RPWP 71 закрыт! 4+1 работы
+145
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт9 октября 2014, 17:35
Full Moon by uotapo
Все рассказы публиковались в Тумблере, а теперь публикуются здесь. Каждый рассказ является отдельным комментарием первого уровня, в комментариях к комментариям — обсуждение.
Следующий пони-экспромт начнётся в субботу, 11 октября, в 10:00 по московскому времени.
NB: Пожалуйста, не оставляйте комментариев на первом уровне. Комментарии первого уровня в этом посте — только для рассказов.
59 комментариев
Темнело. Высоко в небе сиял серебристый диск луны.
Двор Кантерлотской школы был почти пуст. Лишь девочка-подросток сидела на скамейки, засунув ладони в карманы чёрной кожаной куртки, стараясь согреться. Временами она доставала телефон, смотрела время и тут же прятала его назад.
В полночь девочка всё-таки решилась и встала. Она подошла к статуе лошади, стоящей неподалёку.
Сансет никак не могла решить, чего она хочет. С тех пор, как она попала в человеческий мир, это было первое открытие портала в Эквестрию. И она, сама не знаю зачем, высчитывала дни до этого события. И вот он настал. Портал будет открыт ещё три дня. Причём это время пришлось прямо на школьные каникулы, так что шансов наткнуться на кого-нибудь рядом куда меньше.
Но что сейчас по другую сторону? Вдруг зеркало охраняют? Селестия старалась оградить ученицу от этого предмета. После её побега она наверняка приняла меры, чтобы этого не повторилось.
Размышляя, Сансет коснулась холодной поверхности постамента чуть выше, чем надо было, чтобы попасть в портал. Девочка тут же отдёрнула руку, испугавшись своих мыслей и стараясь вернуться к первоначальному настрою.
В Эквестрии она никому не нужна. Судьбы там у неё нет. А люди куда более податливые, у них нет магии и ими легко командовать. За эти три года Сансет Шиммер стала чуть ли не королевой школы. Её слушались, боялись, завидовали. С учёбой у неё проблем не возникало, поэтому и учителя к ней неплохо относились, временами закрывая глаза на не очень примерное поведение.
Не нужна ей Эквестрия, по крайней мере, сейчас. Вот она придумает, как бы её подчинить, тогда и вернётся.
И Сансет, снова засунув руки в карманы, ушла от статуи. Её двойник из этого мира тоже сбежал в неизвестном направлении (главное, чтобы не в Эквестрию, думала девочка), поэтому Сансет жила под её видом у отца. Он был таким же наивным, как и его двойник-пони, поэтому девочка могла его с лёгкостью одурачить, вот и делала всё, что хотела.
Но на следующий вечер Сансет снова пришла к школе. На этот раз ей не удалось сразу подойти к памятнику. Рядом со входом стояли две женщины, даже ещё девушки – директриса Селестия и завуч Луна. Сансет была немало удивлена, когда впервые их увидела. Тем более, она ни разу не слышала, чтобы в их мире у солнечной принцессы была какая-нибудь сестра. Но про местную Луну ходили нехорошие слухи – например, что она пару раз была замешана в нехороших историях. Некоторые даже говорили, что она чуть ли не в тюрьме побывала, а на пост в школе её пустили лишь благодаря Селестии. Как бы то ни было, если в Эквестрии и есть тоже Луна, то она наверняка сделала что-то нехорошее и небось в какой-нибудь ссылки или чём-то подобном.
Сансет затаилась за деревьями, не желая уходить, но и выдавать себя и отвечать на расспросы не хотелось. Две сестры поговорили и скрылись в школе. Минут через пятнадцать они снова вышли и ушли уже совсем. Сансет Шиммер вздохнула с облегчением и вышла из укрытия.
И снова не решилась не на что. Она точно не вернётся, она знала это. Но ведь можно было лишь просто глянуть, как там всё. Что нового, сильно ли всё изменилось. Можно было бы даже заглянуть к отцу…
И Сансет, испугавшись собственных мыслей, быстро убежала оттуда. Редкие прохожие оглядывались на испуганную девочку лет тринадцати, размазывающую слёзы по щекам.
Она успокоилась лишь перед самым домом и по лестнице на третий этаж поднималась уже со спокойным видом. Отец ещё не спал. Сансет ответила на его вопросы односложно и ушла спать.
Оставался лишь один день. Сансет пришла раньше обычного и огляделась по сторонам. Её никто не видел.
«Я ведь не буду оставаться, лишь посмотрю и всё», — подумала она, стараясь убедить себя.
Она боялась собственной слабости. Гордость не позволяла ей просто вернуться. Но ведь надо и поддерживать знания об Эквестрии, если она хочет потом… Сделать что-нибудь. Отметиться, доказать, что она способна на большее, чем думала Селестия.
И она одним рывком прошла через портал. Её прокружило в разноцветном вихре, и вот она уже выпала на твёрдый пол.
С непривычки Сансет с трудом встала. Она уже давно не передвигалась на четырёх ногах, люди ведь так не ходят.
Шатаясь, она огляделась. Зеркало, поверхность которого слегка мерцала радужными искорками, находилось в пустой тёмной комнате. Было похоже на подвал или что-то в этом духе.
Сансет подошла к двери и оглядела её. Вспомнила, как пользоваться телекинезом, и подёргала её за ручку. Было заперто, но беда невелика. Ей не раз приходилось вскрывать замки, а с магией это было ещё легче.
Замок тихо щёлкнул, и дверь медленно открылась. Сансет осторожно выглянула наружу. Рыжая прядь свесилась ей на мордочку.
В конце коридора, в тупике, находился пони, моющий полы. Но в другой стороне никого не было, и Сансет быстро проскочила по коридору, пока уборщик не повернулся.
Замок был ей хорошо знаком, но она боялась уходить далеко, ведь портал мог закрыться. Единорожка мысленно выругала себя, что так долго тянула.
Она вышла в светлый коридор и остановилась. Здесь можно было легко попасться кому-нибудь на глаза, а многие наверняка ещё помнили бывшую ученицу принцессы.
Тут послышался знакомый стук копыт по полу. Ему вторил другой, более быстрый и непоседливый. Сансет поспешно подскочила к окну, спрятавшись за длинной занавеской и потихоньку выглядывая наружу.
По коридору шла принцесса Селестия, а рядом с ней – её племянница, принцесса Каденс. Оба аликорна разговаривали о чём-то, и Сансет невольно прислушалась к их славам.
— …Твайлайт Спаркл, моя новая ученица. Знаешь, у меня есть подозрения, — и тут Селестия замолчала и вздохнула
Каденс, весёлая и добродушная, тоже молчала.
— Помнишь, я говорила тебе об Элементах Гармонии? – сказала Селестия, когда они уже ушли дальше.
Сансет, слышавшая всё, мысленно вспыхнула. Эту легенду слышала и она. И новая ученица… Почему-то все сказанные слова показались ей личным оскорблением. Сансет поспешила вернуться к зеркалу.
Почти утихшая ненависть вспыхнула в ней с новой силой. Да пусть у этой Селестии ещё хоть десять учениц будет, она все равно не знает, что потеряла. А теперь ей же буде хуже.
— До встречи, Эквестрия, — пробурчала Сансет Шиммер сквозь зубы, проскакивая в портал.
Несколько необычным стало для меня то, что в этом рассказе Сансет Шиммер возвращалась в Эквестрию до своего тотального «падения», но тем и интереснее. Повествование ровное, спокойное, погружает нас в мысли и переживания бывшей ученицы Принцессы, и здесь она даже не кажется такой озлобленной, какой нам показали её в мультфильме. А причина злости, как выяснилось, скрывается в её теоретическом посещении мира пони. Занятная интерпретация, безусловно, но определенно требует доработки. Кроме того, что рассказу не хватает тщательной вычитки и прочих поправок по стилю, меня немного напряг момент, когда Сансет назвали выглядящей на 13 лет (обычно, кто так выглядит, тому и есть 13), а выше в тексте рассказывается о том, что за ТРИ года Сансет многого добилась в школе… Честно говоря, у меня вызывает сомнения тот факт, что десятилетняя девочка вообще хоть что-то в этой жизни понимала. Скажу честно – сколько им там лет в каноне, я не знаю, но этот пересчет явно недоработка, скорее всего, автора. В остальном зарисовка неплохая и достаточно приятно читается.
Автору вдохновения и творческих успехов, спасибо за участие.
Вычиткой я ещё займусь, мне просто уже времени не хватало, так что я только через Ворд прогнала быстро. Ну и дописывать буду, чтобы до лимита 1000 слов дотянуть)
А с возрастом я малость напутала, да, я там где-то в комментах это писала. Хотя я менять особо не буду — раз она в школе в фильме учится, то вряд ли ей больше 17-18 лет. Значит, здесь на самом деле 14-15) Вообще там и в каноне путаница какая-то с этим, выходит, что она действительно довольно маленькой убежала, раз Твайлайт ещё не училась, но при этом они должны быть почти ровесницы, если судить по человеческому облику, може, года два примерно разницы.
Тёмная комната. Сквозь заколоченные окна не проходило ни единого луча яркого полуденного солнца. В центре небольшого помещения стояла одинокая свечка. Слабый, но всё же горящий огонёк тускло освещал небольшое пространство вокруг себя. Но ничего особенного, за что мог ухватиться глаз, не было видно, лишь деревянный пол, на который капал воск.
