это попросту теряется.
Вот тут я признаюсь честно — я не придумал, как органично вставить архитектуру Клаудсдейла в рассказ, поэтому это небольное описание здесь только ради следования модификатору.
Почему в рецензиях так любят акцентировать внимание на алкоголе, даже если он присутствует лишь в одной строчке, и далее вообще нигде не упоминается? Это всего лишь маленькая предыстория, там могло быть все, что угодно. Я просто до этого читал экспромт с забастовкой пегасов, и там в каком-то рассказе присутствовал алкоголь, очевидно, из-за этого он мне в голову и пришел. Но эта маленькая предыстория важной роли не играет, и оригинальности я туда и не вкладывал.
Но вообще, да, фик вышел неудачным (особенно конец с неизвестно зачем прилепленным чейнджлингом — не знал, как закончить), так как писал я в этот раз только для того чтобы поддержать экспромт, но толком не продумал, что буду писать.
Ты сам ответил на свой вопрос =)
И это получилось заметно сильнее остального текста. Можно этим воспользоваться в будущем, к примеру начинать от описаний или больше практики уделить на проработку персонажей.
Претензия мимо кассы, я вот вообще целый экспромт практически целиком посвятил алкоголю и ничего. Другое дело, что:
Это плохо на самом деле. У тебя не роман на 100500 тысяч слов, где одна строчка может потерятся и не влиять на сюжет. Хотя даже в романе такие пустые моменты — вредны. В маленьком рассказе глаз цепляется за любую такую мелочь, и она имеет большое влияние на восприятие текста. Если ты считаешь что она не влияет на сюжет, то почему не заменил эту строчку на что-то что влияет? Что поможет раскрыть образ Пинки через твою призму юмора, или даст какуюту связку с тем же Клаудсдейлом к примеру. На вскидку — Пинки просыпается после вечринки — они в Клаудсдейле отмечали победу Рейнбоу в соревнованиях. При этом можно было бы алкоголь не упоминать — просто прыгала-скакала-весилилась-устала-уснула, а облако это обычный Рейнбоу-розыгрышь. Пойми что такое маленькое упоминания алкоголя в тексте — это как маленький подшипник, который тем не менее способен обрушить карточный домик твоего текста. В данном сюжете, алкоголь никак не связан с каноном (не надо тут про серию про сидр — она про другое), а какое-либо дополниельно фанон раскрытие отсутствует. Так что это претензия перво-наперво не к алкоголю, а просто к тексту. Дискорд прячется в мелочах.
Работай над собой, желаю удачи.
Копыта и ПерьяРуководитель проекта «Небесный лотос» — Хард Краш.
Запись №1
Наконец-то! Спустя столько лет работы в погодной службе, научных работ, выступлений, поисков спонсора, даже шантаж, погодная фабрика «Небесный лотос» наконец-то приступила к работе. Конечно же, я лично подбирал название! И так, я нашел пони, способного увидеть потенциал моего проекта! Погодная фабрика на границе цветущих земель и бедленда, призванная превратить этот бесполезный кусок Эквестрийской карты в цветущий рай, где с комфортом смогут жить пони. Здесь есть все условия для проведения моих экспериментов и даже мои сотрудники назовут их безумными, выбора у них уже нет. Теперь приказы раздаю я. Осталось лишь наладить работу всех систем, развернуть оставшееся оборудование и двигаться в направлении неминуемого успеха!
Запись №2.
