Краткое описание:
Каждый готов убить за второй шанс, за еще одну попытку бросить кости, за возможность исправить свои ошибки и исправить все недостатки. Анон не считал себя достойным такого шанса, не после того, как вел себя всю жизнь. Забавно, что ему понадобилось нечто подобное, чтобы наконец повзрослеть.
О чём история:
Небольшое пояснение для тех, кто не в курсе всех особенностей игры. Сюжет новеллы
«Snoot Game» предусматривает четыре концовки: от наихудшей до наилучшей. Перед вами — перевод истории, где обыгрывается допущение, что главному герою Анону выпала возможность исправить свою наихудшую концовку и изменить свою жизнь и жизнь Фэнг к лучшему.
Ссылка на оригинал: A Second Chance
Автор оригинала: Yvvmi
Автор иллюстрации:
protonmono
Рано или поздно вопрос «Как жить дальше?» встаёт перед любым выпускником школы. Не все знают или хотят знать на него ответ, и Анон в их числе. Однако Фэнг, кажется, знает, как ему помочь.
Предыдущая глава||Следующая глава
Глава 7. Бесчисленные возможностиЯ рывком сел на кровати, силясь вдохнуть.
Сон уже исчезал из памяти, но, кажется, я снова очутился там, на кладбище… а сейчас не мог дышать!
Давай же, вдох-выдох, вдох-выдох…
Я схватился за грудь, которая едва трепетала от кратких вздохов. Неужели у меня случилась паническая атака? Да быть не может, они только у малохольных девиц случаются! Хотя в последнее время я постоянно пребывал на нервах…
В глазах потемнело, и я поспешно вдохнул, чуть не подавившись этим глотком воздуха.
Вот чёрт, я в самом деле малохольная девица!
Рукой на груди я нащупал и сжал нечто, больно врезавшееся мне в кожу. Это оказался подаренный Розой крестик. Тотчас в голове словно рухнула преграда, и меня мигом окатило воспоминаниями о минувших днях.
Я не на кладбище. Я у себя дома. С Фэнг всё хорошо, как и со всеми остальными.
Дыши, Анон, просто дыши.
Лишь спустя несколько мучительно долгих минут я отдышался достаточно, чтобы начать обращать внимание на что-либо ещё. Например, на слабое свечение на столе, слегка разгоняющее темноту комнаты, и на тихое дребезжание телефона.
Мне звонила Фэнг. При виде её имени на экранчике у меня наконец-то отлегло от сердца. Ещё я увидел, что совсем недавно пропустил звонок от неё; возможно, он и разбудил меня.
Быстро схватив аппаратик, я нажал на кнопку приёма и одновременно прокашлялся в попытке перевести дух.
— Алло? — на той стороне промолчали, хотя я различил чужое дыхание. — Люси?
— Привет… я не разбудила тебя?
Мельком я глянул на время. Три часа ночи.
— Неа, ничуть.
— Значит, разбудила… Прости… ложись и спи дальше…
— Эй, перестань. Я же сказал, что ты можешь звонить в любое время, и это значит в абсолютно любое.
Из динамика послышался вздох.
— Я… — она снова замолчала и вздохнула, — глупо себя чувствую. Мне приснился сон. И захотелось услышать тебя.
Не только тебе не спится сегодня из-за сна, Фэнг…
— У меня то же самое, — я медленно отпустил крестик; сердце уже не колотилось, и я наконец-то мог размеренно дышать. Похоже, что мне ещё долго не удастся поспать одному, не пробудив при этом плохие воспоминания. И что не только Фэнг придётся разобраться со своими проблемами.
Мы проговорили до самого утра. Говорили о самом разном: тема не имела значения, лишь бы мы слышали друг друга. И отключили телефоны лишь тогда, когда в буквальном смысле встретились перед школой.
День пролетел до нелепого быстро. Часы тикали, уроки сливались в единую мешанину. Наверное, у Фэнг и Триш случилось полное слёз воссоединение, которое я не застал, потому что первые уроки у нас шли отдельно. И впервые за минувшие дни мы снова пообедали вместе в актовом зале. Всё вновь стало напоминать старые добрые деньки… до всей этой драмы и выпускного.
