Prompt #67 закрыт. 5 работ
+74
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт20 декабря 2016, 14:05
Тема прошедшего экспромтаТема: Время зарисовок!
Описание темы: Как часто это бывает — придумываешь ты историю, прорабатываешь персонажей и сюжет, берёшься писать… И не заканчиваешь. Не хватает времени, да и идея разонравилась. Сколько таких работ пылится «в столе» у каждого из нас? Не-ет, так дела не делаются.
Ваше сегодняшнее задание — написать зарисовку. Не рассказ, имеющий свою структуру и сюжет, не эссе — пространное рассуждение, а именно зарисовку — короткий, образный и яркий текстец, концентрированную идею, оформленую литературно.
Следующий экспромт начнётся в субботу, 24 декабря, в 10:00 по московскому времени.
Также у нас есть Discord-чат, за который стоит сказать спасибо замечательному listic 'у.
25 комментариев
— Добрый вечер, вы ведь мисс Хартстрингс? — капитан отказывался воспринимать атмосферу сегодняшнего города, и сохранял привычное добродушие.
— Да, а вы… вы не отсюда, да? — тяжко ответила единорожка.
— Нет, я прибыл из Кантерлота в связи с…
— Вот туда и возвращайтесь. Вам здесь нечего делать.
Громогласная дверь упёрлась ему в морду. Капитан вновь постучался.
— Вы слышали, что вам сказали, — он дёрнулся от невесть откуда взявшейся рядом земнопони. — Разве вы не должны уважать наши права?
— Ты видишь, кто я? — страх начал брать своё. — Как вы общаетесь с представителями власти?
— Власть? У нас нет власти. И вы здесь явно лишний. Уходите, пока не пожалели.
Земнопони ушла не оборачиваясь на сумбурные возгласы и крики капитана.
Завидев Шайнинга, пони начинали перешёптываться. Из их слов сочились чёрная, словно смоль, ненависть и презрение. А ведь казалось, Понивилль считается самым дружелюбным городом во всей Эквестрии. Где-то в небе ворон запел свою собственную песню, звучавшую на подобие пятой симфонии Бетхувена.
По прошествии некоторого времени Шайнинг дошёл до места, где, по его мнению, могли поведать ответы на те загадки, что поселились сегодня в этом тёмном городе. И боялся он только одного.
— Да?
— Твайлайт! Привет, можно зайти?
— Шайнинг? Как тебя занесло в Понивилль? У вас что-то случилось?
— Просто посмотри вокруг, — голос единорога начал срываться. — Что сегодня происходит с городом?
— Что? — единорожка выглянула. — Я не понимаю, что ты подразумеваешь под этими словами.
— Пони ведут себя странно! Отказываются со мной говорить, прогоняют, да и над самим городом витает что-то… нехорошее.
— Хах, — усмехнулась Твайлайт. — Если бы что-то здесь было не так, я бы заметила. Ты знаешь, у меня всегда было чутьё на различные неприятности.
— Твай… Ты на улицу выходила сегодня? Может, ты просто не заметила?
— Ну, я утром выходила в лавку. Признаться, продавец обслужил меня с большой неохотой. Слушай, если это всё, то я вернусь, ладно? Мне бы закончить, можешь зайти утром. А если тебя интересует, что происходит в городе, можешь подойти к “Сладкому яблоку”. Я слышала, Эпплджек собирает горожан на какое-то мероприятие. Сама хочу сходить, но меня заверили, что можно не торопиться.
— Хм… Как знаешь. Будь осторожна, Твай.
Идти туда ночью, особенно если там собираются горожане — дело рисковое. Кто знает, вдруг они настроены ещё враждебнее? Это дело похоже на клубок паутины: слипшийся, и начнёшь распутывать — сам окажешься в сетях. С другой стороны, разве капитан Кантерлотской стражи должен бояться толпы обычных провинциальных пони? Возможно.
В доме, где Шайнинг остановился, теплились свет и покой. Здесь чувство тревоги отступало, но тревожные мысли и страхи слишком навязчивы. Даже небольшой дом с парой светильников и почти без мебели способен вселить немного надежды.
— Никогда бы не подумал, что он мне понадобится.
За то на втором этаже располагался плотно обставленный кабинет, пригодный для работы. Маленький торшер отбрасывал большие тени на однотонные обои. Половицы под копытами поскрипывали. Ворон за окном продолжал петь свою мрачную песню.
