Prompt #63 закрыт. 2 работы
+49
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт22 ноября 2016, 14:20
MLP FiM Let us dance by PepperSupreme
Тема прошедшего экспромтаТема: Желания.
Описание темы: Сложно представить пони, который бы ничего не желал. Одни жаждут знаний, приключений и побед, другие — тихой и мирной жизни. Чьи-то желания просты, а чьи-то — несбыточны.
Задание на эти выходные — раскройте персонажа через его желания. Чего он хочет и почему вдруг захотел именно этого? Как он воплощает желания в жизнь, а если не может — что чувствует?
Следующий экспромт начнётся в субботу, 26 ноября, в 10:00 по московскому времени.
10 комментариев
Самое время оставить, наконец, работу и позволить себе расслабиться. По крайней мере, так думали плотники с верфи Махико, прибиравшие рабочие места. Навиеро, бригадир, обходил ангары, отмечая на листе бумаги, какие пункты плана и по каким кораблям были выполнены сегодня. Завтра с утра можно будет наметить новые задачи, а пока что – следовало бы отчитаться перед начальником верфи и уточнить пару моментов. С этими мыслями бригадир направился к двухэтажному зданию почти у самого входа на территорию верфи – там располагался кабинет Астиеро, и в окошке как раз зажегся свет: тот явно решил задержаться сегодня на работе. Навиеро вздохнул – с высокой вероятностью и ему нескоро еще доведется выбраться из цепких когтей бюрократии. Но делать нечего, ежевечерний отчет следовало всё же представить, а значит, придется идти в контору.
В дверях он столкнулся с выходившим Шип Райтом, одним из плотников. Тот выглядел донельзя довольным, и Навиеро понадеялся, что сумел удержать на морде деловую задумчивость. Хотя очень захотелось сплюнуть прямо ему под ноги. Райт безусловно был прекрасным мастером. Лучшим, пожалуй. Но осознание собственных талантов явно не шло ему на пользу: молодой плотник, по мнению бригадира, стал чересчур высоко задирать нос. И подозрительно часто мелькать в конторе вместо плотницкого ангара. Хотя неизвестно еще, что хуже – его отлучки или самодовольное задумчивое бахвальство во время работы. Может, если он наконец-то получит то место, о котором так страстно мечтает, всем и правда станет легче?
Шип Райт мыслей Навиеро не читал, а потому просто молча кивнул ему и поспешил в ангар, что-то насвистывая себе под нос. Сегодня ему почти удалось убедить начальника верфи, что он не найдет себе лучшего преемника. А ведь преемник понадобится, и очень скоро, это в Махико знали ну буквально все. Старый начальник порта решил оставить дела и посвятить время семье и недавно родившемуся внуку, а свое место – передать начальнику верфи, как бы расширяя привычные тому полномочия на весь порт. Это был значительный шаг вперед для начальника верфи, и, насколько знал его Шип Райт, такой блестящей возможности Астиеро не упустит, тем более, если объявлено это будет на каком-нибудь званом вечере, одном из тех, которые так любила аристократия Махико. Что поделать, собираться компаниями было в самом духе этого города, но раз уж «элита» не могла себе позволить расслабиться и покутить, как делали обитатели «пестрого города», приходилось искать иные способы. И, насколько помнил Райт, ближайшего «тихого вечера за ужином и картами» не придется долго ждать. Так что можно было считать, что верфь уж практически в копытах Райта, чему единорог был несказанно рад. Он слишком долго работал над тем, чтобы заполучить ее, даже очаровал Мейфлауэр, которой верфь отошла бы де-юрэ…
С этими мыслями он зашел в ангар, намереваясь побыстрее забрать вещи и отправиться домой. В последнее время он старался не общаться с товарищами, которые не упускали случая подшутить над, как им казалось, витавшим в облаках плотником. Как назло, напарник по смене не мог не заметить хорошего настроения Райта и, усмехнувшись, спросил:
– Что, Райт, уже готовишь нам перемены на работе?