Иногда мне кажется, что само Небо испытывает меня. Ибо даже посреди пустыни, еще до того как комплекс был запущен мы встретили первую проблему. Клянусь меткой Селестии, не присутствуй я там, не поверил бы. Но в нашу погодную фабрику влетела стая перелётных птиц. Они уселись на крыше здания на одного из комплексов и улетать отказывались. Вызвал штатного эксперта по работе с животными, бет-пони по имени Сайлент Скрим. Сайлент выведала у наших внезапных гостей, что те летели на юг, но встретили препятствие в виде нашего комплекса. И, дескать, отклоняться от курса не могут ни на миллиметр. Вот ведь нонсенс! Мы весим в воздухе, в нескольких километрах над землёй. Но эти птичьи мозги даже не могут догадаться просто нас облететь! Я был готов высказать этим пернатым лентяям, но меня опередила бет-пони. Она разъяснила, что раньше они этот маршрут не использовали, и боятся потерять магнитный поток, относительно которого ориентируются. Сайлент Скрим очень быстро взяла инициативу в свои копыта, провела разъяснительную беседу и даже попросила наших учёных помочь с картой магнитных полей, чтобы найти для братьев наших меньших более подходящий маршрут, ибо очень уж странным выглядит их путь через Бедленд. И всё бы закончилось хорошо, если бы не еще один гость. Тирек его знает откуда взявшийся воробей. Потрепанный, грязный. Но изъясняющийся на Эквестрийском. По словам нашей специалистки такие случаи встречаются, хоть и редко. И вот тут то и начался форменный цирк. Он взбеленился, мол, с чего это именно птицы должны лететь через другой маршрут? Небо всегда было свободным, пока не пришли мы, пегасы, и не настроили тут черти чего. По этому подвинуться должны мы, а не они. «Двигайте свою халупу!» — скандировал он. Что за мерзкое создание? Это был бред, вот только гуси вдохновились, подхватили идею. Попытались снова объяснить, что двигать станцию нельзя, её разместили по четко выверенным координатам относительно магнитных полей. И если мы её сдвинем хотя бы немного, снова выставлять мы её будем неделю, если не месяц! Всё это очень тонкие расчеты! Но пернатый умник не унимался. В ход пошли оскорбления, обвинения в притеснении. Под конец он так разозлил нашу фестралку, что та обозвала его таким-то выменем, а он в ответ нарёк её крылатой петлёй. Точки не возврата мы достигли, когда Сайлент попыталась откусить обидчику голову. А тот лишь пуще разошелся. Орал, что это нападение на свободный птичий народ. Может быть, поведение моей сотрудницы можно было назвать непрофессиональным, но на тот момент я был полностью с ней солидарен. У нас тут серьезная работа и прихоти пернатых мы тут выполнять не обязаны. Поэтому под угрозой расстрела из водяных пушек наши незваные гости были вынуждены в срочном порядке покинуть территорию комплекса. Но на последок воробей-хулиган выдал, что это война. Пффф, что за примитивное создание. Да что может пара взбесившихся птиц?
Запись №3.
И так, по прошествии недели могу ответить на свой, казалось бы, риторический вопрос.
Во-первых, прицельная стрельба помётов в ваш утренний кофе во время обхода. Вреда конечно немного, но настроение портит.
Во-вторых мелкие гадости чуть большего калибра. Во время теста, одна из облачных машин вместо облаков стала откашливать перья. И явно не пегасьи, разных цветов и размеров. Больше всех в шоке была Сайлент, которая определила принадлежность некоторых перьев к тем видам птиц, которые не водятся в этих местах.
Участились случаи пропажи провианта. Сначала мы не придали этому значения, ведь пропадали жалкие крохи. Но со временем пропажи стали ощутимее. Я было даже подумал на кого-то из персонала, потому решил не усиливать охрану, а поступить хитрее. Лично отправился следить за пищевым складом. Замаскировался как по учебнику: черная одежда, накладной нос и усы, короба из-под медицинских препаратов… Когда я уже думал, что зря трачу время, злоумышленник наконец появился. Точнее «злоумышленники». Это были птицы. И отнюдь не только гуси, хотя один таковой в группу таки затесался. Восемь галок, четыре ласточки, три воробья и пять пеликанов. Это было самое странное зрелище, которое мне доводилось видеть. Они действовали организованно, слаженно и быстро. Проникнув через решетку на окне, птицы помельче стали подавать провиант пеликанам. Те выполняли функцию перевозчиков, и когда один был загружен под завязку, то на его место подходил следующий. Это уже было слишком. Я решительно покинул своё укрытие, намериваясь поймать пернатых уголовников с поличным. Но не успел я выкрикнуть фразу, что запомнилась мне с детства из комикса про детективов: «Стоять на месте, панки!» — как синицы ринулись в мою сторону. В лапках они держали шнурки, которыми завязали мне морду и потом опутали мои передние ноги. Потеряв равновесие я рухнул на землю, после чего меня придавили несколько нагруженных едой пеликанов. Они всё еще были слишком лёгкими и я приложив немного усилий я отбросил нападавших. Но бой быстро закончился, когда воры сбросили мне на голову огромный арбуз. Очнулся я только на рассвете. Меня нашли в мусорном баке, вместе со связанными охранниками склада. Судя по всему, будучи пойманными, наши противники решили больше не мелочиться и полностью опустошили наши запасы провизии. Теперь уже было ясно, что эти куриные мозги настроены решительно. Более того, они уже напали на меня! Пришло время принять решительные меры! Но вопрос всё же оставался открытым. Зачем им столько еды?..
