Prompt #42 закрыт. 5 работ
+88
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт7 июня 2016, 21:02
Twilight wondering about Harmony by Scintillant-H
Тема прошедшего экспромтаТема: Пони и Смысл Жизни.
Описание темы: «42». «Рай». «Нирвана». «Дети». «Еда.» — такие ответы можно услышать на вопрос «В чем смысл жизни». Но так вам ответят люди, а что же об этом думают маленькие цветные лошадки?
Следующий экспромт начнётся в субботу, 11 июня, в 10:00 по московскому времени.
… и, по заказам участников, это будет экспромт СОАВТОРСКИЙ. Чтобы как следует подготовиться к нему, просим в отдельной ветке комментариев отметиться всех тех, кто наверняка примет участие в таком мероприятии. На всякий случай напоминаем, что на следующих выходных будет государственный праздник, так что выходной обеспечен всем.
111 комментариев
Но так было недолго. Внезапно на тумбочке рядом с кроватью, словно гром среди ясного неба, зазвенел будильник. Поморщившись, жеребец был вынужден открыть глаза и протянуть копыто, чтобы выключить его. Через несколько минут, насмотревшись на потолок своей комнаты, он поднялся с кровати и побрёл в ванную.
Его звали Сапфир Гласс. Он был словно эталон среднестатистического пони – у него был свой дом средних размеров, самая обычная работа в офисе и обыкновенная жизнь. И, конечно, у него была своя ипотека, которая, словно тяжелая стальная цепь, висела почти у каждого жителя города. Уже целых два года он работал в офисе, составляя все возможные таблицы и бумаги, какие от него требовались.
Умывшись, он вышел из ванной и направился на кухню, чтобы позавтракать. Жены у него не было, поэтому всю еду он готовил себе сам. Сегодня он решил добавить немного разнообразия и, вместо тарелки сена быстрого приготовления, съел две моркови. Чтобы окончательно проснуться, Сапфир Гласс выпил чашку кофе. Одевшись в совсем не примечательный костюм, он вышел на улицу и легкой рысью поскакал в офис, наслаждаясь утренним солнцем.
Весь его рабочий день был наполнен очень интересными и захватывающими событиями, сменяющими друг друга как будто по очереди. Для него, конечно – ведь это был самый обычный день. Начиная с самой первой минуты, когда он зашёл в офисное здание, его удивлению не было конца. К примеру, он совершенно не ожидал, что окажется в офисе ровно в ту же минуту, когда придет большинство его коллег, хотя такое происходит почти каждый день. Он не предполагал, что его работа пойдёт так гладко, и задание, которое дал ему босс на неделю, он выполнит за день почти наполовину.
Самым последним событием, которое стало для него настоящей неожиданностью, стала новость о появлении в рядах офисных работников новичка – молоденькой кобылки, которую уволили с прошлой работы. Больше половины дня он проработал, навострив уши и вслушиваясь в то, что говорят его коллеги. Кобылку звали Рэй Лайт, она закончила пару лет назад какую-то академию, и сегодня у неё должно быть собеседование с боссом, однако никто не сомневался в том, что она его пройдёт – никогда ещё не было такого, что кто-то не проходил собеседования в их офисе. Особенно после успешного окончания академий и опыта работы в целых два года.
***
Вскоре начало вечереть. В офисе постепенно становилось всё темнее. Небо начало краснеть, а комаров на улице стало так много, что их жужжание можно было услышать за закрытым окном. Наконец, в помещении, где без устали работали больше тридцати пони, стало настолько темно, что включились лампы. Для Сапфир Гласса это было сигналом, говорящим о завершении рабочего дня.
Он ещё раз осмотрел усталыми глазами на результат своей работы – огромную таблицу на мониторе с кучей различных слов и цифр – и выключил компьютер. Потянувшись и томно зевнув, он собрал все свои вещи – ручку и вечно пустой блокнот – в небольшую сумку, закинул её за спину и поднялся с кресла. Вокруг него толпа коллег делала то же самое, что и он. Через несколько минут они все направились к выходу, прощаясь друг с другом и договариваясь о встречах на грядущие выходные. Сапфир Гласс же молча брел вместе с толпой к выходу.
Он размышлял о вечном. О чем не размышлял никогда раннее. Зачем он живёт? Какой смысл в том, что он делает каждый день? Разве мир не может существовать без всех этих бумаг и огромных скучных таблиц? Он всю жизнь только и делал, что строил подобные таблицы, но зачем? Ради денег? Неужели в деньгах весь смысл его жизни?
Когда до двери на улицу оставалась всего пара шагов, он остановился, внезапно даже для себя развернулся и вышел из толпы, чтобы купить себе чашку кофе в автомате неподалеку. Он не мог объяснить столь внезапного поворота событий – ему просто сильно захотелось выпить кофе, поэтому он направился в другую сторону от выхода, все дальше от толпы уставших пони, которые со счастливой улыбкой направлялись домой.
Подойдя к автомату, он нажал копытом на кнопку с картинкой самого обычного кофе средней стоимости и потянулся к карману за мелочью. Краем глаза он вдруг заприметил что-то ярко-оранжевое на другом конце вестибюля. Прихватив зубами стаканчик кофе, он направился в ту сторону, делая осторожные глотки, чтобы определить температуру напитка. Кофе оказалось очень горячим. Когда Сапфир Гласс подошёл к интересовавшему его источнику ярко-оранжевого цвета настолько, что смог его разглядеть – зрение у него было ни к черту – он осознал, что это была кобылка. Единорог. Она скромно сидела в самом углу скамейки рядом с уже пустой стойкой администратора и, казалось, совсем не замечала Сапфира. Он стоял перед ней довольно долго и совершенно не знал, что сказать. Неловкая тишина поглотила весь вестибюль, а кобылка всё тем же невозмутимым взглядом смотрела в сторону.
Она была очень красивой. Её шелковистая грива мягко падала на плечи и словно светилась золотым цветом в темноте. Глаза были красивого зеленого цвета. Смотря на неё, Сапфир Гласс чувствовал волнение, которого не испытывал никогда раннее. Напиток в одноразовом пластмассовом стаканчике начал подрагивать, и внезапно очень горячая капля брызнула ему на щеку. Боль, которую он тут же ощутил, отрезвила его и заставила кашлянуть.
— Привет? – Неуверенно нарушил тишину работник офиса.
— О, здравствуй! – Резко громким голосом ответила ему кобылка, как будто только что его заметила. – Ты здесь работаешь, да?
— Да … — Сапфир посмотрел на потолок, чтобы собрать слова в более-менее внятный ответ. Это было для него очень сложно, хотя он не понимал, почему. – А ты, наверное, только собираешься у нас работать, ага?
— Ты прав! – Улыбнувшись, ответила она жеребцу. Улыбка была просто на миллион. Очередная капля горячего кофе словно ударила ему по щеке. – Я жду, когда меня пригласят в кабинет босса. Прошло уже очень много времени.
— Давай я составлю тебе компанию? – Сапфир всеми силами пытался побороть волнение и выглядеть спокойным. Он даже не подумал, что за окном уже вечер и офис скоро закроется, поэтому ждать этой кобылке придётся ещё целую ночь. Вместо того, чтобы посоветовать ей идти домой, он зачем-то навязывал ей свою компанию, хотя, возможно, она в ней даже и не нуждалась. Сапфир это осознавал, но всё равно продолжал стоять рядом с единорожкой, вопросительно глядя на неё.
— Давай! – Радостным голосом и с широкой улыбкой произнесла она.
— Ты здесь уже давно сидишь? – спросил у неё Сапфир после того, как подсел рядом.
— Очень! – Сапфир вдруг вспомнил её имя. Рэй Лайт. Прекрасное имя. — Целый день я тут сижу, а меня как будто не замечают! На вопросы отвечают всегда одинаково – «подождите ещё немного».
— Кажется, ждать тебе предстоит ещё очень долго. – Сапфиру удалось побороть своё волнение, поэтому его голос стал немного более спокойным.
