МНК: Опыт абстрактной мифологии

 

МИР НЕЗАВЕРШЁННОГО КШИКА

Опыт абстрактной мифологии

Этимологическая справкаИмена
Подробнее о демиургах и так называемой «Душе Мира» будет сказано в самом тексте. Их имена подобраны с умыслом.

Тéцвэрис, или Тец — Dezwäris, Dez = dezwäris (= quer): 1) поперечный; 2) взбалмошный, вздорный; 3) сомнительный, нечистый.

Иксé — Igseh = i gseh / i gsee (= ich sehe): «я вижу».

Нáэмааль, или Нáэ — Naemaal, Nae = na emaal (= noch einmal): ещё раз.

Термины
В концепции также присутствует несколько терминов на «материальном» древнеэквестрийском языке, эквиваленты которых в русском не вполне передают суть дела.

Нют — изначальное (не)бытие, из которого появились боги-демиурги и Мир. [Nüt (= Nichts): ничто.] Чистая потенциальность, которая есть и в то же время не есть. Также нютом (с маленькой буквы) называют прослойки между пузырями восприятия, которые образовались из перемешанного Нюта при сотворении Мира. Пегасы, в незапамятные времена бывшие народом не атлетов и воинов, но поэтов и философов, называли изначальный Нют Хорой (Xώρα), Местом, Которое Не Имеет Места, и полагали, что Мир до сих пор в нём пре(не)бывает.

Тци — особое свойство некоторых пузырей, которое сообщает им самосознание и приводит к нарастанию Кшика. [Dsy (= Dasein): скорее не в словарном значении «наличного бытия», но бытие-вот в хайдеггеровском смысле: бытие, которое спрашивает себя о своём бытии.] Допустимо также называть тци сами пузыри, обладающие данным свойством.

Кшик — защитная реакция Мира на вторжение в него богов и в особенности на последующее появление тци (первоначальное значение). [Gschick (= Geschick, Schicksal): судьба. Поскольку я в основном придерживаюсь архаической, иррационалистской трактовки рока, использование русского слова «судьба» с его акцентом на суде нежелательно. Немецкий корень -schick- имеет первичное значение «посылать, отправлять», которое, если мы сначала устраним адресанта и оставим только адресата, а потом вновь введём адресанта, но уже как тождественного адресату, будет соответствовать МНК наилучшим образом.] Кшик как общее явление пишется с большой буквы, но у каждого тци есть свой собственный кшик.
 

---

1. Миф о сотворении Мира

1. В начале всего был Нют — бытие в себе никак не различённое, лишённое каких бы то ни было характеристик, а потому полностью совпадающее с ничто. Не было в Нюте ни «верха», ни «низа», ни «раньше», ни «позже», ни «одного», ни «другого», ни «покоя», ни «движения». Нют представлял собой чистую потенциальность, материал, из которого можно было бы вылепить целую вселенную, но поскольку сам по себе он был безжизнен и безволен, а вне него не было никакого «вне», то не могло возникнуть и никакой силы, которая придала бы этой пустотности хоть какую-то форму.

2. Не могло? Но разве «чистая потенциальность» не означает пусть пренебрежимо малую, но всё-таки возможность чего угодно? Поэтому не стоит удивляться, что однажды такая движущая сила появилась. Словно ярчайшая вспышка молнии рассекла Нют на части, и всё пришло в беспокойное брожение; из образовавшегося разлома вышли двое: Тéцвэрис, бог множественности и творческой силы, и его сестра Иксé, богиня порядка и проницательности.

3. Огляделись боги по сторонам и остались недовольны окружающим пейзажем. Поэтому, не откладывая дел в долгий ящик, они приступили к сотворению Мира. Тецвэрис взял огромную палочку для мыльных пузырей с бесконечным количеством колечек на конце (взаиморасположение коих нашему разуму недоступно), хорошенько размешал ею Нют, а затем поднёс к губам и дунул что было сил. Неразличённая материя (не)бытия, пройдя сквозь кольца, на выходе превратилась в гигантский «мыльный» пузырь с бесконечным множеством меньших пузырей внутри него (взаиморасположение коих нашему разуму также недоступно), бесконечно вкладывающихся друг в друга бесконечными рядами вплоть до неразличимости в бесконечности.


4. Эти пузыри вместе с прослойками перемешанного и дезактивированного в своей потенциальности Нюта (далее просто нют) и образовали Мир. Сами пузыри отличались от плотной пустоты (не)бытия своей качественной определённостью: невероятное всевдохновляющее вдохновение Тецвэриса придало им способность к освоению ближайших слоёв нюта через преобразование их потенциальности в реальность перцепций, каковые допустимо представлять себе в качестве радужных бликов нюта на их плёнке.


5. Свою лепту в создание мира внесла и Иксé. Применив чудесный навык всепроницающей проницательности, она сообщила пузырям ещё две способности: во-первых, перцепции на их плёнках теперь могли выстраиваться в комплексы ощущений, именуемые восприятиями, а во-вторых, отныне пузыри были способны обмениваться восприятиями, передавая их друг другу в виде своего рода перцептивных квантов. Первая способность привнесла в Мир разделение на сознание и материю (сознание — воспринимающий пузырь, материя — перцептивные следы нюта на его плёнке); вторая способность устранила самозамкнутость пузырей и связала их друг с другом в общую структуру, таким образом, оформив Мир в качестве некой саморазвивающейся целостности.