И сцен с Наоми удалось избежать благодаря тому, что Фэнг прогуляла все их совместные уроки. Что и привело нас к нынешней ситуации…
Прямо сейчас я стоял на лестнице и подстригал лианы, а птерочка придерживала её снизу. Да, директор Спирс не слишком благодушно воспринял прогулы уроков в первый же день после возвращения Фэнг. Поэтому ей назначили работы в школьном саду на всю оставшуюся неделю. А я вызвался добровольцем.
Но наказанием это не казалось. Напротив, было даже приятно.
— Осторожней! — Фэнг стряхнула куски лиан с волос.
— Теперь уже не так забавно, да? — только я решил поёрничать, как лестницу тряхануло.
— Ладно-ладно! Понял!
— Анон, Фэнг! Se cuidadoso! Это вам не в игрушки играть, amigos!
— Да, мисс Роза! — хором ответили мы с Фэнг. Динозавриха-латинка уже не в первый раз ворчала на нас, но беззлобно.
Роза и Фэнг поладили на удивление хорошо. Да, между ними не было вражды и раньше, но после тонны поздравлений и медвежьих объятий, когда анкилозавриха просто подняла птерочку над землёй, отношение Фэнг к ней заметно потеплело.
Даже Незер был с нами. Хотя и проявлял меньше энтузиазма, потому что он был нашим водителем — а раз застряли мы, то застрял и он. Сейчас он под руководством Стеллы пытался составить композицию из цветов. Бедняга старался изо всех сил улыбаться в духе «я президент класса и должен проявлять интерес к интересам других», пока стегозавриха вываливала на него всё новую и новую информацию.
Я не завидовал ему. Даже невзирая на аллергию, уж лучше заниматься стрижкой лозы, чем работать с цветами. Дабы избежать неприятностей, я надел перчатки, однако уже к середине работы мои глаза так слезились, что пришлось позвать на помощь Фэнг, чтобы закончить.
Презрев ножницы, она пустила в дело когти — ошмётки так и полетели во все стороны, и в результате Фэнг справилась вчетверо быстрее, чем смог бы я. К сожалению, конец этого задания не означал конец всей сегодняшней работы: сразу после этого Роза поручила нам таскать мешки с удобрениями из сарая к грядкам.
Похоже, мои ноги достаточно восстановились, потому что я без труда совершил несколько ходок и лишь затем, почувствовав боль, поумерил пыл. Моя мужская гордость заставляла меня не обращать внимания на ноющие спину и руки, лишь бы выполнять больше работы, чем Фэнг. Впрочем, я всё-таки не был дураком, чтобы соревноваться ещё и с Розой.
Как ни крути, работа в саду умиротворяла. Конечно, дело было ещё и в том, с кем я работал, иначе по своему почину и близко не подошёл бы к этим цветочкам. Никогда не видел смысла во всей этой возне. Но нам с Фэнг требовался именно такой день, наполненный простой работой, чтобы отвлечься и не думать о прошлом.
И всё-таки к тому моменту, когда настала пора привести себя в порядок, я уже был на последнем издыхании. Даже Фэнг морщилась и потирала предплечья, взъерошивая перья. Если Роза вот так возится в саду ежедневно, то неудивительно, что она такая крепкая на вид.
Незер же, напротив, держался бодряком, пока небрежно надевал свой кошмарный жилет. Только грязь на лапах и выдавала, что недавно он трудился не меньше нашего. Чёртовы атлеты с их физическим превосходством над обычными смертными.
И так получилось, что мы с ним остались наедине возле его машины, пока Фэнг отлучилась в туалет.
— Ну… как там у Фэнг дела дома? — я знал, что она уже взрослая птерочка, но не мог не беспокоиться о ней.
— Вполне неплохо. Утром была слегка не в духе. Зато не устроила с отцом разборки, что уже большой шаг вперёд, — вздохнул Незер. — Не знаю, что ты сделал, но спасибо тебе.
— Я ничего не сделал.
— Не гони херню. ОНИ начали разговаривать со мной как раньше и назвали хуекрылом всего-то пару раз, — птеродактиль потёр в затылке возле гребня. — Ты и сам знаешь, какими ОНИ были. Я что хочу сказать… я рад, что дал тебе шанс. Всего ничего времени прошло, но я уже чувствую, что у НИХ снова есть будущее. И в любом случае, — он вскинул лапу, не дав мне вставить слова, — что бы ты ни сделал… спасибо.