— Я понимаю. Мне всю ночь придётся тут просидеть. – В голосе Рэй Лайт прозвучали нотки грусти. — Но это лучше, чем дома.
— Почему? – Навострив уши, Сапфир приготовился слушать грустную и душещипательную историю.
— Там сейчас такой бардак! – Своим ответом Рэй ввела жеребца в ступор. – Я совсем недавно приехала в ваш город, поэтому мы с друзьями, живущими здесь, решили устроить вечеринку в честь новоселья, и она получилась очень крутой, но мне так лень всё прибирать!
— И это – единственная причина, по которой ты не идёшь домой?
— Да. – Невозмутимо ответила ему Рэй Лайт. – Я ведь художница. При виде такого бардака у меня прямо душа болит! А в этом красивом месте я чувствую себя просто прекрасно!
— Художница?
— По специальности. Я ведь два года назад закончила академию искусств. – На мордочке Рэй Лайт появилась широкая улыбка. – Эх, вот были времена!
— И что же ты собираешься делать в офисе, художница?
Кобылка посмотрела на Сапфира так, словно он только что спросил, кто такая Селестия.
— Рисунки, конечно! В объявлении было сказано, что вам нужен кто-то, кто сможет делать красивые рисунки для того, чтобы вешать их на стены в офисе и создавать веселую атмосферу! – Рэй в очередной раз наградила его широкой улыбкой.
— А где ты работала раньше?
— Не напоминай мне об этом, пожалуйста. – Сморщив мордочку, она внезапно посерьёзнела и посмотрела в сторону. – Все мы делаем ошибки, не так ли? Об этой я вспоминать не хочу.
— Ладно. Расскажи о своей жизни в академии искусств?
Улыбка Рэй Лайт стала ещё шире. Глубоко вдохнув, она стала рассказывать ему различные истории, а Сапфир с каждой новой историей всё больше осознавал, что всю жизнь прожил словно в инкубаторе.
Больше получаса они сидели вдвоём на скамейке в вестибюле рядом с пустой стойкой администратора и болтали. Мимо них в направлении выхода проходили задержавшиеся работники офиса, с каждой минутой пустеющего всё сильнее.
Сапфир решил поделиться своим кофе с Рэй, но она отказалась. Вскоре на улице стемнело окончательно, в офисе кроме них остался только охранник, грозно смотрящий на них с другого конца вестибюля, а на улице включились фонари. Допив свой кофе, жеребец выбросил стаканчик и поднялся со скамейки.
— Офис скоро закроют. Тебе всё равно придётся идти домой.
Издав разочарованный возглас, Рэй тоже поднялась со скамейки, и они оба направились к выходу. Уже на улице Сапфир попрощался с новой знакомой и направился домой, однако заметил, что она всё ещё идёт рядом с ним. Чем ближе он был к своему дому, тем сильнее было его удивление. Но он решил смолчать. Каждый раз, когда их взгляды пересекались, Рэй дарила ему широкую улыбку, а Сапфир вновь чувствовал нарастающее волнение, стараясь ответить ей такой же улыбкой.
Наконец, он дошёл до дома и остановился напротив двери. Рэй всё так же шла рядом с ним, однако сейчас она прошла без остановки мимо него. Сапфир, не шевелясь, стоял перед закрытой дверью и смотрел на неё прощальным взлядом. Кобылка подошла к двери дома, стоящего совсем рядом — того самого, откуда вчера ночью доносился шум, мешающий жеребцу спать, и открыла его ключом. Через пару секунд она скрылась в доме и закрыла за собой дверь, оставив недоумевающего Сапфира на улице совершенно одного.
Его удивлению не было конца, а сравниться с ним по величине могла только улыбка на мордочке. Только что у этого совершенно обыкновенного жеребца появился новый смысл в жизни. Он тоже ничем не примечателен – ведь может быть у каждого из нас. Но это совсем не отменяет того, что он – самое лучшее, что есть в нашей жизни.
Сейчас же рассказ хоть и читается легко, но изобилует «словесным хламом».
Так же следует формировать более цельный облик персонажей, иначе не миновать критических ошибок в логике повествования.
Заменяем на прикроватную тумбочку, или просто тумбочку.
"… вынужден открыть...,… протянуть...,… выключить", вместо, к пример: Поморщившись, жеребец нехотя разлепил глаза и выключил будильник. Короче и естественней.
Много пустых уточнений, почти в каждом предложении.
Как его можно избежать?
Можно размазать вумное «читайте хорошие книги», но отвечу так: не бойтесь простоты и легковесности.
Сопоставимо:
— Доктор, я просиживаю за компьютером с утра до ночи, дома и на работе. Спину сводит, от кофе и энергетиков изжога и бессонница, зрение никакое! Как мне быть?
— Вам нужно лечиться хорошими (дорогими*) лекарствами. Долго лечиться.
Думаю, автор и без наших наставлений понимает всю важность чтения при формирования писательских навыков. Однако, обратился он с конкретным вопросом, и клишированный ответ вряд ли откроет для него пути постижения новых решений.
-Пони!
-Нет, окружающая вселенная с её бесконечностью и возможностями к познанию!
-Нет, там будет изображено бытие пони!
Раздался шлепок, когда маленькая единорожка в отчаянии приложила копыто ко лбу.
-Пух, ну сама послушай, ну чего ты несёшь? Как ты себе представляешь изображение абстрагированного бытия? — Лайм с победной улыбкой глянула на подругу, радуясь, что выговорила сложное слово правильно.
-Эммм… — вторая единорожка задумалась, но сдаваться не хотела. — А может, никто не знает, как оно выглядит, только потому что раньше не получал такой кьютимарки? А мы получим их первыми и собьём два яблока разом!
-Потому и не получал, что первичным объектом изучения философии служит окружающий мир! Стоп, при чём тут яблоки?
-Ну, знаешь, так говорят о выполнении двух дел одновременно.
-Девочки! — раздался голос за их спинами. Кобылки обернулись и увидели мисс Блоссом, их школьную учительницу, одетую, как обычно, в тёплый растянутый бежевый свитер, из которого торчали пепельного цвета крылья. В отличие от школ Кантерлота и Манхэттэна, где разные учителя вели разные предметы, в школе Понивилля учитель обычно прикреплялся к одному классу учеников и вёл у них почти всё, кроме самых специфичных дисциплин. Это позволяло учителям лучше узнавать своих подопечных, и сейчас пегаска чувствовала, что ей самое время вмешаться. — Я надеюсь, вы не забыли, что доклад надо сдать завтра утром?
-Да, мисс Блоссом! — ответили они почти хором.
-Вот и хорошо, — сказав так, взрослая пони взмыла в небо, оставив двух подруг сидеть в углу школьного двора. — Жду вас завтра!
-Мы обречены. — скорбно пробормотала ей вслед Лайм. — Как мы найдём смысл жизни за оставшееся время?
-Ну, — робко протянула вторая единорожка, — может, поспрашиваем других пони?
-Точно, как я могла забыть! — воскликнула первая кобылка, заставив Пух вопросительно поднять свою оранжевую бровь. — Школьный архив!
-Архив?
-Да, точно. Учебная программа повторяется кругами, а работы старых выпусков хранятся в архиве. Мы просто прочитаем уже готовые доклады на эту тему!
-А разве это будет честно?
-Конечно честно! Любая научная работа начинается со сбора и систематизации уже имеющейся информации, — наставительно произнесла Лайм. — Мы просто возьмём их как основу.
Вскоре кобылки стояли около входа в школьный подвал. На его двери висел большой железный замок, но фиолетовое поле окутало его и он открылся с лёгким щелчком.
-Ух ты, Пух! — воскликнула жёлтая подруга. — Откуда ты этому научилась? Может быть, нам попробовать получить метки взломщиков?
-Давай не забывать, зачем мы сюда пришли, — ответила та, — третий год обучения, вторая четверть. Давай скорее найдём что нам тут нужно, и уйдём отсюда?