– Еще какие! – фыркнул тот, отмахнувшись хвостом. – Поверь, дружище, когда я тут стану начальником, всё изменится до мельчайших деталей! Я уже даже распланировал: если работать в три смены, а не в две, мы сможем ремонтировать корабли куда быстрее, чем сейчас, – он осекся, сообразив, что повторил то же самое, что буквально пять минут назад говорил начальнику верфи.
Напарник, казалось, ждавший именно такой реакции, тихо хрюкнул в копыто. Райт разозлился, но постарался ничем не выдать этого – не хватало еще, чтобы его начали специально провоцировать, чтобы потом вдоволь поржать где-нибудь в кабаке. Ничего… вот когда он тут и правда станет начальником – всем им… будут перемены! Еще какие!
– А ты знаешь, что в твоем идеальнейшем плане есть просчет? – как бы между прочим спросил его напарник, с фырканьем плескавшийся у бочки с водой, чтобы смыть пыль и пот трудового дня.
– В каком смысле? – Райт насторожился.
– Ну, ты столько вложил сил, чтобы стать начальником этой верфи, а тут возвращается эта кобылка, Мистфлауэр. Я слышал, ее в очередной раз выгнали из пансиона и, вроде, все смирились с тем, что призвание корабельного мастера подходит ей куда больше, чем просто роль благородной леди. Говорят, «белый город» вчера гудел, как улей чейнджлингов, – единорог магией поднял бочку и окатился целиком. Весело фыркнул и встряхнулся, отчего брызги мелкой водяной пылью осели на шкуре Шип Райта. Не будь он так поглощен неожиданной новостью, он непременно бы возмутился, но сейчас его интересовало совсем другое.
– Откуда знаешь?
– Да об этом вся верфь знает, по-моему, кроме тебя. А, ну да. Ты же вчера тоже торчал в конторе, перебирая бумаги, и пропустил пламенное выступление начальника. По-моему, старина Астиеро окончательно решил поменять дочерей ролями. Боюсь, мисси Мэй будет… не в восторге, когда поймет, что ты врал ей всё это время. И вообще… влюблен в верфь, а не в нее. Но можешь признаться в этом плавно, ее деятельная сестричка будет здесь только через пару месяцев. Впрочем, шансов у тебя всё равно теперь нет.
— Почему? – Райт благополучно пропустил мимо ушей большую часть болтовни напарника, но вот последние слова, сказанные с твердой уверенностью, заставили его усомниться в том, что тактика обольщения, успешно срабатывавшая с Мейфлауэр, которой, в общем-то было откровенно наплевать на дела верфи, вдруг не сработает с ее младшей сестрой.
– Ты же помнишь, как она заявила отцу при всей верфи, что если и выйдет замуж по расчету, то разве что за самого знаменитого капитана в мире.
– Ах, ты об этом. Ну что ж, этому… знаменитому капитану ведь надо будет где-то чинить свой корабль, верно? И нельзя не признать, что я – лучший плотник на верфи Махико.
Напарник сдержанно фыркнул. Наблюдать за гарцующим Шип Райтом было весьма забавно. А главное – за столь длительный срок ухаживаний за старшей дочкой начальника порта, которой должна была принадлежать верфь формально до приезда сестры, единорог уже привык считать ее практически своей. Что ж, тем интереснее будет посмотреть, как он запляшет от новых новостей.
– Боюсь, если всё пойдет так, как хочет мисси Мист, первое, что сделает этот капитан – это выгонит тебя отсюда поганой шваброй. Помнится, вы никогда особо не ладили, а шаманы, говорят, ничего не забывают…
– А при чем тут шаманы? – Райт окончательно потерял нить рассуждений.
– Дружище, тебе стоит хотя бы иногда отрываться от ресторанов «белого города», чтоб пропустить по сидру с нами. Нельзя ж, ну в самом деле, настолько жить в своих желаниях. Тогда б ты наверняка слышал эти восторженные шепоты о том, что некий капитан Себрастиан умудрился раздобыть у пегасов летучий корабль.