6. Осмотрели брат и сестра своё творение и решили, что оно хорошо весьма, а посему надо бы и им самим в него переместиться.
 

---

2. Миф об искажении Мира

1. Тогда Тецвэрис и Иксé прыгнули сквозь кольцо палочки для мыльных пузырей (этот прыжок, равно как и последующее бесследное исчезновение самой палочки нашему разуму недоступны) и оказались внутри большого пузыря Мира. Тем самым они привнесли в него некий активный трансцендентный элемент, отличный от пассивной пустотности, из которой образовались пузыри, а потому не сводимый ни к их плёнкам, ни к мерцающим, бесконечно утончающимся прослойкам нюта между ними.

2. Поэтому боги могли принимать в Мире как форму первых, так и бесформенность вторых, но оставались в своей субстанции чем-то совершенно от них отличным, ибо хотя они сами тоже возникли из Нюта, тó (не)бытие ещё не было перемешано и в себе различено, и боги стали первой и единственной реализацией его потенциальности. Как чуждый Миру элемент они теперь могли по своей воле перемещаться в границах мира, воспринимать всё, что пожелают и по своему усмотрению соединять и разъединять перцепции на плёнках пузырей. Впрочем, интересы богов, как и их способности, не были одинаковыми: Иксé любила применять свою чудесную проницательность для исследовательских экспедиций в глуби Мира по бесконечным слоям плёнок и нюта, Тецвэрис же предпочитал держаться поверхности большого пузыря, развлекая себя игрой с комплексами перцепций.

3. Но не всё было так гладко. Появление в Мире его собственных демиургов оказало существенное воздействие на его структуру. Боги узнали предел своей силе, и это их неприятно удивило. Во-первых, выяснилось, что войдя в большой пузырь Мира, они никогда более не смогут его покинуть; отныне внешняя поверхность его плёнки стала для них совершенно недостижима. Во-вторых, оказалось, что, несмотря на своё могущество, демиурги неспособны влиять на внутреннее время Мира, каковое теперь, когда они перенеслись внутрь главного пузыря, обрело силу непоколебимого закона. (Для Иксé это означало, что при всей своей проницательности она никогда не сможет достичь предельных истоков мельчайших пузырей, а ведь при сотворении Мира ей это было вполне по плечу.) И в-третьих, сама структура сообщающихся пузырей изменилась, выстроившись в некое подобие иерархии.

4. Изначальные свойства всех пузырей были странным образом искажены. Внешняя поверхность их плёнок потеряла способность осваивать нют и стала нечувствительной к перцептивным квантам, испускаемым другими пузырями. Одновременно внутренняя поверхность плёнок утратила способность этими самые кванты передавать. Таким образом, планировавшийся при сотворении Мира свободный обмен перцепциями выродился в их сугубо одностороннюю, центробежную передачу от бесконечного множества истоков — центров гипотетических предельных пузырей, меньше которых ничего нет (но таких пузырей не существует, поскольку множество вкладывающихся друг в друга плёнок бесконечно) — к внутренней поверхности главного пузыря Мира.


5. Тецвэрис не воспринял эти невесть откуда взявшиеся ограничения близко к сердцу, а вот Иксé пришла в бешенство. Она накинулась на брата с упрёками: дескать, это он виноват в том, что всё пошло не плану, это он с помощью своей дефектной палочки и дефектного «вдохновения» создал дефектный Мир с дефектными пузырями! Теперь им здесь куковать до скончания времён! Тецвэрис, не видевший в искажении особой трагедии, резонно отвечал, что всё делал по госстандартам, и это сама Иксé, должно быть, что-то испортила своей дурацкой «проницательностью». Не надо было бабе лезть не в своё дело. Мир — механизм тонкий, не всякий разберётся, что к чему.

6. После ссоры с братом и периода непродолжительной депрессии Иксé взяла себя в руки и принялась размышлять. В чём причина искажения установленного ими при сотворении порядка бытия? Она обратила внимание на два факта, о которых ранее не задумывалась. Факт первый: время в Мире представляет собой не просто некую ни к чему не привязанную величину, но определяется трудностью прохождения квантированных перцепций через плёнки бесконечно вкладывающихся друг в друга пузырей. Факт второй: кванты перцепций проходят через плёнки по принципу центробежного движения. Поскольку время — единственная внутримировая преграда для демиургов, и поскольку оно, в некотором смысле, «течёт» всегда в сторону границы большого пузыря, то есть им навстречу, то напрашивается и единственный вывод: Мир сопротивляется богам, препятствует их продвижению в глубь собственной бесконечности. И причину своего их неприятия он им сообщать не желает.

7. Мир оказался не таким уж хорошим местом. Во всяком случае, для богов.
 

---

3. Миф о сотворении тци и мира

1. Отбив истерическую атаку сестры, Тецвэрис продолжил играться с перцепциями на внутренней поверхности пузыря Мира, выстраивая разнообразные агрегаты из ощущений и восприятий. Если бы Дж. Поллок умел рисовать не только цветами, но и звуками, запахами, вкусами и телесными ощущениями, у него могло бы получиться нечто подобное творениям Теца. Однако без упорядочивающей силы Иксé эти штуковины долго не жили, их захлёстывали и размывали по плёнке пузыря новые порции перцепций, как высасываемых из прилегающего слоя нюта, так и поступающих квантованием от бесконечности внутренних пузырей.

