Prompt #7 закрыт. 10 работ
+80
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт17 октября 2015, 06:59
Sky wind vs Rainbow Dash by ex626AKAKeon
Ух, в этот раз закрытие экспромта совсем затянулось. В своё оправдание Тык скажет, что закрытию было посвящено решительно всё свободное время, а с судьями он спорил за каждый ваш балл. Результаты их работы, кстати, можно посмотреть вот по этой ссылке (или по альтернативной). Там же можно освежить информацию о проходящем конкурсе.
Ну, а тема прошедшего экспромта звучала следующим образомТема: Соревнования.
Описание темы: Кто съест больше маффинов за один час? Самая ли Рэйнбоу быстрая пони в Эквестрии? Станет ли Пинки Пай чемпионом мира по Приколи-пони-хвост? Сегодняшний экспромт о соревнованиях во всём их многообразии. И пусть победит сильнейший!
Следующий экспромт начнётся в субботу, 17 октября, в 10:00 по московскому времени.
50 комментариев
-Я вызываю тебя на поединок!- копытце Диамонд Тиары уткнулась в Скуталу.
Пегасочка на всякий случай оглянулась – её ли имеет в виду одноклассница, позади никого не было, так что вывод был очевиден.
-Извини, я в ресторане отработала целую смену, и не настроена ни на какие соревнования,- помотала передней ногой в воздухе Скуталу, после чего повернулась к подругам.- Идём, девочки.
Троица бывших меткоискателей, а ныне полноправных метконосцев прошли в спа салон. Тиара скрипнула зубами и направилась следом, глядя на них исподлобья. Сильвер Спун возвела очи к небу, словно прося небеса образумить подругу, и тоже пошла в спа.
С тех пор как последняя одноклассница получила свою особую метку, а Скуталу начала летать, Диамонд ощущала странную пустоту внутри. Ей было просто необходимо в чём-то превосходить несносную троицу. Выбор пал на пегаску, так как, по мнению Тиары, её было проще всего вывести из себя и вызвать на поединок. В своей победе Диамонд не сомневалась, однако такой равнодушный ответ Скуталу – мини копии Рейнбоу Дэш – Тиару удивил. Если не сказать больше.
Этим вечером в спа был аншлаг, множество пони собрались около дверей парильнь, но внутрь отчего-то не заходили, будто чего-то ожидали.
Метконосцы сразу после входа разделились, Свити Бель направилась в ванну с травами, ЭпплБлум к массажному столу, а Скуталу пошла в сторону парильнь. Спун взглянула на подругу и пошла вслед за Свити к массажному столу.
-Что здесь за сборище?- с усталостью в голосе спросила Диамонд у Лотос, взглядом указывая на толпу собравшихся пони.
-О, ты не в курсе?- удивилась кобылка.- Сегодня проходит не официальное соревнование по попариванию.
-Чего?- от удивления брови стригунка поползли вверх.
-Ну, ты же знаешь это новое увлечение пони – попаривание,- Диамонд покраснела, хоть она и догадывалась, что не совсем верно поняла значение слова, но ассоциации…- это как сауна, но много пара и может быть очень жарко.- Лотос выделила последние слова голосом.
-И в чём смысл соревнования?
-Кто дольше продержится,- улыбнулась пони.
Диамонд посмотрела в сторону Скуталу, о чём то болтающую с каким-то пони и хищно улыбнулась:
-Какие правила?
***
Дверь парильни закрылась и температура в комнатке начала быстро подниматься, полдюжины пони, собравшиеся здесь, неподвижно замерли на полках. Диамонд впервые зашла в парилку, но была уверена, что с лёгкостью продержится дольше скуталу.
Кобылка уже представляла, как она будет торжествующе смотреть вслед проигравшей пегаске. Вероятно, она будет вся мотаться от жара, а её крылья будут волочиться по полу. Да, именно так оно и будет, а потом Диамонд спокойно выйдет, гордо чеканя каждый шаг, и тогда всем будет понятно, кто лучший!
Однако, становится жарковато.
Диамонд промокнула пот со лба маленьким полотенцем. По не писаным правилам, каждому участнику разрешено взять с собой в парильню одно полотенце и маленькую бутылочку воды. Что делать с полотенцем понятно, а вот бутылка воды, это простор для тактики. С одной стороны можно растягивать запасы воды подольше, но тогда она быстро станет тёплой, а потом и вовсе горячей. Можно выпить её пока она ещё прохладная, но тогда нечем будет пополнить запас влаги в организме.
Тиара оглядела участниц соревнования, все придерживались разных стратегий. Кто-то делал большие глотки, кто-то медленно тянул свою воду, кто-то вовсе медитировал на закрытую бутылку, рассчитывая, по-видимому, выпить, когда станет совсем невмоготу. У Скуталу воды не было вовсе с самого начала. На что она рассчитывала?
Тиара мотнула головой, с трудом сдерживая желание высунуть язык. Жарко.
Вышла первая участница. В момент, когда кобылка открыла дверь, выходя, в парильню проник глоток восхитительно свежего воздуха. Но он был так мал и мимолётен, что потом стало только хуже.
Жар всё усиливался, пони застыли изваяниями, малейшее движение вызывало движение раскалённого воздуха. Через равные промежутки времени помещение окутывалось клубами густого пара. Сошли с дистанции сразу два пони.
Диамонд уже ничего не представляла, в голове была лишь одна мысль: «жарко!».
Пот стекал ручьями, грива вся им пропиталась и неприятно прилипла к шее, промокшее полотенце уже не спасало. Последний глоток воды был на грани неприятно-тёплой и горячей, теперь не было и такой.
С полки напротив встал жеребец и покачиваясь прошёл к выходу. Остались лишь Скуталу и Тиара, скоро всё решится, скоро всё закончится.
Сердце стучало так, словно хотело вырваться из груди, прекрасный хвост лежал на полке мокрой паклей, ядовито-солёный пот заливал глаза и нос, пытался проникнуть в рот. Каждый вдох опалял лёгкие, каждый выдох обжигал передние ноги. Перед глазами всё плыло, и не понятно было, дрожит это горячий воздух или кружится голова.
Скуталу сидела, выпрямив спину, фиолетовая грива облепила её лицо так, что были видны лишь губы. Пегасочка улыбалась.
Против ожиданий, Диамонд начал бить озноб, промокшая от пота шёрстка попыталась встать дыбом, словно пони оказалась на морозе. Тельце крупно дрожало. Дышать через нос было невозможно, но и рот весь пересох. В ушах шумело, сердце билось на пределе.
Тиара со злостью посмотрела на пегаску. Увиденное выбило Диамонд из колеи, и она медленно встала, направляясь к выходу – Скуталу сидела и обмахивала себя крыльями, гоня волны обжигающего воздуха.
У двери Тиара ещё раз оглянулась на соперницу, та сидела, не проявляя никаких признаков перегрева. Диамонд толкнула дверь и нырнула в опьяняющую прохладу. Перед глазами всё закружилось, тошнота подкатила к горлу, колени подогнулись, и кобылка рухнула на пол. Испуганных криков она уже не слышала.
***
Диамонд медленно открыла глаза и увидела над собой испуганную Сильвер Спун, кажется она плакала.
-Ну и напугала ты меня,- поджав губы, произнесла Сильвер.- Я и подумать не могла, что ты устроишь такое… такое,- голос стригунка задрожал, в глазах блеснули слёзы и Спун поспешно отвернулась.- Дура,- срывающимся голосом выкрикнула она и отошла.
Вместо неё к Тиаре подошда Алоэ и заменила компресс на голове.
-Ну нельзя же в первый раз в парильне так долго быть, да ещё в такой горячей,- с упрёком заметила пони.
-Я просто хотела её победить,- слабым голосом ответила Диамонд.
-Кого? Скуталу?- уточнила Алоэ и рассмеялась.- Это ты напрасно.
-Что?- Тиара приподнялась с кушетки, с удивлением глядя на спа пони.- Почему?
Алоэ покачала головой.
-Да потому, что она бессменный чемпион попаривания Понивильской лиги с самого основания этого соревнования,- кобылка хитро улыбнулась и наклонилась к стригунку, шепча ей в самое ухо.- Но только между нами – не говори другим участникам – на самом деле Скуталу не участвует в соревнованиях, она просто наслаждается жаром. Но никто из пони ещё не смог просидеть в парильне дольше неё.
Диамонд застонала и устало распласталась на кушетке.
Прекрасное поле для создания напряжённой атмосферы, конфликта между героями, накала страстей. Удалось ли автору этот потенциал реализовать? Отчасти. Поначалу всё, казалось бы, здорово, Тиара с азартом записывается на соревнование по попариванию, и Тык уже вовсю потирает копытца, предвкушая эпичное сражение. И всё разом обрывается, сменяесь чуть ли не перечислением событий. Кто-то выбывает, кто-то остаётся, Тиара пытается терпеть жару и растягивать запас воды… Пустоты при прочтении это не отменяет.
Ладно, я слишком строг. У вас получилось красочно описать её ощущения. Достоверно, правдоподобно, литературно, эстетично. Пожалуй, если настроиться и прочувствовать текст, можно самому ощутить раскалённый воздух сауны и стекающие по спине бисеринки пота.
И, в принципе, если присмотреться повнимательнее, можно заметить дугу, по которой меняется отношение Тиары. От надменности по отношению к пегаске — ха, та даже воду с собой не взяла — к тревоге, а затем разочарованию и некому внутреннему слому — признанию собственного поражения. Проблема в том, что выглядит это всё блёкло, расписано полутонами, и повествование от третьего лица не только не помогает, но и всячески мешает цепануть этими эмоциями читателя.
Может быть, с идеей ситуация окажется лучше? В принципе, для рассказа на экспромт о соревнованиях, мысль о том, что своего соперника нельзя недооценивать, достаточно актуальна. И подана она с весьма убедительным примером. Тут, пожалуй, обойдусь без замечаний.
Что касается текста… В нём очень странно сочетается качество описаний и общая гладкость текста с обидными косяками. И если опечатки вроде…
“копытце Диамонд Тиары уткнулась в Скуталу”
…это всего лишь опечатки, то систематическое неправильное оформление прямой речи — несказанно печалит. Я, наверное, не буду кидать сюда свою любимую ссылку на Грамоту.ру, сочтёшь нужным, найдёшь правило сам, я в этом не сомневаюсь.
Пожалуй, лучшая сторона произведения — главная героиня. Очень уж много места в рассказе было уделено ей и только ей, было бы странно при таком внимании слабо раскрыть персонажа. Нам показали и главные черты её характера (и это не только банальные гордость и высокомерие), и то, как она принимает решения, и как она ведёт себя в нестандартных ситуациях. Персонаж вышел интересным и вполне глубоким. Такого же бы внимания и к остальным, но, что поделать, тут им отведена роль героев второстепенных.
В итоге вышел со всех сторон средний рассказ, не лишённый достоинств, но имеющий массу недостатков. Мне неприятно это говорить, честно. Но моё мнение именно такое. Всё равно, спасибо тебе за участие. Вдохновения, творческих успехов и всего самого-самого. Заглядывай на огонёк почаще?
Последней серией, что я видел, был бой Твайлайт и Тирека =) Так что, нет, это другое. Да и действие происходит в моём хэдканоне.
Не это я хотел написать.
Прошу пару примеров, чтобы я понял, на что именно обратить внимание. Я не спорю, просто уточняю.
С чего бы? Я всегда за честность.
А теперь оправдания =D
Сам я рассказом не доволен. У меня не вышло за отведённый лимит времени написать всё, что я хотел. Не потому что не успел, а потому что буквально вылетело из головы. В результате многое не попало в текст.
Зарисовка изначально концентрировалась на Диамонд и её ощущениях и мыслях, потому раскрывать других персонажей смысла не было, они бы только отвлекали. Возможно, стоило бы подробнее расписать Скуталу, как антипод, но и она могла бы отвлечь. К сожалению я забыл прописать мысли Тиары, как они постепенно менялись на фоне изменения состояния тела.
Писал я это как способ проверить себя — могу ли я что-то писать своё или уже разучился. К сожалению, вывод не утешительный, мало того, что на эту крохотную зарисовку я убил почти два часа времени, так и качество её ужасно. Думаю, я не скоро возьмусь за собственные фики.
В недорогой, но приличной гостинице, где были размещены гости ТЭВ (Технической Выставки Эквестрии), Шовел Коал готовился ко сну. Почистив свои зубы он взглянул в зеркало и увидел довольную зеленую морду с хитрой ухмылкой и коротко стриженой синей гривой.
―Да, Шови, у тебя определенно хорошо прошел день, ―обратился он к самому себе. Привычка разговаривать с самим собой он получил после долгих рейсов на товарниках.
―Целая гора битов почти ничего не делая. Причем не мифические проценты от незаключенного контракта, а реальные сто тысяч здесь и сейчас. Ха-ха! А ведь начиналось как скромный конкурс машинистов, а теперь это серьезный бизнес производителей.
Раздался стук в дверь.
―Сейчас, ―автоматически произнес Шовел и направился в сторону двери, но подумав: ―Кто тут что забыл? Я же ничего не просил, ―по его спине пробежался холодок.
―Лучше подожду, ―решил машинист: ―а там увидим.
―Открывай, Дискорд тебя дери! Разговор есть! ―раздался грубый бас из-за двери.
Шовел Коал, убедившись в надежности двери, подошел к двери, и заглянул в глазок.
―Рампфул, а зачем мне открывать дверь? У нас это отлично получиться и так.
―Глаза! Я хочу видеть твои глаза, бесстыжая ты тварь! Открывай, а то плохо будет!
―Ха-ха! А плохо кому? Мне или вам?
Разъяренный Рампфул стал вулканом, стихией уничтожения. Сама злоба во плоти пегаса, потомка древних и могучих воинов. Это пугало, это завораживало, но вскоре сквозь глазок пегас для земного пони стал казаться кипящим чайником, от пара которого запотевает стекло. Шовел нашел это весьма забавным, улыбнувшись и отпустив тихий, почти не слышный смешочек.
―Хорошо! Но тебе придется выйти, а мы будем ждать, ―сказал уже слегка остывший Рампфул.
―Согласен. А если ты еще громче будешь орать, то появиться администратор и мне даже не придется придумывать способа спасаться―она просто вызовет легавых. А со ста тысячью битов защититься от кучки должников-неудачников―плевое дело, ―сказал Шовел, на что в ответ услышал только рычание.
―Невероятно. И это только благодаря хорошо закрытым дверям.
―А еще окнам!
Отельная ваза разбилась об голову земного пони и он упал без памяти. Рядом с ним на пол опустился молодой пегаска красной масти с коротко подстриженной бежевой гривой, на голове были защитные темные очки, а вокруг беспигментных глаз были характерные следы от их ношения, меткой ей служило колесо, вращаемое шестерней. С презрением посмотрев на предателя, он открыл дверь и впустил Рампфула внутрь. Это был пегас с темно коричневой гривой и яркой мастью того же цвета, поджарым телом.
―Сученыш, ―Рампфул смачно харкнул на Шорса, а после продолжил: ―А говорила, что ничего не выйдет. Слушай меня и все будет на ветру.
―Не ты ли говорил, что он надежен, что лучше нанять дополнительную охранку к локомотиву?
―То был другой пони. У него был друг по имени Шовел Коал, ―с грустью сказал пегас: ―Давай об этом потом, Гатти. Сейчас у нас есть более актуальные проблемы.
―Найти замену и удержать этого тут. Я выбираю удержание―моя мордашка плохо подходит для подцепки жеребца на день.
―Я тебя ненавижу, ―и Рампфул вылетел в темноту прямо через открытое окно.
―Ну, хорошо. А теперь посмотрим способна ли я решить проблему. Надо же отработать эту колкость! ―подумала Гат Машин. Пегаска закрыла дверь, затащила земного пони внутрь номера и стала искать чем бы его связать пока она не придумает где достать алкоголя, ведь Шовел Коал, если сделать все правильно не сможет нажаловаться в полицию нажалуется, мало ли что по пьяни привидится, не так ли? Тут в дверь постучали.
―Откройте, администрация, ―послышался голос, судя по всему, очень молодой кобылки.
―Черт! Что же делать? Черт-черт-черт! Думай же!
―Тут жалуются на шум. Отзовитесь, господин Шовел Коал, или я войду сама, ―настойчиво продолжала администратор.
―У нее ключи! Так успокойся, ―послышался звук связки: ―Он не может ответить, Шови занят. Да, очень занят, ―сказала Гат.
―Кто это?
―Я гостья. Или вы дешевая ночлежка на побережье, где трусятся над каждым полубитником?!
―Нет. Что вы?