— Да ладно. Если уж по-честному, то это мне следует благодарить тебя. Ты совсем не обязан был помогать нам, но помог. Ты хороший брат, Незер.
Из дверей школы вышла белая пернатая фигура. На ходу Фэнг закинула что-то себе в клюв — похоже, что жвачку, судя по тому, как она надула пузырь.
— Ну что, умники, двинули, — заявила она, запрыгнув на заднее сиденье. Я быстро присоединился к ней и занял привычное место — Фэнг незамедлительно улеглась головой у меня на коленях. Воспользовавшись моментом, я запустил пальцы ей в волосы, поглаживая, а заодно укладывая пряди — на что Фэнг повернулась мордочкой ко мне и снова выдула пузырь жвачки. И когда он лопнул, за мятным ароматом я учуял сигаретный душок.
Я приложил два пальца к губам и сделал вид, будто затягиваюсь. Птерочка кивнула, затем показала в сторону переднего сиденья, где сидел Незер, и приложила коготок к клюву. Похоже, она до сих пор не собиралась посвящать семью в свою вредную привычку.
Попутно мне в голову пришла мысль, что Фэнг согласилась на ту прогулку с Наоми ещё и затем, чтобы тайком купить новую пачку.
В этот момент я поймал взгляд Незера, глядевшего на нас через зеркало заднего вида.
— Так что у вас там на повестке сегодня? — он завёл машину и тронулся с места. — Собираетесь заняться чем-нибудь дельным или будете просто сосаться втихаря?
— Анон собирался помочь мне разобраться с пропущенной домашкой, — птерочка подмигнула мне. — Хотя, если он прям хорошенько поможет, я найду минутку, чтобы… вознаградить его.
Незер притворился, будто его тошнит, на что Фэнг оскалилась в ухмылке:
— Что такое, Кусик? Тебя-то наверняка заставила за чем поху…
В следующее мгновение Фэнг чуть не слетела с сиденья, когда её брат дал по тормозам.
— Не зови меня так! — проорал Кусик, пока сзади сигналил и кричал какой-то бедолага, едва не врезавшийся в нас. Почти сразу птеродактиль вдавил педаль газа, и мы снова рванули дальше по улице.
Только немного погодя, когда Незер малость успокоился и выровнял скорость, я отважился спросить:
— А с этим прозвищем что-то такое связано?
Тотчас Фэнг пнула берцем по сиденью брата, выразительно посмотрев на него.
— Ничего! — торопливо отозвался Незер.
— Когда мы были маленькими, у братца сильно резались зубы, — с предовольнейшей улыбочкой сказала Фэнг. — Вот прямо вообще сильно. И после того, как они выросли, у него осталась привычка грызть всё подряд. Однажды он даже перегрыз ножку своего стульчика.
— Жуть…
Мне доводилось видеть клыки Фэнг. И разумеется, я знал, что они острые — ведь птеродактили были плотоядными. Но одно дело просто знать, и совсем другое — воочию услышать, что даже у птенца хватает сил прогрызть деревяшку. Что же тогда может прогрызть, например, Мо?
Меня пробрала дрожь.
Опять поездка прошла быстро; клянусь, моё восприятие времени напрочь похерилось. Всё-таки я перенёсся назад в прошлое… могло ли это вызвать такой побочный эффект? Вроде того, что молекулы моего тела стали нестабильными и всё такое?
Так, Анон, кончай о всякой херне думать! Иначе ты либо свихнёшься, либо тебя кондратий хватит! Возможно, я чутка разбираюсь в физике, но вот такие вещи лежат абсолютно за пределами моего понимания.
По прибытии мы никого не застали дома. И к счастью, потому что я ещё не был готов ко встрече с Рипли столь скоро. Но всё-таки сначала на второй этаж поднялся Незер. Лишь после того, как он жестом показал, что на горизонте всё чисто, и ушёл к себе в комнату, Люси схватила меня за руку и потащила к себе.
В её комнате всё было по-прежнему. Чёрные обои, цветастые постеры, гитары на подставках и притулившийся в углу синтезатор. Вдоль одной из стен тянулась верёвка с прикреплёнными к ней полароидными снимками, запечатлевшими незнакомые мне моменты; практически на всех присутствовала знакомая фиолетовая трёхрожка.