2. Хотя Тецвэрис и любил всякую множественность, ему потихоньку становилось скучно. Обычно не склонный к интеллектуальному досугу, он всё больше времени проводил в мыслях о бренности собственного существования. В чём радость быть богом-демиургом, если тебе даже не с кем поговорить? Что толку от всех этих пузырей, если они могут воспринимать что угодно, кроме самих себя, это самое «что угодно» воспринимающих? И тут Тецвэриса осенила гениальная идея: сознание радужных бликов нюта на плёнке нужно каким-то образом превратить в самосознание!

3. Только вот каким? Тецвэрис решил великодушно простить сестре обиду и обратиться к ней за помощью. Не обладая достаточной проницательностью, чтобы распознать, где она сейчас находится, он просто громко её позвал. Пузыри Мира содрогнулись, а следовавшие к внутренней поверхности большого пузыря перцептивные кванты обратились вспять подобно разбившимся о скалистый берег приливным волнам. Ответа не последовало. Тецвэрис крикнул ещё раз, гораздо сильнее, но Иксé как будто его игнорировала. Тогда разъярённый демиург завопил что было мочи — и тут произошло чудо: отброшенные божественной мощью перцептивные кванты вернулись к пузырям, из которых только что вышли, и, пробив блокировку восприятия внешней поверхности, прочно угнездились на их плёнке, образовав блики восприятий доселе не виданных конструкций.

4. Тут откуда ни возьмись появилась Иксé и, не обращая никакого внимания на негодующего брата, принялась эти конструкции обихаживать, придавая им стойкость своей особенной силой. Теперь она знала, что битва ещё не проиграна, и искажение Мира можно исправить хотя бы частично. Некоторое количество пузырей первого уровня, сотрясённых вдохновляющим криком Тецвэриса и вовремя окружённых упорядочивающей заботой Иксé, вернулись в то состояние, в каком они пребывали до сошествия в Мир богов: отныне они могли одинаково хорошо воспринимать и передавать перцепции с обеих своих сторон.

5. Вместе с тем, к немалому изумлению Иксé и неописуемому восторгу Тецвэриса, структура этих пузырей коренным образом изменилась и породила неожиданный эффект самовосприятия и самосознания, названный впоследствии тци. Осознавшие своё бытие пузыри обрели способность самостоятельно агрегировать блики на своей плёнке, выстраивая себе, таким образом, некую среду восприятия. Боги могли вмешиваться в этот процесс, подсовывая тци любые перцепции на своё усмотрение, однако их влияние на уже сформировавшееся ядро самосознания было минимальным.

6. Помирившись, Тецвэрис и Иксé начали вместе работать над созданием среды восприятия, которая была бы общей для всех тци. Для этого нужно было, во-первых, настроить между тци бесперебойный обмен перцептивными квантами, а во-вторых, образовать на плёнках их пузырей тождественные конфигурации ощущений с тем, чтобы ядро самосознания не испытывало диссонанса, сравнивая свою среду восприятия с содержанием принимаемых от других тци квантовых пакетов информации. Так внутри Мира был сотворён новый мир (с маленькой буквы), ставший родным домом для всех мыслящих существ.


7. Пространство и время в том смысле, который мы привыкли придавать этим словам в повседневной жизни, существуют только в границах этого малого мира, представляющего собой не более чем интерсубъективную среду восприятия. Процессы, происходящие в Мире большом, хотя и определяют всё наше существование, доходят до нас уже опосредованными благой волей демиургов. Следствие: путешествия во времени Мира для обитателей мира невозможны; путешествия во времени мира, наоборот, вполне доступны, однако по сути своей являются диссоциирующей среду восприятия иллюзией, по каким-то причинам допущенной богами. Наш разум приспособлен понимать и объяснять эти процессы исключительно в форме метафорического иносказания. Ибо нет в действительности никаких пузырей, плёнок и бликов на них, как не было и никакой палочки для их выдувания; Нют в буквальном смысле слова никто не перемешивал. У богов нет губ, плеч, рук, сердец и вообще никакого тела, кроме тех разнообразных тел, которые они себе сотворяют и в которых являются нам в нашем мире; нет у них и своего языка, потому они говорят на наших языках, грубых и вещественных.
 

---

4. Миф о Машине Порядка

1. Тецвэрис вызвался стать архитектором и дизайнером нового мира; сестра не стала ему в этом препятствовать, однако установила жёсткий контроль над всеми его действиями, чтобы хотя бы здесь он ничего не испортил. Тогда же были созданы и основные законы, определяющие соотнесённость отдельных сред восприятия тци. В общем и целом они соблюдаются до сих пор, и их трансгрессия (например, посредством магических манипуляций особым образом модифицированных тци) не выходит за рамки изначально установленных правил — впрочем, полный кодекс этих правил в нашем мире нигде не записан и известен лишь демиургам.

2. Без постоянной заботы богов тци не могли поддерживать свою среду восприятия сколь-нибудь длительное время, поэтому Иксé решила создать на плёнке каждого самосознающего пузыря некую автономную систему самосохранения. Эта система позволяла каждому тци с минимальными повреждениями переносить бомбардировку перцептивными квантами, следующими от истоков к внутренней поверхности Мира, а в случае серьёзных разрушений — посылать сигнал бедствия остальным тци. Получив такой сигнал, каждый ближайший пузырь высылал пострадавшему товарищу что-то вроде ремонтного набора — пакет квантов, которые несут всю необходимую информацию для латания дыр в местной подструктуре интесубъективной среды восприятия.