– Себрастиан… какое знакомое имя. Погоди! Ты что, хочешь мне сказать, что… ах ты, полосатая шкура, чтоб тебе леталось повыше! Обломать бы этому выскочке крылья.
– Удачи, чо ж. Тебе ее понадобится немало, знаешь ли. Ты ж не думаешь, что будешь первым, кто пытался это сделать? Место где-нибудь в пятой сотне тебя устроит? – плотник попытался перевести разговор в шутку.
– О, не волнуйся, дружище. Ты же знаешь, какой я скромный, – Райт весело рассмеялся, и напарник, робко улыбнувшись, перевел дух.
Он развернулся и направился к своему шкафчику, чтобы забрать вещи. Шип Райт проводил его взглядом и отошел ко входу в ангар. Обычно он никого не ждал, потому что спешил в белый город, к Мэйфлауэр, но сегодня всё складывалось донельзя удачно. Мэй как раз вчера сказала, что будет занята какими-то семейными делами, а значит, у Райта было время, чтобы пройтись по портовым тавернам. Нельзя же, в самом деле, как сказал напарник, совсем ничего не знать о том, с кем, вероятно, придется соперничать за место под солнцем. Он прищурился и погрозил горизонту копытом. Ничего, шкура, раз у тебя так много недоброжелателей, будь уверен, кто-нибудь да потопит твое корыто. А уж я помогу, не беспокойся. И с «места в пятой сотне» можно провести комбинацию, чтобы стать единственным. Единственным, кому все-таки удалось поставить тебя на то место, которого ты и заслуживаешь.
Мимо прошел напарник, и Шип Райт очнулся от размышлений. Сидр, говоришь? А ведь это вполне себе идея… Где еще искать помощников таком… щекотливом деле, как не в портовом кабаке?
– Подожди меня! – крикнул Шип Райт, состроив на морде самое что ни на есть дружелюбное выражение, и бросился догонять напарника. – Ты совершенно прав. Нельзя настолько забывать друзей. По сидру? Я угощаю!
В таверне было шумно, грязно и противно пахло кислым сидром. Шип Райт вздохнул и невероятным усилием воли заставил себя продолжать непринужденно улыбаться. И что все находят в этих варварских заведениях?.. Кошмарное место. Однако придется терпеть и улыбаться, иначе никак – нужно же как-то выяснить побольше подробностей про чересчур нахальную зебру. Райт расположился за большим круглым столом, взял для виду кружку сидра и навострил уши. Пока что выпивохи обсуждали прошедший день, не более того. Иногда вставляя многозначительное «м-м-да», Райт ждал. Первому менять тему не хотелось, зачем привлекать лишнее внимание?
Прошла, казалось, целая вечность, хотя часы на стене таверны показывали, что не больше часа, и Райт уже подумывал, не уйти ли ни с чем. Но потраченного впустую времени было ужасно жаль, так что он уже почти решился первым начать разговор об одном полосатом капитане, но это не понадобилось. Завсегдатаи наконец-то дошли до того состояния, когда всем хотелось слушать байки, и кто-то с соседнего стола ткнул в спину одного из матросов.
– Так что, Абрис, говоришь, ты его видел? Ну, расскажи еще раз, а?..
– Видел, а то как же! – важно подтвердил Абрис и выразительно щелкнул копытом по полупустой кружке, намекая на плату за свой рассказ.
Новая кружка сидра появилась перед ним буквально по волшебству. Матрос неторопливо сдул пену, обвел глазами притихших слушателей и добавил:
– Своими собственными глазами! – удовлетворенно кивнул мисочке с солеными сухариками, закинул пару в рот и начал: – Да вот и видел! Так близко, словно у пристани в порту! Летучий корабль. Прямо в Юни-Корнуолле, над главной площадью!