Звук рвущейся ткани вывел меня из задумчивости.
Люси стояла на кровати и сжимала в пальцах бело-жёлто-фиолетовый флаг. Чем дольше она смотрела на тряпку, тем громче становился рвущийся из клюва рык. А затем принялась драть её когтями на мелкие лоскуты.
Уже зная, насколько опасной она бывает в ярости, я позволил ей выпустить пар. И не вмешивался до тех пор, пока комок лоскутков не улетел в мусорную корзину, а сама Люси плюхнулась на кровать.
Я присел рядом. Люси перекатилась ко мне поближе и распластала крылья по бокам; не без радости я отметил, что они выглядели куда целее, чем когда-либо раньше.
Поморщившись, птерочка протянула лапку, и я тут же схватил её в руку.
— Ты в порядке?
— Прости, я сорвалась, — глухо сказала она. — Забыла, что у меня висит эта штука и когда увидела… Я позволяла ей управлять моей жизнью. Просто потому, что когда-то решила, что несчастлива, и вот это… сделает меня счастливой.
Я ободряюще сжал её пальчики, и тогда Люси наконец-то посмотрела мне в глаза.
— Это стало удобным оправданием. Я не хотела по-настоящему стараться и добиваться лучшего. И было так удобно винить в проёбах не себя, а всех других, — стыд и злость вспыхнули в её янтарных глазах. — Но этого хватило ненадолго. Я по-прежнему была несчастна… даже сильнее, чем раньше! Ничего не улучшилось, наоборот, семья стала ненавидеть меня, а в школе все обхохатывались с меня!
Выдохнув, она уткнулась мордочкой в покрывало.
— Повелась как лохушка…
Поначалу я не знал, что сказать. Все эти гендерные проблемы никогда не затрагивали меня.
Тут мне в голову пришла идея.
Я поднялся с кровати — при этом Люси непроизвольно потянулась лапкой следом — и обвёл взглядом стены, пока не увидел нужное. Сняв гитару с подставки, я присел обратно и начал играть.
Никогда не забуду эту мелодию. Это был первый раз, когда я и Фэнг сблизились. Правда, сейчас пальцы то и дело не попадали в ноты, путали струны, но музыка оставалась узнаваемой.
Это была наша песня.
— Ты помнишь, — Люси подняла голову и посмотрела на меня, слегка улыбаясь. Я не ответил, слишком занятый тем, чтобы не налажать с гитарой.
И услышал смешок:
— Но играешь кошмарно.
— Стараюсь как могу!
— Дай сюда.
Я передал гитару Люси. Сев прямо, она привычно ухватила инструмент, занесла когти над струнами — и замерла. В глазах у неё промелькнул страх, секундой позже сменившийся тоской.
— Эй… ты в порядке?
Мой голос заставил её очнуться.
— Да! Эм… да, я в норме, — она повела плечами и размяла пальцы. — Просто… вспомнила этот вечер. Блядь!
Её лапа дёрнулась, и вместо перезвона струн пальцы выбили лишь слабое гудение. Следующей попыткой она лишь выбила фальшивую ноту. Попыталась ещё раз, но лапы отказывались ей повиноваться.
В глазах Люси набухли злые слёзы.
— Да что, блядь, со мной такое?! Эти… уроды! Они что-то сделали со мной! Так, ну давай же, это проще простого…
В этот раз струны отозвались чистым звучанием… которое при следующем же движении сменилось дребезгом.
Люси уставилась на предавшие её лапы, дрожащие так, словно неимоверно потяжелели.
Она дёрнулась от прикосновения, когда я сел позади неё. Стараясь не обращать внимания на её слёзы, аккуратно прижался грудью к спине птерочки, а руки положил поверх её лап.
Мы начали медленно наигрывать нашу песню. Каждое новое прикосновение Люси к струнам становилось увереннее предыдущего, мелодия звучала всё сильнее. Она даже не заметила, когда я перестал направлять её: когтистые пальчики так и запорхали над струнами, легко и красиво наигрывая.
Но всё-таки музыка подошла к концу, и последняя нота повисла в воздухе.
— Прости… — Люси вытерла глаза тыльной стороной ладошки.
— Не за что.
— Нет, есть за что! Я просто накрутила себя! Я даже не знаю, с чего. Всего-то подумала о том, что больше не смогу сыграть снова, и разнюнилась как ребёнок!