―Тогда уважайте частную жизнь! ―уверенно, почувствовав свою власть продолжила пегаска: ―И да, раз вы уже тут, алкоголя! Побольше и покрепче!
―Да, сейчас все будет.
―А это оказалось проще, чем я думала.
Рампфулл несся быстрее ветра, у него оставалось все меньше времени до того как все доступные пони перейдут в “нерабочее” состояние. А ведь среди них еще и нужно отыскать нужного―земного пони с зеленой мастью и синими волосами.
Вот еще один бар. Да, это он. То что нужно. Мгновением и пегас уже был рядом с понурым земным пони.
―Как звать?
Но земной пони не ответил.
―Сколько он выпил? Быстро! ―спросил Рампфул уже у барпони.
―Да, к чему такая резкость? Ничего он не пил, заказал рюмку и меряет глазом.
―Хорошо! ―а теперь снова к земному: ―Не молчи. Дело есть, а без тебя никуда.
―Дело, мн-да…без меня никуда! ―слегка театрально взмахнув копытом: ―Ты не по адресу. Я бесполезен.
―А с этого места подробней, ―пегас решил поверить предчувствию: ―Меня, кстати, Рампфулом зовут.
―Ротет и чтобы ты не гадал с меткой это колесо.
―Я конечно все понимаю, но что брать будете?
―Да, подожди ты! Тут важные дела решаются!
―Сейчас решается, будешь ли ты тут сидеть или нет. Так что будешь?
―Да, что ты все заладил, да заладил, как не пони, а грифон какой-то.
―Мне звать охрану?
―Одну секунду.
―Я пошел за охраной, веди себя хорошо и все может закончиться быстро и безболезненно, ―и барпони позвонил в колокольчик.
―А у тебя проблемы Рампфул, ―заключил Ротет.
―Сам знаю, поэтому и в толковую тебе, что помощь нужна. Давай уже, ты все равно ничего не потеряешь, но если все выгорит…
―А в награду мне золотые горы? ―перебил земной пони.
―Называй как хочешь. Будет тебе все. Так по копытам?
―Эх! А давай! Но предупреждаю все может закончиться очень плохо.
―Леди и джентельпони, через пятнадцать минут с павильона номер пятнадцать минут будет дан старт финала конкурса Лучший Машинист, а именно гонке на локомотивах, ―вещал из динамика голос жеребца.
―Не верю, что все прокатило. Я думал сцапают.
―А с чего бы это? Если уж организаторы не могут сделать нормальный конкурс проектов, а паразитируют на состязании машинистов, то что можно говорить об их компетентности? ―сказала Кат Машин.
―Неправильно это. Не должно быть так, а мы это поддерживаем, поддерживаем участием.
―Рамп, а когда это тебя Ротер успел покусать или это произошло в момент который ты решил деликатно скрыть?
―Злая ты. Нельзя и слова вставить, так ты вставишь два, а теперь еще и этот тупой прикол.
―У меня был достойный пример для подражания, не так ли?
―Ну, что? Готов добиться лучшего? Знаю, что не готов, но выбора нет: или победа, или ты вечной кабале; или ты пони, или ты овца. Выбор небогат, но ты именно ты к нему себя привел, и то тебе очень повезло.
―Тупые мысли, вы не помогаете!
―А что ты хотел от своих мыслей? Это только в историях начинка лучше оболочки, в реальности все не так.
―Соберись! На тебя рассчитывают! Как ты будешь смотреть им в глаза, если подведешь их?
―Чертово ожидание! Когда оно уже кончиться? ―вслух сказал Ротер.
Отгремели аплодисменты главе организации, сейчас готовятся дать сигнал.
―Да победит сильнейший из достойнейших! ―судья взвел сигнальный пистолет.
От автора: все в моем привычном стиле: сумбурно, мало описаний и многое за кадром, приправленное “авторской грамматикой и пунктуацией”. Спасибо всем кто прочтет, вы заслужили это.
Я, честно говоря. даже не знаю с чего начать. Формально работа говорит о соревнованиях машинистов, а конкретнее — о событиях накануне. Однако в итоге за кадром остается слишком много информации. Ради чего затевалась вся замена? Какую цель преследуют главные герои? Только лишь выйграть приз или что-то другое, на что есть слабые намеки? И как тут раскрыт модификатор “Самый строгий судья”? К тому же, вам следует в будущем обращать внимание на диалоги между персонажами. Порой они звучат неестественно, а то и вообще превращаются в сплошную стену, в которой читатель может перестать понимать кто о чем говорит. Попробуйте в следующий раз поставить себя на место читателя и посмотреть — хорошо ли видно что та или иная реплика принадлежит конкретному персонажу без дополнительных пояснений авторской речью.
К сожалению, также в работе встречается слишком много досадных ошибок и опечаток, таких как отсутствия точки и заглавной буквы между двумя предложениями и пробел между словом и запятой. И, пожалуйста, не пишите после авторской речи посреди прямой двоеточие. Оно там не ставится.
В итоге вышла, увы, слабая работа, которая при более тщательной проработке могла бы быть гораздо лучше. Не сложилось. Желаю вам большего успеха в следующий раз!
Общему восприятию вредит в первую очередь практически отсутствие описаний и фатально малое количество авторской речи в диалогах. Обратите внимание, насколько много в большинстве текстов таких сопроводительных слов («— Привет! — Радостно воскликнул Сэм»). Это же не просто для красного словца пишется, это раскрывает персонажей через действия и реакции и, что даже более важно в нашем случае, банально помогают следить за ходом диалога, поскольку когда участников больше двух, и если у них ещё и не ярко разделённые позиции, запутаться просто элементарно. Я фанат диалогов, но в реальных книгах их процент варьируется от 20 до 50 процентов, причём второй вариант — это очень, очень много. В среднем же это 36%
События может и понятны, но тексту вопиюще не хватает якорей, за которые можно был бы цепляться. переходы между сценами видятся условными, поскольку те же персонажи продолжают так же говорить, нет ни логических пауз, ни какой-то оценки, даже сами персонажи сливаются, поскольку хотя их имена и часто упоминаются здесь сами по себе, они редко соотносятся со своими владельцами в авторской речи.
Грамотность же вообще больно комментировать. Второе предложение — «неспящий город», причём предложение выглядит незаконченным (что «своё» они там зажигают? Если «неоновое солнце» из следующего предложения, то здесь ошибочное разделение предложений) и оно не согласовано (город [что делает?] зажигает, а не «зажигали»; понятно, что имелись в виду жители, но язык так не работает), третье — «бьющее в глава», а не «бьющее глаза», в пятом аббревиатура не соответствует расшифровке, в шестом нет запятой у деепричастного оборота, и так далее, и так далее, увы.
Хотя бы тире отделяйте пробелами с обеих сторон, от этого вообще плакать хочется.
Строуберри злилась на соперницу. Да так она смеет ее оскорблять? Да чтоб новичок победила пони, которая столько лет тренировалась… Неслыханно!
— Я требую реванш! — полная эмоций, заявила розовогривая единорог, — Через год, в следующем обгоню забеге, я обгоню тебя. Нет, я займу первое место!
— А справишься ли? Ты все время была на третьем!
— Не стоит недооценивать меня! Скоро ты узнаешь, на что я способна!
— Ну, удачи, третье место!..
Пони с вспоминала конец прошло забега. Теперь Строуберри была уверена, что сможет занять первое место — после ежедневных тренировок, что были интенсивней, чем раньше, она стала намного быстрее. Теперь тот новичок не посмеет насмехаться — опыт на этот раз победит!
А вот и она — та самая единорожка с короткой стрижкой. Красуется, словно уже победила. Нет, не в этот раз. Будь она хоть быстрой, как Рейнбоу Деш, и даже если она, как Твайлайт Спаркл, читала книги о беге, ей не победить!
Кстати, о Твайлайт. Интересно, будет ли она в этом году — в прошлый раз она заняла пятое место, а в этот может даже четвертое или третье занять… Точно, теперь Твайлайт Спаркл — принцесса, и ей не положено участвовать в подобных мероприятиях.
От мыслей отвлек голос, напоминающий кантерлотский тон Луны:
— Мы можем записаться в участники?
Возле места записи действительно стояла темно-синяя аликорн в короне и ожерелье. Без сомнения, это принцесса Луна.
— Хорошо, принцесса! — ответила регистрирующая пони и выдала номерок.
— Замечательно! Наконец мы узнаем, почему все любят осенний забег.
Что ж, это было неожиданно. Хотя принцесса и раньше пыталась стать ближе к простым пони, участие члена королевской семьи все равно было удивительным для Строуберри. Но это не так важно — сейчас нужно думать только о победе.
Но все же присутствие аликорна беспокоило участницу. Ходят слухи, что раса, к которой принадлежат королевские сестры — самые выносливая, и если это действительно так, шансов победить не так уж и много. Обнадеживает лишь то, что принцесса раньше не участвовала в забегах.
— Ну, вот мы и встретились! — Строуберри сразу узнала главную соперницу и ее манеру речи — точно с такой же насмешкой новичок говорила в прошлом году.
— Не надейся, что сможешь меня победить и в этот раз, — решительно ответила кобылка.
— Прости, но я собираюсь занять первое место, и тебе придется проиграть.
Да как она… Да как она может такое говорить? Первое место, тебе придется проиграть… Слишком много уверенности. Не терпится показать, насколько эти слова бессмысленны.
Как только прозвучало долгожданное “Марш!”, кобылка со всей силы рванула вперед. Желание поскорее покончить с хвастовством той единорожки с короткой стрижки взяло свое, и забылось главное правило марафонов — беречь силы. Ту же ошибку совершило много пони, но Строуберри все-таки вспомнила, что не стоит так быстро бежать в самом начале, и немного сбавила темп — не хотелось оказаться одной из тех неудачниц, что не рассчитали силы.
Но ярость снова заслепила ее, когда соперница обогнала ее. Нет, второй раз это не повторится! И кобылка снова рванула вперед, снова позабыв, что финиш очень далеко.
Вот и настал тот момент, которого так не хотела кобылка — усталость, когда не преодолена и половина пути. Снова решила замедлиться и вспомнить упражнения для восстановления дыхания, хотя не верила, что в этот момент они помогут. Какая же она глупая — повелась на провокацию, причем два раза.
Да уж, обидно, если не удалось обогнать какого-то новичка. Нужно еще долго бежать, а сил не так много, как хотелось бы. Как она могла думать, что займет первое место…
Нет, нельзя сдаваться! Если отступить, то точно ничего не получится. Все равно, что вообще не пробовать. Пони снова ускорилась, но не так сильно — боялась упасть посреди дороги, лишенная сил.
И вот впереди единорог с короткой челкой, которая едва переставляла копыта. “Новичок,” — хмыкнула пони и побежала еще быстрее, желая показать, насколько велика их разница.
Больше никого не было видно, только далеко впереди виднелась темно-синяя фигура. С каждой секундой она становилась все четче, и наконец удалось распознать принцессу Луну, которая без особого энтузиазма и скорости бежала дальше. Строуберри не понимала, в чем дело — до финиша осталось не так далеко. Может, сил нет? Да нет, вроде не кажется уставшей… Чего не скажешь о единорожке, которая становилась все медленнее. Силы еще сильнее ее покидали и надежды больше не было.
— Почему мы никого не видим? Мы даже не стараемся, но никто нас не догоняет. Надеемся, это не из-за того, что мы — принцесса. Похоже, все уже сдались. А как все прекрасно начиналось…
“Все сдались? — не понимала Строуберри. — И поэтому принцесса не бежит?”
Кобылка не совсем понимала, что произошло, но вдруг захотелось побежать со всех сил. Желание помочь принцессе узнать всю суть осеннего забега или нечто большее двигало вперед… Но единорог забежала, и усталость отошла на второй план. Вспоминалась радость, которая была на первой гонке. Да, тогда Строуберри не победила, но именно тогда появилось желание каждый год участвовать в осеннем забеге.
Вскоре принцесса, ненадолго отставшая от единорожки, догнала ее. Та тоже немного ускорилась. Незаметно для себя они пробежали остаток пути и наконец добрались до финиша.
— Третье место заняла принцесса Луна! — пронесся с неба голос Пинки Пай. — Четвертое место — Строуберри!
Среди пони с медалями не было видно главной соперницы. Что ж, одна цель выполнена. Жаль, что не удалось занять первое место. Но есть то, что важнее золотой медали — настоящая радость от гонки, ради которой стоит участвовать.
Модификаторы:
2. “Традиции надо чтить”. Действие происходит на одном из традиционных регулярных соревнований, например, на “Забеге осенних листьев” или на “Эквестрийских играх”.
3. “Двойной мотив”. За соперничеством героев стоит нечто большее, чем просто борьба за кубок. Давняя вражда? Борьба за внимание кобылки? Whatever.
5. “Во славу Короны!” В соревнованиях решила принять участие одна из принцесс. Думаете, победа у вас в кармане? Она не должна быть главной героиней вашего рассказа! Выкручивайтесь.
Сюжетно она очень проста — кобылка-единорог, что каждый год участвует в осененнем забеге, решает постараться и занять первое место. Потому что есть та, кто считает, что может быть лучше её, и говорит об этом слишком нахально. А позже добавится и другая причина… Такая простота и не замысловатость идет только в плюс — автор знает что он хочет показать и на чем сконцентрировать внимание и у него это получается. В центре внимания у нас хорошо прописанный персонаж, который ощущается живым и искренним в своих желаниях. И тот короткий момент, когда она вспоминает о своих первых впечатлениях от забега, является завершающим штрихом её портрета. Автора можно похвалить и за то, как обыгран модификатор с участием, но не победой Принцессы. Это было неплохо.
Есть, конечно, и на что посетовать. На мой взгляд, автор, вольно или невольно, завязал интригу на личности “соперницы”, которая в итоге ни к чему не привела. Может быть, конечно, это я ждал чего-то большего, но в итоге, когда мы даже не узнали её имени, я остался с легким чувством разочарования.
К тому же, немного странными кажутся слова Луны о том, что больше никого нет вокруг неё и что все сдались, учитывая тот факт, что раньше них к финишу уже пришли два пони. Неужели они были настолько быстры, что так сильно оторвались от Принцессы Ночи в самом начале забега?
Несмотря на это, работа вышла приятной для чтения. Вдохновения и удачи вам, автор!
— Вечер добрый, — старого пони вывел из полудрёмы голос молодого земнопони, — можно номер на одного?
— А, — старик прокашлялся, — на одного, да? — получив в ответ утвердительный кивок, он достал записную книгу и протянул посетителю вместе с пером, — впишите себя напротив 206-ого номера, мистер…
Земнопони несколько секунд мешкал, не зная что писать и говорить.
— Скай Флауэрс, — поразившись собственной находчивости, он поспешил вписать это имя в книгу и положить несколько битов на прилавок. Рядом, напротив 207-ого номера были вписаны три других имени: Голден Каннингем, Пайпер Бласт и Оук Дейл. Гораздо интереснее то, что возле цифры “207” стояла пометка “1к”, равно как возле его собственного номера. С чего вдруг такая куча пони забилась в одноместный номер?
— Прошу, — выудив с увешенной ключами стены нужный, старик протянул его посетителю, всеми силами стараясь не глядеть на самого Флауэрса. Кремовый пони забрал ключ и направился в свой номер, упорно стараясь на ходу поправить широкополую шляпу, что никак не желала сидеть ровно на рыжей макушке.
Цена в восемь битсов полностью себя оправдывала: обои выцвели, в номере воняет сыростью, половицы скрипят под ногами, а вместо кровати — гора сена с покрывалом сверху. А стены вообще караул: они как будто из фанеры, и от чего Флауэрс прекрасно слышал, что происходит в соседних номерах.
— Молчать! — глухо донеслось из-за стены. Будучи излишне любопытным, земнопони подошёл поближе и приложил ухо к стене. Голос, который он слышал, был довольно низкий и с хрипотой, но его обладателя нельзя назвать стариком. — Спорить будете в другой раз. Это всего-лишь второй день, а вы уже друг другу в глотки вгрызлись!
— Состязания, в котором выиграть может разве что сам Дискорд, — второй голос был женский: растягивание гласных, несколько раздражающий голос… “Какая-нибудь напыщенная Мэйновская леди” — решил для себя Флауэрс. Видимо, это та самая Пайпер, — а этот олух даже не позаботился о деньгах!
— Слушай, деньги — не голова, можно новые достать, — не унывающий и весёлый пони оказался в весьма сомнительной компании, — так даже интереснее. И да, могла бы проявить к Голдену хоть какое-то уважение: он ради нас старается, помогает от всей души, а тебе лишь бы поскандалить.
“Кажется, хриплый — это Голден Каннингем, а весёлый — Оук Дейл” — решил для себя Флауэрс.