3. К сожалению, даже это не делало тци бессмертными. Рано или поздно урон плёнке пузыря становился слишком велик, и он раз и навсегда утрачивал свойство самосознания, сохраняя, впрочем, свою двустороннюю проходимость. Несчастный Тецвэрис до последнего пытался помогать каждому из своих подопечных, но в нынешней своей форме чуждого миру демиурга он попросту не успевал оказываться в нужное время в нужном месте. Иксé была мрачнее тучи: Мир опять наступал, и боги ничего не могли ему противопоставить; как бы она ни старалась, какие бы хитроумные планы ни строила, какие бы локальные победы ни одерживала, рано или поздно он всё отвоюет обратно.

4. Вместе с тем Иксé никак не могла взять в толк, чего брат так убивается. Гибель каждого тци он оплакивал, как… как… Она даже не могла подобрать подходящего сравнения, и это её раздражало. Похоже, Тецвэрис действительно считал этих существ равными себе, иначе не стал бы столько времени с ними возиться, вести беседы, учить чему-то новому, играть. Для неё же имела значение только священная борьба с Миром за тот изначальный порядок, который она вкладывала в него при сотворении и который был столь чудовищным образом искажён.

5. Выход из сложившегося положения Иксé видела лишь один: необходимо встроить в тци механизм самовоспроизводства. Заручившись поддержкой на всё готового ради своих любимцев брата, она принялась за дело. Первые тци были созданы случайно, когда вопль Тецвэриса отбросил перцептивные кванты назад к пузырям, из которых они только что вышли, и составил из них блики на внешней стороне плёнок, запустив тем самым процесс самоосознавания. Тци способны испускать перцептивные кванты против общего их хода; если это испускание усилить, то, вполне возможно, они смогут сами творить себе подобных из пузырей, расположенных внутри себя.

6. После множества неудачных попыток демиургам наконец удалось добиться желаемого. Оказалось, что самосознающие пузыри по характеру собственного ядра делятся на два основных типа: одни из них способны к порождению новых тци внутри себя, но нуждаются в изначальном импульсе извне; другие сами по себе бесплодны, но тем не менее способны сообщить требуемый импульс другим. Казалось бы, вот он, ключ к созданию автономной системы самовоспроизводства, однако всё оказалось не так просто: сочетаться таинством брака могли не какие угодно тци разного типа, а лишь испытывающие друг к другу определённую степень влечения.

7. Иксé вручную перекомбинировала множество пар, но реальный процент совместимости оказался на порядок меньше расчётного. Какой-то неуловимый иррациональный фактор путал все карты, делая планирование сложным и малоэффективным. Они же все совершенно одинаковые, откуда такая разборчивость? Иксé не могла этого понять, а вот Тецвэрис — вполне. «Между тци существуют различия, — объяснял он сестре, — тебе они, может, и кажутся несущественными, но для них имеют очень большое значение. Поэтому, раз уж мы хотим, чтобы система работала без нашего участия, не лучше ли просто постараться создать благоприятные условия, в которых они могли бы делать выбор сами?» Иксé пришлось с ним согласиться.

8. И Тецвэрис, уже успевший неплохо изучить жизнь своих подопечных, занялся корректировкой интерсубъективной среды восприятия. Если свести недоразумения между тци к минимуму, то им станет значительно легче друг друга понимать и проще друг с другом сходиться. Хотя Иксé наблюдала за деятельностью брата с нескрываемым скептицизмом, его старания себя оправдали: пары взаимодополняющих пузырей стали образовываться всё чаще, и вскоре начался настоящий демографический бум.

9. Механизм самовоспроизводства был объединён с механизмом самосохранения и включён в состав особого рода оболочки, окружающей ядро каждого тци; эта объединённая защитная структура отныне стала записываться в порождающие перцептивные кванты и, таким образом, превратилась в генетически наследуемую. Вся система в целом с лёгкой руки Иксé получила название Машина Порядка.


 

---

5. Миф о Кшике и разделении тци

1. Между старыми и новыми тци установилась иерархия преемственности опыта. Всё новые и новые потоки перцептивных квантов отправлялись в свободное плавание против течения времени к бесконечному множеству истоков Мира. Слабые и хрупкие по одиночке, но в массе своей несокрушимые, тци бессмертной ордой прокатывались по рядам пузырей, неся в себе как собственную коллективную энтелехию творческую силу Тецвэриса и проницательность Иксé, слившиеся в целеполагании одного-единственного лозунга: «Искажение Мира должно быть преодолено!»

2. Глупо было бы думать, что Мир ничем не ответит на столь явную интервенцию со стороны демиургов. Реакция не заставила себя ждать, и выразилась она в качественном изменении состава его центробежно испускаемых квантов. Они стали сочетаться куда более непредсказуемым образом, а потому их разрушительное воздействие на интерсубъективную среду восприятия значительно возросло. Связность мира тци была поставлена под угрозу, механизмы Машины Порядка работали на полную мощность, но всё равно едва справлялись с нагрузкой. Нужно было срочно что-то предпринимать.