Пережидая её вспышку, я обнял Люси за талию, а голову опустил ей на плечо. И только, когда она замолчала, я попытался объяснить:
— Ты любишь музыку. Поэтому их слова и сделали тебе так больно. Ты много лет занималась и практиковалась, и немудрено испугаться, когда разом вдруг разучилась. А тебе всего лишь надо понять, что ты потрясающая!
— Нет я не…
— Ты такая! — перебил я её. — Я слышал, как ты играешь, как поёшь! Я знаю, на что ты способна, потому что видел это!
Я замолчал на секунду, собираясь с мыслями, чтобы не запутаться.
— Помнишь ресторан Мо? Тогда ты всем нравилась, потому что показала, какая ты есть. Они увидела тебя такой, какой я вижу каждый день. Они увидели девушку, которая обожает то, чем занимается. Ты вдохновила других, Фэнг, — моя рокерша-птерочка уже тихонько тыкалась в меня кончиком клюва, пока я толкал речугу. — Ну и под софитами ты просто офигеть как здорово выглядишь.
Она повернулась в моих руках, пока не уселась порозовевшей мордочкой ко мне.
— Кажется, кое-кто заслужил награду…
Я ощутил её дыхание на своих губах…
И примерно весь следующий час или чуточку больше она потратила, пока… награждала меня.
***
Удивительно, но именно Люси сумела вернуть нас обоих к тому, чем мы планировали заняться изначально. Честно говоря, я и думать забыл про домашнюю работу, но вот мы уже сидели на полу с разложенными перед нами тетрадями. И пока я расправлялся с физикой, она занялась музыкой. Что вообще за извращение давать задания по музыке, когда до конца учебного года осталось совсем недолго?
Вообще домашняя работа оказалась несложной. Как я и думал, сейчас её задавали исключительно затем, чтобы ученикам было чем заняться и не страдать от безделья.
Среди прочих выделялось задание по английскому языку: кем я хочу стать после окончания школы.
Планов у меня нет и не было. И выбирать мне приходилось исключительно между армией и колледжем.
Взглянув на Люси, я увидел, что её листок был пуст, а она сама грызла ручку.
Об армии не могло быть и речи: я поклялся на могиле своей любимой, что никогда больше не оставлю её одну, и собирался сдержать слово.
Оставался только колледж. Однако плохие оценки сильно сужали мне выбор. Впору пожалеть, что всё это время я учился спустя рукава.
Движение сбоку заставило меня повернуться. Люси как раз быстро что-то записала, пристально вгляделась в написанное, затем кивнула и повернулась ко мне.
— Ничего в голову не приходит?
— Никогда особо и не задумывался. Я решил поступить в колледж, но не знаю, хочу ли получать какую-либо степень или что-нибудь в таком духе. Ну а ты что?
С чего-то мой вопрос смутил птерочку.
— Обещаешь, что не будешь смеяться? — пробормотала она, как бы случайно отодвигая листок с ответом подальше от меня.
— Обещаю, что постараюсь не смеяться, — поднял я руку вверх, в шутливой форме давая клятву.
— Нормально пообещай, придурок!
— Хорошо-хорошо, обещаю!
Она медленно протянула мне листочек и тут же попыталась спрятаться за крыльями. Я увидел всего два написанных слова: «Учитель музыки».
Люси хотела стать учителем музыки.
— «Драма червей» всегда была моей мечтой. Но теперь она вряд ли осуществится, — пробубнила Люси под прикрытием перьев. — Просто я подумала… что если ничего не выйдет, то лучше бы иметь запасной план. Такой, какой мне понравился бы. Мне… не хочется бояться музыки. И мне правда понравилось учить тебя играть нашу песню, — жёлто-оранжевый глаз выглянул в просвет между перьями.
— Ты сможешь, — сказал я, и перья Люси ещё немного раздвинулись. — По мне, так ты себя сильно недооцениваешь. Ты ведь научила играть на чём-то аж меня, а это все равно, что сыграть симфонию Моцарта.
— Ой, да заткнись! — вырвался из-за крыльев смешок, когда птерочка снова прикрылась ими.
— Я серьёзно. Если это действительно то, чем ты хочешь заниматься, то у тебя всё получится.