– Эва какой! Все хотят швартоваться над главной площадью! – весело крикнул кто-то. Грянул хохот. Рассказчик важно пережидал шутки и смех, потягивая сидр. Шип Райт подвинулся поближе, надеясь разобрать что-нибудь любопытное в многоголосом гуле толпы.
– А паруса, паруса-то какие, Абрис? – историю, похоже, уже успели выучить чуть ли не наизусть и теперь ждали повторения отдельных любимых моментов.
– Паруса-то? Нижние-то обычные, прямые. А брамселя у него – веером разворачиваются!
– Ох ты ж, чего удумают! Веером! Да где ж такое видано-то?! И что же, выдерживают?
– А чего ж нет-то! Они ж из грифоньего шелка! Прочные, как броня гвардейцев! Оттого и корабль летает быстрее ветра!
Райт тихо скрипел зубами: что за пьяный бред ему приходится выслушивать! Шелк на паруса пускать – чушь! Глупое расточительство, всем известно, что грифоний шелк тонкий, хотя и прочный! Летать быстрее ветра… типичные россказни подвыпивших матросов, которым хочется поскорее завершить унылый переход. Все они… летают. Быстрее… Но вдруг? Вдруг мелькнет что-нибудь, что наведет его на хорошую мысль? Мелочь, финтифлюшка, деталь… Ему ведь много-то не требуется, только бы зацепиться, а уж там – берегись, полосатая шкура!
– А капитаном у них – земнопони!
– Да ну! Брешешь! Да ла-адно! – загомонили в таверне. Абрис фыркнул:
– Да это вон, всем купцам известно, по-моему. А некоторые толкуют, что сын это. Ну, капитана Себрастиана.
– Таки уж и сын уже?
– Да своей башкой подумай, стал бы он кому другому корабль дарить! При всём честном народе Трипони, между прочим, подарил! Вот просто взял – и подарил! Сам там был!
Райт тихо фыркнул: сын, значит? Вот вы и просчитались, мисси Мист! Опоздали маленько, кто-то успел положить глаз на вашего «знаменитого капитана»!
– Да байки это всё! Знаю я того Фишинга, он бегал в рыболовной артели Хувра! Я его помню хорошо, он к нам на корабль пробраться пытался, дважды лично его из ящиков с грузом вынимал! Ой, умора, как вспомню его мордашку!
– Да и сын-не сын, разницы-то! Подарил ведь! А корабль-то всё равно хорош, корпус у него такой…
– Избавь от подробностей, не то меня стошнит прямо здесь! – внезапно донеслось откуда-то из темного угла весьма раздраженным голосом.
Райт тут же навострил уши и резко обернулся. За дальним столиком сидели три фигуры в длинных плащах с капюшонами.
– Не любо – не слушай, а врать – не мешай! – назидательно произнес Абрис.
– Ври, да не завирайся! – дерзко ответила одна из фигур, привставая. Капюшон сполз от резкого движения, и Райт с удивлением уставился на длинные ушки с кисточками на концах, вертикальную щель зрачка и клыки, на мгновение блеснувшие из-под верхней губы.
«Бэт-пони…» – мысленно ахнул Райт.
– А ну, тихо там! – трактирщик стукнул копытом по стойке, гася готовую разгореться потасовку. – Охота копытами махать – выметайтесь на улицу, а здесь чтоб ни-ни!
– Больно надо! – задрав нос, ответила бэт-пони и села на место, нахлобучив капюшон по самый нос. Один из ее товарищей негромко прошипел что-то и тоже демонстративно отвернулся.
Шип Райт прищурился: кажется, ему улыбнулась удача? Он быстро окинул взглядом портовый кабак – всем сейчас куда интереснее было продолжать восхищаться необычным летучим парусником, начинать драку всем было скорее лениво, тем более, что и трактирщик прямо запретил, так что выпивохи потихоньку отворачивались от подозрительного угла и снова терзали рассказчика вопросами. Подхватив со стойки четыре кружки сидра, Райт вальяжно, даже почти вразвалку прошел к столику бэт-пони и бесцеремонно опустился на свободную циновку. Три пары глаз с вертикальными зрачками хмуро и недобро уставились на непрошенного гостя.