-Давай. Сколько же тут этих работ? Они что, хранят их вечно и совсем не выбрасывают? А зачем?
-Понятия не имею. Может быть, на тот случай, если кто-то из выпускников станет знаменитостью? Или ещё что-нибудь?
Они довольно быстро отыскали нужную стопку и стали разбирать её. Лайм озарилась улыбкой:
-Нашла! Посмотрим, что же тут написано, что же является смыслом жизни… “Работать усердно, учиться хорошо и использовать свои навыки на благо Эквестрии.” “Улыбки моих друзей” “Бесконечный поиск кьютимарки, как постоянного напоминания о том, что лишь одна атака медведежука отделяет нас от забвения”? Боже мой, кто только писал эту ерунду? Не похоже, что тут можно найти что-то стоящее, — разочарованно протянула она. — Хотя что я ожидала от жеребят?
-И что же будем делать теперь?
-Если будем спрашивать людей на улице, результат будет ничуть не лучше. А что, если поискать где-то уже отфильтрованные высказывания умных пони? Мы же начали с философов, может быть, поищем их книги? У меня дома была парочка.
-Кажется, я знаю что нам нужно — заявила Пух.
Через полчаса две подруги стояли перед дверьми городской библиотеки. Это было лёгкое, ажурное, двухэтажное здание, построенное из резного дерева, с большими и просторными окнами. Внутри стояли большие столы со скамьями, шкафы, набитые книгами, а у входа за стойками сидел улыбающийся жеребец.
-Чем могу помочь двум столь юным особам? — обратился он к вошедшим кобылкам.
-Добрый день, мы ищем смысл жизни. У вас нету чего-нибудь на эту тему? Работ Пократа, например. — ответила Лайм.
-А зачем вам это? Не хотите ли лучше книжечку про милых маленьких котят?
-Нет, нам это очень-очень нужно для школы. Так что, вы нам поможете?
-К сожалению, мы такого не держим. Точно не хотите книжку про котёнка?
-До свидания. Пошли отсюда, Пух. Видимо, нам точно придёт конец. — кобылки разочарованно опустили ушки и уже развернулись было развернулись к выходу, как библиотекарь вновь окликнул их:
-Постойте! Кажется, я знаю, как вам помочь. Есть другое здание, я обычно хожу туда пару раз в неделю, убирать пыль. Вы найдёте его по этому адресу, ключ лежит над дверью. Там наверняка будет всё, что вам нужно.
-Большое спасибо, мистер! Вы нас буквально спасаете!
-Просто не могу смотреть на жеребят в беде — глупо захихикал он в ответ улыбающимся кобылкам.
Через четверть часа кобылки подошли к другому зданию — большой, узкой, массивной двухэтажной каменной башне с узкими отверстиями в качестве окон. Ключ и правда оказался на положенном месте. Кобылки вошли внутрь и ахнули: в центре башни была винтовая лестница, а вокруг неё стояли каменные стелажи с книгами, да какими! Лайм знала нескольких философов по именам, а тут их были сотни! И не только философов, тут было множество разделов: “Практическая магия”, “Физика”, “Астрология”, “История”. От количества книг, а так же обилия пыли в тесном пространстве у Лайм закружилась голова и всё, что она смогла из себя выдавить было -Кажется, я умерла и попала в понячий рай.
-Давай не забывать, зачем мы здесь! — напомнила ей Пух.
И они стали искать и читать книги по философии до поздней ночи.
-Вот смотри, сколько существует концепций, — объясняла Лайм подруге — большинство пони древнего времени считали, что смысл жизни состоит в том, чтобы прожить её достойно, в согласии с добродетелями. Правда, они расходились по вопросам, что же именно считается добродетелью и некоторые давали весьма забавные определения. Доходили даже до того, что считали высшим благом сидеть и ничего не делать! Странно, правда? А вот в новом времени всё было совсем иначе: кто-то из пони утверждал что смысл делать то, что приносит пользу или удовольствие, кто-то — в том, что пони лишь инструмент великого всеобщего замысла! Тебе хотелось бы быть частью всеобщего замысла, Пух? А вот тут говорят вообще о том, что само определение смысла жизни невозможно, так как определять смысл можно только для вещей внутри жизни и получается тавтология.
-Уж чего мне и хотелось бы, так идти спать — пробормотала сонно её подруга. — Я пойду домой, а ты?
-Нет, я ещё посижу, и продолжу писать заметки — отмахнулась Лайм. — Сколько же всего тут пишут! А вот тут…
В глаза бил яркий свет. Кобылка недовольно открыла глаза и обалдела. Что, она уснула за книгами и уже наступило утро? А как же доклад? Она скинула с себя одеяло, задумавшись на секунду, кто же мог его принести, и выскочила на улицу. Солнце стояло предательски высоко, наверняка был уже полдень. Она пулей пробежала к зданию школы, и влетела в кабинет учительницы.
-Мисс… Блоссом… — запыхаясь произнесла она. — Доклад…
-Не волнуйся, милая, Пух уже принесла его за вас двоих. Она сказала, что ты готовилась всю ночь, я прочитала его и решила поставить вам обеим пятёрки.
-Но как же — ошарашенно произнесла кобылка — мы же так и не узнали, в чём же смысл жизни?
-Не беспокойся — пегаска улыбнулась жеребёнку тёплой улыбкой — у вас будет вся жизнь впереди, чтобы открыть для себя это. Главное для меня, что вы сегодня кое-чему научились, верно?
Выходя из кабинета учительницы, одну вещь Лайм знала точно: когда-нибудь, она найдёт смысл этой странной жизни. Когда-нибудь.
Ночные улицы прекрасного Кантерлота сегодня освещались не только фонарями, но и светом полной луны. Но ярче всех выделялся большой белый дворец, стоящий посреди города.
Дрим Скрим перевела взгляд на сидящего у края крыши беловолосого, с красными прядями в гриве, фестрала. Повернутый к ней спиной капитан Мунлайт не шевелился. Его взор был устремлен в небо, туда, где полыхали крохотными огоньками мириады ярких звезд.
Дрим осторожно сделала шаг. Ещё один. Если ей удастся прикоснутся к нему прежде, чем…
— Примите мои поздравления, стажер Скрим, — внезапно негромко произнес капитан Мунлайт. – Вам удалось удивить меня.
— Дискорд, — ругнулась Дрим. Сняв со своих копытец тряпки с наложенным заклинанием Неслышимости, она уже не таясь подошла к капитану Гончих. – Ну и, где я прокололась? Заклинание…
— Заклинание сработало как надо, — успокоил её капитан. – Но вы допустили тактическую ошибку. Из-за моей позиции, у меня по умолчанию было блокировано зрение и осязание. Вкус в этой ситуации бесполезен, а слух вы успешно нивелировали магией.
— Но?..
— Обаяние. У вас прекрасные духи, стажер.
Кобылка только вздохнула. Теперь понятно, почему Мортал так просто согласился на её условия спора. Что ж, придется выполнять свою часть. Обычно, если судить по любовным романам, жеребцы получают поцелуй прекрасной проигравшей…
Мортал попросил стопку блинчиков.
— Мне казалось, что Мортала ещё не снимали с должности твоего телохранителя, — прервал её размышления капитан.
— Он отлучился по каким-то важным делам. Сказал, что с вами мне ничего не грозит. Может, не надо его наказывать? – попросила Дрим.
Мунлайт не ответил. Чуть прикрыв глаза, он продолжил смотреть на полную луну. Дрим Скрим последовала его примеру. На мгновенье ей показалось, что кратеры сложились в форму лошадиной мордочки, но наваждение тут же пропало.
— Принцесса Селестия отправила вам приглашение на Гала… — внезапно произнесла она.
— Я знаю.
— Вы пойдете?
— Нет.
— Но почему? Я слышала, что его проводят…
— …раз в год. Причем Селестия старается все рассчитать так, чтобы день не выпадал на полнолунье, — сухо улыбнулся Мунлайт. – Я никогда не был поклонником больших торжеств. А эта ночь слишком хороша.