К свече подошла фигура. Она подняла с пола горящую свечу. Её лицо скрывал чёрный капюшон, из-за чего его не было видно. Несмотря на очередной тёплый летний день, у фигуры были более важные дела, нежели прогулки на свежем воздухе. Молчание, продлившееся всего несколько минут прервал прекрасный голос фигуры:
— Если бы Бог, в которого верят многие люди на Земле — на секунду забыл что я тряпичная кукла и даровал мне немного жизни, — молодая девушка остановилась, будто подбирая слова, — Вероятнее всего, я бы не сказала всего что думаю, а больше бы думала о том, что говорю.
Она выговаривала всё то, что в ней копилось долгое время, все её мысли вымещались в слова, она говорила пустоте вокруг себя: «Я бы ценила вещи не по их стоимости, а по их значимости. Я бы спала меньше, мечтала больше, осознавая, что каждая минута с закрытыми глазами – это потеря шестидесяти секунд света».
— Я бы ходила, изучая мир, когда другие от этого воздерживаются. Я бы просыпалась, когда другие спят. Я бы слушала, когда другие говорят, — снова пауза, с каждым словом девушке становилось спокойнее.
— Если бы мне дали нормальную жизнь, то я бы одевалась проще. Поднималась с первым лучами солнца, дабы встретить каждый раз — разный рассвет, обнажая не только тело, но и душу, — этой девушкой была Сансетт Шиммер, — Если бы я жила правильно от самого начала, то заковала бы всю свою ненависть в лёд. Я бы рисовала при звёздах, как великие художники.
Свеча постепенно гасла, но было ещё много того, что хотела рассказать очищающему огню Сансетт Шиммер: «Если бы я жила, то не пропускала ни дня, чтобы не говорить любимым людям, а в прошлом и пони — как я их люблю. Я бы жила в любви. Я бы доказала многим, что они не правы, когда говорят, что они стареют и перестают любить. Напротив — они стареют, потому что перестают любить»
Осталось немного, и душа Сансетт станет свободной:
— Если б я могла, то научила бы любого ребёнка или жеребёнка летать. Я научила бы стариков, что смерть приходит не от отчаяния, а от забвения, — она говорила и говорила, её нельзя было остановить, — Но я многому научилась и от всех вас. Я узнала, что каждый хочет жить на вершине горы, не догадываясь, что истинное счастье ждёт его внизу.
Она замолчала, но тут же продолжила:
— Я поняла, что и люди и пони имеют право взглянуть на другого сверху вниз только чтобы подать руку или копыто помощи и помочь ему встать на ноги. Я многому научилась от вас, но если говорить честно, то сложив это всё в огромный сундук — мне хочется вернуться домой.
Сансетт задула свечку и в помещении образовалась полная темнота. Перед девушкой засветилось большое зеркало, маня к себе. Она сделала шаг и очутилась по другую сторону зеркала. Но это не был замок кристальной империи, как в прошлый раз. Это было больше похоже на лавку старьёвщика. Единорожка прошла к открытой двери, где оказался выход на базарную площадь Кантерлота. Она обошла оставленный без присмотра прилавок и двинулась вперёд по улице.
Сансетт Шиммер хотела проведать свою старую учительницу, возможно, чтобы попросить прощение, хоть она сама и не хотела в этом себе признаться, может быть просто хотела увидеть её и Твайлайт, что помогла ей вернуться на правильную дорогу. Мысли единорожки были расплывчаты, но она знала самое главное — она смогла отпустить свои грехи в прошлое.
Незаметно для самой себя, она уже пришла к порогу огромного дворца Кантерлота. Дворца, в котором правит великая принцесса – светоносная Селестия. Но Сансетт не решалась ступить даже на ступеньки — что-то внутри её не давало ей сделать это. Она не могла просто появиться. Она не знала, что может сказать, кроме жалкого «простите».
— Неужели это всё, и мне придется вернуться назад? – спросила она сама себя.
— Нет, надо бороться со своими страхами, иначе они поглотят тебя, — произнёс стоявший рядом тёмно-коричневый земнопони, — иначе придется прятаться, чтобы они тебя не нашли.
— Кто? – задала вопрос единорожка.
— Страхи. Они всегда находят тебя, где бы ты ни был, поэтому невозможно от них сбежать. Нужно просто перебороть их.
Единорожка задумалась, она повернулась и пошла в обратную сторону от дворца. На её лице виднелась улыбка.
— Ты куда? – задал вопрос пони.
— Домой, ибо я свои страхи уже победила!
— Прощай!
— А как тебя зовут? – повернувшись, спросила Сансетт.
— Зови меня гостем.
Обычно мы не даём советов по стилистике, поскольку это не то, зачем к нам приходят участники, но в данном случае я всё же выскажу пару рекомендаций.
Во-первых, не стоит злоупотреблять, как длинными, так и короткими предложениями. Пример:
«В центре небольшого помещения стояла одинокая свечка. Слабый, но всё же горящий огонёк тускло освещал небольшое пространство вокруг себя».
Куда лучше эта мысль звучала бы в таком виде: «В центре небольшого помещения стояла одинокая свеча, слабый, но всё же горящий огонёк которой освещал крохотное пространство вокруг себя».
И сразу стала заметна вторая проблема — повторяющиеся слова. Два раза подряд в соседних предложениях «небольшой» смотрится не слишком хорошо. Да, возможно, моя замена на «крохотный» не идеальна, но она лучше повторения.
Во-вторых, следите за смыслом фраз.
«Её лицо скрывал чёрный капюшон, из-за чего его не было видно».
Вы уже сказали, что капюшон скрывал лицо. Зачем тут добавлять, что из-за этого его не было видно? Да ещё и в такой формулировке, что можно подумать, что видно не было капюшон.
По сути, просто будьте внимательней к своему тексту.
Теперь о самой истории.
Знаете, мне искренне понравилась первая часть, до перехода в мир Эквестрии. Обычно избыток философии способен вызвать у читателя скуку, но ваш рассказ она красит. В нём практически нет действия, в центре внимания внутренний мир персонажа, поэтому подобные размышления — то немногое, чем можно привлечь внимание.
Проблемы начинаются после перемещения в Эквестрию. Судя по всему, вы прочитали теорию, которую мы дали к теме, и поняли её излишне буквально. Как тренировка — для понимания каркаса истории — опыт полезный. Но в таком виде это смотрится излишне топорно.
Попробуйте поставить себя на место Сансет (кстати, это отличный приём — проживать непосредственно жизнь своего персонажа в мыслях). Вы прошли через портал между мирами, с определённой целью, я думаю. И решаете навестить свою наставницу. Поговорить с ней, извиниться, получить прощение. Доходите до дворца и… Пугаетесь и уходите? Неужели вы действительно бы так поступили? Да, разумеется, это страшно. Но если страх настолько силён, то, скорее всего, вы бы просто не дошли до дворца и остановились раньше. А уж если дошли до дверей… Вы бы всё же пересилили себя. Хотя бы потому, что почувствовали себя очень глупо.
Да, вы показали внутреннюю борьбу. Но читателю трудно поверить в то, что она происходит именно так. Тем более, что Сансет очень волевой персонаж.
Ещё один момент — внутренний диалог с кем-то посторонним. Кто этот «гость»? Автор? Шизофрения? Слишком серьёзный вопрос, чтобы на этом оборвать рассказ. Да и насколько это целесообразный ход? Не лучше ли было без него?
Советую поразмышлять над этими моментами.
Вдохновения и творческих успехов. Спасибо за участие.
—… и значит, я снова смогу увидеть ее? — не унимался Флэш.
— В последний раз повторяю: да! Но она не будет такой, какой ты ее знаешь, — раздраженно вздохнула Сансет Шиммер, закрывая лицо рукой. Она зябко поежилась, ночью у памятника становилось довольно прохладно. Посмотрев на одетого в теплую куртку парня, даже не дернувшегося ей помочь, она опять вздохнула. Ну за что ей эти муки? А, верно…
Через пару минут луна нависла ровно над безобразным изваянием подобным лошади. Поверхность подножия засветилась неземным светом, стала гладкой и блестящей.
— Готово, — сказала Сансет, — теперь, будь готов к тому, что ждет тебя с другой стороны…
Не дав ей договорить, Флэш сграбастал девушку в охапку и ринулся в зеркальную стену. Вихрь разноцветных огней пронесся у них перед глазами. На мгновение они перестали чувствовать свои тела, а в следующий миг уже стояли в одном из залов Кантерлота.
— Вот мы и на месте, — Сансет Шиммер осмотрелась по сторонам, нет ли стражи, готовой ее схватить, но вокруг было пусто.
— Воу, зацени как клево! — раздался удивленный возглас от стоящего рядом оранжевого пегаса. Посмотревшись в зеркало и проведя копытом по зачесанной назад темно-синей гриве, он с удивлением осмотрел свою новую конечность. Попытавшись встать и пройтись, он чуть не упал, но взмахом крыльев смог восстановить равновесие. — Эй, глянь какие у меня штуки!
—Ты пегас, крылатый пони, ничего необычного, — мимоходом заметила Сансет, двигаясь в сторону двери.
— А у тебя таких нету, — тупо заметил Флэш.
— это потому что я единорог, у меня есть вот это, — кобылка аккуратно постучала копытом по своему рогу. — Тут я могу творить магию.
— Это как тогда на балу? — непонимающе уточнил жеребец.
— Нет, не так. И мы вроде договаривались никогда не упоминать об этом, — Сансет в смущении прикрыла глаза. — Надо убираться отсюда, пока мы не привлекли слишком много внимания.