Я представил Фэнг учительницей музыки, одетой в водолазку, брюки цвета хаки и маленькие библиотечные очки. Образ получился не слишком чётким, зато отчётливо представилось, как она будет обучать идиотов, подобных мне.
— Ну а ты что?
— Как уже сказал, не знаю, — я растянулся на полу, скрестив руки под головой и уставившись в потолок. — Мои оценки — дно полное. И я не знаю, чем хочу заниматься.
— Ты сказал, что хочешь поступить в колледж, так? — Фэнг растянулась рядом со мной.
— Или это, или служба. А служить мне точно не хочется.
— Не представляю тебя в форме, — повернув ко мне голову, птерочка потыкала в меня сгибом крыла. — А что не так с колледжем? Проблемы… с деньгами?
— Нет. Отец пообещал, что заплатит за обучение в том случае, если меня возьмут. Хотя наверняка он сильно удивится, когда я расскажу ему об этом. Мы уже как-то свыклись с мыслью, что мне придётся идти в армию.
— Тогда поступай вместе со мной!
Подпрыгнув от неожиданного возгласа, я уставился на виновницу моего испуга.
— Тебя непременно возьмут! К тому же это место почти под боком и будет легко… — Люси осеклась, слегка закашлявшись. — В общем… если ты захочешь… Тут в городе есть государственный университет, и туда берут практически всех подряд…
Она слегка взъерошила свои волосы, пытаясь спрятать покрасневшие щёчки.
— Ну, у меня с оценками тоже напряг, поэтому это единственное место, куда меня примут. И мы будем вместе, чтобы помогать друг другу и всё такое… — последнее она уже еле слышно пробормотала.
— А меня правда возьмут? У меня оценки хуже твоих…
— Непременно! Туда же практически одни динозавры поступают, и, если ничего не случится, ты наверняка пройдёшь по квоте разнообразия! Снимем с тобой дешёвую квартиру напополам и… — от возбуждения она целиком повернулась набок и приподнялась на локте, но затем умолкла и отвела взгляд.
— Ну… это только предложение. Извини, если я слегка… навязчивая, — вполголоса добавила она, водя когтем по ковру.
— Да ничуть, перестань, — я тоже перевернулся на бок и подпёр голову рукой. — Вообще-то я уже прикидывал, как бы остаться с тобой. Так что из нас двоих как раз я навязываюсь к тебе.
— Даю тебе официальное разрешение навязываться столько, сколько захочешь. Я просто обожаю, когда мой парень стелется передо мной.
Я демонстративно закатил глаза, но затем попытался вернуться к прежней теме.
— Ну ладно, хорошо, с колледжем мы, может, и определились. Но чему же мне там учиться?
— Да неважно! — ухмыльнулась Фэнг во все зубки.
Я же посмотрел на неё, приподняв бровь.
— А мне кажется, что важно…
— Нет! По крайней мере, не на первом курсе. У всех студентов поначалу будут общие занятия, так ведь? — я кивнул, начиная догадываться, к чему она клонит. — Ну вот это и даст тебе лишний год, чтобы определиться с тем, чем ты хочешь заниматься!
— Возможно, ты и права…
— Конечно, права, я ж охренеть какая умная!
Неужели всё и впрямь так просто? Просто забить сейчас и подумать позже?
Всё, забил!
— Тогда мне пора начинать работать, чтоб заявление подать.
Уже в следующий момент я снова лежал спиной на полу, пока местная «умница» накинулась на меня с объятиями.
Я — и вдруг студент? Вот уж чего точно не ждал от себя.
От охватившего меня невыразимого облегчения я почувствовал, что попросту растекаюсь по ковру.
Мы с Люси останемся вместе; может, она и считает себя навязчивой, но со мной она точно не сравнится.
Я смирился с тем, что не смогу жить без неё — куда уж теперь после того, как я был готов покончить с собой.
От мысли снова оказаться в одиночестве меня чуть не накрыла паника. Но птерочка в готическом прикиде, которая прижималась к моей груди, успокаивала лучше всякой терапии…
Вспыхнувший сбоку свет рывком выдернул меня из размышлений. Вскинув голову, я увидел в щели приоткрытой двери невысокую птерозавриху со знакомой камерой. Лапа ошеломлённой Саманты застыла на полпути ко вспышке, явно не успев прикрыть её.
— Мам! — взвизгнула Фэнг, вскочив с меня. — Нет! Никаких снимков!