Запись №4
Вместе с поставками провизии так же был прислан запрошенный мной отряд грифонов. Ночные патрули, которые я организовал после инцидента со складом, теперь усилены специально обученной силой, а мои сотрудники могут, наконец, заняться работой в полную силу. Грифоны посмеиваются над нами, мол, мы, пони, испугались каких-то синичек так, что боимся ночью нос высунуть. Как бы ни било обидно, но это так. Обстановка на объекте была далека от рабочей. Не смотря на то, что ни одного происшествия больше не было, пони стали нервными, вздрагивали от каждой тени. Один из погодных инженеров даже случайно смешал не те реактивы и вместо нормальных облаков, у нас получилась розовая сахарная вата. Удалось поставить всё так, будто это было намеренно и объявить выходной. Не смотря на то, что настроение у пони в целом улучшилось, отчитал инженера по первое число. Лучше уж пусть боится меня, а не жалких птиц.
Запись №5.
Всё тихо. Слишком тихо. Сегодня должна была прибыть еще одна поставка с провизией и новым оборудованием. Но что-то они задерживаются… По крайней мере мы стали догонять план. Специально созданные для пустынного климата облака уже были на своих местах. Скоро можно будет проводить первые испытания.
Запись №6
Сегодня даже грифоны признали, что что-то пошло не так. Первой «ласточкой» оказался страус, пробивший стену моих апартаментов. Встав во весь рост, это огромное чудовище выпучило на меня свои черные, пустые глаза. В них горел ледяной огонь ненависти. Мы долго смотрели друг на друга, ожидая, когда один из нас сделает неверное движение. И вот, чудище с мерзким клёкотом ринулось на меня. Моя песенка была бы спета, если бы на выручку не кинулся один из грифонов. Он повалил эту курицу-переростка и велел мне лететь оттуда к такой-то матери. Не имея ничего против, я вылетел в проделанную страусом дыры. Но увиденное заставило меня замереть на месте. Это была полноценная артиллерийская атака. Птицы… обстреливали нас снарядами из живых страусов.
Ну, а дальше должна была быть локальная война, внезапный спонсор проекта, упоротость…
Пиши чаще)
Собственно не удивительно то что он катится по наклонной. Чего требовать от участников если сами организаторы не могут написать вовремя рецензии на 4 работы. Я помниться за один день накатал отзывы на 14 работ.
Вы же понимаете что никто кроме авторов не будет читать эти работы?
Если ты забыл, то также напомню — из команды организаторов тебя ушли именно за невыполнение трудовых обязанностей. Если попроще — за то, что ты не писал рецензии. Так что, пожалуйста, не надо ходить с бревном в глазу и тыкать другим в соринку.
У нас существуют какие-то чёткие сроки, в которые мы должны публиковать рецензии?
Да, ты прав, хорошо бы делать это быстрее. Вот только наезжать на нас не надо. Мы и так посвящаем экспромту всё свободное время. А сейчас времена — не самые спокойные. Если у тебя это не так — искренне за тебя рад.
Ну лучше три строчки по существу (тем более что обычно работы большего и не стоят), чем 100500 строчек воды и обсасывания какой автор плохой\молодец в стиле ситизена.
Меня выкинули за то что у фоера была очередная истерика, а я попался под горячую руку ;3
Да можете вообще их не публиковать, они никому не нужны, и практической полезности не несут вовсе.
4 работы. 4 мать его работы. На них рецензии можно накатать за два часа. Тем более что они пришли не одновременно.
Вас там 11 оргов. Ладно раньше лит. беседкой занимались, так и её просрали.
И потом, ну написали не в те сроки, в какие тебе нравится, и что дальше? Всех расстрелять? Детский сад какой-то, лишь бы публично пособачиться.