– Мне показалось, вы не разделяете восторга по поводу… новой игрушки капитана Себрастиана?
– Вам показалось, – холодно отозвался один из бэт-пони, ковыряя вилкой овощное рагу. – Нам с грозовых облаков плевать на капитана Себрастиана и все его игрушки скопом.
– Но… вы только что?.. – опешил Шип Райт.
– Это-то? Это Гастону и Гейл надоело слушать про «Лайтинг» Нэда Фишинга, из-за которого у нас стало сильно меньше клиентов! – простодушно пробасил третий, получил тычок в бок от Гейл и умолк.
– Значит, я все-таки не ошибся, и вам досаждает…
– Не всё ли вам равно, кто и что нам досаждает? – перебил его тот, кого назвали Гастон. – Если вам нужна перевозка – прошу ближе к делу, если нет – проваливайте, мне и так изрядно испортили аппетит этим вечером!
– Нет, перевозка мне не требуется, – протянул Шип Райт и прежде, чем кто-то из бэт-пони успел снова попытаться его прогнать, добавил: – А вот команда?..
Прикрыв глаза, он откинулся чуть назад, с усмешкой отмечая, что все трое повернулись к нему с плохо скрываемым интересом.
– Видите ли, какая штука… Мне не наплевать на капитана Себрастиана. А вам – на его игрушку. Летучий корабль, я имею в виду. И, возможно, мы могли бы объединить усилия, чтобы… немного сбить спесь с неотесанных выскочек?
– И что вы предлагаете? – осторожно спросил Гаст.
– О, пустяки. Чуточку срывов поставок… пару устрашающих маневров? Не знаю, может быть, перехват груза…
Гастон поморщился.
– Не втягивайте нас в ваши грязные дела.
– Ну что вы! – Райт тихо фыркнул. – Всего лишь предлагаю вам занять достойное место в этой… борьбе конкурентов. Короли ночи не должны влачить жалкое существование по подобным кабакам!
– Идемте! – хмуро бросил Гаст своим и, поднявшись, достал кошелек. – Здесь сегодня… слишком много народу.
– Позвольте, я заплачу! – Райт внимательно наблюдал за реакцией, выложив на стол пару битов.
– Мы сами! – огрызнулся Гаст, пересчитывая мелочь на щербатом столе.
– И всё же…
– Мы. Сами, – отрезал он. – «Королям ночи» пока что не приходится ловить подачки.
Троица ушла, так и не притронувшись к сидру, тихо перешептываясь между собой. Райт, прищурившись, смотрел им вслед. Пока что не приходится. Пока…
От автора: “Не сказать, чтобы это прямо направленно было модификатором 4, однако какой-то отголосок определенно был. «Хроники” в своё время начинались с экспромтов. Да начнется “Одиссея” с них же.“
Что касается темы промпта – с некоторой натяжкой можно признать тут влияние четвёртого модификатора. Почему с натяжкой – в описании темы есть фраза «раскройте персонажа через его желания, чего он хочет и почему вдруг захотел именно этого». Тут раскрытие вышло частичным (особенно в плане «почему»), и не удивительно – надо что-то оставить и на следующие главы. Интереснее вопрос: а собственно чего хочет Шип Райт? Да, стать начальником верфи – но для чего? Судя по всему, влиться в ряды аристократии для него лишь дополнительный бонус, но не самоцель. Внедрить свои передовые идеи? Они выглядят скорее инструментами. Похоже, ему просто хочется власти, кем-нибудь покомандовать. Интересно, а стать капитаном какого-нибудь судёнышка ему никто не предлагал?..