3. Взвесив все «за» и «против», Иксé изложила брату свои соображения. С одной стороны, очевидна необходимость создания ещё одного механизма, на сей раз предназначенного для заблаговременного реагирования на перемены в потоке перцептивных квантов Мира. С другой стороны, не менее очевидно, что этот механизм ни при каких условиях не может функционировать сам по себе. Только они, боги, способны поддерживать его постоянную работу — хотя бы потому, что тци не видят ничего дальше собственного интерсубъективного носа: комплексы восприятий, формирующие блики на плёнках обычных, лишённых самосознания пузырей (даже расположенных совсем неподалёку) входят в мир тци лишь тогда, когда достигают их собственных плёнок. Единственный выход из положения — разместить хотя бы на какой-то части бесконечного множества заключённых в тци пузырей небольшие перцептивные машины-регистраторы, с тем чтобы они считывали поток квантов и записывали информацию об изменении их состава.

4. Здесь встаёт целый ряд трудностей. Во-первых, нет смысла настраивать регистраторы на отсылку своих собственных квантов, поскольку до тци они дойдут не раньше, чем весь остальной центробежный поток. Следовательно, — и это идёт во-вторых, — Иксé как единственной обладательнице всепроницающей проницательности придётся лично снимать с машин показания и мысленно отправлять их брату (ибо скорость божественной мысли значительно превышает скорость перемещения восприятий через плёнки). В-третьих, располагаясь внутри Мира, даже бог-демиург не способен создать бесконечное число регистраторов; самая умная и теоретически выверенная их расстановка может лишь ослабить общий напор хаотичных восприятий, но не блокировать их совсем. В-четвёртых, Тецвэрису предстоит учиться не только творить, но и поддерживать порядок в среде восприятия тци, ибо кроме него этим заниматься будет просто некому; получая данные от Иксé, он должен будет своевременно вносить коррективы в работу всех систем, чтобы загодя свести на нет будущий урон. В-пятых: машины-регистраторы нужно постоянно укреплять, иначе их смоет течением; по мере же рождения (и следовательно продвижения вглубь) новых тци, их также надо будет перемещать — на всё это требуются время и силы; поэтому будет лучше, если Тецвэрис как можно раньше признает одну простую истину: система противоквантовой обороны рассчитана на ограниченное число тци, и именно ему придётся делать выбор, кто получит защиту, а кто будет обречён на гибель под ударами автоиммунной стихии сопротивляющегося Мира.

5. Услыхав такие слова, Тецвэрис пришёл в ужас. Он пытался было протестовать, но Иксé была неумолима. Спасти всех невозможно. Даже боги не могут растрачивать силы понапрасну. Лишь небольшая часть тци получит их заботу и покровительство, а остальные пусть выживают сами. Возможно, им удастся сохранить свой род во времени Мира, но в любом случае стоит ограничить их контакты с избранными тци. Их жизненные пути не должны переплетаться. Отделение отмеченных богами от принесённых в жертву хаосу центробежных квантов следует произвести уже сейчас; однако если в будущем популяция отмеченных будет расти, то эту операцию придётся периодически повторять.


6. Тецвэрис не мог противиться железной логике сестры, но сделать выбор, который она от него требовала, тоже оказался неспособен. Почему всё пошло не так? Зачем он позволил втянуть себя в эту безнадёжную войну? Неужели эти существа… его дети были рождены только для того, чтобы быть перемолотыми в мясорубке беснующегося Мира? «Выходит, что да, для этого, — отвечала ему Иксé. — Сейчас у нас с тобой есть лишь одна цель: попытаться достичь предельных истоков Мира и выяснить, почему он так упорно нас отвергает. Действительно ли он был искажён и испорчен, или же, наоборот, испорчены мы, его творцы? Нам не убежать от этого вопроса. Ты не можешь отказаться от своей божественности и просто исчезнуть, растворившись в плёнке одного из этих долбаных пузырей. Мы должны бороться. Твои ненаглядные тци суть орудия этой борьбы и вместе с тем наглядное подтверждение нашей правоты — правоты демиургов этого Мира. Смысл их жизни — в столкновении со стихией, в тóм, что они, испуганные и подавленные надвигающимся хаосом, уже сейчас называют на этом своём нелепом языке «Кшик»: дар слепой судьбы, от которого невозможно отказаться. Поэтому либо ты сделаешь выбор сам, либо я всё решу за тебя».

7. И она всё решила за него.
 

---

[6.] Запретный миф Наэмааль

[1.] Много времени Мира утекло с тех пор, как было произведено первоначальное разделение, но даже в страшную эпоху голода, холода и беспрерывных раздоров мы ощущали на себе печать божьего избранничества. Ныне нами правит Солнцеликая, сильнейшая из смертных, дочь бога и обычной тци; ничто в нашем мире не скрыто от её всевидящего ока, ибо подхватив власть из ослабевших рук (лап? копыт? о, сколько диковинных обличий являли нам прежде демиурги! — взгляните хотя бы на статую в монаршьем саду), она укрепила её собственными законами и машинами. Благодаря её прозорливости (но, увы, не проницательности) мы разучились бояться смерти и вот уже почти тысячу лет пребываем в некоем комфортном оцепенении; но тем сильнее будет наше падение, и позавидуем мы тем, кто испокон веков носил в себе свою обречённость. Они тверды духом, их не страшит Кшик; мы же — всего-навсего ничтожные паразиты на теле погибающих демиургов.