— Да, и вправду красиво, — согласилась кобылка, рассматривая звёзды. – Знаете, в детстве мы с братом всегда любили ночевать под открытым небом. Рассматривали луну, звёзды… Стар всегда рассуждал о том, как станет первым мечом Старспайра.
Капитан лишь пожал плечами.
— Знаете, — продолжила Дрим, — когда я долго смотрю на звёзды, мне становится немного страшно. Мир сразу как будто уменьшается, а ты превращаешься в маленькую песчинку. И тогда приходит вопрос: в чем смысл этой песчинки? Что такое вечность? Что было до нее?.. Капитан?
Кобылка перевела удивленный взгляд на Мунлайта. Тот мелко трясся, издавая приглушенные звуки. Неожиданно Дрим поняла, что Главная Гончая смеется.
— Это нормально, стажер, — отсмеявшись, ответил он. – Помню, когда мне было сто, я тоже мог часами наблюдать за небом и рассуждать о подобном. В конце концов, на часть вопросов я нашел ответ, а часть просто убрал в сторону.
— И? – заинтересованно подалась вперед Дрим.
— Смысл песчинки, точнее говоря, смысл жизни… Что ж, я нашел свой ответ, — повторил Мунлайт, наконец посмотрев на Дрим. Встретившись с его красными глазами, Дрим невольно вздрогнула. – Сразу предупрежу, это только моя теория, и она не абсолютна. Думайте, что хотите. Смысл жизни лежит в удовлетворении естественных потребностях. Точнее, одной, самой главной потребности, зависящей индивидуально от каждого живого существа.
— Самой главной потребности?
— Именно. Ещё её называют желанием. Самым заветным желанием. Возьмем, к примеру, Мортала. У него характер типичного героя летописей: он ненавидит скуку и письменную работу, постоянно влипает в неприятности, особенно если это вооруженная стычка. Каждое боевое задание для него словно глоток чистого воздуха и он наслаждается им как никто другой. Его заветное желание – стать героем с большой буквы, чтобы о нем слагали песни и баллады.
— А остальные?
— Гончая Акс наш повар. Он постоянно коллекционирует всякие приправы и рецепты. Думаю, его смысл жизни состоит в том, чтобы создать свой собственный рецепт какого-нибудь Идеального Блюда. Блейз постоянно рисует картины и надеется, что когда-нибудь его настоящее имя будут знать не только фестралы. Ария желает основать самый большой в мире зоопарк. Ему всегда нравились всякие зверушки. Грейв… Ну, тут сложнее. Он мало говорит, и даже я не берусь сказать, что у него на уме.
— Эм-м, капитан? – тихо поинтересовалась Скрим, когда молчание немного затянулось.
— Да, стажер?
— Вы рассказали про каждого члена вашего отряда, но ничего не упомянули о себе. Какое у вас желание? В чем смысл ВАШЕЙ жизни?
Внутренне Мунлайт улыбнулся. Конечно, ему не сильно хотелось изливать душу какой-то кобылке-фестралке, пусть даже она официальный наблюдатель Города Тысячи Мостов. С одной стороны, если он ответит отказом, его поймут все. И патриарх Шедоуспайра, и Регент Старспайра, и сама Дрим Скрим, но… там все равно почти нечего прятать.
— Прежде, чем я скажу ответ, не могли бы вы оказать мне услугу?
— Конечно, — с готовностью кивнула Дрим.
— После изгнания принцессы Луны Дети Ночи Старспайра скрылись в своем городе. Вы сотни лет сидите на своих парящих скалах, которые расположены в высших слоях атмосферы. Скажите, что вы оттуда видите? Что видят те, перед которыми вся Эквестрия как на копыте?
— Ну-у-у, — задумчиво протянула Скрим, — на самом деле, немного, — грустно ответила она. – Наши возможности ограничены. Время от времени магам удается выцепить какое-то важное событие, но по правде говоря… По правде говоря, из нас уже почти никто не интересуется земным миром.
— Я предполагал что-то в этом роде. Хотите знать, что видят изгнанники, загнанные под землю? Лично я вижу свет, — взгляд Мунлайта сдвинулся. Он словно смотрел куда-то сквозь кобылку. – Верность, честность, взаимопомощь, достаток, сытость, ммать, которая обнимает своего жеребенка, друг, протягивающий ногу помощи… Но проходит немного времени, и все погружается во тьму. Алчность, похоть, жадность, голод, жеребец, убивающий ради удовольствия, грифоны-работорговцы, уводящие жеребят… И тогда приходим мы. Приходим, чтобы вычистить всю ту грязь, всю ту плесень, которая начинает покрывать мир.
— Иногда я все больше задаюсь вопросом, — задумчиво произнесла Дрим. – Судя по нашим книгам, принцесса Селестия – пример доброго божества. Но разве добрый бог будет посылать отряд наемников вершить… правосудие?
— Принцесса Селестия не только бог. Вернее, божеством её называют только пони. Но прежде всего она – правитель огромной страны. И ей просто физически не удается быть во всех местах одновременно. Поэтому существуем мы. Как бы лицемерно это не звучало, мой отряд тоже несет гармонию. Пусть мы для этого используем не Элементы, а косы, стрелы, топоры и мечи. Мы – Кровавые Гончие. Мы – обратная сторона Гармонии, скрывающаяся в тени. Именно в этом и заключается мой смысл жизни: служить и защищать. Служить принцессе Селестии и защищать народ Шедоуспайра.
— А если приказы принцессы пойдут вразрез с защитой Шедоу? Что если она… она прикажет… убить…
— Я – голос принцессы, — повторил Мунлайт. – Её воля – моя воля. Её желание – мое желание. Я выполню абсолютно любой приказ.
— И даже…
— И даже этот. Потому что знаю, что она такого мне не прикажет. А если даже и сделает, то это будет означать только одно: мои собратья окончательно превратились в монстров без надежды на спасение.
Дрим промолчала. Капитан говорит предельно спокойно, но в воздухе все равно нарастает какое-то напряжение. Да и, все вокруг как-то странно потемнело… А нет, это просто на луну набежали тучи.
— А что на счет защиты Шедоу? – робко переспросила кобылка.
— Мои собратья слишком долго сидели в подземельях. Мне это надоело, стажер. Надоело, что нам, словно крысам приходится ловить лучики «света», чтобы хоть на несколько мгновений почувствовать себя счастливыми. На горной породе почти ничего не растет, большинству растениям необходим настоящий солнечный свет, а крысятина так и останется крысятиной, сколько не пичкай её приправами. Даже качество нашей ковки сыграло с нами злую шутку: эквестрийская армия давным-давно вооружена клинками, вышедшими из-под наших наковален, но так и ни разу не сделала дополнительный заказ. Все потому, что наше оружие – самое лучшее. По этой же причине мы не можем продавать его другим странам, иначе может вспыхнуть дополнительный конфликт… Но для меня даже не это главное. Я хочу, чтобы наши потомки могли увидеть солнце, не проходя полную тренировку на выживания. Чтобы они могли впервые покинуть Шедоу не в двадцать, а хотя бы в пять.
Дрим Скрим кивнула. Ей вспомнилось время перебивания Мунлайта в Городе Тысячи Мостов. Вспомнилось, как он сметал все книги по магии, как вломился в запрещенную секцию библиотеку. И с какая надежда на секунду промелькнула в его взгляде, когда её учитель пообещал приложить все силы по поиску удаления Порчи из тел несчастных. Правда, он несколько раз повторил, что после извлечения у Детей Шедоу скорее всего пропадут такие силы, как мгновенная регенерация, сверх рефлексы, долголетие… Но зато их не будет пытаться убить первый встречный просто потому, что Порча вызывает у «светлых» подсознательную ненависть к Детям.
— Кстати, мы с Морталом были в кантерлотском саду, — припомнила она. – И он показал мне одну статую. Кобылка-фестрал с парными клинками. Если я правильно помню, её звали Кнайф. Мортал сказал, что вы знаете больше. Она?..