Некоторое время прошло в размышлениях и заполнении отчётов. Как только последняя точка была поставлена, и документ отправился лично к Принцессе, что-то изменилось. Дрожь пробежалась по всему телу, а лунный свет начал отливать багровым. С улицы донеслись оживлённые крики, способные разбудить целый лес спящих зверей.
— Он там, да?
— Да, эт пройдоха чёт многовато тут шарит, — один из голосов отдавал деревенским акцентом. — Эти пустомели не понимают, когда их по-хорошему просишь. Так-что давайте, вламываемся и тащим на ферму. Будет брыкаться — бейте по морде.
Ударил гром. Входная дверь разлетелась в щепки.
В любом случае — спасибо за участие, успехов в творчестве!
Я даже писал «Понивилль под драконом» потом в поддержку автора. Эх. Где же моя молодость?
Ну а рассказ не особо впечатлил. Скажу честно, не очень интересно, что там дальше понивильцы сделают с бедным Шайнингом, мб потому что он мне никогда особо и не нравился ^^
К сожалению, далеко не все смогли оценить по достоинству преимущества разработанной мной системы. Сделав величайшее открытие нашего времени, я не получил причитающихся мне славы и денег. Теперь я отчаянно ищу способы извлечь выгоду из своего изобретения. Все что я умею, и умею делать хорошо — оценивать таланты и способности. Поэтому я решил собрать полезную статистику.
Как и следовало ожидать, я узнал очень много интересного. Знали ли вы, что камни, особенно вулканического происхождения, почти все имеют врожденный талант к пению? Но из-за недостатка практики они так и не развили свои природных дарования.
Данный факт подтолкнул меня к еще одному персонифицированному исследованию. Как известно, среднестатистическому, в меру тупому пони без выдающихся талантов требуется около 10000 часов практики на покорение вершин мастерства. Возникает закономерный вопрос, сколько же навыков освоили бессмертные существа с безграничным потенциалом, наподобие лучезарной правительницы нашей, Селестии?
А вот и список:
Физическая подготовка — высший балл. Благодаря каждодневной десятиминутной зарядке на протяжении трех тысяч лет, Селестия добилась феноменальных результатов. Она может бежать со скоростью 40 км\ч на протяжении десяти часов без передыху. Ударом копыта в челюсть она может оторвать вам голову. Она легко поднимает гирю весом в несколько тонн. А зубами способна перекусить лом.
Магическая подготовка — неоднородная. Благодаря каждодневным пятиминутным упражнениям в поднимании и опускании солнца, Селестия превзошла любое смертное существо в познании телекинеза. Но недостаток практики в других науках не позволил ей подняться над уровнем какого-нибудь одарённого единорога (навроде меня).
Кулинария — высший балл. Буйабес и кассуле. Тальиателле и кускус. Для нее это все не пустые слова. Но я был весьма удивлен такому обширным практическим познаниям в мясных блюдах.
Ничегонеделание — каждый день Селестия тратила на это действо минимум по 5 часов. И достигла невероятных результатов. Благодаря практике, она способна заниматься ничем вечность. Вечность! Для простого смертного это за пределами воображения.
Сон — обычно, устав от ничегонеделания, Селестия погружается в сон. За тысячи лет она научилась засыпать мгновенно и просыпаться без будильника в любое желаемое время (желаемое время — 9 часов с момента засыпания). А еще она летает во сне!
Одиночество — об одиночестве Селестия знает все. Каждый день упражняясь по чуть-чуть, она вырастила и укрепила в себе закоренелого социопата. Но истинного просветления ей довелось достичь во времена изгнания Луны.
Резьба бензопилой по дереву — я не совсем знаю, что такое бензопила, но это определенно инструмент какой-то древней забытой скульптурной техники. Я слышал, что одна из вырезанных Селестией скульптур ожила и чуть было не узурпировала трон, поэтому наша принцесса прозорливо решила запретить опасное искусство.
Список я продолжу дальше в выходящей в свет моей книге “Таланты и Способности”. Быть может, с выходом этой книги, получу заслуженные богатство и почет. Ибо я уже немолод, и смерть не так далека, как мне хотелось бы. И с годами все больше точат меня сомнения, правильно ли я распорядился отпущенным мне временем? У меня, между прочим, весьма недурной врожденный талант к рисованию и системному администрированию (ни в одной книге не нашел, что это такое). Эх, знать бы всё это лет на двадцать раньше.