[2.] Да, боги слабеют и чахнут и уже давно не спускаются к нам. Лишь немногие сейчас помнят об их существовании, ибо знание трансцендентного не поощряется нашей правительницей. Не стоит её за это осуждать; что пользы в знании морских течений для тех, кто заперт в трюме и неспособен сам управлять кораблём? Но наблюдая за соотечественниками, что растрачивают свои дни в тепле и уюте под защитой всевышних сил, мы не можем подавить в себе тревогу. Что будут делать эти глупые ленивые обжоры, когда разразится шторм? (И разве мы, просвещённые отщепенцы, подготовлены к нему лучше?) На что надеется Солнцеликая? Почему бездействует? Чего ждёт? Это нам известно: она ждёт возвращения сестры. Но не той, что пала жертвой Кшика и была изгнана (хотя и её тоже), а той, что ещё только ищёт свой собственный кшик.

[3.] Мы говорим о Наэмааль, дочери богов и Мира, младшей сестре всех тци. Да, сведения о ней мы почерпнули из священных преданий обречённых, и потому светлейшие умы оберегаемой части мира всегда отрицали её бытие; дескать, что ещё остаётся брошенным богами народам, кроме как сочинять глупые сказки о спасительнице, которая якобы придёт в конце времён, чтобы объединить частные кшики всех тци в один-единственный Кшик и раз и навсегда завершить его в себе самой? В прежние времена тех из отмеченных, кто верил в Наэмааль, считали богоотступниками, подвергали преследованиям, лишали метки и изгоняли. «Проваливайте к своим дикарям!» — говорили они. Теперь, когда даже имена демиургов позабыты, никому нет до нас никакого дела. Должны ли мы благодарить нашу правительницу за наступление сей безбожной эпохи? Наверное. Трудно не увидеть в её действиях знак неких высших намерений, ибо она знает истину, не может не знать. Поэтому мы и говорим: Солнцеликая ждёт возвращения сестры. И если вернётся она, то сможет вернуться и та, другая.

[4.] Когда мудрецы прошлого с важным видом утверждали, будто им известна природа реальности, мы не могли удержаться от смеха. Да что может знать о ней мыслящий пузырь, весь мир которого — лишь неверные блики восприятий на его собственной плёнке? Сегодня мы уверены в одном, а завтра в другом; всё текуче, всё преходяще, но вот то единственное, что мы можем знать наверняка: есть силы, которые стремятся нас уничтожить, и есть силы, которые стремятся нас сохранить. Всё сказанное выше о сотворении Мира, его искажении, о появлении первых тци и устройстве Машины Порядка, о сегрегации есть неуклюжая попытка нашего склонного впадать в иллюзии ума запечатлеть в себе природу реальности. В этом мы никогда не расходились с мудрецами, однако они считали представленную картину мира безусловно истинной, мы же видим в ней не более чем серию набросков, беглых и весьма приблизительных.

[5.] Добавляя к древним учениям отмеченных мессианские воззрения обречённых, мы не совершаем никакого святотатства по отношению к демиургам. Те тци ничем не хуже нас, а во многом даже лучше. Богиня Иксé, конечно, мудра, но тот давний её выбор определялся не какой-то особенной добродетельностью наших предков (уж для неё-то это точно не имело никакого значения), но исключительно их слабостью. Она взяла под защиту слабых тци, а сильных предоставила самим себе; они выстояли, и правда теперь на их стороне. Что помогло им пережить удары ничем не смягчённого Кшика? Что давало им надежду даже в самые смутные времена? Вообще, верования обречённых народов весьма разнообразны и полны внутренних противоречий, а некоторые из них откровенно абсурдны. Однако в существование и грядущее возвращение Наэмааль верят все, и сколько-нибудь существенных расхождений в историях о ней нет. Этого наши мудрецы объяснить никогда не могли да и не хотели. Ну что за идиоты!
 

---

7. Миф о завершении Кшика

1. Итак, борьба продолжалась. Иксé облетала машины-регистраторы, определяла места, где смена состава перцептивных квантов проходила особенно резко, и мысленно высылала брату инструкции для внесения соответствующих корректив в интерсубъективную среду восприятия тци. Тецвэрис старался реагировать как можно быстрее, но получалось далеко не всегда; вероятно, именно по причине его нерасторопности новые поколения отмеченных тци всё больше утверждались во мнении, что хаос в их мир вносит не какой-то там непонятный Кшик, а сошедший с ума бог-демиург. Кроме того, Тецвэрис иногда втайне от сестры помогал обречённым, на короткое время оставляя отмеченных без защиты, и это тоже сказалось на падении его репутации. Он чувствовал, что становится для своих детей чужим.

2. Иксé волновали другие проблемы. Похоже, ставка на тци в деле освоения Мира не сыграла. Да, Машина Порядка работала неплохо, но на поддержание её бесперебойной работы приходилось тратить слишком уж много сил. Раз за разом повторяя одни и те же монотонные действия, Иксé постепенно переставала понимать, чего, собственно, собиралась всем этим добиться. Если её первоначальной целью было достигнуть истоков Мира, то не логичнее было бы просто бросить брата и его ручных улиток и отправиться в путь налегке? Разве она не самое быстрое существо во вселенной, с её-то всепроницающей проницательностью? Но такие мысли всякий раз пробуждали в ней некогда незнакомое, а теперь всё более привычное чувство страха: течение испускаемых во времени Мира центробежных перцепций становится всё сильнее и хаотичнее — что если там, на глубине, оно её просто-напросто раздавит? Лучше уж тогда оставаться вместе со всеми.