— Я тебе правда благодарен, Голд, — продолжил Оук, — тем более, что меня здесь быть вообще не должно.
— Тем не менее, ты ведь здесь, — ответил ему хриплый.
— Да, но… Селестия помилуй, сам не знаю, как меня потянуло в эту бесовщину участвовать. И как я попал именно сюда, именно к…
— Попробуй выяснить, мне интересно, — громко сказал Флауэрс, явно вызвав по ту сторону стены нешуточный переполох.
— Ах, нас подслушивают! — пискнула Пайпер.
— Дискорд тебя подери! — закричал Оук.
— Тут окно, если что — нас здесь уже не будет, — холодно ответил Голден.
— Тише вы, я тоже “Преследуемый”, — заявил земнопони, — можно к вам?
— А вдруг ты “Ищейка”, приятель? — ответил Оук.
— Будь я ищейкой, уже бы давно выломал эту стену.
— Весомо, — согласился Голден. Быстро заходи. Блейз, открой эту проклятую дверь!
Земнопони мигом выбежал из своего номера, даже не удосужившись закрыть его на ключ. Да и незачем, ведь никаких вещей он там не оставлял. Снаружи его уже ждала открытая дверь 207-ого номера, которую для него держал лазурный единорог в алой рубашке. Только Флауэрс зашёл в комнату, как серый пегас поспешил закрыть дверь на ключ.
— Я так понял, у вас есть план, да? — поспешил спросить он.
— У меня есть план, — златогривый пегас с хриплым голосом медленно расхаживал по номеру, который ничем не отличался от предыдущего, — эти двое понятия не имеют, как скрываться от ищеек. А я знаю, ведь то я выиграл прошлую игру.
— Вы? — кремовый земнопони занервничал. То ли от удивления, то ли от холода в изумрудных глазах этого пони, — Было дело, я читал пару сводок предыдущих участников и ищеек… Слышал, что предыдущий “Розыск” выиграл некий пегас из Троттингема, но никак не…
— Ой, велика заслуга, — заговорила белая единорожка, развалившаяся на условной кровати, — две недели прятаться на чердаке да бегай от ищеек. Любой так может.
— Из тридцати пони смог только я, — улыбнулся Голден, — бывшие шпионы Кантерлота не лыком шиты: им ничего не стоит обыскать твой дом, опросить твоих знакомых, наколдовать поисковых заклинаний, да даже опрашивать простых пони на улицах — от них так просто не скрыться. Нужно много двигаться, и не попадаться на глаза.
— И да, смею заметить, — вмешался лазурный единорог, он же Оук Дейл, — Мэйнхеттен — очень большой город, спрятаться есть где: квартиры, кафе, театры…
— Мастера сыска тебя везде найдут, — отрезал пегас.
— Даже не представляю, что творится в головах у этих пони, — заговорил Флауэрс, — господа Каннингем, Дейл и Бласт, — земнопони не удержался от минутного хвастовства, — но вы правы. И, позвольте, вы сказали, что у вас есть план?
— Да, — не выражая удивления или восхищения ответил Голден, — нас не видели, а в номерах большие окна, — пегас кивнул в сторону дальнего конца комнаты, — накроют — выпрыгиваем прочь и в лес. Правда, по правилам в лесу прятаться нельзя, потому за час нужно будет вернуться в город.
— А как же старик на ресепшене?
— Я здесь не в первый раз, — усмехнулся Голден, — он слепой, и ориентировки ему ничего не скажут.
— Разумно, — кивнул Флауэрс.
— А ведь поймают! — занервничал Оук.
— Да откуда ты знаешь? — растянувшись спросила розовогривая кобылка.
— Да потому что я не думал, что всё будет настолько серьёзно. Вы в курсе, что в газетах каждый день печатают отчёт о “Розыске”?
— Знаем-знаем, — попытался Голден успокоить собеседника.
— За первый день поймали девятнадцать пони! Из пятидесяти! А ведь ещё двенадцать дней! Как…
— Ша, — Голден копытом заткнул рот единорога, — держи себя в копытах.
— Мфф, — Оук смог заговорить лишь тогда, когда пегас ему позволил, — простите. Порой я забываю, зачем вообще в это влез, — единорог подошёл к кровати и сел рядом, — знаете, что такое презрение?
— През… что? — недопоняла Пайпер.
— Превосходно, — едва-ли не пропел Голден.
— Презрение к самому себе — странная штука. Не так давно завалил экзамен в школе для одарённых единорогов… как же я зол на себя! Так зол, что готов на любую глупость, лишь бы подняться в собственных глазах.
— Презрение… — задумался Флауэрс, припоминая собственный опыт. — Оно способно пробуждать в душе честолюбие, которого там отродясь не было. И в попытке что-то доказать не столько другим, сколько самому себе, ты готов на самые абсурдные вещи… вроде участия в этом балагане.
— И то мне был побоку этот “Розыск”. Попросил, называется, друга записать меня куда-нибудь… А я понятия не имею, как скрываться от правительства.
— И тут появляется опытный ветеран, — дополнил земнопони.
— Что очень кстати, и не только для меня. Знай я наперёд, с чем столкнусь, то хотя бы подготовился.
— Я здесь ради профессионального интереса, — гордо заявил Флауэрс, поправляя шляпу, — смогу ли я, молодой Мэйновский детектив, обхитрить самых упорных следователей Селестии?
— Вряд-ли, — мрачно пробубнил Голден, — если тебе не помогут, само собой.
— Это гораздо скучнее, чем мне казалось, — заговорила Пайпер, — я ожидала чего-то крутого: погони, отчаяние, интриги…
— Пожалуйста, никто не держит, — от уха до уха улыбнулся пегас, — вот только далеко ты не убежишь.
— Скукотища. Вся суть состязания, чтобы сидеть и не высовываться.
— Дамочка, — Флауэрс попросту не удержался, — вы фильмов насмотрелись? Жизнь гораздо сложнее и скучнее, чем последняя экранизация Дэринг Ду.
— Ой, ещё один моралист, — возмутилась та в ответ.
— Так, только не надо опять начинать, — заявил Голден, — за два дня я от вас чего только не слышал.
— Знаете что? — начал Оук Дейл. — Я таки сделаю это. С Голденом или без, я продержусь столько, сколько смогу. Раз почти половина попалась в первый день, а я — нет, то я уже чего-то да стою.
“Ага, особенно когда за тебя думает ветеран…”
— Пять тысяч битсов — вот реальная причина, — заявил Голден, — оставь все эти сказки для журналистов и детей.
— Неудавшееся приключение… — вздохнула Пайпер, — а ведь реклама была такой увлекательной…
— А что будет, если выиграют несколько участников? — спросил Флауэрс.
— Выигрыш делят поровну, — улыбнувшись сказал пегас, — но пять тысяч — большой куш, даже на пятерых. Или же выиграет тот, кто останется последним.
— Раз ты такой опытный, то может поделишься? Хитростями какими, или ещё чем…
— Запросто, — Голден на несколько секунд отвлёкся на пейзаж ночного леса, что виднелся за окном, — первое: если припечёт, то каждый сам за себя. Не останавливайся.
— Даже если друг застрял, а ищейки бегут по пятам? — раздался голос Оука.
— Да. Если вас увидели — считай, что вы проиграли. Ежели вы сумеете убежать, от поисковых заклинаний вы не скроетесь. И ещё…
— От внезапного стука в дверь пегас аж вздрогнул.
— Эм… — машинально выдавил из себя Флауэрс, — кто там?
— Добрый вечер, — раздался мужской голос из-за двери, — я из издательства “Министерство Вкуса”, предлагаю вам ознакомится со свежим изданием Дэринг Ду и…
С эффектом разорвавшейся бомбы по номеру раздался треск разбитого стекла. Окно выбито, а серого пегас уже и след простыл. Пока трое пони стояли в ступоре, и послышались первые завывания ветра, дверь без помех выбил белый единорог крепкого телосложения в золочёной броне.
— Блейз Спаркл, — монотонно заговорил он, — Пайпер Уайт, Оранж Кюри и… — ищейка на миг запнулась, увидев выбитое окно, — вы проиграли.
И хоть всё прямо на глазах обращалось в прах: все эти два дня навязчивой паранойи, любопытства и некоего страха ушли в пустую, Флауэрс, он же Кюри, прокручивал в голове ровно два момента: почему пони на ресепшене так быстро нашёл нужный ключ среди десятков других? И как ищейка открыла дверь так легко, если Голден закрыл её на ключ?
Восемь бед — один ответ.
Использованные модификаторы:
5. “Не в том месте, не в то время”. Главный герой вообще-то не должен был участвовать в этих соревнованиях. Просто так получилось.
1. “Самый строгий судья”. Главное для героя — победы над самим собой, а не кубки и медали.
3. “Кто это придумал?!” Герои участвуют в самом странном и необычном соревновании, которое только видела Эквестрия.
От автора. Слов: 1521
Время написания: ровно 2 часа с очень жирными перерывами на чаёк. И без вычитки, само собой.
И да, лепите нули. Я облажался, как всегда.
Главные герои оказываются втянуты в игру — прятки, длящиеся около двух недель. Приз — пять тысяч битов, что очень солидные деньги для пони. В чем подвох? Тебя ищут лучшие ищейки страны, от которых чтобы уйти, нужно быть чейнджлингом, могущим менять внешность в любой момент.
Идея, поставленная автором, раскрыта вполне удачно. Конечно, сложно представить подобную игру в сериальной Эквестрии, но атмосферно работа очень близко приближается к этому. Все сосредоточено вокруг группы пони, которые по разным причинам записались в участники. К сожалению, они раскрыты не так хорошо, как хотелось бы. Один персонаж просто был подогнан под два выпавших модификатора и дальше этого не развит.
Самая большая проблема работы в том, что на такой основе хочется чего-то большего. Больше глубины у героев, больше интересных ходов, больше интересных историй. Ну и конечно финал с победой сквозь стратегию и планирование. Или же наоборот — благодаря чистой удаче. Или же помощи друзей. Но в работе размером не более трех тысяч слов такого быть не может, а жаль. Ну и вызывает вопрос относительно запрета на прятки в лесу: какая мощная отслеживающая магия может точно показать куда ушли участники и что они были в лесу столько то времени?
В целом приятная работа с интересным и живым повествованием. Добра и вдохновения!
Не хватает раскрытия образам персонажей… я счёл, что для данного отрывка достаточно того, то что есть. Большего не надо.
То что подогнал одного героя под моды — да, важной роли это не играет совершенно, лишь добавляет «чуть-чуть» глубины происходящему, не более. И вообще, всё вышесказанное — полный бред.
Насчёт «Самой большой проблемы» соглашусь: тут есть некий потенциал. Как и во многих моих работах. Но я слишком жирный, тупой и ленивый, чтобы всё это развивать.
Ещё раз благодарю. Жду открытия следующего.
С одной стороны, у нас небезызвестные меткоискатели, чьи приключения не раз навлекали проблемы на их собственные головы. Будем надеяться, что в этот раз все обойдется. Трио неунывающих жеребят: Свити Белль, Эпплблум и Скуталу! Вы только посмотрите на эти уверенные в победе выражения на их лицах. Похоже, ничто не сможет их остановить. Впрочем, рано еще загадывать.
С другой стороны, у нас не менее известная компания. Непревзойденная Даймонд Тиара и её верная подруга Сильвер Спун. Они выглядят вполне уверенными в собственном превосходстве. Что, скажете, команды не равны по числу участников? Но конкурсанты сами заявили, что и вдвоем справятся, цитирую: «С этими пустобокими». Вау, это было довольно грубо.
Что ж, посмотрим на список конкурсов. Их всего три: сбор яблок, готовка яблочного пирога и, наконец, его поедание на скорость. Как жеребята пришли к этой идее мне неведомо, но это обещает быть интересным. В каждом конкурсе участвует только одна пони, победитель определяется решением судей, а именно мисс Чирили и мистера и миссис Кейк.
Теперь, когда все введены в курс дела настолько, насколько это возможно, объявляется начало первого тура. От команды меткоискателей выступает, очевидно, Эпплблум. Кому, как не ей знать, как управляться с яблоками? Их соперники выдвинули Даймонд Тиару. Посмотрим, на что способна дочь самого богатого и влиятельного жеребца в Понивиле. Дан свисток и жеребята устремляются к яблоням, под которыми уже заготовлены корзины. Малышка Эппл со знанием дела принимается околачивать дерево, ловко уворачиваясь от падающих фруктов и собирая их прямо на лету. Вы только посмотрите на эту грацию, эти отточенные профессиональные движения. Ловкость копыт и никакой магии. Вот что значит пони, выросшая на ферме.
Но что это? Обратите внимание на другую конкурсантку. Корзины Даймонд Тиары уже ломятся от обилия яблок. Все они как на подбор сочные, спелые, красные, словно только что с прилавка. И когда она только успела? Дан свисток и первый тур окончен. Мисс Чирили критически осматривает результаты работы жеребят, и практически без колебаний присуждает победу розовой кобылке. О, даже отсюда я вижу смесь обиды и разочарования на лице Эпплблум. Не переживай, у вас будет еще два раунда, чтобы отыграться. Ведь у вас в команде есть кто-то умеющий хорошо готовить?
И на полевую кухоньку, любезно подготовленную моими хорошими друзьями, семейством Кейков вступают новые конкурсантки. От меткоискателей участвует… Ох, мамочки! …участвует Свити Белль. Противники выставляют против нее Сильвер Спун. Жеребята будут готовить под присмотром взрослых, чтобы не случилось ничего непредвиденного. Кейки встают неподалеку от единорожки, готовые ко всему. И вот уже дан свисток. Интересно, а кому он дан? И за что? И что это за манера раздавать свистки направо и налево? Ой, что-то я отвлеклась…
Серая кобылка уже сорвалась с места. Откуда-то в её зубах появляется блестящий серебряный ножик, которым она с легкостью разрезает яблоки. Еще не прошло и минуты, а она уже заканчивает работу с фруктами и приступает к тесту. В это время дела у второй конкурсантки совсем плохи. Она… она откладывает яблоки в сторону и берет овсянку! Овсянку? Да ты спятила! Кхм! Прошу простить мне мой непрофессионализм, но это просто ни в какие рамки не лезет. А Сильвер Спун уже замесила тесто и раскатывает его скалкой. Яблоки давно готовы и печь разогревается. Чувствуется опыт работы. Кто бы мог подумать?
Вау! Яркая вспышка только что осветила место проведения конкурса. Похоже, что у Свити Белль какие-то проблемы. К счастью пожар предотвращён, но то, что готовилось безнадежно испорчено. Интересно все же, что это должно было быть? Ого, внимание, у нас замена! Вместо испачканной в саже единорожки выходит Эппблум. Время еще есть, да и ингредиентов еще предостаточно. А я уже чувствую запах выпечки! Похоже, Сильвер Спун первая справится со своим заданием.
Но кобылка с фермы и здесь спешит нас удивить. Грубо, наскоро слепленный яблочный пирог уже томится в печи. Я повторюсь: и когда она только успела? Слышится звонкое «дзинь!», а это значит, что раунд окончен. Выпечка извлечена из духовок и остывает на столах. Оба блюда выглядят и пахнут аппетитно, и мне стоит больших усилий, чтобы оставаться здесь и вести репортаж. Эта хрустящая румяная запечённая корочка, под которой скрывается кисло сладкая яблочная начинка с нежнейшим, просто тающим на языке тестом. М-м-м-м… Но нет, я остаюсь тут. Чего не сделаешь ради вас, дорогие слушатели.
Пока судьи совещаются после осмотра плодов труда участниц и выносят вердикт, обратим внимание на команды. Меткоискатели совместно отмывают испачканную в саже Свити Белль. Кажется, она очень расстроена и даже плачет, но подруги её всячески утешают. Даймонд Тиара и Сильвер Спун просто стоят в сторонке с чувством собственного превосходства, я прямо вижу их самодовольные ухмылки. Но вот они направляются к своим соперникам, наверняка, чтобы пожелать удачи в следующем раунде. Отсюда я не могу расслышать, что они говорят, но наверняка что-то дружелюбное. Розовая кобылка ненадолго задерживается возле пирога соперниц, и, догнав подругу, торопливо удаляется, горделиво задрав нос. Что-то они задумали, помяните мое слово. Это как та история с той грифонихой. Я думала, что она хорошая, но она оказалась супер-пупер плохой. Правда, потом я узнала, что она все равно хорошая, но это уже совсем другая история…
Итак. Наконец-то, судьи готовы огласить решение. Победителем в этом раунде становится… дружба! Да, посовещавшись, мистер и миссис Кейк решили, что заслуживают поощрения как мастерство Сильвер Спун, так и навыки кулинарии Эпплблум, в рекордно короткие сроки приготовившей ничем не уступающий по качеству пирог. А это значит, что у меткоискателей еще есть шанс выиграть. Я слышу крики радости с их стороны. А вот Даймонд Тиара чем-то очень недовольна и даже кричит на свою подругу.