— Сестра. Старшая.
— Оу, — покраснела Дрим, — я… я сожалею.
— О чем? – вновь посмотрел на неё капитан. – Думаете, стажер, мне больно вспоминать её смерть? Кнайф умерла, как истинный фестрал Шедоу. С обнаженным оружием, улыбаясь в лицо смерти. Она – герой Шедоу.
— Там было что-то вроде уравнения. Один равно…
— … нескольким сотням. Кнайф остановила стаю химер, готовых смести одну из деревень с лица земли. Она нарушила приказ, заплатила за это жизнью… И сделала то, для чего был рожден каждый из нас. Именно её желания стали основами для моих, — тихо добавил Мунлайт. – Она всегда говорила, что выведет нас из пещер и воссоздаст настоящую Лунную Стражу. Что создаст для нас мир, свободный от ненависти. Она нашла свой смысл жизни намного раньше меня.
Со стороны подул легкий ночной ветер, заставивший кобылку поежиться. Зябко передернув плечами, Дрим Скрим снова посмотрела на небо. Туч больше не было.
— Хой, подруга!
Сверху спикировал голубоглазый фестрал в легком нарядном доспехе. Зависнув рядом с Дрим, Мортал отдал честь капитану.
— Вольно, Мортал, — хмыкнул тот, — отведи стажера на Гала.
— Вы все-таки не пойдете? – спросила Дрим, забираясь телохранителю на спину.
— Увидимся на празднике.
Сделав шаг, капитан спрыгнул в темный переулок. Кожистые крылья распахнулись парашутом.
Проводив улетающих подчиненных взглядом, Мунлайт задумчиво прикусил губу. Давненько он не навещал статую сестры. Пожалуй, стоит сходить. Размять ноги не помешает.
— Может, сходить к психологу было бы неплохой идеей, — задумчиво пробормотал он, пересекая пустынные улицы. – Во всяком случае, на душе легче, чем обычно.
«У тебя забавная теория, Мунлайт»
Капитан остановился. Закрыв глаза, он мгновенно сфокусировался на своих ощущениях. Слух и нюх почти сразу же обострились до предела.
«Забавная, но ей не хватает несколько мелочей. Но в общем-то я с ней согласен»
Мунлайт выдохнул. Никого.
— Я никогда не замечал за собой шизофрении, — негромко произнес он, становясь в боевую стойку.
«И?»
— Покажись. Или боишься?
«Протри глаза. Я здесь»
Мунлайт перевел взгляд. У одного из переулков сидела фигура в балахоне. Глубокий капюшон полностью скрывает глаза, а на боку висит чуть изогнутый меч в черных ножнах. Рукоять обмотана такого же цвета лентами.
Точно такой же висит на боку у него, Мунлайта.
— Опять ты… — холодно процедил капитан.
— Ты как будто не рад, — насмешливо донесся постоянно меняющийся голос.
— Верни меч.
— А ты попробуй отбери.
Мунлайт напрягся, мысленно благодаря небеса, что его не видят другие члены отряда. То, что он собирался сделать, было диким непрофессионализмом.
Подняв с земли камешек, капитан подкинул его в воздух и задержал дыхание. Повинуясь силе притяжения, булыжник полетел вниз, постепенно замедляясь. Как только он окончательно завис в воздухе, Мунлайт метнулся вперед. Его копыто выстрелило в сторону черных ножен, застывшей каменным изваянием, фигуры.
Увы, как только о прикоснулся к ним, Мунлайт метнулся обратно. Копыто прошло сквозь клинок. Сделав несколько глубоких вдохов, он холодно посмотрел на неизвестного.
— Неплохо, — похвалил его тот, – будь здесь настоящий я, мне бы пришлось реагировать в тоже мгновенье, как ты подбросил камень. Впрочем, ничего другого я от тебя и не ожидал. А уж узнать, что ты ещё и философ…
— Подслушивал?
— Угу. И, должен сказать, приятно удивлен.
— Может, для начала представишься?
— Мое имя не имеет особого значения, — пожала плечами фигура. – Впрочем, можешь называть меня Хозяином.
— Хозяином чего?
— Моих Детей.
— Ты не слишком похож на заботливого отца.
— Прежде всего я – учитель. Мастер, Хозяин, Нью Найтмер… Когда ты можешь себе взять любое имя или титул, порой бывает трудно остановится.
— Ты следовал за моим отрядом из самой Грифонии только затем, чтобы поделиться этим?
— Для меня расстояния – не самая большая преграда, — фыркнул Хозяин, полируя серебряным напильником копыто. — Повторюсь, я пришел поговорить.
— Говори.
— У нас общие цели. Я хочу тривиально предложить тебе присоединиться ко мне.
— Серьезно? – криво ухмыльнулся капитан. – Мне казалось, что я все ясно дал понять во время нашей последней стычки.
— Ты даже не выслушаешь меня?
— Нет.
— А ведь я хочу того же, чего и ты, — отшвырнул напильник в сторону Хозяин. Тот глубоко вонзился в одну из стен. – Мне тоже надоело, что жители Шедоу живут словно пораженные чумой крысы.
— Вот как? И поэтому ты торговал наркотиком через грифонских бандитов?
— Мне тоже нужны деньги. А по поводу «Крыльев», ты мне, кстати, должен. Знаешь, как трудно собрать и организовать весь этот сброд, который ты со своими песиками вырезаешь за каких-то два часа?!
— Дико сочувствую. У нас заказ.
— Так или иначе, вернемся к делу. Я хочу построить мир для фестралов, не прибегая к удалению Порчи.
Мунлайт моргнул. Не извлекать Порчу? Но тогда это…
— Это будет означать войну.
— Именно, — хмыкнул Хозяин, — войну видов, естественный отбор. Мы слишком долго клали свои жизни на «благо Эквестрии».
— Не припомню, чтобы в Шедоу водились отступники.
— Я уже один раз умер во славу Селестии. Больше не хочу. Ты знаешь, что нас ждет там, Мунлайт? Я – знаю. И не горю желанием чтобы узнали другие.
— А я – топить Эквестрию в крови. Если ты подслушивал наш разговор, ты знаешь, чего я хочу. И чего хотела Кнайф.
— Кнайф… Ты цепляешься за идеалы девчонки, только-только переступившей порог совершеннолетия. Она думала, что нашла свой смысл жизни, и этот смысл завел её прямиком в могилу!
— Заткнись! – внезапно для себя рявкнул капитан. – Ты НИЧЕГО не знаешь о Кнайф!
— Я знаю больше, чем ты. Герой Шедоу… Неужели ты и вправду считаешь, что смысл Шедоу только в том, чтобы в определенный момент подарить горстке смертных пару десятков лишних лет? А взамен пожертвовать сотней?! Шедоуспайр, острие меча и центр щита, оплот Эквестрии перед Порчей… С самого начала нам вдалбливают истину, что мы рождены для защиты. В двадцать лет мы приносим клятву верности даже не задумываясь: а хотим ли мы защищать их?
Развернувшись, Мунлайт расправил крылья… и натолкнулся на черный провал капюшона. Всего за мгновенье Хозяин переместился на несколько шагов.
— В этом и заключается слабость твоей идеи. Загляни внутрь себя, разбей клетку того, кого заковал в цепи. Окунись, посмотри в зеркало, и снова задай себе свой вопрос.
Дернувшись всем телом, Хозяин растаял в воздухе.
«Покажи этому миру настоящего себя, капитан Мунлайт Кровавая Луна. Я не прощаюсь. У одного дикарского племени власть предлагают трижды. Считай, что это был первый раз. Потом будет второй. А в третий… в третий я тебя убью. Учти, я исполню свою… нет, нашу мечту. Я принесу рай для фестралов, даже если мне придется превратить всю Эквестрию в ад»
Примечание автора: История опять пишеться по “хедканону Дарк Кнайта”. Я все так же тренируюсь в плавном погружении, так что прошу прощения. Тут я, правда, уповал больше на философские размышления.