Не слушая свою проводницу в другой мир, Флэш носился по залу, пробуя возможности своего нового тела. В какой-то момент он не справился с инерцией и кубарем покатился прямо в двери, распахивая их настежь и врезаясь в стоявшего за ней стражника. Чувствуя недоброе, единорожка поспешила ему на помощь.
— Что тут происходит? — удивленно спросил оранжевый пегас в гвардейской броне. Увидев как две капли похожего на себя нарушителя, он удивленно распахнул рот. Флэш, пришедший из другого мира не остался в долгу, ответив ему точно таким же выражением мордочки.
— Оху, это не хорошо, — заволновалась Сансет. — Похоже что он это ты из другого мира.
— Он это я? — хором спросили пегасы. Затем еще раз посмотрели друг на друга. По их морде расплылась странная улыбочка, глаза недобро прищурились. — Знаешь, я всегда хотел…
— Что здесь происходит? — властный голос дал знать о появлении нового участника диалога. В коридоре появилась Принцесса Селестия, выжидающе уставившись на свою бывшую ученицу.
— Прошу прощения, Принцесса, — пала ниц Сансет. — Я вернулась в Эквестрию повидать родных, а это недоразумение увязалось за мной. Если вы позволите, мы сейчас же уйдем.
— Позволяю. Встреться с родными, Сансет Шиммер. И забери с собой… это, — Селестия кивнула в сторону подозрительно близко придвинувшихся друг к другу пегасов. — Когда закончишь со своими делами, я хотела бы видеть тебя здесь. Нам есть о чем поговорить.
— Конечно, Принцесса, спасибо, — кобылка еще раз почтительно поклонилась, затем повернулась к своему подопечному. Ухватив его за синий растрепанный хвост зубами, она грубо потащила его прочь с глаз белоснежного аликорна. Пегас не сопротивлялся, лишь грустно смотрел вслед своему двойнику. Тот ответил ему идентичным взглядом.
Как только они завернули за угол, кобылка выплюнула невкусную ношу. Объяснив ему, что он должен не отходить от нее ни на шаг и заставив его это повторить десять раз, она еще посокрушалась о неподъемной ноше глупости, что свалилась на нее в виде этого Флэша, и отправилась вместе с ним к своим родителям.
Дом ее семейства находился неподалеку от замка, так что до места они добрались без приключений. Ну разве что Сансет по пути раздобыла ошейник с поводком, чтобы постоянно срывающийся с места пегас не потерялся. Прохожие странно на них косились, но ей было все равно: надолго она тут задерживаться не собиралась.
Остановившись напротив массивной дубовой двери, она легонько и нерешительно постучала. Ответа не последовало. Кобылка ударила сильнее, прикладывая все свои силы, но дерево, казалось, глушило все звуки. В отчаянии, она попросила Флэша помочь. Тот, словно вообразив себя бараном, взял разгон и головой протаранил дверь. Раздавшийся грохот могли слышать, наверное, даже в Понивилле. Дверь тут же распахнулась, явив взору гостей очаровательную семейную. Пока пегас приходи в себя, Сансет вопрошающе смотрела на своих родителей, ожидая их реакции на возвращение блудной дочери.
— А я тебе говорила, что она придет с жеребцом, ты должен мне двадцать битсов, — довольно усмехнулась Миднайт Клауд, ее мама.
— Ты говорила, что она придет беременная, так что получишь всего десять, — недовольно поморщился Брайт Стар, отец единорожки.
— А откуда ты знаешь, что она не беременна? Может срок ранний? — начала спорить Миднайт. Затем развернулась к Сансет и елейным голоском поинтересовалась. — Доченька, мы по тебе так скучали! Ты случайно не беременна?
— Нет, мама. Он просто тут на экскурсии, — единорожка пылала от смущения.
— О, я вижу, — улыбка матери стала еще шире, когда она заметила поводок, намотанный на копыто дочери и ошейник на пегасе. — Теперь это так называется?
— Ничего такого, мама! — смущение Сансет достигло уровня, когда краснеть дальше просто некуда. — Ты не против если мы войдем?
— Вы же не собираетесь сюда переехать? — обеспокоенно спросил Брайт Стар.
— Нет, папа, мы тут только проведать вас. К вечеру нас здесь уже не будет, — ответила единорожка.
Проведя тихое чаепитие, за которым не было ни вопросов о жизни дочери, ни обсуждения ее дальнейших планов, ничего кроме натянутой атмосферы ожидания, когда же она наконец покинет отчий дом, родители Сансет выпроводили парочку за порог и захлопнули за ними дверь. Облегченно вздохнув, она решила, что была права, считая встречу с родителями плохой идеей. Но это то, что она должна была сделать, как хорошая дочь.
Солнце клонилось к закату, и они посмешили в замок на встречу с Принцессой. Войдя в тронный зал, Сансет с Флэшем как раз застали как последние потоки магии развеивались вокруг рога Селестии: солнце окончательно скрылось с небосвода.
— Мы прибыли пред ваши очи, — почтительно поклонилась единорожка.
— Хорошо, — одобрительно кивнула Принцесса. — А теперь следуйте за мной.
Обойдя трон, она на что-то нажала в его основании. Послышался скрежет камня, и стена за спиной белоснежного аликорна отъехала в сторону. Сансет почувствовала, как из прохода пахнуло холодом подземелья. Флэш лишь жалобно заскулил.
— У нас вся ночь впереди, приступим же к твоему наказанию, — улыбка Селестии не предвещала ничего хорошего…
(╮°-°)╮┳━━┳
(╮°-°)-┳━━┳
(-° ) ┳━━┳
Честно говоря, мне нечего сказать по данной работе, кроме того, что всё очень плохо. Да простит меня Селестия. Отсутствие какой бы то ни было вычитки в этом рассказе – меньшее из зол. Такое чувство, что автор решил поиздеваться над читателями, либо изобразил свою идею настолько криво и плохо, что её там попросту не видно. Лично я не ожидала от мсье Морозова подобного.
Композиция и какой-никакой сюжет конечно есть, но… С самого начала Флэш предстает в образе полнейшего дурака, вероятно страдающего каким-то психическим расстройством. Затем Селестия кажется весьма ООСной – ну не стала бы она называть, пускай и ненастоящего, пони «ЭТИМ». Что же касается встречи с родителями – здесь полный провал. Сначала прием показался мне радушным, однако «натянутая атмосфера ожидания» развеяла мои сомнения по этому поводу. Возможно, автор в начале хотел показать нервозность и недоумение родителей, что бы на контрасте с легким абсурдом обыграть то, что предки-то совсем не ждали свою дочку, либо я даже не знаю. Но, в общем, эта сцена никак не трогает. Да и если Сансет заранее знала, что встреча ничем хорошим не обернется, зачем же она решила их навестить? И апогеем нелепой фееричности сего творения становится еще более заООСевшая Принцесса с фразочкой в духе 34-ого правила.
В общем, в этом рассказе нет абсолютно ничего, что зацепило или порадовало бы. Чувствуется, что автор, даже не с целью погони за исполнением модификаторов, а просто так на «отвали» написал эту зарисовку, от чего становится грустнее вдвойне или даже втройне, поскольку обычно работы мсье Морозова нам очень нравятся. С другой стороны это может быть совершенно неудачная и несмешная пародия. Но ощущения рассказ вызывает весьма однозначные. Но есть тут два таких малюсеньких плюсика: очаровательный намек на селфинцест Флэша в угоду испорченным читателям и то, что на фоне всего этого кошмара Сансет выглядит очень даже адекватной, хорошей, возможно даже уже вставшей на путь к исправлению и дружбомагичности.
Желаю автору вдохновения и успехов. Не делайте так больше, пожалуйста…
А зачем всё-таки Флэш за Сансет увязался, а то я так и не поняла?
Селестия какая-то неправильная вышла(
К сожалению не могу поставить +…
ОНА ВСЕГДА СМОТРИТ
Название нагло своровано у одной из песен товарища PrinceWhateverer. Спасибо ему за это.
Приятного прочтения!
Ежегодная выставка изобразительного искусства в картинной галерее дворца двух принцесс Кантерлота – одно из важнейших мероприятий для столичной интеллигенции, где все должно пройти идеально. Именно поэтому принцесса Селестия попросила его лично все проверить, ведь он наилучший кандидат на эту роль – знатный, известный… и абсолютно не разбирающийся в искусстве. От принца этого, впрочем, и не требовалось.
Наклонив голову, Блюблад скептически посмотрел на огромное полотно, висевшее перед ним, и печально вздохнул. Он по-прежнему видел на нем исключительно набор разноцветных пятен и ничего более. Помнится, тетушка Луна советовала ему в таких случаях напрягать воображение… Принц честно попытался и даже сумел различить на картине некое подобие свежей порции овощного салата. Правда, он по-прежнему сомневался, что в этом ему помог его мозг, а не желудок, но это были уже мелочи. Поставив очередную ничего не значащую галочку в ничего не значащем блокноте, жеребец хотел уже перейти к очередному «шедевру», как вдруг за его спиной послышался до боли знакомый насмешливый голос:
- Высматриваешь очередную жертву, о великий и ужасный принц-проказник?
По его спине медленно пробежали мурашки. Это не она… Не может быть она! Но, тем не менее, эту интонацию ни с чем нельзя было перепутать. Медленно повернув голову, белый единорог увидел ее. Да, это была именно она – все того же персикового цвета, все с теми же густыми волосами, что так похожи на неуемные сполохи пламени… Удивительно — она, похоже, даже не постарела с их последней встречи, а ведь пятнадцать лет прошло!