Тест выглядит вполне гармоничным и несколько кинематографичным. По крайней мере, начало легко представить в виде фильма: вот камера показывает общим планом пейзажи, потом «наезжает» на верфь, показывает работников и, наконец, сосредотачивается на одном герое. И при этом переход от одного фокального персонажа к другому (от бригадира к плотнику) вышел очень изящным именно в литературном плане. (А вот потом неожиданная экскурсия на точку зрения напарника смотрится уже как шероховатость.) Информация о подоплёке происходящего даётся, с одной стороны, весьма прямолинейно, с другой стороны кратко и не утомительно, конфликт вырисовывается ясно и чётко.
А вот по стилю есть нарекания. Чересчур длинные предложения сильно портят впечатление. «Райт благополучно пропустил мимо ушей большую часть болтовни напарника, но вот последние слова, сказанные с твердой уверенностью, заставили его усомниться в том, что тактика обольщения, успешно срабатывавшая с Мейфлауэр, которой, в общем-то было откровенно наплевать на дела верфи, вдруг не сработает с ее младшей сестрой» — прямо-таки чемпион по навороченности, точнее анти-чемпион. Или фраза: «за столь длительный срок ухаживаний за старшей дочкой начальника порта, которой должна была принадлежать верфь формально до приезда сестры, единорог уже привык считать ее практически своей» — кого её привык? Старшую дочку, сестру или верфь? И если уж на то пошло, почему младшая дочка оказывается в плане наследования впереди старшей? И дочка начальника порта или всё-таки пока ещё верфи?
И пара вопросов собственно про сюжет. Почему начальник верфи так спокойно смотрит на вопиющий мезальянс (его, аристократа, дочка и обычный плотник)? И это при том, что несколько раз указывается на разрыв между беднотой и аристократами. Ладно, допустим, он настолько любит свою дочку, что готов принять любого выбранного ею жениха. Но тогда почему он не даст своему будущему преемнику более высокого поста? Назначил бы бригадиром или там начальником экспериментального участка, на котором Райт смог бы обкатать свои гениальные идеи по организации труда. А вот так сразу выпрыгнуть из плотников в начальники вряд ли пойдёт на пользу предприятию. Короче говоря, тут видятся два варианта. Либо перспектива стать начальником порта настолько застила Астиеро глаза, что ему наплевать и на дочку, и на верфь, и на преемников. Либо Райта разводят как лоха, и в решающий момент вместо вознесения на вершины власти его ждёт болезненный пинок под круп. В обоих случаях выходит, что развитие сюжета опирается на тупость одного из персонажей – а это не очень-то интересно.
Ещё момент, где Райт грозится обломать крылья Себрастиану. Создаётся впечатление, что там потерялась авторская ремарка вроде «с исказившимся от ярости лицом». «Плотник попытался перевести разговор в шутку… Райт весело рассмеялся, и напарник, робко улыбнувшись, перевел дух» — почему напарник так остро реагирует на пустые, вроде бы угрозы, тем более, не на него нацеленные? До этого он Райта активно подкалывает, смеётся над его озадаченным видом – ну так посмеялся бы над гневом, чего уж. Или мы чего-то о Райте пока не знаем?
Впрочем, можно сказать, что эти все моменты решаемые — автор достаточно опытен, чтобы как следует обкатать текст перед полноценной публикацией. Пока же у всех поклонников “Хроник капитана Себрастиана” есть повод для радости… а у всех, кто ещё не влился в ряды фанов, есть повод ознакомиться с этим замечательным произведением!
Как Твайлайт и ожидала, в коридоре раздались шаги. Кто-то очевидно пытался красться, но выходило у него это плохо. С едва слышным скрипом дверь отворилась и в комнату просунулась голова Вельвет. Увидев мирно посапывающую под одеялком дочь, она облегченно выдохнула и собралась уже уходить, как внезапный голос остановил её у порога?
— А почитать? — с требовательными нотками произнесла малютка Спаркл, выползая из-под своего укрытия так, чтобы видеть маму. В копытах она держала спрятанную до этого под подушкой книгу. — Ты же обещала!
— Верно, верно, — обреченно закивала головой Вельвет, усаживаясь на кроватку рядом. — Но ведь ты сама прекрасно можешь всё это прочитать, не так ли?