Я очень спешил и недостаточно раскрыл аргументацию Хозяина. По идее там должно было быть больше о «теории выживания и пищевой цепочке».
Большой единорог, сидевший напротив, согласно кивнул и опустил на стол удерживаемые магией страницы. Затем он с наслаждением потянулся, разминая мышцы затёкшего тела.
– Пожалуй. Мы проделали хорошую работу: проработали целую главу, обсудили общие вопро… – увидев вопросительное выражение на мордочке собеседницы, жеребец прервался, – Ты что-то хотела спросить?
– Да. Ты сегодня говорил, что в моём рассказе не хватает Идеи, вспоминал философские проблемы, и я захотела узнать, как ты сам думаешь, Малум, в чём смысл жизни?
Единорог задумчиво хмыкнул, оглядывая окружающие его стеллажи книг. В библиотеке, в которой он работал и в которой они сейчас находились, точно были книги, чётко и логично отвечающие на этот вопрос десятком различных теорий.
Раскат грома прервал затянувшуюся паузу; Малум Вербум прянул ушами и вновь расслышал ставший уже привычным гул ветра за окном.
– Это… Это очень сложный вопрос. Хм… – жеребец снова замолчал на несколько секунд, пытаясь как можно точнее сформулировать свои мысли.
– Знаешь, я не думаю, что у нашей жизни есть определённая Цель. Не верю, что кем-то свыше перед каждым поставлена задача, которую он должен достигнуть, – Единорог задумчиво потёр подбородок, вглядываясь в окно, за которым бесновалась одичавшая природа.
– Мне, скорее, ближе теория о том, что в нашей жизни важен Путь, которым мы идём по жизни. Как мы её проживаем, какие совершаем поступки… И важно не сбиться, не свернуть не туда, стоя на перекрёстке семи дорог. И от того, насколько правильные мы предпринимаем решения, зависит, в конечном итоге, каким единорогом… – жеребец слегка замялся, но тут же поправился, – Или, вернее сказать, каким пони мы станем. И цельная личность, способная мыслить и творить, – это главная ценность любого общества. В конце концов, кому как не нам самим отвечать, за то, кем мы стали?
– Получается, главная задача – быть хорошим? Разве это имеет смысл, если все мы всё равно умрём?
– Ты права, Смарти Клауд, саморазвитие без самореализации – путь в никуда, – заметив недопонимание собеседницы, единорог пояснил:
– Если не оставишь свой след в мире, нет никакой разницы, каких высот ты достиг в духовном развитии, – насмешливо глянув на пегаску, Малум продолжил – Ну, вот, смотри: писатель научился идеально складывать слова, придумал невероятно интересный сюжет, прописал героев до каждой мельчайшей детали характера… И так и не решился написать книгу. Какой смысл во всех его навыках, если он не может донести свою мысль, свои идеи до читателя? Никакого.
Смарти, внимательно слушавшая своего учителя, в очередной раз невольно зевнула. Поборов взбунтовавшуюся челюсть, она произнесла:
– Думаю, я понимаю, о чём ты. Важно идти верным путём, быть умной и оставить свой след в этом мире, сделать его чуточку лучше, – кобылка перевела взгляд на размётанные по половине стола страницы – Я постараюсь написать книгу, которая затронет сердца других пони и покажет им правильный путь в жизни!
Единорог, видя такой энтузиазм, только лишь снисходительно улыбнулся. В конце концов, кто не был в юношестве максималистом?
– Вот и хорошо, а теперь маленьким жеребяткам полагается…
– Эй! Мне шестнадцать! Ты всего на восемь лет меня старше! – возмущённо воскликнула Смарти.
– Ну вот, только я почувствовал себя умудрённым годами мыслителем, так тебе надо всё испортить своими неуместными комментариями! – Малум с раздражением посмотрел на пегаску, однако не выдержал и засмеялся. Вскоре кобылка присоединилась к нему, оглашая заливистым смехом всю библиотеку.
– И всё же, – отсмеявшись, продолжил единорог, – мы с тобой изрядно засиделись. Уже полвторого ночи, тебе давно пора быть дома!
Взглянув на окно, терзаемое проливным дождём и ураганным ветром, Малум сказал:
– Пожалуй, мне стоит проводить тебя туда.
Пегаска, глядя на взбесившуюся природу из сухого, тёплого домика, поёжилась. Ей явно не доставляла никакого удовольствия идея даже прогулки по столь неуютной погоже.
-А можно я переночую у тебя? – спросила Смарти и тут же продолжила, не давая возможности единорогу возразить – Сестра всё равно до утра будет занята приведением в порядок погоды, такой кошмар раньше убрать не удастся.
За окном сверкнула молния, практически одновременно с ней прогрохотал гром, словно подтверждая слова пегаски.
– Глава погодного патруля не имеет права сомкнуть глаз, пока над Хуффингтоном не воцарится тишина и порядок! – воскликнула она, явно подражая кому-то.
– Ну, раз ты так считаешь… – задумчиво произнёс Малум, ковыряя копытом деревянный пол библиотеки. – Тогда пойдём наверх, я тебе постелю кровать.
Поднимаясь по лестнице, Смарти спросила:
– А как ты считаешь, правильным ли было твоё решение покинуть свой мир? Верным ли путём ты пошёл, согласившись на предложение Дискорда?
Идущий впереди единорог внезапно замер, но секунду спустя вновь продолжил подъём. Дойдя до конца лестницы, он развернулся и посмотрел прямо ей в глаза.
– Не знаю, Смати, не знаю. С одной стороны, я многое приобрёл здесь: работа, что мне действительно нравится, магия, которую не нужно выкачивать по капле в час, друзья, как вы с сестрой. Но с другой стороны, думаю, я и многое потерял.
Малум снова развернулся в сторону своей спальни и зашёл внутрь. Достав из ящика спальные принадлежности, он телекинезом начал расстилать их на кровати.
– Думаю, мне никогда не узнать, что бы было в ином случае, но я могу предположить. Мне нужна была встряска, и я получил её, пробыв в одиночестве десять дней в Беличьем лесу. Ведь эта скотина, Дискорд, не мог переместить меня рядом с городом! – единорог ударил копытом по полу, и неустойчивое телекинетическое поле развеялось, заставив простынь упасть на кровать.
– Прости, что-то я излишне эмоционален, – рог библиотекаря снова засветился, поправляя недостеленную простынь. – В конце концов, возможно, мне стоит его благодарить. Или проклинать…
Закончив с кроватью, Малум указал на неё пегаске и продолжил:
– Мне нужна была встряска, чтобы осознать что-то важное. И, что самое забавное, перед попаданием сюда я ведь делал всё, чтобы её получить. Гулял по ночам в лесу, сутками зависал в Унисети в поисках самых шиза… Впрочем, неважно. И тогда, наверное, я пришёл бы к тем же выводам, что и в этом богиней забытом лесу! Или не пришёл бы… Неизвестно.
Смарти забралась в кровать, внимательно посмотрела единорога. Тот ответил ей хмурым дом.
– Сейчас я жалею лишь об одном: что покинул тот мир, не попрощавшись с отцом, не помирившись с ним. Хоть он та ещё сволочь, и даже сейчас, спустя полгода пребывания в этом мире я не желаю видеть его, мне кажется неправильным, что я не смог этого сделать.
Притихшая пегаска поплотнее укрылась одеялом и сонно произнесла:
– Спасибо, что рассказал. Ты будешь ложиться?
– Я ещё часик посвящу библиотеке, уберусь за нами, немного почитаю. А потом расстелю себе спальник где-нибудь внизу. Спокойной ночи.
– Спокойной… – эхом откликнулась Смарти Клауд.
Единорог потушил свет и вышел из комнаты.
От автора: Это отрывок из ненаписанного фанфика про единорога Малума Вебума, попаданца, которого я надеюсь правильно “приготовить”. Я задумал его почти год назад, но до сих пор толком не реализовал его. Надеюсь, повествование получилось не слишком занудным. Так как я немного опаздываю с этой работой, у меня совсем не было времени на вычитку. Надеюсь, не слишком сильно накосячил.