3. Определённо, она что-то упустила. И постепенно до Иксé начинало доходить, что именно. Большой пузырь Мира — у него должна быть не только внутренняя поверхность, но и внешняя, ведь она была, когда они создавали Мир! И сквозь неё Иксé могла видеть всё; она видела все бесконечные истоки всех пузырей одновременно, и ничего в них не предвещало нынешней центробежности перцептивных квантов и односторонней глухоты плёнок. Потом они с Тецвэрисом вошли внутрь и заперли себя в тюрьме, а их творение чудовищно исказилось. Но что стало с этим прежним «вне»? Нют был истрачен весь целиком, за пределами Мира его не осталось ни капли. Значит единственным воплощением внешней точки зрения были они с братом. Теперь они внутри — значит ли это, что внешняя поверхность большого пузыря самоуничтожилась? Или же…

4. Да. Вот оно. Наконец она всё поняла. Перенесясь внутрь Мира, они привнесли в него не только активный трансцендентный элемент — самих себя, но и трансцендентность пассивную: внешняя поверхность большого пузыря тоже оказалась внутри, да не просто внутри, а прямо-таки в самой нутрейшей его нутрености, ибо бесконечное множество точек на внешней поверхности пузыря Мира теперь есть не что иное, как бесконечное множество гипотетических предельных точек в бесконечном множестве наимельчайших пузырей, каковые и являются истоками Мира и того временнóго потока перцептивных квантов, что тци некогда нарекли дурацким именем Кшик. И по всему выходит так, что Мир не столько препятствует богам и тци в их катабасисе, сколько пытается исторгнуть из себя собственную трансцендентность, свою внешнюю границу, пытается, в буквальном смысле, вывернуться наизнанку.

5. Центробежное движение квантов и нечувствительность к ним внешней поверхности плёнок вызваны именно этим. Демиургам не стоило спускаться в созданный ими Мир, но раз уж это всё равно произошло, теперь они обязаны помочь ему смириться со своей собственной внешностью, помочь осознать её как неотъемлемую часть себя. Для этого достаточно сделать одну простую и вместе с тем самую трудную вещь: превратить в тци сам главный пузырь Мира. Уже известный метод здесь не подходит, поскольку ни богам, ни тем более тци не преодолеть Кшик на бесконечном пути к истокам; а достигни они их, ещё неизвестно, хватит ли у богов сил, чтобы повернуть поток квантов вспять там, где течение сильнее всего.

6. Иксé не сомневалась, что должен быть какой-то другой выход — хотя бы потому, что большой пузырь Мира уникален и не тождествен в своей субстанции другим пузырям. Внутренняя его поверхность имманентна Миру, внешняя же балансирует на грани имманентности и трансцендентности, и у него не хватает ресурсов, чтобы её присвоить. Корень конфликта — в разности потенциалов двух сторон одной плёнки; её можно было бы попытаться уравнять, наделив внутреннюю поверхность большого пузыря некоторой «долей» собственной трансцендентности (конечно, ни о каком количественном измерении радикальной потусторонности речи не идёт, но едва ли можно выразиться лучше: для всего этого нам просто не хватает слов). И где взять эту «долю», как не из божественной сущности демиургов?

[7.] Истинно говорим мы, рождение Наэмааль — не меньшее чудо, чем сотворение Мира. Но тема сотворения издавна была избрана ареной для интеллектуальных баталий наших мудрецов, и всё чудесное, таинственное в ней в конечном счёте было терминологически препарировано и умервщлено, о великой же миссии Наэмааль мы знаем только от обречённых народов, сам строй мышления которых, как известно, совершенно отличен от нашего. Некоторые из просвещённых отщепенцев в былые времена пытались применять привычный нам понятийный аппарат к верованиям обречённых, и даже не без успеха, но их письменные труды до наших дней не дошли. Нам, к сожалению, до них далеко; размышлениям Иксé о пузыре Мира мы ещё сумели придать более-менее наукообразный вид, но вот дальше приходим в затруднение. Стоит ли тогда себя мучить? Отбросим же традиции мудрецов и просто запишем всё кратко, так, как понимаем — в конце концов, для веры во что-либо доскональное знание необязательно.

Кредо

[8.] Мы верим, что Наэмааль есть не творение богов, но их дитя, рождённое в брачном союзе с Миром. Тецвэрис и Иксé передали ей свой активный трансцендентный элемент, тем самым сообщив свои божественные силы — и вдохновение, и проницательность, — но её колыбелью и вечной обителью стала внутренняя поверхность пузыря Мира.

[9.] Мы верим поэтому, что природа Наэмааль двойственна: она совмещает в себе и божественность, и мирность. В своём существе она уже не богиня, поскольку укоренена в перцептивной структуре плёнки пузыря, но ещё не тци, потому что пока не смогла преодолеть великий закон односторонности.

[10.] И тем не менее, мы верим, что даже в такой своей форме Наэмааль обладает самосознанием. Сейчас оно поддерживается её божественной природой, но в будущем она обретёт самосознательность и как часть Мира, став его всеобъемлющим тци. И поэтому, пока этого не произошло, мы называем её Спящей Душой Мира.