— С тобой гораздо интереснее! — протягивая маме книгу, улыбнулась Твайлайт. — Итак, что мы будем читать сегодня?
Подсвечивая себе рогом, Вельвет открыла книгу наугад, перелистнула пару страничек в поисках начала какой-нибудь истории. Прочтя первое попавшееся название, она позволила себе улыбнуться, вспоминая, как ей в свое время читала её мама.
— О, эта тебе понравится, я в детстве её очень любила, — ностальгически протянула кобылка, устраиваясь поудобнее. — Давным давно, но на самом деле не очень, во времена, когда байки давно минувших дней еще не были всего лишь легендами, жил один жеребенок. Он был самым заурядным проказником, постоянно досаждая родителям и пони вокруг. Звали его… тут имя стерлось. Как мы его назовем?
— Вредина, говоришь? — призадумалась Твайлайт, забавно почесывая подбородок копытцем. — Как насчет Булли Пэнтс?
— Неплохое имя, — негромко хихикнула Вельвет, обращая свой взгляд обратно в книгу. — Хорошо, если встречу его настоящее имя, буду заменять на твоё. Итак, Булли Пэнтс был настоящей проблемой для всех. Он не слушался ни маму, ни папу, ни учителей. Дрался с другими жеребятами, и говорил им гадости.
— Ужасный тип! — не выдержав, возмущенно выкрикнула Твайлайт. — Он же получил по заслугам?
— Подожди с этим, история еще только начинается, — успокаивающе погладила дочурку Вельвет. — Булли был настолько плохим жеребенком, что сама Найтмэр Мун, ночной ужас, живущий на луне, обратила на него свой взор. И когда этот проказник в очередной раз не спал ночью, как все приличные жеребята, она наведалась к нему в комнату. Обернувшись туманом, она просочилась через плохо прикрытые окна и появилась перед ним из воздуха. Вся черная, ростом с три пони, в сверкающих злым блеском доспехах, с острыми зубами и вертикальными зрачками, она внушила бы ужас кому угодно. И Булли Пэнтс не был исключением. Спрятавшись под одеяло он дрожал в страхе, слушая, как воплощение ночного ужаса подходит к его кроватке. Топ, топ, топ…
— Мам, хватит! — сдавленно пискнул из-под одеялка дрожащий комочек.
— Ой, прости, дорогая, — посмеиваясь про себя, Вельвет выудила дочурку из-под одеяла, усадила рядом с собой и приобняла. — Так ведь тебе не будет страшно?
— Нет, — немного обиженно помотала головой Твайлайт. Взгляд её упал на книгу. — Продолжай. Что там дальше было?
— Страшная кобылица с луны не стала есть непослушного жеребенка. Вместо этого она заговорила с ним, — Вельвет приложила все свои артистические навыки чтобы изобразить как можно более страшный голос. Получилось у неё неважно. — Булли Пэнтс, мой милый славный жеребенок. Ты так хорошо себя вел, что я решила сделать тебе подарок: три желания. Всё, чего только захочешь, стоит лишь сказать.
— Он был таким врединой, а ему еще такие подарки делают? — в негодовании взвилась малютка Твайлайт. — Так нечестно!
— Посмотрим, как он распорядится своим даром, — интригующе подмигнула Вельвет, возвращаясь к книге. — Найтмэр Мун растворилась в воздухе, оставляя Булли Пэнтса наедине со своими мыслями. Отойдя от шока и осознав, что за подарок он получил, жеребенок половину ночи провалялся, размышляя, чего бы пожелать. Так ничего и не решив, он заснул крепким сном.
На этом моменте Твайлайт Широко зевнула, но, не подавая виду, поудобнее устроилась на боку у мамы.