От автора: давненько я не заглядывал на табун. К своим рассказам на экспромт я всегда относился как к зарисовкам. Поэтому вот вам зарисовка про обожаемую мной Селестию.
Переведя дыхание, Кингейз повернул и побрел по узкой полоске ровного каменного пола между кромкой воды и грудами обломков. Вскоре он остановился возле нескольких крупных камней. На взгляд постороннего они ничем не отличались от сотен других точно таких же. Но у Кингейза были свои приметы, он ловко вскарабкался по невысокой естественной насыпи из щебня и принялся ворочать и откидывать в стороны крупные валуны. Спустя несколько минут открылся проход в небольшую расселину.
Из вскрытого тайника Кингейз первым делом извлек пару факелов. Ловко орудуя огнивом он поджег их и закрепил в трещинах валунов: один у входа в потайную пещерку, другой ближе к воде. Дальше работать стало проще.
Следом была извлечена лодка. Кингейз оттащил её к самому обрезу воды так что корма уже оказалась на плаву, а нос оставался крепко зарытым в щебенку на берегу. Затем он принялся перегружать тяжелые мешки и коробки из тележки в лодку.
Внезапно оба факела и фонарь потухли, всё вокруг погрузилось в почти полную тьму. Почти, потому что в дальнем конце пещеры, как раз там, откуда пришёл Кингейз, замерцало зеленоватое облачко. Оно быстро разбухло и всё более приобретая материальную плотность поплыло в направлении Кингейза.
Бормоча про себя проклятия, он бросает тяжёлый мешок и кидается к тележке. Из тележки Кингейз достает шаманский посох и направляет его в сторону надвигающегося призрака.
Эфирное облачко заметно замедлилось и внутри уже было возможно разглядеть скелет высокой кобылы единорога. С каждым шагом жутковатая гостья обретала все больше материальности. В ней уже не осталось ничего напоминающего призрак, но и на ходячие костяки она не была похожа. Кингейз невольно любовался грациозной пружинящей походкой и игрой огоньков, которыми светились драгоценные камни королевских регалий, надетых на оживший скелет.
Облегченно вхдохнув, Кингейз отвел в сторону посох. Мертвая королева-единорог приблизилась к нему в плотную. Несколько секунд ничего не происходило. Наконец Кингейз поинтересовался:
– Умет же ваше мертвейшество эффектно появиться! Так чего надо-то?
В ответ узор на королевском ошейнике пришёл в движение, сложившись в надпись.
– Дык, я ж уже загрузился! Теперь, значит, что, мне вытаскивать всё обратно? – Запротестовал Кингейз.
Узор на ошейнике снова пришёл в движение и сложился в ту же самую надпись.
– Ну хорошо, а торговать-то я чем буду? Торговец без товара, знаете ли, будет ещё более подозрительным…
Мертвая пони притопнула передней ногой, и надпись на ошейника слабо замерцала.
– Ладно-ладно, – ответил Кингейз, – но как бы кости сами себя из земли не выкопают, значит нужно кого-то нанимать, да и городской страже придется платить…
Мертвая королева встала на дыбы, отчего Кингейз съёжился и прикрылся лапой. В момент, когда копыта должны были ударить по каменному полу, удара не последовало, зато раздался металлический звон, как будто кто-то уронил горсть монет.
В тот же миг вновь зажглись факелы, словно и не гасли. Кингейз огляделся, и удостоверился, что остался в пещере совсем один. В месте, куда должно было ударить мертвое копыто, поблескивали жёлтые камешки неправильной формы. Кингейз набрал их целую пригоршню и опытным взглядом изучил. Это оказались золотые самородки размером от горошины, до голубиного яйца.
Нервно оглядевшись, будто кто-то его мог увидеть, Кингейз спрятал находку в замшевый мешочек, что носил под рубахой на шее. Затем он принялся перегружать мешки из лодки обратно в тележку, ворча в полголоса:
– Кобылы и после смерти кобылы – то бери, то не бери, то можно, то нельзя…
Когда в лодке оставалось только пара мешков, Кингейз затолкал тележку в потайную нишу и завалил вход камнями. Затем он заменил светящийся магический кристалл в фонаре на обычную свечку и закрепил фонарь на шесту на носу лодки, потушил факелы и столкнул лодку в воду и оттолкнулся веслом от берега.