— Ой, не кричи, я же не сняла вас перед выпускным, поэтому сейчас навёрстываю, — миссис Аарон высоко подняла камеру, словно так могла помешать Фэнг забрать её. — Если ты собираешься жить с Аноном, я имею полное право фотографировать вас вместе.
— Я стесняюсь!
— Однажды ты захочешь пересмотреть эти снимки. Время быстро пролетит, и оглянуться не успеешь, как уже твои дети покинут гнездо. И ты так же будешь умолять свою дочку сделать фотографию напоследок, — хоть мама Фэнг и улыбалась, её взгляд затуманился, когда она прижала фотоаппарат к груди. — Просто услышала, как вы разговариваете про колледж… и это напомнило мне, что скоро вы уедете из дому.
— Мам… — уже забыв про недавнее смущение, Фэнг замялась на месте. Тогда я лёгонько хлопнул её по спине и просто кивнул в сторону миниатюрной птерозаврихи.
Сообразив, она подалась вперёд и обняла мать.
— Извини, я, наверное, немного увлеклась, — негромко сказала Саманта, крыльями обнимая дочку в ответ. — Я восемнадцать лет ждала этого и всё равно оказалась не готова.
— Мы же не собираемся далеко уезжать, как Незер. Я-то почти точно в городе останусь и смогу… ну, каждые выходные на ужин приезжать.
— Да не обязательно так часто приезжать, — Саманта слегка отодвинулась от неё. — Самой же быстро надоест. Просто пообещай хотя бы раз в месяц навещать. Твой отец и так в эти дни переволновался, и не представляю, как он смирится с тем, что дом опустеет.
— Он не опустеет, — подал я голос, пусть и не знал, стоит ли мне вмешиваться. Но если я хотел стать частью этой семьи, то придётся мне поступать вопреки некоторым своим желаниям. — Вы же по-прежнему будете друг у друга. Да, Рипли явно домосед, и вам придется время от времени вытаскивать его на свидания. Но вы не будете одиноки.
Саманта мило улыбнулась, её щёки слегка покраснели.
— О, насчёт свидания так чудесно прозвучало! Мы уже давно не ходили никуда… последнее вообще отменили, а потом всё время заняты были, — она обхватила мордочку лапками и коротко рассмеялась. — Ну ладно, не буду вас утруждать больше. Занимайтесь, чем занимались, а я принесу перекусить!
Мне очень нравилась Саманта. В ней чувствовалась неподдельная материнская забота. Для неё будто не имело значения, кем ты был или чем занимался: она всё равно относилась к тебе как к родному. Просто по-настоящему милая женщина. И никакой фальши, как у Наоми: птерозавриха не стеснялась показывать то, что чувствует.
Остаток домашней работы мы доделали быстро и затем потратили немало времени, выясняя всё насчёт поступления в университет. Чуть позже верная своему слову Саманта принесла нам тарелку с дино-наггетсами, которые мы слопали в мгновение ока.
А немного погодя пришло сообщение от Незера, который предупреждал о скором появлении Рипли.
И снова мы с Фэнг стояли на крыльце, а на парковке терпеливо дожидался Незер. Удивительно, но сегодня больше неудобств нам доставила миссис Аарон, не желая отпускать меня так рано — пришлось пообещать, что останусь на ужин завтра.
В этот раз Фэнг держалась куда лучше, разве что опять пыталась сломать мне позвоночник в своих объятиях. Но тихих слов: «Я люблю тебя» и прощального поцелуя оказалось достаточно, чтобы она перестала строить мне щенячьи глазки — только потыкалась в меня клювом.
Я и сам чувствовал себя… легче. Похоже, всё это время я неосознанно тяготился неясным будущим. Да и теперь наши планы выглядели шаткими и незаконченными — но всё-таки они имелись. Да, у Анона Муса появились настоящие планы на будущее.
Похоже, я и впрямь помер тогда на кладбище.
И когда я шёл к НезКару, то шагал уверенно, впервые с тех пор, как вернулся обратно.
Все, кого я знал, двигались вперёд по дорогам своих жизней. Теперь настал и мой черёд пойти по своей. Шаг за шагом.
Читать на Фикбуке
Nuclear-pony-Jackв блоге Непони-писатели10 августа 2024, 13:35