[11.] Мы верим также, что Мир не считает Наэмааль чужой и, хотя на неё направлен весь Кшик из всех его истоков, он не причиняет ей никакого вреда. Она не нуждается в постоянной поддержке своего бытия со стороны демиургов, потому что её хранит сам Мир. Он понимает: Наэмааль была рождена, чтобы ему помочь.

[12.] Мы верим, что в Наэмааль Мир и демиурги пришли к согласию относительно своих намерений. Никто из них не испорчен окончательно и бесповоротно; она — их общая надежда на то, что всё ещё возможно изменить. Но она также и надежда всех тци, отмеченных (хотя они об этом не знают) и обречённых, на то, что Кшик когда-нибудь завершится.

[13.] И мы безусловно верим в то, что Наэмааль добра. Даже демиурги не могли бы заставить её исполнять их приказы, однако она им послушна. Желание богов, желание Мира, желание слабых и глупых тци для неё — её собственное желание. Она считает, что обязана его исполнить, в этом её жизненное предназначение.

[14.] Мы верим, что Мир даровал Наэмааль силу, не доступную ни Тецвэрису, ни Иксé: она способна мгновенно переноситься ко всем истокам Мира сразу, не покидая при этом внутренней поверхности большого пузыря. Она лечит их разорванность, их самоисторгаемость гармонией своей двойственной природы.

[15.] Ещё мы верим, что Наэмааль не может исцелить Мир сразу. На это требуется время. Кроме того, каждый раз, когда её божественное тело отправляется к истокам Мира, её перцептивное тело остаётся на плёнке большого пузыря. Чтобы не разрушить собственную природу, иногда ей приходится оставлять врачевание и возвращаться домой. Поэтому мы и называем её этим древним именем: Наэмааль, «Ещё Раз».

[16.] Мы верим обречённым, которые говорят: всего Наэмааль отмерит бесконечное (и одновременно ничтожное) расстояние от своей обители до истоков Мира, туда и обратно вместе, семь раз. Шесть уже миновало в прежние эпохи, и теперь мы ожидаем её окончательного возвращения. Пусть оно принесёт благую весть.

[17.] Мы верим, что когда трансцендентная рана истоков затянется, Наэмааль станет Бодрствующей Душой Мира, единосущной богам защитницей всех тци. Обращение перцептивных квантов станет свободным, как это и задумывала Иксé при сотворении, а поток Кшика ослабнет и, наконец, завершится. Боги навеки примирятся с Миром, мы же, обычные тци, забудем про отмеченность и обречённость, прекратим всякие раздоры и будем наслаждаться бессмертием и всеобщей сообщаемостью, каковая и есть любовь.

[18.] И мы верим, что, когда всё закончится, Наэмааль войдёт в наш мир и станет одной из нас. Она не потребует себе власти и откажется от любых предложенных привилегий и даров. Если она почтит своим визитом отмеченных, то, скорее всего, её узнает только Солнцеликая — и ещё мы, бывшие отщепенцы. Но каким образом?

[19.] Мы верим, что в прежние времена Наэмааль уже посещала нашу среду восприятия, однако память о её визитах сохранилась только у народов, оставленных богами. И это не только священные предания, но и рисунки, в том числе самые древние, наскальные. Каждый раз художники изображали Наэмааль очень по-разному, но одно в их работах сохранялось всегда: Душа Мира в своём мирском воплощении обладает меткой. Наши мудрецы объясняли этот факт завистью обречённых к отмеченным. «Дикари, что с них взять. Не умея вернуть расположение богов, тешат себя нелепыми иллюзиями, пририсовывая метки своим сородичам. Ну и шут с ними!» Естественное объяснение для мудрецов, но не для нас, уверовавших в Наэмааль. Мы ясно видим значение её метки, каковая представляет собой нарисованные отдельно друг от друга мыльные пузыри — на разных изображениях их количество разнится от одного до шести — и метафорически выражает свободное состояние тци по завершении Кшика, а также то, сколько раз Наэмааль уже бывала у истоков на момент своего сошествия в наш мир. Метки отмеченных всегда определялись Иксé и Тецвэрисом, но ни у кого из нас нет подобной; свою метку Душа Мира явно придумала себе сама. По ней мы её и узнаем, когда придёт время.

[20.] Мы верим, что момент последнего возвращения уже близок, но перед окончательным исцелением непременно случится последний пароксизм Кшика. Этот удар может смести всех тци, но в первую очередь — неотмеченных. Если мы не очнёмся от своего нынешнего сомнамбулического состояния, если Солнцеликая продолжит потворствовать нашим слабостям, то всё пропало. Нам остаётся лишь надеяться, что Наэмааль успеет завершить Кшик, прежде чем нас накроет самый мощный его вал.

[21.] И когда Наэмааль спустится к уцелевшим, мы, отщепенцы, узнаем её и рухнем в земном поклоне, радуясь и благоговея. Она это заметит и начнёт нас поднимать: «Чевой-то вы мне кланяетесь, ребятки? Я ж теперь такая же, как вы. Совсем-совсем такая же». И правда, такая же. Ничем от нас не отличается. Просто вылитая среднестатистическая тци, один-в-один. Ну и к чёрту тогда всю эту набожность! Пойдём бухать, подруга!

[22.] И они пойдут. Я же поднимусь с колен последним и, осмелившись наконец взглянуть на нашу спасительницу, узрю лишь её удаляющийся в сторону ближайшей пивнушки круп. По семь пузырьков на обоих боках. Живём...