- Ты?! – только и смог выдавить он из себя. – Но тетушка ведь…
- Ну да, — беззаботно улыбнулась стоящая перед ним кобыла, — а теперь вернула. Не насовсем, конечно – я тут вроде как на каникулах… Впрочем, не важно. Как жизнь молодая, а, старина-Блюблад? Я ведь тебя совсем еще жеребенком помню, а ты вон в какого красавца вымахал!
Пони королевских кровей, похоже, был настолько ошеломлен, что позволил кобылке взлохматить его аккуратно уложенную гриву, что не позволял делать до этого никому и ни при каких условиях. Собравшись, наконец, с мыслями, он выпалил:
- Что с тобой не так? Почему ты совсем не постарела?! Столько времени прошло!
Единорожка скептически осмотрела себя, после чего хмыкнула, по всей видимости, признавая справедливость подобного вопроса:
- Понятия не имею. Твайлайт, кажется, что-то говорила про другое течение времени и про смещение пространственно-магического континуума… — пони демонстративно зевнула. – Кому это вообще интересно? Только тем, кто совсем не умеет развлекаться! Ты ведь не разучился развлекаться, дружок?
- Ну, вообще-то… — начал было принц, но его собеседница не дала ему закончить.
- Ой, да кого ты пытаешься обмануть, мой дорогой Блюблад? Неужели свою любимую няню? – кобыла подозрительно прищурилась. – Уж мне ли тебе напоминать, как ты подменил лак для волос министра здравоохранения на быстросохнущий клей? Или как целый день прятался у меня в комнате от принцессы Селестии, когда та все-таки узнала, кто слопал весь церемониальный торт, что повара со всей Эквестрии целый месяц готовили для императорской четы грифонов? Я до сих пор ума не приложу, как в такого маленького жеребенка столько влезло и как после этого у тебя одно место не слиплось… И да, я уж молчу про витражи, которым ты подрисовал усы и бороды несмывающейся краской!
С каждой фразой этой единорожки страх и смущение принца куда-то уходили, зато сам он чувствовал себя все веселей и отчаянней. Как в старые добрые времена.
- Между прочим, Дискорду понравилось! – заявил он, когда его бывшая няня закончила расхваливать его былые «подвиги».
Та ухмыльнулась, после чего весело заявила:
- Вот это тот Блюблад, которого я знала! Молодец! – тут кобылка посмотрела на картину, перед которой стоял ее старый друг. – А я смотрю, ты без дела не сидел. Признавайся, зачем стену изуродовал?
- Вообще-то, — важно произнес жеребец, явно пародируя кого-то из вельмож, — это шедевр современного искусства, демонстрирующий всю глубину алкоголизма того, кто его нарисовал!
Его собеседница недоверчиво перевела взгляд с картины на принца и обратно, после чего глубокомысленно произнесла:
- Знаешь, чем-то похоже на миску салата… Ну да ладно, — тут она хитро сощурилась. – Слушай, сахарок, готова спорить, что ты за годы прозябания в четырех стенах совсем разучился играть!
- Да как ты смеешь?! – возмутился тот. – Я был и остаюсь лучшим игроком всего кантерлотского дворца!
- Ну, раз так, то может партейку в нашу, а? Или боишься? – в глазах Сансет Шиммер зажегся азартный огонек…
***
Три эквестрийские принцессы сидели в тронном зале, пили чай и мило беседовали. Каденс, их коллеги из Кристальной империи, сейчас с ними не было – врачи запретили ей долгие поездки. Та, возможно, и воспротивилась бы, но Шайнинг не позволил ей этого сделать. Он мнение докторов разделял и считал, что беременным нужен покой и забота, а не разъезды через полстраны из-за каких-то чаепитий.
- Вы уже были на выставке… — хотела было спросить Селестия, как вдруг случилось нечто, чего никак нельзя было ожидать.
Принц Блюблад в своем парадном мундире гордо вышагивал по коридору на задних ногах, размахивая передними на манер крыльев, при этом громко кудахтая. Зрелище длилось не больше десяти секунд, после чего единорог исчез за поворотом, но оно произвело на аликорнов неизгладимое впечатление. Принцесса Солнца, которой уже доводилось видеть подобное и раньше, с озорной улыбкой ответила на немой вопрос в глазах Твайлайт и Луны:
- О, это очень долгая и очень увлекательная история… Я расскажу вам ее как-нибудь, — и, после небольшой паузы добавила. — Как-нибудь потом.
Морти не подвёл и реализовал интересную задумку. А ведь действительно, не могла не быть знакома ученица Селестии с её царственным племянником, а если учесть странные временные флуктуации… Она и правда вполне могла быть старше Блюблада и быть его нянькой. Добавим к этому существенное сходство характеров, и вот готова завязка для дружбы. Так что происходящее вполне логично и доверие у читателя вызывает.
Давай рассмотрим происходящее в рассказе с точки зрения изменения ценности через конфликт. В начале рассказа мы видим откровенно предающегося унынию Блюблада, который не видит смысла в своей деятельности, и это не добавляет ему душевной гармонии. И вдруг он сталкивается с призраком своего — Сансет Шиммер. И это событие порождает мощнейший внутренний конфликт — принц оказывается в настоящем смятении, в его душе сталкивается прошлое и настоящее, и он поначалу даже не знает, что сказать.
Разговор продолжается, и по мере общения со своим старым другом персонаж меняется, вновь становясь весёлый и беззаботным проказником, которым был с ней, сбрасывая маску высокомерной отчуждённости.
По сути, это одно из тех самых изменений, на которых и должны строиться произведения. Другое дело, что в рамках маленькой сцены оно слишком существенное, редко человек (или пони) может так кардинально перемениться от одного разговора (считай, никогда). С этим ты, пожалуй, переборщил, и нужно было или разбить эту перемену на несколько сцен или понизить её степень.
И всё же, это движение в правильном направлении.
Если говорить о более общих впечатлениях, то сюжет радует читателя своей лёгкостью, а атмосфера — позитивным настроем. Вот только поведение персонажей вызывает немного недоумения. Не слишком ли несолидная шутка для взрослого пони? Всё же… Блюблад мог придумать и что-то более изящное и приличествующее возрасту — те проказы из прошлого выглядели куда более тонкими и продуманными, чем эта.
Спасибо за участие. Вдохновения и творческих успехов!
Какой Блюблад проказник-то был)) И Сансет ещё и его няней если была, так это вообще весело))
Теория о разном течении времени понравилась)
Мне вообще безумно нравится эта парочка, интересно про них писать было.
Она вернулась и начала строить дом. В этом ей помогла Твайлайт: она пригласила всех друзей, и они вместе соорудили домик из дерева и камня, с которого было хорошо видно, как солнце вечерами заходит за далёкий лес.
-Я рада, что вы мне помогли, — сказала Сансет, когда все сидели у неё. — Этот дом — лишь доски и камни, но почувствуете какое тепло исходит от стен.
-Я чувствую, — сказала Твайлайт. — Они пропитаны дружбой, потому что, когда мы строили, мы трудились сообща.
Все поддержали: “Уж она-то знает, о чём говорит: дружба — её конёк!”
-Как думаете, — помолчав, сказала Сансет. — А меня можно назвать вашей подругой?
Пони задумались.
-Не знаю, — сказала Эпплджек. — Мы построили дом и вложили немало сил, но о тебе мы почти ничего не знаем. Только то, что рассказывала Твайлайт. Она, быть может, и твоя подруга — но мы, скорее всего, нет.
-Твайлайт тоже не её подруга, — сказала Рейнбоу Дэш. — Они общались всего ничего, да и большую часть времени они враждовали. Так что никакая это не дружба. Где-где, а в этом доме Сансет сама себе подруга. Мы просто знакомые, и не более того.
Эти слова огорчили Сансет. За утешением она хотела обратиться к Твайлайт, но та молчала, и Сансет Шиммер почувствовала холод чужой дружбы.
-Что же тогда я здесь делаю? — растерянно спросила она. — Чужие пони пришли в дом, который они же и построили, но я ухаживаю за ним все эти дни и наблюдаю с него закат, который мне не с кем разделить, потому что вы не мои друзья!
-Но у тебя же должны быть друзья, — предположила Твайлайт. — Почему бы не написать им письмо и не пригласить их сюда?
-Потому что единственный мой друг не здесь, и никогда не окажется здесь. Он пропал, и его не способен найти ни маг, ни провидец: давным-давно он покинул меня, чтобы вернуть трофей, потерянный им в земле, не отмеченной на картах. Он обещал меня найти, когда вернётся, и я ждала его с тех пор. Но ожидание не имело смысла — теперь я это знаю. Поэтому не спрашивай меня о друзьях, Твайлайт Спаркл! Идите домой, и забудьте обо всём. И больше сюда не приходите. Я буду жить одна, пока не закончатся мои каникулы; потом я уйду и закрою портал, чтобы избежать соблазна вернуться сюда опять.
Подруги попрощались с Сансет и покинули её дом. Всю дорогу они обсуждали сказанное ей, и, когда настало время расходиться, вместе решили так: Сансет, должно быть, не умеет дружить, никто её не учил и сама она учиться дружить не хотела, а потому она заслуживает то, что имеет. И каждый, подумав об этом кивнул – кто-то уверенно, а кто-то и более робко. Твайлайт же находилась в глубокой задумчивости, и когда она опомнилась, была уже глубокая ночь, и пони стояла на перекрёстке одна.