От автора: черт возьми, естественно нифига не доволен, написано чуть, конец скомкан, наверняка куча ошипок и очяпяток.
Ошибка твоя — в перегруженных, чрезмерно длинных предложениях. Там же везде действия — шёл, карабкался, достал, сложил, выложил обратно… А затянуто, как будто пейзаж. Если описываешь динамичную сцену — старайся дробить сложные предложения, их будет легче воспринимать. Чем выше скорость происходящего — тем короче предложения, тем меньше деталей. Сами герои не успеют воспринять их, а читатель-то чаще всего следует за восприятием героя. В остальном — с любопытством читал, и прочёл бы о подобном ещё немало страниц. Стоит ли ждать?
Вдохновения и успехов!
Возможно все. Особенно если учесть, что все действующие лица живут в той же вселенной тех же головопушек, что и остальные мои персонажи. ))
Меня заинтриговало, что за мертвая кобыла такая вся переменчивая и экспрессивная, и об чём там между ней и приключенцем торг произошел. А интрига, это, конечно, самое главное. Это значит, приключения героев небезразличны.
Почему от моря, где там на это хотя бы полнамека? Правда, интересно.
Еще водопад подходит, в принципе, но эта мысль мне только сейчас пришла в голову. Море все же как-то оно круче.
Я уж было подумал, что что-то не понимаю или напутал, залез в поисковик и что яндекс, что гугол дали мне именно те картинки, что я представлял в голове во время написания.
Всё началось этим утром. Я возвращался в казармы после боевого задания… да ладно, после обыкновенной самоволки. На плече висела сумка с бутылкой перебродившего нектара, что готовит симпатичная веснушачатая земнопонька в таверне за рекой. Я предвкушал, как вечером мы разыграем содержимое бутылки в карты, и как будем передавать её по кругу, давясь и кашляя от непривычного сладкого вкуса, как выиграю право не идти в наряд, и как утром мы будем стоять, шатаясь, на плацу, а сержант нас будет отчитывать, но негромко, вполголоса — он ведь тоже всё понимает.
В казарме были монстры. Большие, жуткие, нелепые. Голые безволосые жёлтые тела, словно покрытые воском, острые длинные уши с кисточками на концах, разноцветные хвосты. Но хуже всего был запах: будто бы кого-то вытошнило, удушающий, кислый, выворачивающий наизнанку смрад, но в то же время — пугающе привлекательный и порочный. Монстры смотрели на меня своими большими, глянцевыми красными глазами; по пять штук на каждого, два на голове и три спереди на груди, без зрачков или век — неотрывный, не моргающий, тяжёлый взгляд. На плече самого грузного из них была повязка — ту самая, которую носил сержант.
«Ты должен делится!“ — беззвучно кричали они мне вслед. Я нёсся так, как никогда не бегал, лез, как крыса, через какие-то щели, прятался — как можно глубже и дальше от этого кошмара. Кончик крыла, за который они меня схватили, стал жёлтым и полупрозрачным, как лист рисовой бумаги. Боюсь, боюсь до дрожи стать таким же.
Я — солдат. У меня есть долг перед другими. Я обязан предупредить, рассказать об угрозе. Что ещё может сделать рядовой? Генералы пришлют гвардию, организуют карантин, позаботятся о заражении. Они всех спасут, всех вылечат, всё будет как раньше. Через недельку мы просто посмеёмся над этой историей и дружно забудем. Всё будет хорошо, главное — успеть вовремя. Может, меня даже к награде представят. Буду щеголять с медалью на груди, а бармены будут бесплатно наливать. А я буду пить, стакан за стаканом, лишь бы ужраться и забыть то, что я сегодня видел.
Я бежал сквозь ночь. Моросил лёгкий дождь, небо было затянуто тучами — в такой темноте вряд ли меня кто-то увидит. Главное — успеть, добежать раньше заразы. А там королева, генералы обязательно что-нибудь придумают и всех-всех спасут. До улья осталось немного, ещё часа три…
Впрочем, сейчас доходно-расходная разница интересовала меньше всего. Принявшая заказ на лешего ведьмачка ушла на рассвете, да так пока и не вернулась. Взгляд Кипа невольно скользнул по истёртой лютневой деке. Инструмент охотницы на чудовищ был прислонен к облупленной стене. Если Скрим не вернется за ним – она не вернется вообще. Деньги можно заработать, склянки и реактивы – купить, но подарок тех, кто тебе дорог, всегда уникален. Даже, если ты магический мутант.