Мисс Чирили сигнализирует о готовности начать третий раунд. Напоминаю, в нем необходимо съесть пирог раньше противника. Замены недопустимы, для соблюдения справедливости. От меткоискателей выступает Скуталу, наконец-то дождавшаяся своего звездного часа. Соперницы же, посовещавшись, опять выдвинули Сильвер Спун, видимо посчитав, что раз она готовила пирог, то ей его и есть. Сложно спорить с этой логикой.
Кобылки занимают исходные позиции у пирогов. Напряжение возрастает, обе участницы смотрят друг другу прямо в глаза, готовые в любой момент по свистку приняться за трапезу. Мисс Чирили делает глубокий вдох… пауза затягивается… А, нет, она просто зевает. Видимо проверяла тетради допоздна. И-и-и-и свисток дан!
Кобылки устремляются мордочками к пирогам и сочно вгрызаются в запекшуюся поверхность. Даже здесь слышно чавканье, хлюпанье и хруст. Но что это? Скуталу внезапно с воплем бросается к бочке с водой и принимается жадно пить. Из перемежающихся воплей можно разобрать только одно слово: «Остро!» Что-то пошло не так в приготовлении пирога, и он оказался несъедобным? Я вижу, как судьи совещаются. О нет! Они решают дисквалифицировать меткоискателей!
Я не могу в это поверить. Сильвер Спун и Даймонд Тиара заливаются смехом, счастливые, что победили. Их можно понять. А вот Свити Белль горько плачет навзрыд, пока Эпплблум еле удерживает активно рвущуюся поговорить с соперницами Скуталу. Ну да, проигрыш — это всегда грустно. Но знаете, что? Я не собираюсь сидеть, сложа копыта и смотреть, как другие пони грустят. С вами была Пинки Пай и её репортаж с места соревнований. А сейчас прошу меня извинить, мне надо кое-кого угостить мороженым…
1. “Все средства хороши”. Иногда в погоне за победой очень хочется сжульничать. К чему это приведёт в вашей истории?
2. “Команда R опять в пролёте”. Ваш герой (или команда героев) потерпел поражение. Правдоподобно передайте его эмоциональное состояние.
5. “Эквестрия Дэйли”. Передайте события от лица репортёра.
— Йеп.
А можно я на этом прервусь и не буду критиковать? А? Нет? Точно нет? Ладно… Посмотрим, какой из меня Элемент Честности.
Развитию событий откровенно не хватает напряжения. Тут такие соревнования, давние соперники открыто вступили в борьбу, воздух должен дрожать от конфликтного потенциала, а ткань мироздания рваться от бушующей тревоги! А как такового напряжения и не чувствуется. Ну, то есть, оно есть по сюжету. То одна сторона вырывается вперёд, то другая вообще оказывается на грани поражения и лишь с трудом вырывает шанс на реванш перед финальным раундом. И потом всё же проигрывает, решительно и бесповоротно. Казалось бы, я должен тут уже под столон валяться и тихо скулить от пережитых эмоций… Но их нет, если не начинать усиленно додумывать. Читатель воспринимает эти события глазами Пинки Пай, сливается с её эмоциями… Тем более странно, что даже от лица этого ярчайшего персонажа нужного эмоционального накала дать не получилось. Больше экспрессии, возможно?
Но это ещё цветочки, а ядовитая шутка будет впереди (срочно зовите Зекору). Рассказ самым обидным образом обделён идеей. У меня к вам огромная просьба: напишите, пожалуйста, в комментариях, какую мысль вы вкладывали в основу своего произведения? Максимум, что удалось увидеть мне — “Не щёлкай клювом, когда соревнуешься с двумя подленькими оппонентами”. Ну, может быть ещё “Жульничай, и тебе за это ничегошеньки не будет”. Обе морали жизненны, конечно, но даже если так — раскрыты они весьма поверхностно.
Стиль приятный, хотя и немного блёклый — от репортажа подсознательно ждёшь чего-то более горячего и цветастого, надо ж внимание аудитории привлекать!
Тема раскрыта, модификаторы выполнены, тут нареканий нет. Вердикт? Приятное блюдо, которой не хватило соли и пряностей. Спасибо за участие!
Принцесса Луна, лежащая на одном пуфе с ней, чуть отстранилась, даже не пытаясь спрятать ехидную ухмылку.
— И что же пошло не так, моя дорогая сестра?
— Приём проходил в малом тронном зале, с балконами — и среди зевак оказался глава кантерлотской гильдии кондитеров. Этот престарелый пегас сиганул прямо через перила и спланировал на стражника. Беднягу едва не вывели, хорошо хоть я вовремя вспомнила его имя…
— Ещё бы ты его не вспомнила! — лунная принцесса, не скрываясь, посмеивалась в изгиб крыла, — ты обеспечиваешь заметную часть выручки этим художникам крема и взбитых сливок!
— Луна! Это не смешно! Почтенный Денс Фростинг не придумал ничего лучше, чем объявить, что кантерлотские сладости во всём превосходят заграничные! Разумеется, грифоны вспылили и потребовали от меня объявить соревнование, на котором бы они могли опровергнуть “беспочвенные инсинуации престарелого выскочки”…
— Так вот как этот несдержанный пегас оказался в фонтане внутреннего двора на этот раз!
— Да, стражам пришлось-таки вывести его… охладиться, — белая аликорница сокрушённо покачала головой, — старик слишком скандальный для дипломатических приёмов… И слишком талантливый повар для того, чтобы его можно было сместить с поста главы Гильдии.
— Но не это тревожит тебя, сестра. Будь это просто фестиваль пранцузских сладостей, ты была бы первой среди любителей полакомиться… о! Соревнование! От тебя потребовали судить виртуозов крема и ликёра — причём, наверняка, сидя на твоём парадном троне! — принцесса Луна зашлась смехом и, откинувшись на спину сестры, задёргала задней ногой. — О, сестра, а счастье было так возможно…
Принцесса Селестия дёрнулась всем телом, словно порываясь вскочить и уйти, но мгновенно расслабилась. Она опустила голову на передние ноги и накрыла свою сестру своим пушистым крылом, приглушая счастливое хихиканье.
— Верно, Лулу. Мои маленькие пони так привыкли видеть во мне верховного судью, что и не мыслят, чтобы у меня были маленькие слабости…
Принцесса ночи, перестав хихикать, выбралась из-под щекочущих белых перьев. Несмотря на опасения её сестры, она не сказала ни слова о “маленьких слабостях”, зато с невинной мордашкой поинтересовалась:
— Сестра… А почему бы тебе не уехать по срочной надобности… в Филлидельфию? Уступи место Санни Скайс — уверена, твоя протеже будет счастлива встретить тебя в неформальной обстановке, как и её друзья… только на этот раз сразу отправь им билеты на всех! — проказливая улыбка так и светилась на её лице.
— Ох, Лу, — настроение принцессы Селестии резко пошло вверх, она потянулась к сестре, обнимая ту и ногами, и крыльями. — Это замечательный совет. Спасибо.
* * *
Твайлайт Спаркл в окружении подруг — и в сопровождении подозрительно поглядывающего по сторонам дракончика, не выпускавшего из лап заветные билеты на праздник — медленно шествовали по Кантерлотским улочкам к окраине города, где было огорожено целое поле, выделенное лучшим кондитерам двух стран. Они были совсем не одни: по всем окрестным улочкам множество пони пёстрыми ручейками двигались в том же направлении.
Пинки Пай, не останавливаясь на мгновение и не обращая внимания на пони вокруг, прыгала рядом с их маленькой компанией, торопясь поделиться с подругами новостями.
— …И у них будут торты воздушные, и с тяжёлым кремом, и вафельные, и трюфельные, и бисквитные, и с соляными палочками, и с самоцветами, Спайк, тебе они обязательно понравятся! А ещё там будут сорок сортов пунша, и гоголь-моголь, и лакричные палочки, и съедобные украшения, и каменные ириски… ЭТО БУДЕТ САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ПРАЗДНИК ЭТОГО ЛЕТА!!! — розовая поняша выдала особо высокий прыжок и плавно опустилась на землю. — Я слишком нервничаю, да? Это соревнование лучших кондитеров… Я бы так хотела, чтобы оно стало ежегодным!
— Пинки, но ведь у нас уже есть ежегодное соревнование кондитеров, — мягко укорила её Твайлайт, на что получила ожидаемо отдающий лёгким безумием крик:
— Соревнований кондитеров мало не бывает!
Мягко посмеивающаяся Рэрити, шагающая рядом с Твайлайт, слегка неуклюже перевела тему:
— Это соревнование будет просто взрывом кулинарного искусства! Жаль, что принцессе Селестии пришлось так не вовремя уехать… Ах, большая политика! Это так… утомительно.
Твайлайт несколько замялась — единорожке было слегка не по себе от подобного обмана, что хотела провернуть её наставница. К счастью, ей не пришлось ничего говорить — резко приземлившаяся Рэйнбоу Дэш едва не накинулась на отшатнувшуюся Рэрити:
— Как — уехать?! Ведь это значит, что её не будет! А я хотела показать ей несколько новых трюков, и полетать наперегонки, и… — радужногривая пегаска заметила направленные на неё укоризненные взгляды шести пар глаз и сконфуженно замолчала. — Я… забыла. Эй, такое с каждым может случиться!
— Всё в п`рядке, сахарок. Мы все бум рады снов повидать Санни, — Эпплджек ласково потрепала подругу по плечу, отчего та немного криво, но радостно ухмыльнулась.
— Эй, а вот и она! — хриплый голос Спайка прервал неловкий разговор, заставив всю шестёрку обернуться в направлении, куда указывал дракончик. Белоснежная пегаска с развевающимися розовыми гривой и хвостом плавно спускалась к ним, паря на трепещущих крыльях. Кто-то из проходивших мимо жеребцов от такого зрелища даже схлопотал подзатыльник и сердитое “следи за дорогой!”…
Мягко приземлившись, пегаска улыбнулась всей понивильской шестёрке, подходя, чтобы обнять их. Рэрити, проскочив вперёд подруг, тихонько шепнула ей: “Крылья, ваше… Санни!” — действительно, та не сложила крылья после приземления, по въевшейся привычке оставив их широко распахнутыми. Признательно улыбнувшись и кивнув, пегаска сложила крылья и поочерёдно обнимая остальных — даже пытавшуюся застенчиво спрятаться за подругами Флаттершай, даже надувшегося было Спайка, который от такого проявления “девчоночьих нежностей” слегка порозовел.
Не теряя времени, вся компания поспешила в сторону границы города и заполненного шатрами и навесами поля — уже близилось назначенное время открытия соревнований. Перед невысокой оградой, которой обнесли почти всё поле, был собран здоровенный помост с трибуной; по одну сторону красовались, молодецки подкручивая тонкие усики, грифоны — все как один в пышных поварских колпаках и белоснежных фартуках. По другую сторону кучковались несколькими группами кондитеры Кантерлота: кто-то в форменных синих, зелёных и красных передниках, кто-то вовсе в белых халатах, словно доктора в приёмном покое; несколько пегасов из числа мастеров сахара и сливок нервно подпрыгивали над землёй, расправляя и складывая крылья.
Наконец, на трибуну взошёл распорядитель — представительного вида понь в строгом костюме.
— Дорогие друзья! Мы рады приветствовать вас сегодня здесь, на дружеском… — на этих словах понь покосился вниз, в сторону окруженного мастеровыми седого пегаса, что-то громко и сердито шипящего себе под нос, — на дружеском соревновании признанных кондитеров Пранции и Эквестрии! Соревнование — или даже праздник, коим, мы надемся, оно станет для вас — будет проходить следующим образом: сначала все желающие смогут продегустировать любые представленные сладости — в маленьких порциях — а после этого будут открыты столы с большими версиями тех же блюд. По договорённости, к которой пришли наши соотечественники и наши гости, — понь прищурился в сторону дружно кривящихся грифонов, — победит та сторона, у которых останется меньше несъеденных сладостей…
— С нами Пинки Пай, — фыркнула ЭйДжей, — как дойдёт дело до обжиралки, как бы голодной не остаться!
— Эпплджек! Ну что за манеры! — конечно же, белая единорожка не смогла сдержаться. — Я разделяю твоё беспокойство, но это ведь наша подруга!..
— Я нисколечки не обиделась, Рэрити! — широко улыбающаяся розовая земнопони крепко обняла фермершу в доказательство своих слов, от чего у той аж глаза на лоб полезли, — я действительно могу увлечься, когда дело доходит до тортиков! Или пирогов. Или леденцов. Или лакрицы. Или кофе. Или кексиков…
Твайлайт, не слушая подруг, с лёгкой настороженностью следила за розовогривой пегаской: та словно впала в ступор — её глаза остекленели, а тело напряжённо замерло, и только тяжёлое дыхание и судорожно сглатываемая слюна показывали, что с той всё в порядке… в какой-то мере.
Распорядитель тем временем уже заканчивал свою речь:
— …А теперь мы просим вас не стесняться… Ох! Принцесса!
В самом деле, на узкое свободное место между помостом и толпой пришедших на дегустацию сладостей горожан стремительно, но мягко приземлилась исчерна-синяя крылатая повозка, запряженная парой ночных стражников принцессы Луны. Сама принцесса, гордо вскинув голову, невозмутимо воспарила прямо из повозки прямо до уровня трибуны:
— МЫ РАДЫ ПРИВЕТСТВОВАТЬ ВАС, НАШИ ВЕРНЫЕ ПОДДАННЫЕ! А-КХЕМ! Мы прибыли сюда для участия в празднике, не для его нарушения и не для его осуждения! Пусть наше вторжение не помешает никому из вас! — и с этими словами принцесса, кивнув слегка окосевшему распорядителю, грациозно опустилась в слегка раздавшуюся толпу, немного в стороне от понивильских подруг.
— А… Эм… Ага. — распорядитель почти сразу же взял себя в копыта: видимо, сказывался богатый опыт. — Ну что же, да начнётся праздник!
* * *
Устроители постарались на славу: сегодня здесь любой смог бы найти сладости себе по душе. Эпплджек и Рэйнбоу, сговорившись, опустошали запасы маленьких крепких фруктовых пирогов, осыпая окресности сытно пахнущими крошками, Рэрити смаковала крохотные кусочки воздушного крема на мягких плотных вафлях, параллельно очаровывая молодых грифонов, Пинки сновала здесь и там, стремясь попробовать каждую сладость и приводя в ступор незнакомых пони и грифонов неуёмным фонтаном энергии и скороговорок. Спайк завис у стола с украшенными самоцветами пирожными, Флаттершай укрылась в тёмном уголочке между двумя здоровенными кустами сирени — в обнимку с огромным куском торта-ассорти, украшенным несколькими десятками кусочков самых разных фруктов, от вишенок и арбузных цукатов до долек лайма и засахаренных цветков кактуса. Твайлайт тихо надеялась, чтобы это великолепие осталось незамеченным белой единорожкой — той бы точно поплохело от такого пренебрежения этикетом в исполнеии столь знакомой им тихони… Но у мисс Спаркл была и другая задача — она тщетно пыталась угнаться за своей наставницей.
Санни Скайз с непередаваемым аппетитом смаковала каждый кусочек торта, каждую пироженку, каждую печеньку с глазурью и начинкой — аккуратно и грациозно, но стремительно и неотвратимо — даже сами кондитеры зачарованно следили за ней, едва в силах оторваться от зрелища мастерского уничтожения своих запасов. Проходи в этот день соревнования по художественному дегустированию сладостей — Санни Скайс с лёгкостью заняла бы первое место, оставив далеко позади всех соперников, а то и приведя большинство из них в полнейший упадок духа.
Впрочем, даже такое зрелище не могло не подойти к концу — пришло время второй стадии соревнований: матерчатые стены центрального шатра были сдёрнуты, и взорам посетителей предстали поистине могучие столы, заполненные огромными блюдами с выпечкой всех мастей и размеров.
Твайлайт Спаркл едва не застонала от нахлынувшей тревоги: при виде подобного богатства Санни Скайз гулко проглотила последний недоеденный кусочек пирожного и заворожено уставилась в сторону исполинского кремово-белого торта. Неподалёку из толпы вынырнула принцесса Луна — и столь же остолбенело уставилась в сторону близнеца привлёкшего внимание Санни торта — только этот был шоколадно-тёмным, источающим запахи кофе и ликёра.