Несколько дней Твайлайт не находила покоя. Она пыталась заставить себя заняться своими делами, но где-то внутри глубоко чувствовала, что каким-то образом она может помочь Сансет. Вдруг, если ей не может помочь ни маг, ни провидец, то сумеет помочь аликорн?
И Твайлайт начала искать заклинание, которое помогло бы ей найти пропавшего друга Сансет Шиммер. Но обшарив всю свою библиотеку и посетив библиотеку Кантерлота, она так и не нашла ничего полезного. В отчаянии она решила обратиться к Зекоре, и в одиночку пробежала через лес, чтобы поговорить с ней. Но Зекора ничем не могла помочь Твайлайт: нет магии, способной найти заблудших или вернуть потерянные вещи.
Выслушав Зекору и глубоко вздохнув, Твайлайт поблагодарила её и отправилась в обратный путь. Она шла медленно, копыта прилипали к мягкой сырой земле, а душу сковала беспомощность. Идти становилось всё труднее, и в какой-то момент Твайлайт ощутила, что не может сдвинуться с места. Что-то обвилось вокруг ног и не давало сдвинуться с места. Это были тяжёлые каменные змеи, обитающие под твердью пути. В сухое время они спят; когда же земля размокает, они залегают в грязи, пока заплутавшие пони не пройдут мимо, и тогда они обвивают ноги и держат жертву, пока та не растеряет все силы и не смирится.
В панике Твайлайт попыталась освободиться, но все её попытки были тщетны. Заклинания не помогали, и решив, что другого выхода нет, Твайлайт начала звать на помощь. Её крики звучали в угрюмых кронах, отдавались в глубоких оврагах. На шум мог явиться любой — и хищник, и призрак, — но это была единственная возможность спастись.
Твайлайт кричала изо всех сил, но лес как будто бы её не слышал. Попрятались голодные мыши, разлетелись ядовитые мухи. Никто не собирался приходить ей на помощь. Твайлайт почувствовала, что теряет голос, и собиралась уже заплакать, как между деревьев мелькнуло мутное пятно. Это был Красный Волк, древний обитатель леса, король погибшего племени. Он явился перед Твайлайт огромной кровавой башней, сжигая её внимательным и тёмным взглядом.
“Хорошо знает…”, — мысленно сказал Красный Волк. — “Хорошо знает лес, чем полакомить старого волка. Принцессе Лошадей всегда найдётся место в моём желудке.”
Схватив зубами, волк вытащил Твайлайт из грязи и, как щенка, положил её под бесплодный пень и обнюхал. Дыхание было горячим. От ужаса Твайлайт вся сжалась и пыталась использовать какие-то заклинания, но все они соскальзывали с рога холодными искрами.
“Скажи мне напоследок, что ты забыла в глуши?” — спросил волк, и Твайлайт, выдавливая из себя каждый звук, сказала:
-Я искала способ найти пропавшего…
“Нет способа найти пропавшего, уж я-то знаю. Моя стая пропала в дни, когда ещё деревья не ели землю и не копали так глубоко; тогда я был королём, и сколько я не искал, я не нашёл пути вернуть пропавшего. Лишь заплутавшего способны найти чары, но эти чары черны, и только Красный Волк способен ими повелевать.”
-Но тот пропавший, должно быть заплутал! Тот, которого я искала!
Услышав это, волк молчал. Он долго смотрел на Твайлайт и думал, а затем подул на обвитые каменными змеями ноги, и змеи отступили. Они пытались уползать, но чем дальше ползли, тем всё больше превращались в холодную пыль.
“Старый волк научит тебя чарам. Если ты сумеешь с ними совладать, то ты найдёшь, кого ищешь, а если нет, то скоро мы встретимся снова.”
Красный Волк сжал тело Твайлайт зубами и потащил на опушку. Там он передал ей тайное знание и, как только на небе появилось солнце, волк превратился в пустоту
Волчье наследие помогло Твайлайт узнать, где следует искать потерянного. Этого места никогда не было на карте, и никто из пони не бывал там прежде. За высокой горой, за больной рекой, туда не забредали зимы и не залетали драконы — ведь там бушевали вихри и там хранился трофей. Маленький холмик находился там за ураганом — на нём и стоял пропавший, любуясь глубокой темнотой, которая находилась за гранью.
Собрав всех друзей, Твайлайт отважилась на путешествие. Это было странное приключение. Она вышла из земель света и погрузилась в просторы тьмы, где трофей был цветком, и лозой, и пеной. Для этого ей много пришлось потерять, но обрела она взамен несопоставимое, от чего у неё не было ни радости, ни горечи. А дойдя до грани, она не решилась глянуть за неё, поскольку знала, что пони только так и пропадают.
Отправившись в путь вшестером, пони вернулись всемером, и с ними был давно пропавший друг Сансет Шиммер, единственный, который у неё был. “Это сделает её счастливой, — думала Твайлайт, — а её счастье сделает счастливой меня”. И кто знает, быть может такой подвиг сделал бы их подругами, но когда пони вернулись в Понивилль, Сансет там уже не было. Домик опустел и поник от дождей, и внутри уже было опасно находиться. Стены потеряли своё тепло, и теперь они были не более чем грудой дерева и камня.
Какой же смысл был в том путешествии, если Сансет всё равно исчезла? Пони спорили об этом и не могли решить, пока Твайлайт наконец не поняла: Сансет Шиммер не исчезла — она просто заплутала где-то в тёмной ночи, и нет ничего плохо в том, чтобы она немного погуляла. А когда придёт время, пони смогут отправиться в путешествие — за глубокую воду, через стылую зиму, туда, где на высокой скале они отыщут Сансет Шиммер и полюбуются вместе с ней заходящее за гранью солнце.
Warning! Присутствует слишком много сюжетных линий, нарушение из-за них лимита сразу и временного, и словесного, натянутые сцены, однообразные диалоги, канцелярщина, нераскрытая тема, проклопанный модификатор, некоторые вещи, тяжело воспринимающиеся в отрыве от хэдканона, а также картонные персонажи. Если тебя, аноним, это не отпугнуло — читай на свой страх и риск, и, если уж решился читать, то пиши разгромный отзыв. Ну пожалуйста.
RPWP 71: «Отношение» от RaCa… именно так, мои дорогие! Теперь-то я точно знаю, что поможет вам получить кьютимарки!
Кобылки переглянулись. На мордочке каждой из них читалось одно и то же выражение.
— В прошлый раз ты то же самое говорил… — наконец решилась Эпплблум.
— Кто старое помянет, тому глаз воооон в то озеро! – с этими словами драконикус вытащил глазное яблоко из орбиты, кинул на землю и ударил неизвестно откуда взявшейся клюшкой для гольфа. Все три взгляда мгновенно перекинулись на желтый шар, улетавший куда-то в небеса.
— Так вот, о чем это я, — продолжил Дискорд, — как насчет меткоискателей-экскурсоводов?
— Нууу, это же скучно… — начала Скуталу.
— Сама ты скучная! – перебила ее белая единорожка, – А как мы ими станем?
— Ооо, все очень просто! Видите ли, мне тут птичка напела, что послезавтра наша глубокоуважаемая Принцесса Твайлайт принимает гостя! Ни за что не угадаете, откуда!
— Из Кристальной Империи?
— Из прошлого?
— С другого континента?
— Лучше! Из другого мира! – расплылся в радостной улыбке драконикус, разглядывая озадаченные лица жеребят, — я знаю, знаю, сложно поверить, но Твайлайт друзей где только не заводит! Гостью зовут Сансет Шиммер, эта пони отправится сюда на недельку-полторы. Я точно не знаю, где она будет жить, но первый день она точно проведет в замке Твайлайт, там, собственно, портал и стоит. Позже она поедет навестить свой родной Кантерлот, НО! Твайлайт хочет, чтобы гостья посмотрела Понивилль, и мне удалось ее уговорить, сказав, что ей не придется проводить экскурсию самой! А кто лучше справится с этим, чем три кобылки, которые знают город и ищут, чем бы им заняться?!
— То есть нам что надо будет, — почесала затылок Эпплблум, — пойти и показать ей Понивилль? Весь?
— Ну, может, не весь, но большую часть, пожалуй, стоит.
Три кобылки опять переглянулись, отвернулись от Дискорда и начали шепотом обсуждать предложение.
— Да это же нууудно… — продолжала Скуталу.
— Но она из другого мира! Девочки, мы можем узнать, какие в других мирах живут пони! – послышался радостный шепот Свити Белль, на что желтая земнопони тревожно поспешила ответить:
— А вдруг она на самом деле охотится на жеребят, и у нее страшные когти в глазах? Или когти в глазах с лазерами?
— В глазах не может быть когтей, ты, глупая! Хотя они могут быть на спине, замаскированные под крылья…
— Нет, ну такого точно быть не может, нам бы сказали…
— Все равно нуууудно, — все гнула свою линию Скуталу.
— Извиняюсь! Прошу прощения! Глубочайше прошу выслушать! Выворачиваюсь и улетаю на Сатурн! Поедаю сахарную вату с хорьками! И еще много чего делаю! – вмешался в разговор драконикус, — если бы все великие идеи отвергались словом «нудно», всё на свете стало бы в десятки снежинок раз скучнее! Когда-то и я думал, что захватывать мир – это нудно! Нет! Нудно – это сидеть в камне тысячу лет, что доказывает, что нудных действий не бывает – бывают нудные последствия! Так вот, что я сказать хотел…, — лицо Дискорда приобрело более серьезное выражение, — это поможет вам понять, в чем состоит профессия экскурсовода, ознакомиться с ней, открыть для себя что-то новое и интересное, и пообщаться с жителем параллельного мира. Не говорите «Нудно», пока не попробуете сами!