Снаружи послышался легкий скрип, и трактирщик в который раз подивился кошачьему шагу фестралов – когда шел он, шум стоял неимоверный.
— Работа выполнена, — устало поделилась вошедшая в комнату седоволосая единорожка-фестралка.
На стол перед с глухим стуком приземлилась котомка. Развязав узелки, Кип невольно поморщился – содержимое выглядело не слишком привлекательно. Отрезанное мохнатое ухо, не уступающее размерами медвежьему, ветвистый олений рог и желтый волчий клык.
— А я считал, что вы всегда приносите головы, — брезгливо откинул ухо Кип в бадью с помоями. Рог и зуб он оставил – можно переделать в амулеты.
— Стереотипы, — равнодушно пожала плечами ведьмачка, одним глотком опорожняя пинту первосортного пива. Утерев копытцем губы, она с благодарностью посмотрела на хозяина «Под крылом принцессы» — не каждый будет выставлять охотнику бесплатное пойло. Обычно они наоборот этим способом пытаются вернуть часть гонорара.
— Вроде того, что при вас молоко скисает?
— Не совсем, — уселась с другой стороны стола единорожка. – Просто отрезанная голова пока является самым точным доказательством «усекновением чудища злокозненного».
— Нет клыков – нет гонорара, — понимающе Кивнул, однако тут же нахмурился: что-то не сходилось.
— Сударыня охотница?
— Да, Кип?
— Где она? Где голова? Почему вы не принесли её? Возникли… проблемы?
— Как сказать, — задумчиво покрутила копытом фестралка. – Невозможность жить без головы является достаточной проблемой?
На несколько секунд комната погрузилась в тишину. Кобылка с легким интересом наблюдала, как на лице трактирщика сменяется целая гамма чувств: от ярости облапошеного клиента до непонимания и детской обиды.
Наконец, жеребец смог взять себя в ноги:
— Почему? – тихо спросил он, сверля невозмутимую кобылку взглядом. – Неделю назад погибло трое достойных пони. Вы сами осматривали их тела, и говорили, что вина лежит на местном лешем. И вы не убили его?
Кобылка криво улыбнулась.
— Слушайте мою клятву и будьте свидетелями моего обета, — грустно прошептала она строчки клятвы. — Ночь собирается, и начинается мой Путь. Он не окончится до самой моей смерти. Я не возьму себе ни мужа, ни земель, ни детей. Я не надену корону и не буду добиваться славы. Я буду жить и умру на своей Дороге. Я — меч во тьме; я — присягнувшая Луне; я — огонь, который разгоняет холод; я — лунный свет, который развеет мрак; я — рог, который разбудит спящих; я — щит, который охраняет царство пони. Я отдаю свою жизнь и честь принцессам среди этой ночи и всех, которые грядут после неё. Лишь только они освободят меня от моего Пути. Вслушайся в эти строчки, трактирщик. Моя задача – оградить мир пони от мира нечисти. Любой ценой. Но это не значит, что ради этого я должна убивать. К сожалению, чудища редко склонны к диалогу, но раз мне удалось найти другой путь, то почему бы и нет?
— Потому, что оно убило тех пони? Потому, что оно опасно?! Или будете отрицать, сударыня?!
— Буду, — немного похолодел взгляд охотницы. – Чудовище привело их к смерти, но оно невиновно.
— Привело, но невиновно?! Бред.
— Работник мануфактуры испугался лешего, побежал, куда глаза глядят, споткнулся и рухнул с обрыва в реку. Охотник нарвался на стаю волков. Хозяин Леса попытался их сдержать, но у минотавра дернулась рука, и боль от попавшей в плечо стрелы сбила концентрацию. А та кобылка… Кстати, вам знаком этот браслет?
Сердце Кипа на секунду словно попало в ледяные тиски. Проклятая охотница держала в копыте небольшой тонкий обруч из зеленого золота.
— З-Знаком… — прохрипел он, протягивая ногу. Та немного подрагивала. – Я передам…
— Забавная вещь, — задумчиво произнесла единорожка, явно не спеша отдавать украшение. – Ты так настойчиво пытался подтолкнуть меня к мысли, что чудовище именно леший, но при прямом вопросе ссылался на местных бабок, что я невольно задумалась: «А есть ли тут ещё что-то?» К примеру, личное? И знаешь, а ведь кроме лешего были ещё свидетели, которые всё видели. Белки…
— Белки?!