Переглянувшись, обе принцессы — и гордо вышагивающая Луна, и её нетерпеливо подпрыгивающая замаскированная сестра — аккуратно, но более чем целеустремлённо направились к своим избранникам. Сейчас для них не существовало ничего — ни суеты толпы, ни сдержанного шипения соперников-кондитеров, ни иных соблазнительных запахов — принцессы шли к своим целям, и, казалось, во всём мире в эти мгновения наступила тишина. Зрелище двух кобылиц, с поволокой в глазах шагающих к своим жертвам, невольно притягивало всё новые и новые взгляды, отвлекая как посетителей, так и мастеров поварского искусства.
Твайлайт с трудом отвернулась и тяжко вздохнула в порыве благоразумия: ей подумалось, что праздник живота только-только начался…
Модификаторы:
4. “Будь потрясным”. В одной из сцен покажите реакцию зрителей на происходящее.
5. “Во славу Короны!” В соревнованиях решила принять участие одна из принцесс. Думаете, победа у вас в кармане? Она не должна быть главной героиней вашего рассказа! Выкручивайтесь.
2. “Ставки слишком высоки”. Соревнования проходят на эквестрийском уровне, что добавляет участникам дополнительного мандража.
Попенять стоит за некоторые досадные ошибки при оформлении прямой-авторской речей, несколько читерский способ выполнения пятого модификатора и то, с какой легкостью Луна просто взяла и присоединилась к участию в конкурсе. Селестии для этого пришлось опегаситься.
В целом получилась очень приятная и хорошая работа. Вдохновения вам и удачи, автор!
Приписка от Втыка: Моего брата явно позвали на дегустацию конкурсных тортиков, иным я столь добрый отзыв объяснить не могу. Нет, с мнением касательно персонажей-то я согласен, и ламповость отрицать не буду, но никак не могу согласиться с лишь “досадными” ошибками. Дорогой автор, пожалуйста, ознакомьтесь с тем, какие знаки препинания разрывают прямую речь, а какие завершают в ней предложение. Потому что после восклицательного знака следующую реплику надо писать с большой буквы (а после слов автора, соответственно, ставить точку).
И это ещё не всё, есть проблема пострашнее “стилистической”. Какая в вашем рассказе идея? И есть ли она тут вовсе? Нет, правда, это интересная история, но без идеи о ней забудут на третий день. Рассказу нужна глубина, основа, мысль, которая вызовет в читателе отклик в виде ответных размышлений.
Вот теперь, наверное, отзыв можно считать законченным. Так или иначе, спасибо за участие. Добра и тортиков!
Дорогой Тык! Спасибо за добрый отзыв — в этот мрачный осенний день он согревает сердце усталого единорога не меньше, чем памятные шерстяные носки. Спешу заверить, что «читерский способ» — это шутка ещё из времён детства, запомнившаяся по задачнику логики за авторством несравненного Клир Майнда: задача о двух монетах, суммой в семь битов, одна из которых не пятибитовик, изящна и раскрепощает разум, что есть величайшее благо в нашем мире. Принцесса Луна же — не её сестра: как бы ни скорбело моё сердце, жители Эквестрии в большинстве своём хоть и чествуют её, но опасаются привлекать высочайшее внимание — что, на этот раз, только облегчило повелительнице наших снов «легализацию» присутствия.
Дорогой Втык! Неужели множество раз появившаяся ошибка считается не один раз, а всё это множество? Звучит уж слишком… по-крючкотворски. Я слышал, что вас, пошедших по военной стезе, гоняют по кругу на плацу за каждую однотипную провинность, но надо же отличать системные ошибки от простого незнания правил! И, должен сказать, я рад, что вас, военных пегасов, не оболванивают: во всех армиях мира считают, что задумываться об идеях — задача не для ума военного, а у нас оно вона как…
Ведущий умолк и трибуны заревели, разнося дикий вой с улюлюканьем, гудящим эхом наполняя раздевалку внизу.
— Сегодня я обставлю тебя! – задирает нос Силк Винд. Забравшаяся на скамью лиловая пегасочка грациозно расправляет крылья, попарно вытягивает ноги, демонстрируя гладкую шкурку, едва заметную полосочку гривы и подстриженный хвост, похожий на кисточку.
— Мечтай! – самоуверенно фыркает Поинти Стик, проходя пилкой по кончику блестящего рога. Лёжа на спине и шлифуя поднятые копытца, тоненькая как соломинка буланная единорожка изучает своё точёное отражения в напольном зеркале. — Я лучшая!
— Ага, конечно…– ехидничает скачущая на месте Флатер Страт. Поджарая земнопони в красном трико и с одетым на живот седлом цокает без остановки, уставившись на плакат Вандерболтов перед самой мордочкой.
«Дорогие зрители!» — внезапно заголосил динамик, заглушив трибуны. — «Давайте поприветствуем единственну, благодаря чьей дружбомагии и тяги к занниям нам выпала редчайшая возможность мордозреть состязания былых эпох здесь, на потрясающем стадионе Кристальной Империи. Поприветствуем же Её высочество Принцессу Твайлайт Спаркл!»
Вновь поднялся гомон.
«О, вы поглядите, как горит румянец на её щеках! А как чудесен растерянный взгляд; ах перламутровое очарование бегающих глаз! Её тоненькая улыбка на дрожащих губах так и кричит «пусть жеребята летят точно в цель ради дружбы во всей Эквестрии!». Как воодушевляет!»
— Стро-ойсь! – раздался рёв в раздевалке.
Три жеребёнка выстроились по струнке перед оранжевой пегаской в синей кепке набекрень. Стиснув зубы, кобыла сжимает свисток в виде радужной молнии на белом облаке, строго осматривает каменные мордашки, тихо цедит:
— Сегодня важнейший день для одной из вас. Вся Эквестрия, что там – весь мир! – глядит на смелых пони, юных отважных кобылок, готовых лететь навстречу победе как снаряд мечты из пушки надежды! – её низкий голос бархатиться от ноток воспоминаний. — Я вижу, в ваших широких глазах горит всё тот же азарт, с которым меня швырнули в деревянный щит много лет назад… — оранжевая пегаска замолчала, обнажив счастливую редкозубую улыбку, но вдруг выкрикнула:
— Вперед, снаряды, покажите, из чего вы сделаны!
Над стадионом разносится триумфальный рокот труб, знаменующий начало финальных соревнований. Три кобылки строем идут по узкому коридору плечом к плечу, чувствуя на себе гордый, тяжёлый взгляд тренера.
— Не толкайся! – бубнит центровая Флатер Страт, косясь налево. — Поотращивали крыльев, а топчут тут. Иди, топчи облака!
— Лучше следи за своими копытищами, корова. – Скалиться Силк Винд, исподлобья посматривая на чистое небо, выползающее в конце коридора. — Отрастила крупище размером с Клаудсдейл! Как ты из стойла-то вылезла?
— У обеих фигура параспрайта и аэродинамика мешка набитого якорями, тупые дылды… – себе под нос зубоскалит Поинти Стик, исподтишка поглядывая на более крупных жеребят.
Занятые склоками кобылки сощурились от таёжного солнца – тройка запнулась едва, не упав на ровном месте.
«Вы только посмотрите на этих милых кобылок; какие растянутые улыбочки и дружелюбные толкания! Как они похожи на почитаемых принцесс: мудрую Селестию, суровую Луну и уверенную Кейденс, сумевших почтить нас своим присутствием на битве за кубок по метанию жеребят, разделив чудесную, к сожалению, долгие века забытую в Эквестрии традицию!»
Твайлайт нервно подёргивается на месте, с ужасом глядя на жеребят, готовых продолжить слепо соревноваться меж собой за право быть прошенными в мишень, будто в том их предназначение. Из года в год задаёт себе вопрос: «к чему приведёт возрождение дикарской забавы былых эпох?»
Наблюдая за обеспокоенной ученицей, изрядно набравшейся ума в сокровенных архивах, Селестия в полголоса обращается к ней, смотря вдаль стадиона, как ни в чём не бывало:
— До сих пор сомневаешься в собственном решении, Твайлайт?
— Как и в том, что «Полное собрание забытых традиций» случайно затесалось в отобранную мной стопку копытописей…
Под бесчувственный голос ученицы в глазах Селестии блеснула искра опасения
— Благодаря тебе враждующие расы Эквестрии учатся дружбе, пониманию и терпимости. – Одухотворённо цедит белый аликорн. — Гармония на столетия стоит недели безумств.
— Но стоит ли ради Гармонии разбиваться о стены? – выпалила Твайлайт, и поднявшись, быстро покинула ложе.
Модификаторы:
1. “Кубок юниоров”. Ваша история о соревнованиях между жеребятами. Сможете правдоподобно передать детские характеры?
2. “Ставки слишком высоки”. Соревнования проходят на эквестрийском уровне, что добавляет участникам дополнительного мандража.
3. “Кто это придумал?!” Герои участвуют в самом странном и необычном соревновании, которое только видела Эквестрия.
Благодаря данной работе, мы можем наблюдать иной вариант Эквестрии, в котором юная Принцесса Твайлайт обнаружила древнюю спортивную традицию по метанию жеребят, которая каким-то волшебным образом объединила все враждующие расы. Мало того что не совсем понятно каким образом в Эквестрии появились активно враждующие между собой расы, совершенно непонятно как этот “спорт” смог их всех примирить. Видимо, они все ненавидят детей — это единственное разумное объяснение.
Мне сложно говорить об этой работе, поскольку сюжет и основная идея плохо поддаются здравому смыслу, а кроме них больше ничего и нет. Персонажи описаны крайне поверхностно, Твайлайт понимает, что она натворила, но не делает совсем ничего, а Селестия считает, что физически травмированный молодняк выгоднее, чем поиск других вариантов. Посмотрим, что она скажет через несколько десятков лет, когда большая часть населения Эквестрии будет такой.
Если говорить о хорошем — работа написана неплохо. Читать текст легко, нареканий особых нет, если не считать пары досадных опечаток.
В заключении хотел бы отметить, что я крайне удивлен тому, что весь этот спорт не начался с подачи Шайнинга Армора. Как-никак, опыт у него есть.
И откуда взялось таёжное солнце?
А солнце над Кристальной империей, расположенной в северной широте, разве не может быть таковым?
Тайга, если одним словом, это лес. Вокруг Кристальной империи всё больше тундра какая-то.
Видите «стёб ради стёба»? Что сказать — бывает, значит таково Ваше читательское «решение».
Солнце «какое?», а не «чьё?». По факту всё верно — вокруг сплошь тундра, но речь не о том.
Недалёкий пони мог бы решить, что основная причина этой глубокой скорби — летающие вокруг пули, ракеты, лазеры и, почему-то, тортики. Или, может быть, разрушающийся буквально в сотне метров небоскрёб. Или пролетевшая мимо статуя Селестии, пытающаяся поймать за хвост статую Дискорда, разминувшиеся с рогом Шарпа буквально в миллиметре.
В крайнем случае можно было бы предположить, что в такое состояние его привёл вид красно-чёрного неба, в котором летел клин аликорнов или же тонкую душевную организацию расстроил вид двух тавротавров, лошадей с телом лошади, играющих в настольный теннис с двумя непропорциональными «шариками», в роли которых выступали кашалот и цветочный горшок, в которое зачем-то запихнули охапку сена.
Но нет, это всё Шарпа не беспокоило. Он был журналистом. Таким зрелищем его было не удивить, да и он даже уже успел записать некоторые заметки в блокнот. В мире журналистики странное — это хорошо, особенно если это правдиво… хотя единорог уже сомневался, что даже сам верит, что всё вокруг правда.
Он мысленно застонал, но всё же задал вопрос, который задавал, наверное, уже в двадцатый раз за последние полчаса, причём каждый раз менялось лишь указываемое направление и всё растущее отчаяние в голосе:
— Ладно, а вот это-то что за штука?!
Принцесса Луна посмотрела в указанном направлении и, подумав, ответила:
— Это… запах дерева?
— Но почему он выглядит так?!
Ему ответил третий голос, преисполненный ехидства:
— А «так» — это как?
Вот. Вот этот вопрос и был причиной душевных терзаний единорога. Журналист, настоящий журналист, если того потребуют обстоятельства, готов покорять горы, питаться неделю одними лимонами и даже, если очень-очень надо, идти на некоторые самоунижения, но была та граница, которую переходить было нельзя.
Использовать слово «неописуемый» в его буквальном значении.
Профессиональная гордость Шарпа уже давно как забилась в угол и сотрясалась от рыданий, но Ниб всегда был находчив, так что решил пропустить мимо ушей последний вопрос, отказаться от идеи репортажа и переиграть всё в пользу материала, который невозможно испортить неописуемостью: интервью.
По крайней мере, он надеялся, что его нельзя так испортить.
— Принцесса, а не могли бы вы рассказать, как пришла идея всего… этого?
Лицо Луны выражало сложную гамму чувств, основными из которых были желание плакать и желание смеяться. В идеале — одновременно. Но она отложила эту сложную эмоциональную задачу, чтобы ответить:
— Если ты имеешь в виду саму, гм, технологию общего сна, то я её использовала, чтобы не пустить в мир одно, скажем так, неприятное существо. Как вскоре выяснилось, после небольшой практики и, самое главное, когда во сне никто не пытается вырваться и уничтожить всю Эквестрию, — Луна иронически закатила глаза, — создавать такие общие сны для меня оказалось вполне просто.
— Понивилльский ночной инцидент?
Луна оценивающе посмотрела на собеседника, прежде чем ответить:
— Откровенно говоря, мы постарались не сильно раздувать шумиху вокруг этого, но да, именно он, — Принцесса ещё немного подумала и торопливо добавила:
— Но эта проблема и правда полностью решена, так что сейчас мы можем пожинать с того случая вот такие положительные плоды, — последние слова сопровождались обведением окрестностей копытом.
— Да, это и правда впечатляюще. Но почему общий сон применяется именно в таком формате?
— Думаю, бо́льшую часть я и так уже сказала, когда мы тут собрались. Мейнхеттенская и Кантерлотская гильдии писателей уже полгода как спорят друг с другом, у кого лучше фантазия. В переписке, на конференциях… Творческие натуры, для них тема оказалась на удивление болезненной. В последнее время они вообще прямо-таки спят и видят — и, думаю, не нужно пояснять, что я знаю, что говорю, — как они уделывают соперников.
Луна улыбнулась каким-то своим воспоминаниям и продолжила:
— Я, надо сказать, с недавних пор питаю некоторую слабость к различным соревнованиям. С ними жизнь вдвое веселее, чем без них. Так что в итоге я просто напрямую предложила главам этих двух организаций решить вопрос радикально.
— А как мы определим, кто победил?
Принцесса замялась:
— Вообще, сейчас они просто знакомятся с… инструментарием. По задумке, они должны за два часа придумать и воплотить здесь что-нибудь такое, что было бы более невообразимо и фантастично, чем у соперников, у меня даже были придуманы некоторые критерии оценки, но…
Оторвав восторженный взгляд от происходящего вокруг, снова вмешался владелец третьего голоса:
— …но они «чуть-чуть» не учли масштабы хаоса в голове маленьких пони?
Луна стрельнула глазами в его сторону:
— Дискорд!
— А что, разве не так?
Луна лишь тяжело вздохнула и с неохотой согласилась, воодушевив этим драконикуса:
— Знаешь, Луна, если бы я раньше знал, что они могут твориться такое во снах даже без моего вмешательства… — над головой у Дискорда зажглась лампочка. — Кстати, тебе не нужен помощник?
— Нет.
— Помощничек?
— Нет.
— Ассистент?
— НЕТ, — прорвался королевский Кантерлотский голос.
— Жаль, — Дискорд слегка сник.
Вдруг мимо снова пролетели статуи Селестии и Дискорда, только на этот раз последний ехал верхом на каменном аликорне. Настоящий Дискорд, завидев такое зрелище, сложился пополам от смеха:
— Бесценно, просто бесценно! Заявляю, что подсознание — лучшее, что есть на свете после банановых тортов и кордебалетов!
Отсмеявшись, он поинтересовался у Луны:
— У пони как, часто во снах такое?
— Чуть ли не всё время, на самом деле. Я уже привыкла.
У Дискорда в глазах мелькнула какая-то странная восторженно-удивлённая искорка, и уже в следующий момент на нём появился фрак, а в руке оказалась открытая красная коробочка с чем-то круглым внутри. А потом он рухнул на колени:
— Выходи за меня!
— Что? — Хором и с одинаково расширившимися от удивления глазами отреагировали Принцесса и единорог.
— Я понял, что лишь с тобой смогу увидеть истинный хаос мира!
Немая сцена затянулась. Шарп переводил взгляд с драконикуса на аликорна и обратно, уже мысленно допечатывая статью о грядущем свадебном торжестве и заодно, на всякий случай, о жестоком убийстве.