Несколько секунд Меткоискатели молчали, очевидно, находясь в раздумьях, стоит ли оно того, но все-таки интерес перед неизвестным гостем и потенциальной кьютимаркой пересилил, и все трое выразили согласие.
— Только вот послезавтра четверг… А нас, вроде как, школа тогда… — начала Свити Бель, но была бесцеременно прервана:
— Вот! – в лапе Дискорда появились три маленьких бумажки – официальное однодневное освобождение от школы от духа хаоса! Все ради хорошего приема!
— УРА! – раздались на поляне сразу три голоса.
Дальнейшие полчаса Меткоискатели получали инструкции по поводу того, что от них требуется – в первую очередь, не спрашивать о том, кем раньше была гостья – это строжайший секрет. К сожалению, она этим неизвестным делом больше не занимается – но они непременно должны сказать, что поддерживают все ее прошлые начинания и надеются, что когда-нибудь она к ним вернется (это, как объяснил Дискорд, было знаком вежливости). Еще важнее было следовать четкому графику – (самым строгим пунктом являлось «в два быть у статуи, в два тридцать – у часовни, и ни секундой позже»). Получив указания, кобылки отправились заниматься своими делами и морально готовиться к ответственному мероприятию.
***
— Знаешь, Дроун, — кобылка на секунду закрыла глаза, дав прохладному ветру растрепать ее гриву, — Чудесный вечер был. А не так давно я ведь считала, что мы никогда больше не встретимся.
— Ну кто знал, что нам так повезет, Свит, — пегас усмехнулся, — подарок судьбы. Оба увидели на стенках рекламу нового ресторана, надо же так. Странно, правда, что в рекламе крупным планом говорилось про шоколадное молоко, а в ресторане его и в помине не было.
— Неужто тебя это так волнует? Это, а не то, например, что ресторан не так далеко от этого замечательного парка? — ответила пони, — понятия не имела, что у нас внутри еще живут такие чувства.
— И впрямь. Ну я же говорю – подарок судьбы, — пегас приобнял подругу копытом, — несколько лет назад я бы сказал, что все слишком быстро, и так в реальной жизни быть не может.
— Так говорят те, кто этого в реальной жизни и не испытывал, — пони прижалась к пегасу, заглянув ему в глаза, — и не испытает, скорее всего, никогда.
Дальнейших слов не потребовалось, и они, поняв друг друга, соединились в не в обычном поцелуе – но в знаке счастья, в олицетворении того мимолетного радостного момента и надежды на то, что из момента он вырастет в целую жизнь. Пение птиц, приятный ветер, романтичные сумерки – все, казалось бы, слилось, чтобы как можно сильнее продлить этот момент и наполнить его яркими ощущениями.
— Давай встретимся завтра у часовни. Помнишь, мы приходили туда, когда в школе учились?
— На скамейке сидели…
— Ну так если ты согласна, то во сколько?..
— Давай в два… Тридцать.
— Почему бы просто не в два?
— Так интереснее, — улыбнулась пони.
***
— …жутко неудобно так ходить, знаешь ли. Это… Это просто не сравнить, когда надо опираться на четыре конечности, а не на две. Но я уже привыкаю, — объясняла оранжевая единорожка, кое-как пытаясь поднять в воздух сумку, пока Твайлайт наблюдала за ее потугами:
— Видишь, у тебя уже телекинез начинает получаться. Я же говорю, ты когда-то всему этому училась, и хоть какие-то остатки должны были сохраниться в памяти, даже если ты этим столько лет не занималась. Я думаю, даже заклинания тебе скоро довольно легко будут даваться…
— Руки удобнее, — ответила Шиммер, медленно, стараясь не уронить, протаскивая сумку за собой.
— Дело привычки.
На это Шиммер отвечать не стала, молча перенеся последнюю из многострадальных сумок. После этого, вздохнув с облегчением, она подошла к одному из окон замка.
— Вот как Понивилль, значит, выглядит. Так завтра ты мне его покажешь?
— Вообще, нет, Дискорд сказал, что договорился, и тебе его покажут Меткоискатели. Ну, выглядят примерно как у тебя в мире, только помладше. И без рук.
— Ммм. Вот значит, как, — Сансет обернулась, — а откуда такой прилив доброты? Он даже никогда меня раньше не видел.
— Может, каким-то образом говорил со своей версией в вашем мире. Да и кто его поймет, в конце концов. Может, какую-нибудь глупую шутку готовит, — Твайлайт на секунду остановилась, — поэтому поосторожнее там будь. А может, просто что-то в тебе ему понравилось.
Не дав Сансет времени обдумать свои слова, аликорн решила сменить тему на более интересную ей:
— Кстати, я из твоих писем так и не совсем все поняла по поводу технических новшеств в вашем мире…
— Опять про интернет? Я же говорила, что он изначально предназначался для коммуникации на войне. Да и если за десяток лет Эквестрия разимо не продвинулась в техническом плане, то пока лучше вам об этом не думать. И, насколько можно судить по твоим рассказам, тебя вполне устраивала переписка с Селестией через Спайка…
— И ты считаешь, такое можно вывести на массовый уровень, если понадобится?
Шиммер оперлась копытами о подоконник – таким образом она могла почти стоять на двух ногах, чувствуя себя увереннее.
— Компьютеры, в отличие от драконов, не живые существа, и их вполне нормально эксплуатировать. А…
— Я говорила об этом с Селестией… Она сказала, что для подобных случаев был предложен проект по разработке искусственных форм жизни, путем которых можно будет как можно быстрее пересылать письма… Но он еще только в стадии одобрения.
— Ээм… — перевела взгляд Шиммер, — и Спайк – он же тогда не…
— Что? А, нет, — улыбнулась аликорн, — я специально проводила тесты, он стопроцентный и натуральный дракон!
— Уже не стопроцентный, – улыбка Твайлайт оказалась заразной и распространилась на морду единорожки, — кости хотя бы не грызет?
— Нет, по-моему. А твой чейнджлинг всех уже в городе съел?
— Нет, что ты. Еще пара человек осталась.
ЛИМИТ
Чейнджлиг был не совсем ее – просто некогда, в годы ее детства, юный паразит как-то случайно встретил оранжевую единорожку, учившуюся у Селестии, и был очарован буквально всем – но в основном ее желанием идти против системы и правил, которое быстро перекинулось и на него. Он все чаще с ней общался, все чаще проявлял инакомыслие, все реже следовал приказам Роя, пока, наконец, не был с позором изгнан оттуда, что, впрочем, не сильно расстроило перевертыша. И так уж получилось, что немногим позднее Шиммер также вынуждена была бежать через зеркало – ну, а если другой мир вместит одного душу, то почему бы не пойти и другой? В конце концов, неизвестно, где Сансет сейчас была бы без него – полезно иметь в незнакомом мире рядом с собой существо, которое может копировать форму окружающих объектов. Такая удобная возможность для прикрытия, чтобы никто (или почти никто) не узнал о твоем настоящем происхождении. Шиммер была ему благодарна – но возможность серьезных отношений сознательно зарубила на корню с первого же дня их знакомства, в итоге они оставались лишь друзьями.
Это описание можно было бы продолжать еще долго, если бы Твайлайт не заметила кое-чего необычного. Она подошла к окну и сфокусировала все внимание на дереве, росшем не так далеко от замка. Через пару мгновений рог окружила фиолетовая аура. Еще через миг на дереве появилось пятно такого же цвета. Оно начало стремительно приближаться к окну, пока, наконец, не стало жеребцом со светло-серой шерстью, в жакете и с камерой на шее. Твайлайт нахмурилась.
— Вы не потрудитесь объяснить, почему вы нарушаете наше право на приватность?
— О, здравствуйте, принцесса! Должен вам сказать, что вы ошибаетесь, и никакого права на приватность я не нарушал! Я фотографировал ваш невероятный замок для статьи… мм, в Эквестрия Дэйли, просто срочно требовались новые снимки, и, в общем…
— Разумеется, я не сомневаюсь в вашей искренности, и, думаю, вы с удовольствием покажете мне ваши фотографии, — Твайлайт уже была готова окутать аурой и фотоаппарат, но фотограф сжал его копытами.
— Извините, — сказал он, — мне запрещено показывать фотографии кому-то, кроме персонала газеты. Да. Может, глупо, но, мм, таковы у нас правила, да.
— Я безмерно уважаю ваши правила, но я все-таки настаиваю на том, чтобы вы, раз уж вам так нужны фотографии замка, брали их с другого ракурса, и не скрываясь… на дереве.
— Без щепотки экстрима работа уже не та, — решил пошутить жеребец.
— Думаю, вы меня поняли.
Фотограф откланялся и поспешил убраться из комнаты, сказав, что сам найдет выход. Как только дверь закрылась, Сансет, прекрасно понимавшая истинные его намерения, перестала молчать.
— И что это только что было? Откуда он вообще знает про мое прибытие?
— Понятия не имею, — пожала плечами аликорн, — чего только журналюги не сотворят, лишь бы поглубже в чью-нибудь жизнь зарыться. Эй, — сказала она, увидев небольшую смену эмоций на морде Шиммер, — не волнуйся. У нас в мире далеко не все такие. Я уверена, ты найдешь много хороших новых знакомых.