— Именно. От их любопытного взгляда не укроется ничто. К примеру, помершая от разрыва сердца пони в тот день в лесу была не одна, а кольтом.
Кип стиснул зубы и попытался посмотреть прямо в глаза кобылки. Попытался, и внезапно почувствовал, как по его спине пробегает целая толпа мурашек. Его встретил не просто взгляд, а Взгляд с большой буквы. Бездонные очи ведьмачки буквально заставляли завыть и кинутся куда-то, куда-нибудь подальше от этих красного с синим глаз.
Вы чувствуете тяжесть грехов за собой…
— Я не виноват, — с трудом выжал Кип. – Я… Я испугался… Ласти потеряла сознание… Я побежал… Я не хотел её оставлять там!
— Но оставили.
— Я… Возникли бы вопросы! Моя жена бы докопалась, а у меня достаточно счастливый брак! И вообще, какое вам дело?!
— Абсолютно никакого, — легко согласилась ведьмачка. – Мне совершенно безразлично, с кем и когда вы спите. Другое дело, что ваша честность могла сэкономить мне время… или спасти жизнь. Так или иначе, работа выполнена, трактирщик. Ухо, рог и клык это подтверждают.
— Дурость. Нормальные охотники убивают монстров.
— Кип, а ты не задумывался, с чего чудовище вообще решило выйти к охотнику и работнику? При том, что это было сделано явно не ради еды – лешие практически не едят пони.
— А кто ж их чудищ разберет…
— Когда открылась ваша мануфактура?
— Год назад. Примерно, — задумчиво почесал подбородок Кип.
— Насколько увеличилось ваше население?
— Где-то в три раза.
— А как давно вы купались в речке?
— Ну… На что вы намекаете?
— На то, один из рукавов реки питает лесное озеро, куда ходят на водопой все лесные жители. Из-за ваших отходов естественного происхождения вода в лесу стала гораздо хуже, и звери начали уходить, — вздохнула фестралка. – Лешие разумны, пусть и обладают несколько альтернативным мышлением, вот и местный попытался выйти с вами на контакт. Но, он не учел, что пони не понимают язык животных, поэтому и наломал дров. Мне удалось объяснить ему ситуацию и убедить уйти… куда-нибудь. Но он пообещал больше не попадаться нам на глаза.
— Так вот, почему Хант набил так мало дичи, — стукнул копытом по столу Кип. – Выходит, из-за всего этого… Но, если закрыть мануфактуру, многие из нас потеряют работу! Опять станут нищими! Сударыня ведьмачка, что же нам делать? – с мольбой посмотрел он на откинувшуюся пони.
— Я охотница, а не градоправитель, — устало ответила, подбирая лютню. – Делайте, что хотите.
Примечание от автора: Как-то так. Не уверен, что полностью понял задание. Впрочем, зарисовка-зарисовкой, а этот рассказ я буду в будущем развивать в полноценное произведение. Прошу простить за опоздание.
Так или иначе — спасибо за участие, успехов в творчестве и вдохновения!
С одной стороны, это очень мило и навевает теплые воспоминания о днях проведенных за книгами и играми про ведьмака. В этом вся прелесть кросоверов.
С другой стороны, что позволено Юпитеру — не дозволено быку. Некоторых людей злоупотребление фирменными приемами Сапковского отшатнет от рассказа.
А он, кстати, весьма ничего )
Сеттинг — стимпанк + летающие острова. Соответственно, аиршипы и т.д. В стиле Америки 17-18 веков — расцвет пиратства, торговые караваны, порты и прочая и прочая.
Сюжет: мелкая кобылка уходит погулять, на самом деле — в запрещенные места своего небольшого острова-городка. Лазает по заброшенной шахте, пещеркам, играет со всякими механизмами. Под вечер идет обратно — хуяк, весь город догорает, повсюду разруха, трупы на улице. На горизонте — уебывающий вдаль страшный аиршип. У немногих выживших она кое-как выясняет, что це были хохлы самые страшные пираты — «хз как назвать». Тип они набигают, нагибают, грабят и увозят сильных плебов в рабство, слабых рект прямо на месте. Не найдя свою семью (мамка папка младший брат) среди трупов, пришла к выводу, что их угнали. Значит, они живы.