Опасения верно — занудный отрывок, полный сухой речи, скупой на описания. Впрочем, на вкус и цвет.
С героиней гораздо проще, она пуста. Возможно, это объясняется тем, что вы предоставили старый отрывок, и не уделили её роли и облику должного внимания — опустили или умолчали некие черты.
С учётом того что это черновик, советовать на этот счёт рано, да и вы несомненно представляете себе более полную картину чем я. Уж кому как не автору знать и понимать своих персонажей.
П.С. Весь отзыв — мое ИМХО.
Можно выбросить.
То же самое.
Это самый базис. Я сейчас очень сонный, чтобы собрать больше.
По сюжету. Мне кажется спорной идея начинать с банальнейшей философии на уровне заявленного возраста героини. В первой половине текста создаётся чувство, будто писатель просто поставил друг перед другом двух механических болванчиков — один толкал текст, другой задавал наводящие вопросы. Со второй половины ситуация меняется — у героев появляется какая-то масштабная предыстория, какой-то конфликт, характер, недоделанные дела. Почему было не начать с этого, а философию оставить как вывод под конец?
Общее впечатление: хоть темп, по-моему, скачет, в целом, мне понравился отрывок. Брохув, Легат!
#НургалиевРазрешилВисп разрешил немного выйти за рамки трёх с половиной килослов, если будет не хватать. В рамках разумного, конечно.Субъективный обзор1) Конечно, давать подробные словесные портреты героев в первом же абзаце — мягко говоря, дурной тон. Да и если это только часть большой истории, можно предположить, что адекватные описания будут даны в другое время, в другом месте. Но всё же — здесь у каждого из героев выделено одно качество, и качества эти лежат в разных плоскостях. Была бы белая пегаска и синий единорог, или худенькая пегаска и большой единорог, было б понятнее. Да и что такое «большой»? Мы видели в сериале несколько пони крупного телосложения, но всё-таки хотелось бы понять, что имел в виду автор.
2) Единорогу по сюжету 24 года. (Учитывая его попаданчество — как эти годы мерялись?) Но по тексту я представлял себе мудреца лет 50 как минимум. Опять же, возможно, за рамками рассказа характер раскрывается полнее, может, он действительно такой — спокойный, холодный, невозмутимый, склонный к разглагольствованиям — всё время.
3) Такое впечатление, что «кинокамера» писателя всё время направлена на единорога. Пегаска то и дело остаётся «за кадром», мы её толком не видим, в лучшем случае слышим.
4) Такая неуклюжая подводка — то ли показывает оригинальную мыслительную манеру пегаски, то ли она пытается подколоть собеседника. На мой вкус, тут отчаянно не хватает реплики от единорога, мол, неожиданная смена темы.
5) Тут повторяются «книги», заодно выходит фраза, достойная Капитана Очевидность — «В библиотеке точно были книги». Если дочитать до конца, понятно, что имелись в виду именно книги определённого рода, но первое впечатление такое первое… Я бы, пожалуй, переместил объяснение про библиотеку в другую часть текста, а здесь подправил бы формулировку.
6) Первое впечатление — что за окном какой-то то ли Фоллаут, то ли пребывающий в запустении тысячу лет замок. Не очень подходящее слово.
7) (тесно связано с пунктом 3)
Тут выше эту фразу назвали лишней. Я бы сказал, что скорее весь абзац надо бы перестроить. Но тут такая штука: когда я пишу текст, то подчиняю его личному внутреннему ритму. У другого автора он будет другим, так что нельзя сказать, что у меня единственно верный путь. Тем не менее, как бы написал я (первая мысль, без шлифовки):
– Ты права, Смарти Клауд, саморазвитие без самореализации – путь в никуда.
Пегаска непонимающе наморщила лоб. Единорог пояснил:
— Если не оставишь свой след в мире, нет никакой разницы, каких высот ты достиг в духовном развитии.
Пегаска закатила глаза, явно сдерживаясь, чтобы не сказать «ну вот, опять философия». Насмешливо глянув на неё, Малум продолжил:
– Ну, вот, смотри...
Если же подумать, я не совсем понимаю, почему он смотрит на неё «насмешливо». Он считает себя старым и мудрым, а её молодой и глупой? Он пытается поддеть её после какой-то её фразы? Непонятно. И в любом случае он выглядит не очень-то приятным в общении типом.
8) Тут тоже непонятно. Он серьёзно раздражается из-за такого пустяка? Или это была игра? Потом, он смеётся так долго, что у пегаски ещё есть время, чтобы присоединиться «вскоре». Хотя ничего особо смешного не произошло, отчего такие бурные эмоции? В общем, я бы поставил уточнение перед «раздражением» («с напускным раздражением», например) и вычеркнул слово «вскоре», чтоб не затягивать шутку.
9) Пегаска хочет переночевать в библиотеке — судя по всему, такое происходит в первый раз? Тогда хорошо бы добавить хотя бы детальку, подчёркивающую новизну опыта — например, оказавшись в спальне, она с любопытством оглядывает обстановку и тому подобное. Заодно можно подбросить описаний через её восприятие, а то с ними тут всё очень слабо. Мда, это и для меня слабое место, поэтому я не буду давать много советов.
10) Эту фразу можно без потерь сократить до «Малум вошёл в спальню». Особенно насчёт «своей» — я так понимаю, у него всё равно одна спальня, гостевой нет, так зачем уточнять?
11) Ящик прямо посреди голой комнаты стоял? Или это был ящик в комоде или ещё какой мебели?
12) А сказать нельзя было? А сама пегаска не догадалась, что к чему?
Есть ещё мелкие замечания по построению отдельных фраз и употреблению отдельных слов, но не буду вдаваться в тонкости.
Спойлер1) Да, немного по-дурацки получилось. Дело в том, что Малум довольно большой по меркам Эквестрийских пони, так как в мире, откуда он пришёл, все единороги довольно большие. Он немного меньше принцесс. В этом отрывке мне совсем не хотелось это пояснять, решил дать информации по минимуму, но получилось не очень. В рассказе, естественно, всё будет по-другому.
2)Так и задумывалось, он почти всегда спокойный и рассудительный. Но, к сожалению, это не мешает делать ему глупости. Или к счастью?
3)Думаю, причина в плохой прописанности Смарти, как персонажа. В отличие от Малума, которого я долго обдумывал и который в чём-то мне близок по характеру. Поэтому пегаска во многом выполняет здесь роль сюжетных рельсов. Постараюсь избежать подобного в будущем.
4) Мой косяк, не смог толково подвести к теме этой зарисовки.
5)Я бы убрал из первой фразы слово «книги». Не вижу особого смысла менять что-то ещё.
6)Тут дело в восприятии. Для привыкших к постоянно контролируемой погоде эквестрийцев, вполне уместное описание для обычного в нашем мире шторма. Возможно, мне стоило показать, как эту погоду видел единорог, подчеркнуть, что для него это не такое страшное и необычное явление.
7)Согласен со всем, кроме фразы «Пегаска закатила глаза, явно сдерживаясь, чтобы не сказать «ну вот, опять философия»».
Так и есть. Иногда с ним просто невозможно нормально общаться. Коммуникации с другими — это слабое место Малума. Именно в разговорах им довольно часто завладевают эмоции, в остальное время они строго контролируются.
8)Действительно, слабо получилось. Нужно было больше времени и внимания уделить этому моменту.
9)Принял совет на вооружение. 11 пункт о том же: делать нормальное описание.
10)Согласен.
12)Не хотел прерываться, думал о другом.
Вообще, да, но я не об этом хотел сказать. Тут не на месте именно слово «одичавшая». Вот дальше по тексту «взбесившаяся природа» смотрится куда лучше.
Учитывая, что в разговорах практически всё время и проходит общение, непонятно, когда же он себя контролирует. Наедине с собой, сидя за столом? так в этом ничего выдающегося нету.