— А потом я расскажу им про свое прошлое. Бывший капризный ученик, бывший недо-бунтовщик, что в этом, что в человеческом воплощении, бывший демон с армией зомби…
— Ну, у нас в Эквестрии и не такое прощали. Конечно, возможно кто-то вспомнит события десятилетней давности, но это не значит, что все будут тебя ненавидеть.
Шиммер вздохнула, поблагодарила Твайлайт за поддержку и поспешила удалиться из комнаты.
***
На месте не было никого. Никакой банды Борцов с Перевертышами. Он честно прождал свой час, и сейчас был готов весьма любезно отблагодарить того скота, который послал ему телепатический сигнал. Опять какой-нибудь тупой розыгрыш. Как его это раздражало. К нему никто серьезно не относился, ни один собрат. Вот и заставили идти и торчать целый час в этом дурацком парке, где нужно было в любой момент быть готовым напасть. Бесполезно – все равно вокруг ни души. Только тупые животные, а у них и эмоций-то нет нормальных. А у той сволочи и мозгов нормальных не было, похоже. Узнать бы, кто это, вот бы он его!.. От досады паразит пнул камень. Тот оказался слишком большим, и, не сдвинувшись с места, молча принял удар, еще и в полной мере отдав его силу обидчику. Тот, в свою очередь, уже готов был шипеть и визжать от гнева, но в поле зрения его внезапно оказались две фигуры. Следуя выработанным до автоматизма командам мозга, паразит подавил всякие звуки, закрыл глаза и начал медленно сливаться с окружавшими его деревьями. Впрочем, те двое пони, очевидно, и так его не замечали, слишком уж были погружены в свой разговор о чем-то… Нет, не о чем-то. Даже с десяти метров можно было почувствовать присутствие этого чувства… Этого замечательного, восхитительного чувства. Возможно, он даже не зря сюда пришел. Возможно, он даже знает, кого сегодня будет выслеживать. Главное, думать об этом как можно спокойнее, чтобы случайно не послать сигнал никому из Роя. И подойти поближе… Они все равно слишком погружены друг в друга… И в свои слова. Эти слова, эти слова, которые он услышал, окончательно отодвинули злость на второй план и освободили место для иных мыслей. Да, теперь-то он знает, что будет делать.
***
— …а вот это понивилльская часовня. Ее, типа, построили здесь восемьдесят лет назад, и она тут вроде была, еще когда вы жили в Эквестрии… — заканчивала предложение Скуталу, когда четыре пони подходили к одной из достопримечательностей города.
— Скуталу! Не восемьдесят, а шестьдесят! Ты даже даты выучить не можешь, — шепнула ей Свити Белль.
— Ну подумаешь, ошиблась один раз, что теперь…
— Да ничего страшного, — кобылки подняли головы на Шиммер, — все ошибаются, в конце концов. Одна маленькая дата, — улыбнулась она.
— Ой, девочки, Дискорд говорил, нам же здесь это сказать надо, — внезапно вспомнила Эпплблум. Две ее подруги сразу же поняли, о чем она, и тут же, стараясь говорить, хором, начали читать заученный текст:
— Уважаемая Сансет Шиммер, нас очень интересует то, чем вы занимались в прошлом, и мы большие поклонники вашей точки зрения, которой вы, возможно, больше не придерживаетесь, но мы ее безмерно уважаем и надеемся, что когда-нибудь вы к ней вернетесь! Только вам хватило бы сил воплотить эту идею в жизнь, за что мы вас еще более безмерно уважаем!
Этого хватило, чтобы прогнать счастливое выражение с лица единорожки, и чтобы запустить цикл воспоминаний о том, что она называла прошлой жизнью. Это было похоже на дурной сон, в котором ты пытаешься спрятаться от своего страха, а в итоге он вылезает перед тобой в полной красе, и ты испытываешь какой-то тихий, спокойный и неизбежный ужас. Тысячи оскорблений, причем шедших не в ее адрес, а от нее самой, огромное эго, десятки исписанных листов бумаги, начинавшихся со слов «Как меня начнут уважать», «Как Селестия поймет, кому отказала», «Как разрушить имеющийся строй». Осенний вечер, отвратительное поражение, неприятие остальных, немой красный демон, застрявший в сознании, вгрызаясь в него и разрывая на куски, безуспешные попытки избавиться. Сирены, действовавшие, в отличие от внутреннего демона, в реальности. Моменты моральных битв. Когда вокруг не было никого. Кроме всех. Кроме тех, кто старался ее простить. Тех, кого можно было называть друзьями? Чейнджлинга, оказывавшего помощь? Утомленность от борьбы. Приобретение контроля над эмоциями. Пение. Сирены с умирающими кристаллами. Демон, беззвучно терявший король над сознанием и сгоравший в огне забытья. Водоворот воспоминаний схлопнулся так же быстро, как и открылся. Это была прошлая жизнь. Она к ней не вернется. И она не даст никому вернуть ее насильно. Она будет контролировать себя.
Они же всего лишь дети, откуда им вообще знать про ее прошлое? Это ошибка. Недоразумение. Обман.
— И… что же вас конкретно привлекает в моей старой идеологии? – от такого вопроса Меткоискатели, не имевшие об этой самой идеологии ни малейшего понятия, моментально потеряли дар речи. Какой-то посторонний звук отвлек Сансет от них, заставив поднять взгляд. На скамейке у часовни сидела обычная для Эквестрии пара – жеребец и кобылка.
Через мгновение Шиммер уже искала взглядом камень поменьше, и, найдя вроде бы подходящий, кое-как подхватила его телекинезом и пронесла так, чтобы он упал как раз рядом со спиной кобылки. Та повернулась и уже открыла рот, но из-за удара копытом по челюсти не успела ничего сказать. Единорожка успела проклясть себя за то, что забыла, что бить понячьими и человеческими конечностями – не одно и тоже, но это было все, что она сейчас могла.
— Дроун! Помоги мне! Что это за сумасшедшая?! – закричала кобылка, уже было поднявшись с земли, но получила еще один удар и вновь упала. Ну разумеется, она использует этот прием. Нужно действовать как-то по-другому. Нужно включить наглость.
— Почему ты не встаешь?! Почему ты не сражаешься за своего любимого?! Ты, дешевая беспомощная уродина, я к тебе обращаюсь! Ты кто такая?!– единорожка пнула лежащую на земле пони. Впрочем, на этот раз та отозвалась не криком, а злобным взглядом в сторону Шиммер.
— Я тебе сейчас покажу, кто тут беспомощный! – вдруг резко закричала она и начала бездумно меняться в зеленой вспышке. Сансет ничего не оставалось, кроме как попробовать применить какое-то другое заклинание. Ведь вчера вечером она же его практиковала у Твайлайт… Это же так просто. Она должна это помнить. Старая она бы это помнила, а новая она должна быть лучше старой… себя? Не тратя времени на раздумья, Сансет попыталась сфокусировать мысленный импульс в роге, и кое-как выстрелила лучом, поразившим менявшуюся пони, застывшую в состоянии между формами. Неизвестно, что случилось бы дальше, если бы из-за стены часовни не выбежала Твайлайт с точно такой же кобылкой, как та, которую только что избивала Шиммер.
— Сансет, мне пришло странное письмо, что у часовни что-то случилось, и я телепортировалась, я нашла эту пони сзади часовни, привязанной ко стулу с кляпом во рту… Во имя Селестии, что здесь происходит?
Жеребец-пегас, Твайлайт, обе кобылки, Меткоискатели – все озадаченно смотрели на место происшествия, пока одна из кобылок чуть ли не со слезами не бросилась к пегасу.
— Милый! Милый, ты здесь! На меня напал чейнджлинг, высосал из меня любовь и оставил где-то в лесу, но ко мне как-то вернулись силы, я выбралась оттуда, дошла до часовни, а потом веревка и стул… И кляп… Они сами взяли связали меня… Это… — дальнейший поток слов нельзя было разобрать за всхлипами.
— А нам просто Дискорд сказал речь для Сансет произнести у часовни… — на всякий случай вставила Скуталу.
— Ненавижу свою жизнь, — пробормотал лежавший на земле чейнджлинг.
И, как будто все и так было недостаточно непонятно, из кустов с криками «Я говорил, будет что-то интересное!» выпрыгнул тот самый фотограф, который вчера следил за Шиммер, сопровождаемый еще одним пони.
— Так мне кто-нибудь объяснит, что здесь творится? – повторила вопрос Твайлайт.
— Мы с твоими друзьями осматривали город, подошли сюда, и я увидела чейнджлинга, сидящего на скамейке рядом с обычным пони, и подумала, что стоит… уделить этому внимание.
— Заметно, — Твайлайт перевела взгляд на чейнджлинга, — но как ты тогда поняла, что это не обычный пони?
— Десять лет живешь с перевертышем – невольно узнаешь их привычки, — приглушенно сказала Сансет, наклонившись к уху Твайлайт, — перед тем, как начать высасывать любовь, они обычно делают специфический вдох…
— Извините! Извините! Это не вы та самая пони, которая живет в другом мире? Я Глориус Фэкт, репортер из «Эквестрия Дэйли», а это Ноз Прайер, наш фотограф, и мы…
— Извините в свою очередь меня, — поинтересовалась Твайлайт, — но откуда вам известны такие вещи о моей подруге?