Пару дней ебошит на спизженном кэтботе в ближайший большой порт. Там о набиге знали, ибо сначала те «хз как назвать — далее хкн» пытались нагибнуть этот порт, но на рейде стоял супер-мега-заебонский фрегат, который огнем своих пердаков орудий отогнал «хкн». Те, не мудрствуя лукаво, пошли и нагибнули ближайшее селение — городок ГГ. Сначала та охуевает от того, что они не отпиздили пиратов сразу и идет к мэру. Но ГГ — ссаная мелкая кобылка, мэр — уважаемый всеми жирный уебан, он запутанно объясняет, почему они не нагнули пиратов и посылает ее нахуй. Супер-мега фрегат идет в один из крупнейших городов в новой эквестрии, так как ГГ все равно нехуй делать, а в большом городе шансов больше, она правдой-неправдой проникает на сумер-мега фрегат. Он, кстати, загружен всякого рода аристократической швалью и ценной годнотой. Сначала ныкается, на третий день ее находят и копетан решает ссадить ее в первом же порту. Не тут то было — их нагоняет и ногебает другой, тоже неплохой, фрегат перадов. На супер-мега-фрегате куча аристократической швали, драться он не может, и перады спокойно забирают годноту с корабля без единого выстрела. ГГ видит, что это «хорошие пираты», и т.к. ей нельзя остаться на фрегате, ибо ссадят, она просит перадов взять ее с собой. Они такие «ну ок, хуль.». Капитан — бородатый стремный тип, к ГГ относится мега тепло. Потому что всегда хотел дочуру, а не получилось.
Гг рассказывает все пиратам, на что копетан ей говорит, мол хуй у тебя получится вернуть своих родителей. Особенно одной. Особенно в таком возрасте. А мы туда не пойдем ибо нас отпиздят, не зря они самые страшные пираты в мире и кликуха у них тоже такая страшная — «хз как назвать». Она чутка обижается, но понимает правильность доводов. Что делать? пить остаться на корабле и стать перадом, конечно!
Несколько лет джебошит с ними на корабле, копетан учит ее саблей махать, из пистолетов стрелять да всем подряд не давать. Набигают на пару караванов, и о ГГ ползет слух как об охуенной пиратке, (ГГ должна быть рыжей, чтоб читателям было легче дрочить. Все любят рыжих).
*Описание ее пиратской жизни, пара самых ярких сцен из перадства*
Через несколько лет приходит к капитану и говорит «бля я сваливаю дальше искать предков». Капитан немного охуевает, тип я тебя растил, учил, а ты такая наркоманка-проститутка свалить решила. На самом деле он прост за нее беспокоится. Они обнимаются, она его чмокает в щечку и сджёбывает с посудины. Она знает куда джебошить, ибо за эти года много инфы нашла про «хкн». Пиздует на край света в дальние ебеня, где находит целые селения этих «хкн». Смахивает за своего, потому что «хкн» все-таки целое микрогосударство. Узнает про корабль, который нагнул ее город несколько лет назад. Узнает, где он базируется. Ебошит на тот остров. Находит колонию рабов. Узнает своих односельчан. Устраивает резню «хкн», благо их немного. В последний момент прилетает подмога с «хкн-овского» мейна, ибо кто-то был супер подозрительным и заметил несоответствие ГГ типичному «хкн», когда она добывала инфу.
Ее окружают, в нее из пистолета целится копетан того нагиб-корабля. Небольшой диалог в стиле «ты мразь — ахахаха да я мразь мать твою ебал (це правда)». И тут хуяк — половина подмоги падает трупами, копетан лежит в луже крови. За ними стоит папка-пират и команда. Вдалеке тот самый страшный аиршип горит, бомбит и рушится на части, а из тумана вылетает корабль хороших пиратов. ГГ и папка-пират обнимаются, а потом все танцуют папка говорит тип как я мог бросить тебя одну и т.д. мы джебошили за тобой и успели в последний момент. ГГ идет освобождает родителей и братана, односельчан.
потом идет *Мелодраматическая часть*
в эпилоге ГГ на своем собственном мега-охуенски-крутом корвете догоняет и берет на абордаж мега-круто-ахуенский фрегат. Там опять куча аристократической швали и тонны годноты. Она идет в рубку… А там капитан того первого мега-охуенного фрегата. Он охуевает и спрашивает «Что блять, опять?»
Конедс.