К сожалению, обе из них никогда не выйдут в свет, поскольку Дискорд испарил кольцо и костюм обратно в небытие. А жаль, это были бы прекрасные статьи…
— Первые пять секунд я даже был серьёзен, кстати.
Луна моргнула, но всё же наконец-то пришла в себя:
— Думаю, «серьёзный Дискорд» взял бы все призы в соревновании по фантазиям…
Луна нахмурилась:
— Я, наверное, всё-таки подумаю насчёт того, чтобы ты посещал сны. Но ты не сильно обольщайся. И я всё равно буду за тобой следить.
Дискорд в буквальном смысле засиял от восторга и отлетел наблюдать за ходом родео своего двойника. Луна задумчиво смотрела ему вслед. Потом посмотрела на журналиста. Осознала, что это журналист. Наконец, вспомнила, что журналисты пишут статьи о том, что видят, а пони их читают. А он видел…
Шарп Ниб читал эту проносящуюся цепочку мыслей с невероятной лёгкостью, но, к счастью для Принцессы, единорог имел представление о том, кто такой Дискорд и, что более важно, умудрялся быть порядочным пони… насколько это вообще возможно при такой профессии.
Так что он лишь ободряюще улыбнулся:
— Не волнуйтесь, Принцесса, я не собираюсь даже упоминать последнюю сцену. Давайте лучше вернёмся к теме этого соревнования. Вы, кажется, упоминали какие-то призы?
Луна с облегчением выдохнула, радуясь переходу к безопасной теме:
— И да, и нет. Я сама не объявляла никаких призов, но, насколько я знаю, обе стороны друг с другом поспорили. Так, если выиграет Кантерлотская гильдия, то Мейнхеттенская будет обязана предоставить всем оппонентам подписку на четыре года на журнал «Взгляд Селестии».
— А если выиграет Мейнхеттенская?
Луна скосила глаз и нехотя продолжила:
— Тоже подписка. На год. Плейпони.
Единорог усмехнулся:
— Плейпони?
— Не я это придумала! — Тут же ушла в оборону Принцесса. — Я вообще думаю, что они это придумали для смеха. У них сейчас на первом месте профессиональная гордость… думаю, ты ведь понимаешь? — На этих словах Луна сделала то, чего обычно не ожидают от царствующих особ: подмигнула.
Шарп даже слегка выпучил глаза:
— Как вы?..
— Мы же всё-таки во сне, знать здесь всё — моя специальность, — откровенно уже потешаясь ответила Принцесса. Затем она продолжила уже серьёзно:
— Хотя на самом деле я просто предположила по твоим вопросам обо всём окружающем. Я прекрасно понимаю, как тяжело что-то придумывать, будь то полностью своё или что-то незнакомое чужое. Предпочитаю думать это как о соревновании с самой собой. Можно ли придумать что-то лучше? Сделать что-то, что сейчас во сне важнее?
Луна посмотрела в сторону соревнующихся. Пока она говорила, те начали строить друг напротив друга две Кристальные Империи в своём авторском видении. Луна указала в их сторону:
— Как видишь, когда тебе есть, с кем себя сравнивать, с кем соревноваться, это всё воспринимается иначе. Для самого себя ты так и останешься самым строгим судьёй, есть ли у тебя критики или нет, но сто́ит лишь появиться конкуренту… да, они грызутся, пререкаются, спорят о том, чей слог изысканнее, а воображение богаче. Но, пока соревнование не превращается в войну, — улыбка Принцессы на мгновение помрачнела, — соперники — это прекрасно. И знаешь, почему?
Единорог вопросительно поднял бровь:
— Почему?
— Потому что пока они тебя считают соперником, ты для них правда, по-настоящему небезразличен.
— Заклятые друзья, хах?
Принцесса улыбнулась шире:
— Да, что-то вроде того.
На горизонте достраивались две новые Эквестрии…
Модификаторы:
4. “Будь потрясным”. В одной из сцен покажите реакцию зрителей на происходящее.
1. “Самый строгий судья”. Главное для героя — победы над самим собой, а не кубки и медали.
5. “Эквестрия Дэйли”. Передайте события от лица репортёра.
Всё ведь несложно. Взять новые сведения о талантах Луны из свежих серий пятого сезона. Логически развить их и получить хаотический мир, в котором можно увидеть запах. А потом в эту яркую оболочку вложить идею, умную и не самую очевидную. Вот оно, творчество…
Трудно что-то сказать о рассказе, не скатываясь в обыкновенный пересказ сюжета. Просто если вы ещё не читали его – то прочтите, не пожалеете. А я, пожалуй, закрою глаза и попробую построить свою Эквестрию.
(Вот единственное, на чём взгляд спотыкается – это англоязычное название рассказа. Но даже оно обыграно в тексте, так что с налёту записать его в минусы не получается. Ай да автор, обо всём подумал!)
Стадион бушует под моими копытами. Огромная разноцветная толпа, похожая на неспокойное море, то и дело взрывается в криках радости, когда очередной гонщик завершает свой полет по трассе. Разминка перед самой гонкой. Суровая необходимость, совмещённая с удовольствием для зрителей. На первом круге гонщик знакомится с трассой, чтобы на втором круге преодолеть её за наименьшее время, дабы занять высокое место в квалификации. Ну и третий круг – круг почёта, как простой шанс покрасоваться перед зрителями. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Даже здесь, в комментаторской, мне трудно справиться с нахлынувшими эмоциями, хотя комментирую и вижу я это все далеко не в первый раз. Наушники немного режут шею, но, как по мне, это небольшая плата за шанс увидеть величайшее состязание вживую.
— Эй, давай не засыпай. Эфир через пять минут! – выводит меня из транса звонкий голосок. Рейни – красивая миниатюрная кобылка из рода пегасьих, чья жёлтая шерсть и тёмно-русая грива давно стали символом нашей комментаторской.
— Окей, окей, — я подтягиваюсь в кресле и начинаю разминать затёкшую шею. – Знаешь, а я уже почти уснул.
— Ты и сон две вещи несовместные. Особенно если между вами вклиниваюсь я. – прыснула она.
— Логично, но особо не обольщайтесь миледи. Когда-нибудь вы не сможете помешать мне выспаться, – я надел гарнитуру и проводил взглядом быстро пролетевшую по трассе Дэш. – Как ты думаешь, кто победит сегодня?
— Не знаю, силы равны и борьба обещает быть как минимум небезынтересный.
— А если включить чутье?
— Ну, у Кантерлота сильная команда за счёт Лайтнинг Даст и Виндранера. Но Клаудстейл тоже может похвастаться сильным, звёздным составом. Вондерболты же и все такое. В общем, я ставлю на Клаудстейл.
— Хорошо, я ставлю на Понивилль, – я пододвинул к себе листы бумаги с информацией о гонщиках. – У них есть Дэш. Она всех сможет обогнать.
— Нет, не сможет. В правила добавили два пункта. Нельзя двигаться со скоростью, превышающей скорость преодоления барьера Вейва, и магию, кстати, использовать тоже запрещено.
— Что за барьер?! – я повернулся к ней. – Можешь выражаться нормальным языком?
— Барьер — это резкое изменение давления вокруг объекта впоследствии приобретения им высокой скорости. Короче выше скорости звука нельзя лететь, дурень, – она засмеялась и, наклонившись ко мне, поправила съехавшую гарнитуру. – Ты ещё и кривокопытный, как я погляжу.
— Ты меня когда-нибудь сведёшь с ума своими знаниями. Нормальный пони не может столько знать, – я лукаво улыбнулся. – Ты ведь нормальна?
— Десять секунд. Я ненормальна, поверь. – она легонько толкнула меня копытом.
— Верю, – я перевёл дыхание. – Вперёд.
В ушах противно запищал таймер, что ж, теперь мы в эфире и нас слышит вся Эквестрия.
***
— Леди и Джентелькольты! Добро пожаловать на юбилейный, пятнадцатый Всеэквестрийский Гран-При по высокоскоростным гонкам! – мой голос изменился, из тихого и мелодичного он превратился в громкий и немного резкий. – Сегодня, лучшие гонщики двенадцати городов и государств сойдутся в тяжелейшей битве за титул Чемпиона Эквестрии и кубок Аликорна! – трибуны подо мной взорвались радостными криками. – Кто победит, а кто проиграет в этой битве решит только мастерство! Приготовьтесь узреть самую незабываемую гонку всех времён и народов!
— А для вас его будут освещать Клауд Тейл. – вставила моя напарница.
— И Рейн Фолл. – закончил я.
— Клауд, пока чемпионов проверяет медицинская комиссия, тебе есть что сказать по поводу предстоящей гонки?
— Да, конечно. Эта гонка будет непростой и тяжёлой как минимум по двум причинам. Первое — это трасса. Она претерпела значительные изменения по сравнению с прошлым годом.
— Она сильно изменилась? – Рейни отдала инициативу мне в копыта.
— Проще сказать что была построена абсолютно новая трасса. Она состоит из трёх частей. Это часть приземлённая, часть небесная и часть пещерная, – по трибуне прокатился взволнованный шёпот. – Да-да вы не ослышались! Часть трассы пролегает среди облаков и внутри пещер. Это же какой накал страстей, ведь одно неверное движение и пилот может получить тяжелейшие травмы, врезавшись в скалу или в ограждение.
— Да, но и помимо опасностей пещер и облаков, не стоит забывать и о наземной части трассы. Несколько довольно крутых «шпилек», пара «эсок» и особые повороты, которые стоит проходить только в точке апекса.
— Неужели трасса настолько извилистая, что надо проходить повороты в максимально близкой точке к внутренней стороне поворота? Ведь апекс, если мне память не изменяет, это и есть ближайшая к внутренней стороне…
— Да, все верно, – она прервала меня. — Но даже если пилот и пройдёт этот этап, среди облаков его ждут зоны с повышенным сопротивлением воздуха и с локальными ураганами. Что, несомненно, потребует высокой ловкости и манёвренности.
— Конечно. Но после этого надо ещё спуститься в пещеры и лететь в условиях нехватки света и места для манёвров. А ещё и туннели различные прорыты были.
— В общем, гонщикам предстоит тяжёлая борьба. Надеюсь, вы по достоинству оцените мастерство каждого участника.
— И прежде чем мы перейдём к нашим пилотам, что уже вышли на стартовую площадку, хочется отметить наших почётных гостей. Это принцесса Селестия, — трибуны разразились ободряющими криками. – принцесса Твайлайт Спаркл и чета из Кристальной Империи, принц Шайниг Армор и принцесса Ми Амора Канденза, — зрители в едином порыве поднялись, выкрикивая имена почётных персон, что сидели в ложе прямо у финишной черты.
— Так что, перейдём к участникам? – я пододвинул к себе результаты квалификаций. – Все фавориты оказались в первой семерке. Похоже, у остальных нет никаких шансов.
— Ну почему же, есть. Просто им надо работать усерднее и надеяться на ошибки впереди летящих.
— Что равносильно чуду, – я повернулся к Рейни. – Итак, согласно результатам квалификационного круга первое место занимает наш трёхкратный чемпион Спитфайр. Обогнать её будет ой как ни просто.
— Как и любого другого Вондерболта, впрочем. Ведь с небольшим отрывом от неё идёт Рейнбоу Дэш, представительница Понивилля. А как известно, Дэш способна на непредсказуемые поступки. Так что я бы не была так категорична.
— Но и её тоже можно понять. Оказаться в окружении Вондерболтов это настоящее чудо, которое должно поднимать боевой дух. Ведь третью и четвертую строчки занимают Соарин и Филфут соответственно. А они тоже не лыком шиты.
— Ага, и погляди что там происходит! – Рейни указала в сторону боксов, где быстро жестикулируя, ходил какой-то пони, похоже, он был чем-то недоволен недоволен.
Передо мной внезапно упал лист, телепортированный из Центра. Быстро пробежав его глазами, я вздрогнул и, передавши листок коллеге, произнёс:
— Борьба будет тяжёлой? Нет. Борьба будет очень тяжёлой и напряжённой. Номер пять, Виндранер, заменён на… – я выдержал паузу. – На принцессу Луну!
Мне показалось что я на секунду оглох от шума, так громки были крики радости и разочарования болельщиков и зрителей. Под эту кокофонию на стартовую площадку вышла Луна и заняла пятую позицию, прямо за Соарином.
— Да, это было неожиданно. Особенно для дочки Виндранера, Лайтнинг Даст, что занимает шестую позицию. Впрочем, для неё эта гонка нечто большее чем просто шанс получить почёт и славу.
— Подожди, ты говоришь о вражде между Дэш и Даст?
— Ага, именно так. Ей надо будет выжать из себя все силы, чтобы оказаться хотя бы, я подчёркиваю, хотя бы в тройке лидеров.
— Но я не думаю что ей так легко дадут это сделать. Гость из Империи, Флеш Сентери готов показать всю свою мощь.
— И покрасоваться перед кем-нибудь. Но так или иначе, была дана команда «На Старт».
— А значит, сейчас должен появиться знаменосец Гран-При. Которым в этом году стала Скуталу, победительница юниорского турнира по гонкам в экстремальных условиях.
Трибуны вновь взорвались криками радости, приветствуя кобылку рыжего цвета, что стояла в почётной ложе. Та стояла как каменное изваяние, не смея пошевельнуться, пока команда «Внимание» не сорвала её с места. Словно ветер, пегас пролетел над гонщиками, неся за собой герб Эквестрии, двух переплетённых аликорнов. Когда же он приземлился в боксах с другой стороны трассы раздалась звучная команда «Марш». Гонка началась.
***
Трибуны то и дело взрывались криками восторга и восхищения. Огромная толпа разноцветных пони вскакивала, приветствуя своих любимцев и чемпионов. Конечно, те вряд ли могли их услышать, но ощутить – запросто.
— Невероятная скорость. Каждый хочет победить в этой схватке и выжимает из себя все силы. Хоть им и надо пролететь всего лишь три круга, но эти три круга отнимут у них все силы и соки жизни. – я рассматривал трассу, пытаясь найти хоть что-то достойное внимания.
— Но свой выбор они сделали и его не изменить. Они жаждут победы. Они хотят получить её и они полу… Ой-ей-ей! – трибуны замерли в ужасе, из потока выбилась серая пегаска и, теряя скорость, рухнула на землю. – Похоже, что-то случилось с номером тринадцать.
— Врачи уже в пути, надеюсь, что с гонщиком из Понивилля все обойдётся. Но поглядите! Принцесса Луна! – я вскочил с места и просто указывал копытом в сторону открывшейся картины. – Это невозможно!
Трибуны вновь разразились криками и воплями. Принцесса Луна, как заправский мастер, легла на крыло и взлетела вверх, обогнав Спитфайр, став, таким образом, первой.
— У принцесс некоторых, слишком много энергии. – весело заметила Рейни. – Я готова пересмотреть свой список фаворитов.
— А высоко в облаках идёт борьба за место в группе лидерства. Четыре места уже оторвались от всех остальных участников. И сейчас мне это напоминает больше гонку преследования, чем обычную гонку.
Зрители удивлённо вздохнули. В небесах разворачивалось невообразимое представление. Спитфайр обгоняла принцессу, Дэш обгоняла Спитфайр, но её тут же оставляла позади Луна.
— Чехарда в поднебесье. По-другому не скажешь. – я бросил взгляд на напарницу, но тут же отвернулся. – И они уходят в пике!
Стадион в экстазе заорал, когда четвёрка один за другим нырнула вглубь горы.
— Они знают что делают. Тем временем отстающую группу возглавляет Флеш. Достойная конкуренция лидерам, хотя я не знаю как сокращать отрыв в тридцать секунд.
— Вот это скорость, — я перевёл дыхание. – Теперь все зависит от их удачи.
— Это точно, но вот показываются из туннелей наши лидеры! – Рейни подскочила на месте. – Какая скорость, какая ловкость. Вы поглядите!
Зрители отшатнулись от края трибун, ибо скорость была такая что вещи срывало с из обладателя. Послышались возгласы одобрения.
— Остальным пора прекращать гонку. Но что это?! Флеш сталкивается с другим пони прямо в гуще потока! – я буквально заорал от напряжения. – Если бы мы давали награду за лучший провал на состязании, то он бы его получил.
Трибуны требовательно завопили, видя как кристальный пегас, столкнувшись с Филфут, увязает в потоке, тормозя и сбивая на землю других гонщиков.
— Флеш поставил новый рекорд по единовременному выходу. Тридцать пони одномоментно выбиты из игры. Осталось пять. Дэш, Луна, Спитфайр, Даст.
— И Стар Хантер. Везёт этому пегасу из Понивилля, я вам скажу.
— Но поглядите. Лидеры вновь выходят из туннелей и заходят на финальный круг! Расклад сил таков: первой идёт Дэш, затем Луна, затем Спитфайр и Даст замыкает эту группу.