— Утром родители как обычно попытались заставить Булли Пэнтса пойти в школу, но тот вопреки всем их стараниям проспал до обеда, — Вельвет с улыбкой скосила глаза на гневно ёрзающую Твайлайт. — Плотно перекусив, он собрался пойти на улицу гулять, но, вот беда, там шел дождь. “Вот бы не было этого дурацкого дождя, а светило яркое солнце!” — в сердцах бросил Булли Пэнтс и, как по волшебству, тучи разошлись, и выглянуло солнце. Большое, яркое, жаркое и горячее. Лужи испарились за считанные секунды. А за ними начали исчезать озера и реки, сохнуть и увядать деревья и кусту. Пожухла и пожелтела трава за окном, выцвели яркие фасады зданий. Весь мир превратился в одно бескрайнее пышущее жаром пекло.
— А что же Принцесса Селестия? — задала вполне резонный вопрос Твайлайт, оглядываясь на маму.
— Ну, она… — замялась Вельвет, на миг теряясь. В свое время она таким вопросом не задавалась. — Она была… занята, да! Отбивала атаку полчища злых чейнджлингов на другом конце Эквестрии. Эту историю я расскажу тебе как-нибудь в другой раз. А пока слушай про Булли Пэнтса. он, не вынося яркого света и жары, решил остаться дома и поиграть со своими игрушками. Но его родители были не рады подобным изменениям в погоде. В панике и ужасе они носились по дому, собирали вещи чтобы срочно куда-нибудь уехать, и всячески мешали жеребенку играть. “Глаза б мои вас не видели и уши б не слышали! Исчезните!” — зло бросил он и в тот же миг погрузился в кромешную тьму и тишину. Ослепший, оглохший, она в ужасе распрастался на полу своей комнаты, наедине со своими мыслями, своими страхами, своими сожалениями.
— Какой кошмар! — Твайлайт поплотнее прижалась к маме, вся под впечатлением от истории.
— Зато у него появилась возможность подумать о своем поведении. О том как он был груб со всеми, как расстраивал своих родителей и как ему их теперь не хватает. Как ужасно он поступил со всем снаружи, ведь все растения и животные наверняка погибли от палящего солнца, — Вельвет сделала драматическую паузу. — Булли Пэнтс ощущал слезы, бегущие по лицу, но не слышал своих рыданий. Весь мир для него перестал существовать. Но тут он вспомнил кое-что. Лучик надежды, последнее желание. он так его и не израсходовал. Утерев слезы и собравшись с мыслями, жеребенок сказал только одну фразу: “Пусть все станет так, как раньше.” Разумеется, слов он не услышал, но в тот же миг тьма рассеялась, и до ушей донесся столь приятный теперь шум дождя. Где-то недалеко слышалась возня родителей. Подскочив, Булли Пэнтс подбежал к ним и крепко обнял, обещая, что теперь станет послушным и ни за что не поступит плохо. И он действительно так и сделал. Конец.
— И всё? Она так глупо израсходовал все свои желания? — задрав голову посмотрела на маму Твайлайт.
— Он выучил важный урок, не так ли? — подмигнула ей Вельвет. — А как бы ты потратила желания?
— Я бы… — Твайлайт на минуту задумалась. — Я бы пожелала все книги что есть, и безгранично времени, чтобы их читать. О, и тортик с клубничным кремом. И чтобы Шайнинг чаще со мной играл. И чтобы Смарти Пэнтс могла разговаривать и делать пометки в своем блокноте. И…
Маленькая единорожка отчаянно зевнула, прерывая поток мечтаний. Забираясь обратно под одеялко, она все размышляла, чего бы еще ей пожелать. Одна идея ей в голову пришла.
— Посидишь со мной еще немного? — Попросила Твайлайт маму. — Пожалуйста.
— Конечно, солнышко, — с улыбкой сказала Вельвет, поглаживая малышку. — Как ты пожелаешь.
Разносить тут нечего — короткая зарисовка, милая и ламповая, не противоречащая канону. Идея — есть, персонажи — не выглядят картонными, теме — соответствует, причём и основным сюжетом про Твайлайт, и вложенным. Прочёл — с удовольствием, а это — главное. Спасибо за участие, вдохновения и творческих успехов!
— Не дождутся.