«Луна! Сколько тебя можно ждать? Мы так опоздаем!» – голос сестры пронзил тишину: откуда ни возьмись, подул ветерок, вмиг срезав россыпь сверкнувших капель, пропавших в душистой земле.
Только одна плюхнулась на нос любопытной кобылке, узревшей в десятке брызг собственный взгляд: будто-то кто-то извне так же смотрел на неё через крохотные окошки из десятка разных миров, и так же ждал ответа на еще незаданный вопрос.
«Ну, сестра, я же сказала что догоню!» — от её вопля дрогнула трава, склонившись к стылой земле.
Зыбкие тучи обволакивают медное солнце, горизонт заволочен сизым туманом, ловящим остатки тепла словно паутина. Тропа-змея в тисках окоченевшего перелеска обвила каждый холм на поржавевшей равнине, скрывшись далеко-далеко в сумерках мглистого подгорья, объявшего тенью крохотное селение.
«Не догонишь! – с вызовом выпалила та, затем улыбнулась и ласково добавила. – Потому что я не оставлю тебя одну»
Когда пони поравнялись, на выцветшем небе только-только проступил месяц, одна смотрела на затухающее солнце, другая на блёклый осколок луны. Они побрели плечом к плечу,
«Сестра, – тихо начала она, – в чём наше предназначение?»
***
«В чём смысл жизни? – вдруг глаза мамы стали широкими-широкими – Селестия, солнышко, а почему ты задумалась об этом?»
Мама улыбнулась, и, склонив голову, ступила ближе – а я назад; взгляд мамы не такой как всегда: сейчас он пугает.
«Если мы живём вечно, а другие пони…уходят, значит…»
Мама прервала меня; она обняла крылом и прижала к себе, спрятав мои слёзы, и прошептала под успокаивающее сердцебиение…
***
«Мы озаряем путь для пони, бережём их от тьмы и холода» — без сомнений ответила та, c неведомой прежде грустью взирая на меркнущий закат.
Вскоре первые звёзды оросили бесплодный небосвод, робко запели цикады, изредка сотрясая морозный воздух.
«Кто же освещает наши дни и ночи?» – спросила она, переведя тоскующий взгляд на сестру.
«Те, кто ушли вперёд. На небеса, высоко-высоко…»
На черном одеяле, укрывшим всю Эквестрию, заблистали серебреные огоньки: не больше булавочной головки, одни яркие и величественные, другие тусклые и неприметные – вместе они осветили кривую тропу, разогнав скользкий туман, уползший в ямы и канавы. Вот, провожая в путь молодых принцесс, одна из звёзд устремилась вниз за гору, взмахнув ослепительным хвостом, и сотни других устремились за ней в едином порыве.
Крохотные искорки, точь-в-точь как те, что недавно усыпали её нос, теперь рассыпаются по небосводу, разгоняя мрак и светя каждому пони. Свет, чистый и неугасающий, вспыхнул в глубине очей юной принцессы, кажется, нашедшей ответ…
«Идём, сестра. – Решительно сказала она, сделав уверенный шаг по серебрёной тропе. – Нас, наверняка, заждались»
«Странник и кот» от ТайольнаВсе начинается с того, что некий жеребец-странник, укутанный в плащ, идет сквозь метель. У него почти не осталось сил и, пройдя несколько шагов, он обреченно падает на колени, еле дыша. Смирившись с тем, что он заблудился в лесу, странник готовится встретить свою смерть. Вскоре он теряет сознание, однако перед этим успевает увидеть высокий силуэт среди сосен…
… открыв глаза, жеребец узнает, что находится в каком-то каменном доме, формой напоминающего ледяные иглу, а точнее лежит на низкой кровати с маленькой котейкой под боком. Он осторожно поднимается и подходит к фигуре около небольшого огня посреди дома. Подойдя поближе, странник видит, что ею является огромный барс, хозяин этого дома и отец той котейки. Между ними завязывается разговор, в ходе которого жеребец узнает, что этот кот его спас от смерти, притащив и отогрев. Постепенно, все более развязывая языки, безымянный жеребец узнает о том, как устроено общество и жизнь котолаков-Р'данар, а его собеседник — о пройденных странником за десять лет землях и увиденных народах, попутно ужиная у огня.
Спустя пару часов барс предлагает выпить один крепкий «темный» напиток. На вопрос почему он отвечает, что если у гостя обгоревшая шерсть, жженая грива и белые слепые глаза, которыми он все равно видит, то это явно не случайно. Странник, немного выпив, рассказывает, что он путешествует ради того, чтобы найти доказательства его теории о том, что каждый, независимо от своего происхождения, может колдовать, выражать магию. Встречаясь с разными расами, он видел и одобрение его стремления, и порицание. Клятва, данная странником давным-давно, когда он еще имел имя, смысл которой заключался нахождении доказательств, так сильно волновала его, что стала смыслом жизни, целью, которую он должен исполнить.
Котолак удивлен тому, что этот жеребец в одиночку, отказавшись от своего прошлого, даже от своего имени, пытается пошатнуть несокрушимые вековые устои, и говорит ему, что тот либо невероятно глуп, либо обладает невероятно сильной волей. Ощущая в нем непонятную мошь, барс спрашивает, что произойдет дальше, если странник найдет доказательства, и удивляется еще сильнее, когда его собеседник не находит ответа. Немного расспросив о его прошлой жизни, котолак узнает, что его гость раньше был учителем истории, и предлагает ему в случае открытия «доступной магии» стать наставником, чтобы обучать новым способам колдовства.
Через несколько дней, убедившись в хорошем самочувствии странника, барс-Р'данор перед уходом случайно называет его «Кайрелом», что на языке кошек означает «касающийся». Не имея ничего против этого имени, жеребец прощается с котом и его дочерью и продолжает свое странствие.
Рассказ кончается в Кантерлоте, во время Большого Бала Галы. Странник, никем не ожидаемый, прерывает речь Селестии своим приходом. Решив узнать, зачем явился этот незваный гость, она спрашивает его об этом, называя Коппер Реликтом. В ответ жеребец рассказывает о своей клятве, данной здесь десять лет назад и создает простое заклинание огненного света со словами "Мое имя — Кайрел, Коснувшийся."
— И одна из них — твоя сестра? Или лень?
— Это было только начало кульминационной сцены. Но ты прав.
Просто мне тема показалась на столько пустой и безжизненной, на сколько это вообще можно представить.
Но ведь не все живут в РФ…
Также выскажитесь: хотите ли вы выбирать сами, кто будет с вами в соавторстве писать, или же отдать это на волю случая и кубиков?
… может, мои идеи найдут направления в синергии с кем-то?
Я за волю случая и кубики
Я слишком дарковый… я слишком дарковый…
Верится с трудом, не упоминая обсуждений вокруг недавнего рассказа в ПП, кажется, известно что к чему)
Не слушаю. Что там было?
А я без почти. Ни Кваси, ни Онстэнчперсона, ни Фёйрляйтера. Виэн иногда заглядывает, но не пишет. Разве что Эн_Бутенко помню по старым промтам.
1) Срок проведения обычный? То есть суббота-воскресенье?
2) Тема будет свободной, или заданной?
3) Будут ли какие-нибудь дополнительные условия, кроме совместной работы?
Даже стыдно стало…
5) Сохраняются ли ограничения на время написания(а вдруг?)
5) По идее, время нужно даже удвоить — по два часа каждому автору )
2) Заданной, но достаточно вольной, чтобы любые идеи могли вписаться.
3) Нет, в остальном обычный промпт.
Пусть судьба решит с кем буду я писать.
Насчёт способа выбора — мне, в принципе, без разницы. Хотя с кубиками веселее =)
— TyolnVsRooden
— Ann_Butenko
— DarkDarkness
— Legat89
— RunnerWithScissors
— Crindorada
— narf
— Hartvein
Итого уже 8 человек. Подавляющее большинство за случайный выбор — соскучились по кубикам? )