— Мы просто представить себе не можем какое напряжение твориться на трассе. Пятнадцать раз кубок переходил из города в город. Это состязание стало уже неотъемлемой частью нашей жизни.
— И вряд ли оно будет когда-либо закрыто или прекращено. – добавила Рейн и засмеялась.
— Трибуны взвыли, все на нервах, потому что эта четвёрка выходит из туннеля на финишную прямую и расклад сменился, первой идёт Дэш, за ней ноздря в ноздрю идёт Спитфайр, а за ней Лайтнинг…
***
И тут трибуны затихли, даже ветер, казалось, стих. Даст, грубым манёвром выбила Спитфайр с трассы. Но самое ужасное было то, что командир Вондерболтов потерял управление и летел прямо в деревянную опору.
— Селестия… – только и успел прошептать я.
— Нет! – взвизгнула Рейн и, отвернувшись, бросилась ко мне.
Как замедленной съёмке Спитфайр летела в столб, пока в одну секунду до столкновения, какая-то молния перехватила её. Эта была Дэш, правда, окутанная защитными чарами Луны. Вместе рухнув на площадку, они кубарем подкатились прямо под копыта медиков.
— Похоже, все обошлось, хотя нет, вон несут Стар Хантера. Похоже, он всё-таки врезался в стену. – я кивнул в сторону носилок, на которых с угрюмым лицом сидел бравый гонщик.
— А Спитфайр отделалась всего лишь переломом крыла, судя по тому, как медики её укладывают на носилки.
— Ясно. Но что делать с победительницей? – спросил я и услышал как на трибунах родились вопли ярости и гнева.
— Довольно! – то был усиленный голос Селестии. – На любых состязаниях есть свои правила. Нам хватило седьмых игр, где из-за глупости твоего отца погибло три гонщика. Лайтнинг Даст. Ты дисквалифицирована с состязаний навсегда. Кантерлот не получит кубок Аликорна. Места будут распределены начиная с момента твоего нарушения. Таким образом, Рейнбоу Дэш получает первое место, Спитфайр – второе место и Луна – третье. – сказав это, Селестия обернулась и быстрым шагом направилась к пьедесталу, у которого, переминаясь с копыта на копыто, стояли Дэш и младшая принцесса.
— Что же, вы слышали принцессу. Правила были нарушены и дисквалификация оправдана. И, значит, кубок Аликорна достаётся Понивиллю, а титул Чемпиона Эквестрии – Рейнбоу. – я отрешённо смотрел на рыдающую у финишной черты Даст.
— Это история, надеюсь, послужит уроком для будущих гонщиков.
— Чтобы впредь никто не поделал нарушать правила игры.
— Ну а для вас освещали события Клауд Тейл. – Рейни пыталась быстрее покинуть эфир.
— И Рейн Фолл. Всем пока и до новых встреч!
Я рывком сдираю с себя гарнитуру.
— Подумать только, она ведь её чуть не убила.
— Клауд, даже среди пони есть жестокие и аморальные экземпляры.
— Победа любой ценой? Я не хочу видеть таких игр впредь.
— Не все желания сбываются, – она взяла моё копыто. – Пошли, наверняка мы можем посетить пострадавших. Пожелать им здоровья и счастья.
— Пошли, Рейни, и пусть все остальное подождёт.
Я кладу гарнитуру на стол. Я сыт по горло этими эмоциональными встрясками. Ещё пара игр и я уйду в другой вид спорта. Или останусь здесь. Потому что здесь есть Рейни, самая моя лучшая подруга с которой я не хочу расставаться.
Вот только она об этом ещё не знает.
Модификаторы:
2. “Традиции надо чтить”. Действие происходит на одном из традционных регулярных соревнований, например, на “Забеге осенних листьев” или на “Эквестрийских играх”.
5. “Во славу Короны!” В соревнованиях решила принять участие одна из принцесс. Думаете, победа у вас в кармане? Она не должна быть главной героиней вашего рассказа! Выкручивайтесь.
5. “Эквестрия Дэйли”. Передайте события от лица репортёра.
Что ж, тот случай, когда все модификаторы, а вместе с ними и тема экспромта воплощены в текст на высшем уровне. Единственное, что можно отметить – введение в состав гонщиков принцессы Луны осталось каким-то подвешенным в воздухе. Отчего так поступили? Это уже случалось в прошлом или стало грубым нарушением традиций? Увы, комментаторы (которые явно знают о гонках больше, чем мы) на этот момент внимания не обращают.
Большинство героев только намечены парой мазков, а чаще одно их имя уже всё объясняет тем, кто смотрит сериал: Спитфайр борется за лидерство, Флэш Сентри всех сбивает, Лайтнинг Даст делает гадости… Приятно, что рассказчик-комментатор не затерялся на этом фоне, мы видим некоторые черты его личности, его отношение к происходящему.
Хотя что касается отношения – тут ещё один момент, который вызвал удивление. Неужели такой опытный журналист до сих пор не замечал, что «среди пони есть жестокие и аморальные экземпляры»? Да, в каноническом сериале нравы очень мирные, но не до такой степени. А уж в мире спорта, в частности у Вандерболтов, стремление к «победе любой ценой» вовсе не выглядит чужеродным. Из-за этого финал, да и идея произведения в целом, показались несколько натянутыми.
Но главным героем рассказа я бы назвал гонку в целом. Напряжение схватки, волнение трибун переданы прекрасно, и вкравшиеся мелкие ошибки не мешают чувствовать себя так, будто сам находишься на трибунах. Автору удалось создать действительно увлекательный рассказ. Желаю ему успехов как в спорте, так и в творчестве!
Практически ни один пони не спал всю прошедшую ночь. Поэтому каждый второй из них не разделял всеобщего веселья – они изо всех сил сопротивлялись желанию сомкнуть глаза и заснуть прямо на месте. Однако это совершенно не мешало широким улыбкам вырасти на их мордочках. Сегодня ведь праздник!
Для одного из них — маленького единорога, совершенно неприметного в разноцветной толпе, этот день был более чем особенным. Сегодня ему, наконец, удастся вживую увидеть Селестию! Ту самую пони, что олицетворяет всё хорошее в этом мире! Он увидит её собственными глазами!
Его звали Тирджей. Ровно девять лет назад, в этот праздник, он появился на свет. Тем не менее, он не слишком любил распространяться об этом. У всех этих пони, с улыбкой с блеском в глазах смотрящих друг на друга и на то самое место, где вскоре появится сама Селестия, был свой праздник. У него, кроме этого – ещё и свой. Тир бы даже и не стоял здесь, если бы не родители. Ведь то, что он сейчас посреди Кантерлота, далеко-далеко от дома – это был их подарок для Тира. И ему этот подарок очень нравился.
Сами родители Тира затерялись где-то в толпе. Без них он чувствовал себя самостоятельным пони, ни от кого не зависящим. Однако, каждый раз приходя в панику от факта, что он здесь один, краем глаза ему всегда удавалось зацепиться за родные для Тира два цвета – молочный и ярко-красный – и любящие глаза, наблюдающие за ним издалека. Паника быстро улетучивалась – он не одинок, его родители рядом.
Через несколько мгновений звуки, обычные для толпы, переросли в радостное ликование. Белый силуэт появился у небольшого импровизированного холмика, на который смотрели многие сотни пони. Однако Тиру не удавалось разглядеть этот силуэт. Его постоянно закрывала голова какой-то пегаски, стоящей перед ним. Её пышная ухоженная прическа, выглядящая довольно красиво, сейчас почти полностью загораживала Селестию для Тира. Это его страшно злило. Отойдя от неё на два шага влево, он обнаружил, что пегаска сделала те же два шага в ту же самую сторону, что и Тир, вновь загородив вид Принцессы, возвышающейся над толпой. Она не делала это специально. Это была простая череда совпадений – так Тир утешал себя. Торжественная речь Селестии уже подходила к концу, когда Тир, наконец, смог найти подходящее место. Ему открылся восхитительный вид на Принцессу. И очень вовремя – она уже воспарила над всеми пони, чтобы поднять солнце. Всякий звук, раньше свободно гуляющий по площади, теперь словно испарился. Все взгляды были прикованы к чудесной картине силуэта Принцессы и поднимающегося Солнца прямо за ним.
Когда она вновь приземлилась на землю, площадь уже была полностью освещена ярким солнцем. Вся толпа внезапно разразилась громким ликованием. Тир был на седьмом небе от счастья. Прыгая, как и все пони вокруг, он чуть ли не кричал от радости. Это был его лучший день рождения! Будь у него крылья, он бы взлетел прямиком на это седьмое небо! Но у него не было крыльев. Тем не менее, это совсем не помешало ему радоваться. Внезапно он почувствовал что-то у своего рога. Что-то, чего он никогда не чувствовал. Он заметил пару вспышек ярко-желтого цвета на месте своего лба. Это была его собственная магия! Он, наконец, научился ею пользоваться!
Да … он прекрасно помнит этот день. Ему впервые удалось применить свою собственную магию, да ещё и в свой день рождения. Даже сейчас, спустя столько лет, он всё ещё помнит ту радость. С легкой ухмылкой вернувшись из балкона в теплую комнату, он вновь приступил к чтению книг. Ему нужно продолжать учиться, если он хочет поступить в школу одарённых единорогов.
За окном была зима. Весь горизонт был сплошь покрыт метровым слоем чистого белого снега. Голубое безоблачное небо и яркое солнце отзывались теплым чувством внутри Тира. Этим чувством была ностальгия. Он до сих пор помнит, как всего пару лет назад он бегал так же резво, как те жеребята за окном. Как с огромной улыбкой на мордочке собирал телекинезом из снега снаряды и кидал их в своих друзей. Ведь он умел пользоваться магией! Тогда его просто распирало от гордости. Сейчас все его приятели разъехались. Остался он и ещё пара его друзей. Только времени на игры у них больше нет. Эти жеребята за окном даже и не подозревают, с чем им придётся скоро столкнуться.
Закрыв окно, чтобы больше не отвлекаться, он продолжил читать книгу.
***
Несмотря на то, что коридор был хорошо освещён, атмосфера в нём была темная. Недобрая и молчаливая. Тир сидел на лавке, прижимаясь всем своим дрожащим телом к родителям, сидящим рядом с ним. Ещё с десяток пони примерно его возраста занимали другие места на лавках. Некоторые, как Тир, смотрели вниз – на случайную точку в узоре на полу. Рисунок был Тиру совершенно непонятен. Другие смотрели друг на друга. Иногда перешептывались, но Тир на их слова внимания не обращал – весь его разум был полностью окутан паутиной страха и волнения. Третьи, самое редкое число, не отворачивали взгляда от той самой двери, в которую скоро зайдёт и сам Тир – он был следующим в очереди.
Вскоре оттуда послышался громкий взрыв. Некоторые пони дрогнули от неожиданности. С громким скрипом дверь, в которую Тир так боялся зайти, отворилась, и оттуда вышла очередная семья. Грива самого маленького из них дымилась и была покрыта сажей. С грустной миной они все медленно шли к выходу.
Настало время Тира.
Его отец с улыбкой легонько подтолкнул его, когда Тир вдруг перестал идти. Ему не удавалось справиться со своим волнением.
Когда он зашёл, его встретил обыкновенный школьный кабинет. Доска, на которой, как всегда, было что-то нарисовано. Парты и учителя. Их было трое. По их виду можно было понять, что они видели всё. И то, что им пришлось видеть, совершенно их не устраивало.
Все три пары глаз, напрочь лишённых эмоций, были направлены прямо на него. Неловко подойдя к центральному столу, он сглотнул слюну и произнёс дрожащим голосом:
— З-з-здасте.
Реакции никакой не последовало.
Вскоре, практически синхронно моргнув, все три пони-судьи опустили головы на свои блокноты и принялись что-то в них писать. Через несколько секунд, так же одновременно, они подняли взгляды на Тира, и пони, сидящий слева, строгим голосом проговорил:
— Позовите сюда следующего.
Эта фраза словно молотком ударила его по голове. Все его надежды, желания, стремления – вся его жизнь только что рухнула на его глазах. А всё из-за какого-то приветствия!
Обидевшись на весь мир, Тир пошёл с опущенной головой к родителям, которые тоже были не в восторге от происходящего.
Звенящую в ушах тишину нарушила пони-судья, сидящая в центре:
— Мы не так выразились. Вам никто ещё не отказал. Мы лишь требуем, чтобы здесь было на одну семью больше.
Осколки разрушенной жизни Тира начали постепенно восстанавливаться. Через пару мгновений, когда он полностью осознал смысл фразы, брошенной судьёй, картина его жизни была полностью восстановлена и приняла прежний, наполненный светлыми оттенками, вид. Подбежав к громко скрипучей двери, он открыл её. Проговорил в коридор, переполненный любопытными глазами слово «следующий» и вернулся к центральному столу.
В кабинет зашла ещё одна семья. Единороги почти одного светло-голубого цвета, с любопытством рассматривающие кабинет и судей.
— Проходи и встань рядом с ним. – Произнесла уже третья судья, обращаясь к самому младшему из них. Когда второй жеребёнок с поднятой бровью подошёл ко мне, она продолжила. – Мы решили устроить небольшое состязание. Так отбор будет гораздо более эффективен. Итак. Кто-то из вас выйдет из этого кабинета со званием ученика Школы Одарённых Единорогов. Другой уйдёт ни с чем.
Тир и его соперник переглянулись. Взгляд второго жеребенка выражал полное непонимание и ещё … доброжелательность. Он не любил состязаться, это было заметно по его виду. Тир был полностью с ним солидарен – он также не любил состязаться. Но разве против судей пойдёшь?
— Испытание будет всего одно. – Сказал судья, сидящий слева. Они втроём, синхронно делая одни и те же вещи и по очереди говоря нам эти слова, сильно напоминали единый разум. Будто это был один пони в трёх обличиях, сидящих рядом и срывающих на нас всю свою ненависть к детям. – Вам нужно будет …
Его прервала центральная пони-судья:
— Сыграть друг с другом в шашки.
Другие два пони со слегка поднятыми бровями повернули головы к центральной. Она же с уверенностью продолжала:
— Прикасаться к шашкам вам будет запрещено. Это покажет не только ваши умения пользоваться телекинезом, но и навыки стратегического мышления. Время на обдумывания каждого хода – минута. Если кто-либо из вас не уложится в эти рамки, ему будет засчитано поражение. Итак, приступим.
Деликатно постучавшись в дверь, в кабинет вошла молоденькая пони, неся в телекинетическом поле чемодан. Она положила его на стол и раскрыла. Вытащила клеточную доску для игры в шашки и фигурки. Со скоростью света разложила эту доску, расставила на ней все фигурки, подмигнула центральной судье и, виновато улыбнувшись, поспешила выйти из кабинета. Это было немного странно для Тира, впрочем, он не ожидал ничего из того, что сейчас происходило. Друзья Тира постоянно рассказывали ему о том, как проходил их вступительный экзамен. Нужно было разбить яйцо, вырастить небольшой цветок или просто поднять какой-нибудь тяжёлый предмет. Но шашки?
Игра, несмотря на такое короткое время хода, продолжалась довольно долго. Вначале они неуверенно и медленно двигали шашки, деликатно и с виноватым видом отодвигая «съеденные». Счёт очень долго оставался равным. Ни Тир, ни его соперник не желали друг другу поражения.
Вскоре азарт захватил обоих. Они начали играть, как играют лучшие друзья, не обращая внимания ни на кого из тех, кто был в комнате. Скорость игры заметно увеличилась. Совсем скоро шашки начали просто вылетать с поля. Но счёт от этого не менялся. Он всё время был равным. Пока на поле не остались две дамки.
Вся игра из шашек превратилась в догонялки. Обе дамки пытались догнать и поймать друг друга. Но им никак это не удавалось. Казалось, из шахматного поля можно было расслышать добродушное хихиканье двух девушек. Через несколько часов судьи начали жалеть об этом решении. Ещё через несколько часов послышался храп пони-судьи, сидящего справа. Дамки всё так же гонялись друг за другом на поле.
— Хватит. – Решительно сказала сидящая в центре пони-судья. Соперники её не слушали и продолжали гонять двух дамок по полю. – Хватит!
Наконец Тир и его бывший конкурент остановились и выдохнули.
— Мы видели достаточно. – Продолжила пони в центре. – Вы оба приняты. – Теперь громкий выдох можно было услышать ото всех, кто был в комнате. – Зовите следующих.
Тир снова вспомнил, каково быть на седьмом небе от счастья. Практически вприпрыжку он и его новоиспеченный друг покидали кабинет, в котором они проведут большую часть своей следующей жизни. Вместе, за одной партой.