Возможно, журналист сказал бы правду, а возможно, искусно продуманный обман – этого так никто и не узнал, так как в небе появился гигантский помидор и понесся к земле. Буквально за метр до падения он остановился и лопнул – брызги, однако, вместо того, чтобы попасть на всех вокруг, соединились в красную каплю, из которой начали выходить пузыри, сопровождаемые звуком. Сначала тот был тихий и неразборчивый, но вскоре уже превратился в понятную речь.
— Итак, сейчас, как в конце бульварного детектива, наш неподражаемый гений соберет в одном месте всех персонажей, которые, разумеется, ничего не понимают! И сейчас он расскажет им весь план и все детали, дабы все могли оценить его невероятно выдающиеся способности!
После этих слов капля засветилась, принимая знакомую Твайлайт форму бурого драконикуса. Все вокруг молчали — частично пораженные нестандартным появлением духа хаоса, частично не понимавшие слов про план и детали. Дискорд важно поднял палец и начал объяснять:
— У нас есть единорожка из другого мира, которая ненадолго приезжает в нашу любимую Эквестрию, и которая беспокоится по поводу чужого к себе отношения! Не считаете, что довольно весело было бы творчески убедить ее в том, какое на самом деле Эквестрия доброе, милое… ну, и скучное, чего уж там… место? А для этого нам понадобится один чейнджлинг! Чейнджлинг, который не отличается особым умом и которого мало уважают товарищи, поэтому, если послать фальшивый телепатический сигнал, подозрений у него это не вызовет! Но по счастливой случайности наш паразит, будучи в гневе, обнаружит влюбленную пару! Ведь двое пони, когда-то учившихся в одной школе, обнаружат развешанные специально для них плакаты с рекламой «нового и необычного» ресторана, и, заинтересовавшись, пойдут туда, а затем прогуляются в парке неподалеку! Какое совпадение – наш паразит тоже окажется там и решит сделать то, что на его месте сделал бы любой разумный чейнджлинг – проследить за ними, а затем подменить одного из них собой! И по такому же счастливому совпадению он узнает, что встретиться пара запланировала у часовни, к которой наша единорожка как раз подходит вместе со своими экскурсоводами! Экскурсоводами, которые в силу возраста не будут задавать лишних вопросов и склонятся перед взрослым авторитетом, обеспечив единорожке, чтобы жизнь вареньем не казалась, небольшую моральную борьбу! Тут дополнительный вопрос – либо она сломается, либо найдет выход! Выход найти придется – иначе как она сможет применить свои знания о чейнджлингах, чтобы спасти случайного прохожего, кобылку которого заменил наш перевертыш?! Разумеется, для полной красоты этот акт героизма еще и узрят журналисты из «Эквестрия Дэйли», заранее проинформированные супер-секретным источником! А этот супер-секретный источник моментально пошлет письмо Твайлайт, которая поможет нашей влюбленной кобылке, которую пришлось временно изолировать, чтобы не испортить процесс!
Дискорд на секунду остановился, чтобы перевести дыхание, и затем продолжил:
— Итак! Думается мне, каждый из вас здесь получит то, что ему полагается по моей справедливой и двеститысячипроцентно объективной оценке! Наша пару получит свою (скорее всего, недолговечную), любовь, — над пегасом с земнопони, так и сидевшими на скамейке, материализовался букет роз, — наш незадачливый чейнджлинг получит свободу, — после щелчка пальцев перевертыш растворился в яркой вспышке, — наши экскурсоводы получат урок о том, что не всегда хорошо слепо следовать инструкциям, — на головы Меткоискателям упали три университетских шапки, — наша единорожка получит положительное к ней отношение от пони, а наши журналисты получат материал для статьи! А, и совсем забыл про тебя, — Дискорд повернулся к Твайлайт, — наша принцесса получит волшебную коробку, в которой кроется невидимое, неосязаемое и уменьшенное в десятки бульонов раз материальное воплощение смысла жизни!
— Это все весьма… причудливо. Интересно. И даже довольно мило, — сказала Твайлайт, переварив, наконец, только что услышанное, — но откуда у тебя взялось такое неестественное желание помочь?
— Ага, — подтвердила Шиммер, — я его… тебя… толком не знаю даже.
— Нууу, как сказать, — закатил глаза Дискорд, — вообще, ничего личного здесь нет. Но любой, кто осмелился бунтовать против Селестии, а потом провести какой-то срок в другом мире, будет иметь одну десятую от одной семитысячной от одной пятисотой от одной триста восемьдесят седьмой от моего интереса. Немного, конечно – но некоторые не имеют и этого. А, ну… Еще дружба – это магия, и вся хурма. В общем, — единорожка увидела куриную лапу, протянутую, чтобы пожать ее копыто, — добро пожаловать в Эквестрию, Сансет Шиммер.
Весёлую же встречу для Сансет устроили) Меткоискатели-экскурсоводы — это нечто) Дискорд хорош))
А «сансетного» перевёртыша так ни во что и не втянули? Ведь кобылку же подменил кто-то посторонний?
К чему тут можно придраться, я не придумала)Хд
Нет, он является частью моей пушки, но в рассказе нужен был только для обоснуя.
Чейнджлинг, которому Дискорд послал фальшивый мысленный сигнал.
НаброскиИтак, начинается всё с новых магических тренировок Твайлайт. На этот раз она — наученная опытом борьбы с Дискордом — хочет сделать так, чтобы по первому сигналу Элементы Гармонии автоматически телепортировались прямо на головы/шеи мэйн-6. И отработать заклинание решает, естественно, на себе — точнее, на своей короне.
Стоп-стоп-стоп! Элементы гармонии же в начале четвёртого сезона сдали в архив! Эхх, пропала завязка! А впрочем… никто же не говорил, сколько времени прошло между ЭГ и началом четвёртого сезона, мало ли что могло туда вместиться. Или вообще альтернативная история. ОК, завязку оставляем.
Итак, Твайлайт кастует заклинание… и вместо короны ей на голову в буквальном смысл сваливается Сансет Шиммер О.о
Дальше следует
безобразнаяэмоциональная сцена: Твайлайт орёт «Ага, снова пытаешься мою корону спереть?!», а Сансет оскорбляется — «Да я ж добрая, сколько раз вам повторять, вы теперь за каждым моим шагом следить будете?!»Успокоившись, они понимают, что же пошло не так: Твайлайт по ошибке подставила в заклинание параметры короны из мира ЭГ, и её вытянуло из другого мира вместе с Сансет. Ура, теперь можно делать порталы без помощи работающего по расписанию зеркала! Но Сансет начинает требовать. чтоб её немедленно вернули: чайник на плите остался… и вечером свиданка с клёвым парнем…
Твайлайт не знает, что делать: притянуть в Эквестрию предмет из чужого мира она может, а вот обратно?.. Она решает отправиться за консультацией в кантерлотскую библиотеку. Сансет сперва возражает, потом неожиданно соглашается. На самом деле она решила, что Твайлайт будет советоваться с Селестией (и облегчённо вздыхает, когда становится ясно, что речь идёт о книжном знании — тем более, в библиотеке она тоже очень неплохо ориентируется, см.комикс). А со своей наставницей ей встречаться стрёмно. Я всё же считаю (в рамках этого рассказа, по крайней мере), что беглянка вправду изменилась к лучшему и переосмыслила свои поступки, в том числе и то, как нехорошо вышло с принцессой.
Итак, две пони прибывают в Кантерлот (или не прибывают, если дело происходит в покоях новой принцессы). Но, кроме Селестии, там ещё полно старых знакомых, которых Сансет серьёзно обидела: соученики, библиотекарша, стражники, которых она вырубила (см. комикс) (и которых за это выгнали в отставку, и они теперь подрабатывают садовниками или дворниками...) В принципе, можно было бы расписать встречи с ними, но, боюсь, всё это будет протекать по одному шаблону:
— О, Сансет вернулась! А ты помнишь, как со мной поступила тогда?..
— Да я ж теперь добрая, зуб даю!
— А… ну тогда ок...
Может, поступить проще — она просто видит знакомые лица и вспоминает, вспоминает… и мысленно прокручивает монологи с их стороны. И грузится всё больше и больше.
И конечно же, исследовательницы натыкаются в библиотеке на Селестию. И конечно же, она рвёт шаблон Сансет: вместо того, чтобы начать перечислять все пропавшие из буфета ложечки, решительно говорит «Мы с тобой взрослые пони, не будем бросаться упрёками, давай лучше посидим за чаем, и ты мне расскажешь, как протекает твоя жизнь сейчас? Мне всё же интересно, как твоей — пусть и бывшей — наставнице.» Ну и там в процессе чаепития ненавязчиво вкладывает ей пару мыслей о том, как продолжать жить, не закапываясь в свои былые ошибки (уж у Селестии в этом плане опыта очень много).
Ну и немного юмора для фанатов напоследок: Селестия сообщает, что знает заклинание, которое может переместить Сансет обратно в ЭГ-мир, но что-то другое должно быть перенесено оттуда в Эквестрию. Твайлайт краснеет: «Ну… вот был там такой парень… Флеш Сентри...»
The end
Надо больше спать, больше полезной пищи кушать и меньше за компьютером сидетьА опоздавшую чуть попозже прочитаю)
Но да, не скатились)) я вообще особой разницы не вижу)Хд
минусанул, всем Злаплюсанул, всем Добра!Муах-ха-ха!!11!
Теперь мне вдвойне жаль.
эх, методом тыка подходящий смайлик трудно найти)))Если что, это я просто код страницы меняю)Забавно: )