— Кто там следующий? – Устало произнесла судья, когда Тир был в метре от выхода. Твайлайт Спаркл? Зовите ассистентку, пусть унесет эти проклятые шашки и поставит на их место яйцо дракона. Проверенные методы, всё-таки, самые лучшие. Вы победили, признаю. Не следовало мне заключать пари.
Модификаторы:
3. “Двойной мотив”. За соперничеством героев стоит нечто большее, чем просто борьба за кубок. Давняя вражда? Борьба за внимание кобылки? Whatever.
1. “Самый строгий судья”. Главное для героя — победы над самим собой, а не кубки и медали.
1. “Кубок юниоров”. Ваша история о соревнованиях между жеребятами. Сможете правдоподобно передать детские характеры?
Рассказ повествует о нескольких днях жизни совсем юного жеребёнка, который поступает в Школу Одаренных Единорогов — о моменте обретения им магии, о его сосредоточенности на учёбе, а не на детских играх, и на неожиданном вступительном экзамене. Текст в целом не имеет логических провисаний или ошибок, что при подобном объёме заслуживает одобрения, но недочёты в нём всё же присутствуют.
Прежде всего в глаза бросается периодически возникающая рубленность фраз, коротких и отрывистых, словно команды на плацу:
“Сейчас все его приятели разъехались. Остался он и ещё пара его друзей. Только времени на игры у них больше нет.”
“Парты и учителя. Их было трое. По их виду можно было понять, что они видели всё. И то, что им пришлось видеть, совершенно их не устраивало.”
“Скорость игры заметно увеличилась. Совсем скоро шашки начали просто вылетать с поля. Но счёт от этого не менялся. Он всё время был равным. Пока на поле не остались две дамки.”
Конец предложения — так уж сложилось исторически — символизирует конец некоей смысловой конструкции, отделяет её идею от окружающих идей, дозирует и группирует информацию. Чрезмерное деление текста на предложения затормаживает читателя, замедляет то, что вы описываете в тексте — что особенно сильно заметно в последнем отрывке: вы говорите, что игра пошла быстрее, но при чтении такого ощущения совсем не возникает.
Ещё один момент, на который хочется обратить внимание — недостаток описаний. “Вошла молоденькая пони, неся в телекинетическом поле чемодан” — если конкретная кобылка не является объектом нашего внимания, то чемодан важен для истории: именно он содержит шашки и доску… Но у вас это просто “чемодан”. Чемоданы бывают удивительно разные — по цвету, размерам, форме, массивности, материалу, удобству в переноске — даже запаху и просыпающимся от взгляда на них воспоминаниях или видениях! Добавьте описаний, эпитетов — и история заиграет красками.
В тексте большое количество моментов, которые объединяет неточность формулировок: “вспышки магии на месте своего лба” — имелось в виду “над своим лбом”;
“вернувшись из балкона” — правильнее говорить “вернувшись с балкона”;
“до сих пор помнит, как всего пару лет назад” — “до сих пор” и “всего” противоречат друг другу: первое указывает на давность событий, второе — напротив, на то, что они произошли недавно;
“Ещё с десяток пони примерно его возраста” — там были не (взрослые) пони, а жеребята, ведь правда?
Встречаются и моменты, когда неточности уже превращаются в пробелы: например, отрывок о судьях — сначала вы концентрируете внимание на их неестественной синхронности, словно они просто три тела под управлением единого разума, создавая устрашающую картину — а затем без малейшего колебания показываете, как центральная судья прерывает одного из своих соседей, и это создаёт несостыковку и непонимание.
В этом же отрывке притаилась ещё одна неточность, которая, впрочем, более нигде в тексте не встречается — путаница с рассказчиком: во всём тексте история подаётся от третьего лица, и слова “срывающих на нас всю свою ненависть к детям” смотрятся совсем неправильно.
Финальный аккорд рассказа — слова судьи о проигранном споре. Обычно в финал помещают самое яркое, самое запоминающееся действо во всём рассказе… а у вас тут момент без предыстории и пояснений, оставляющий отвлечённое недоумение: для чего были сказаны эти слова? Кому предназначались? Какие последствия несут? Этот момент не важен для истории Тира, и его можно было спокойно убрать.
Что же касается модификаторов… “Двойной мотив”, как мне кажется, выполнен: соперники видят в игре не только экзамен, но и собственно игру — неожиданное решение. “Самый строгий судья” — не выполнен: герой стремится именно победить ради “кубка” — поступления в престижную Школу. “Кубок юниоров” — выполнен полностью, в показанные характеры можно поверить… хоть они и описаны несколько скуповато.
Что хочется сказать в заключение? Автор! С построением истории у вас всё очень неплохо — поэтому уделяйте больше внимания превращению происходящего в вашем видении в слова: не бойтесь использовать большие предложения, не скупитесь на описания — и следите за логикой происходящего, не создавайте второстепенные сцены, которые будут требовать свою собственную предысторию или неопределённые, но весомые последствия.
Вдохновения вам, Автор!
Тише ты. Кто-то просто плюсанул твою работу...
Вот я о том же. Там же нечего плюсовать.
Очередные гонки Вандерболтов (вроде тех, которые проходили в серии Sweet & Elite). И тут внезапно выясняется, что часть спортсменов не может участвовать из-за перьевого гриппа (ну или ещё по какой причине). Придётся привлекать резервистов. А в эту категорию попадает и… Принцесса Луна, которой как-то присвоили звание почётного Вандерболта О.о
Летуны подходят к этому по-разному. Кто-то заранее думает, ка бы потехничнее проиграть, чтоб не оскорбить королевскую особу. Кто-то наоборот, считает, что с таким противником надо выложиться на все двести процентов, пусть почувствует настоящую борьбу. А Селестия смотрит на всё это и жрёт попкорн (фигурально).
К сожалению, достойной концовки я так и не придумал. А теперь получаются, что по очень похожему пути пошёл DoctorMax.
Очень недописанная работа на 7 Промт «Сам себе враг» от ленивого котолака ТайольнаДождь нещадно лил. Капли воды быстро и тяжело падали с темного неба на кору, листья, крыши и мостовые, проложенные вокруг древограда на огромном острове. Маленькие островки желтого света, бывшие фонарями и окнами в дома, были единственными путеводами для тех, кому просто не повезло попасть под такой ливень, неожиданный для здешних мест — в этой водяной завесе все так сильно размывалось и темнело, что нельзя было что-то разглядеть дальше своего копыта. Да, пускай на дворе стояла осень, что должна была вот-вот стать поздней, а значит и дожди должны были обильно идти, к такому ходу небесной стихии никто не был готов. Продолжительный ливень уже шел второй день, очень сильно замедлив работу Давнгейта. Большинство жителей сейчас сидело в своих домах и общественных заведениях, греясь около каминов. Корабли, что должны были уйти в плаванье, промокали, обреченно стояли у своих пристаней — волшебный ветер, что помогал кораблям без проблем прибывать и отбывать из порта, сейчас вместе с отважными перитонами боролся с громадами туч, тщетно пытаясь их рассеять или хотя бы передвинуть их подальше от древограда. Из множества лодок, перевозивших в более спокойные дни пассажиров на небольшие островки вокруг города, лишь около двадцати плавало в эту хмурую погоду. По городу начали ползти слухи, что это — проделки громоптицы, летящией мимо, а возможно и на сам Давнгейт. Как бы то ни было остров мок и тонул. Иначе сказать было нельзя.
В мокрой темноте небольшая лань быстро шла по мостовой. Из темно-зеленого, с эмблемой завернутых в дубовый лист стрел, плаща с капюшоном выглядывало ее обеспокоенное белое лицо, искавшее знакомый дом. Она немного дрожала, но вовсе не из-за холода и сырости — плащ был любезно передан ей перитоном из Братства Сталкеров, а потому мог пережить хоть жестокий буран — а от волнения и робости. Где-то вдалеке прогремел гром, одновременно напугав олениху и заставив ее собраться и наконец отыскать нужный дом. Встав около крыльца, она три раза постучала.
Где-то через пять секунд дверь отворилось, показывая стоявшего за ней светло-серого, с парой лент на левом роге оленя, который, едва увидев лань, воскликнул:
— Найтшейд! Заходи скорее…
Оглянувшись назад, олениха нерешительно вошла в дом, с мокрой мостовой на теплую живую древесину. Сняв плащ и повесив его сушиться, белая с черными ногами и чистыми хрустальными копытами и узорами гостья обернулась к оленю, уже закрывшему дверь, и сказала:
— Спасибо, Тэйп, я…
— А теперь скажи, зачем ты пришла сюда? — прервал ее он, медленно направляясь на свою кухню через зал, занимавший большую часть его дома. — В такие дождливые дни ты вроде должна тренироваться в магии с Аусеварр…
— Я пришла из «Крепкой смолы» — ответила она, на что ее собеседник как-то недоверчиво хмыкнул. — Да, я пришла из таверны — мать, как и остальные друиды, видят третий сон… Но я о другом — я видела твоего следующего противника.
— Найт, ты знаешь, я обычно задумываюсь о противнике перед боем, а не до него, — произнес Тэйп, наливая ей из небольшого котелка густой суп, ароматно пахнущий грибами. — Я думаю сейчас об этом ливне… Именем Ферирена, лучше бы снег пошел.
— Благодарю, — подхватив ложку, она неторопливо начала есть, наблюдая за тем, как ее собеседник начинает завязывать еще одну ленту на своем роге и пошел в зал, к паре клинков, лежащих на одном из кресел. — Тэйпблэйд, он будет не обычным противником.
— Последние трое тоже не были, — схватив поудобнее один клинок, олень отцепил от него рукоять и приставил к своему копыту, а затем, встав на два копыта, взял и второй за рукоять. — Варг, коза, врановолк… — с этими словами он начал махать и вращать ими, кружась в каком-то известном только ему одному танце. — Со всего света множество воинов, странных и не очень, приходит на чемпионат, чтобы получить титул Великого Танцора. Слава и мастерство — вот две вещи, имеющие ценность здесь… И дерзость… — клинки шли одним за другим, едва слышно разрезая воздух. Взмахи, удары, уколы и движение ног и тела — все пыталось идти в одном ритме, мотиве, который сейчас играл в голове танцора его небольшой оркестр. Казалось его ничто не способно было нарушить…
— Он чейнджлинг, — просто сказала Найтшейд.
Мотив внутри прервался звоном стали, падающей на древесный пол, а вслед за ними пришло ошеломленное:
— … что?
— Тебе предстоит сразиться с чейнджлингом. А зная их натуру, скорее всего ты будешь сражаться с… — белая лань сделала небольшую паузу, чтобы отпить немного супа. — … самим собой.
***
Он сидел перед огнем костра в тени листвы, хмуро глядя на него. Дождь, так сильно надоевший фордиру, уже прошел и потому только треск пламени нарушал тишину, да и то не особо сильно. Два меча лежали рядом, на одном из камней, сложенные в ножны, а вот одна из лент… Молочно белая, с лазурной полосой посередине лента, полученная на предыдущей дуэли и снятая вскоре после сегодняшней, лежала на его копытах.
— Желчь… — процедил танцор сквозь зубы. Этот бой… Он и недостойно сражался, и недойстойно проиграл, позволив гневу пересилить дерзость, ускорить его внутренний мотив. Он… он проявил непонятную, неподвластную злость по отношению к сопернику. Да, противник был чейнджлингом, менял маски, принял его облик и Тэйп сражался с самим собой… И проиграл, погубленный гневом.
Какой он после этого танцор?
Нежно погладив ленту, олень припомнил тот день, когда он ее сделал. Битва с танцовщицей из Гаа'Новена заняла два часа, упорство и дерзость в ней столкнулись в сильном порыве. Танец был быстр, а удары сильны — дуэлянты иногда теряли равновесие и все же держались на ногах, не падали. Тэйп никогда не видел такой скорости… Но именно она и подвела свою хозяйку — точный, неторопливый укол выбил клинок из ее копыт, что уже означало поражение. Привязывая эту ленту, он мысленно добавлял к своему внутренней песне звучание трубы, что воодушевляла своим звучным голосом, обливала его славой. Первый духовой инструмент, что появился в его «маленьком оркестре»…
Склонив голову, Тэйпблейд закрыл глаза, медленно поднося ее над пламенем костра…
— Одно поражение и уже сломлен? — произнес чей-то голос рядом.
Открыв глаза и трязнув головой, танцор тут же убрал копыто с лентой от огня и взглянул на того, кто сидел с другой стороны костра.
— М, мастер Фир. Нет, я… Скорее зол.
P.S. Приятно видеть, что вы продолжаете писать и нашли в себе силы поделиться зарисовкой.
Год за годом, в этом соревновании непостижимо побеждает некий Клаудкикер. Это выглядит странным, ведь в остальных конкурсах Клаудкикер не выделяется. Наш главный герой, летун вполне заурядный, но стремящийся, впервые участвует в конкурсе. Во время своего забега, отстав от основной группы, он ловит Клаудкикера на жульничестве. Они использовали нескольких единорогов для того, чтобы телепортироваться через сложные места, иногда полностью пропуская отдельные участки пути, и таким образом получали огромное преимущество. Технические подробности о том, как именно это было возможно сделать незаметно, я опущу.
Главный герой с негодованием обращается к организаторам, но там его разворачивают. Некоторые не верят, считая, что он просто завистник, желающий оклеветать успешного спортсмена, некоторым плевать, некоторые боятся падения престижа чемпионата, когда выяснится, что на нем жульничали годами. Те, кто также возмущен, не могут ничего сделать, без поддержки остальных. После этого главный герой идет к самим участникам, призывая их отныне бойкотировать соревнование, но и там получает отворот. Выясняется, что все участники знали о жульничестве с самого начала, и весь чемпионат был для них всего-лишь междусобойчиком. В среде летунов, истинным победителем считался пришедший вторым, а Клаудкикера просто жалели, и позволяли ему играть в его маленькую игру, раз уж никто не пострадал.
Главный герой не удостаивается таким положением дел. Он желает идти против системы за справедливостью, и за личной славой героя. На следующих этапах, он начинает жульничать сам. Нет, не для себя, но он срывал приготовления Клаудкикера, а если это не получалось, продвигал «вторых» вперед, на первое место. Клаудкикер впервые за многие годы проигрывает соревнование. Главный герой счастлив, и считает, что справедливость восторжествовала.
Но остальные несчастливы. Клаудкикер ожидаемо в бешенстве, но это никого не беспокоит. Остальные участники тоже не одобряют действий главного героя. Когда Клаудкикер жульничал, это оставалось на их совести, и никого более не задевало. Практически каждый был осведомлен, что они не настоящие победители. Когда начал действовать главный герой, это, во-первых, сделало победителей его соучастниками, соучастниками жульничества. Во-вторых, это подорвало веру в истинность результатов. На прошлых соревнованиях было всё ясно, победитель — второй пришедший. Теперь же, когда главный герой может без особых проблем заставить победить вообще любого, кто заявится на конкурс, результатам доверять нельзя. И в-третьих, теперь, когда марафон превратился в поле боя, это стало привлекать намного заметнее, и даже обычные зрители начали замечать очень странные вещи. Главного героя просят прекратить его деятельность, но он слишком уперт на своем образе героя и «СПРАВЕДЛИВОСТИ!!1», чтобы остановиться. Он говорит, что будет делать это и впредь, на каждом следующем конкурсе, до тех пор, пока Клаудкикер, и все остальные жулики, не покинут соревнование.
В ответ, соревнование начали покидать все остальные команды. В совокупность с вышеперечисленными причинами, все внезапно поняли, что скоро всё развалится к черту, и хотели удрать подальше, прежде чем их завалит обломками. Команды продолжают покидать соревнование в угрожающем количестве, оставляя в нем только совсем уж новичков, главного героя, и Клаудкикера. Жульничество «во имя зла» не смогло убить конкурс, но это эффективно сделало «добро».
Финал. Главный герой узнает, что в Клаудсдейл прибывает Селестия, чтобы разобраться, почему команды массово бегут с такого престижного конкурса. Он понимает, что на этом все кончено, и панически боится ее прихода. Он считает, что потерял все уважение, которое было у него, в глазах других. В этом на самом деле есть много правды. Он боится, что его обвинят во всем случившемся, что после того, как всё раскроется, его заклеймят, как глупого, глупого жулика, угробившего хорошую вещь ради мелочных амбиций. Он охвачен чувством вины и стыда, но все еще отказывается признавать свою ошибку, настаивая на том, что все его действия были направлены во благо, и если бы остальные поняли его и поддержали, то все было бы хорошо. Неспособный смириться с произошедшим, встретиться с Селестией и вынести ее (предполагаемое) наказание, обиженный, отверженный главный герой убегает из города добровольно.