RPWP 103 закрыт! 7+2 работ
+127
My_Little_Promptв блоге Пони-экспромт5 февраля 2015, 21:06
Coming Back by TiXoLSeyerk
Все рассказы публиковались в Тумблере, а теперь публикуются здесь. Каждый рассказ является отдельным комментарием первого уровня, в комментариях к комментариям — обсуждение.
Следующий пони-экспромт начнётся в субботу, 7 февраля, в 10:00 по московскому времени.
NB: Пожалуйста, не оставляйте комментариев на первом уровне. Комментарии первого уровня в этом посте — только для рассказов.
75 комментариев
Так уж вышло, что мы с тобой — две души в одном теле. Два существа, слитых в одно странным и жестоким жестом судьбы, которая заточила двух — в одно. В хрупкий оберг из плоти и костей — двух разных существ.И когда одна правит бал — вторая заточена в темнице. В Темнице собственной души.
Ты слишком добра и мягкотела, беспомощная малышка в царстве теней, покорна и легковерна. Я — жестка и холодна как металл закаленного в лунном свете клинка, ночной судья и палач подлунного мира.
Но я хочу тебе лишь добра, маленькая Луна.
Ты ведь не хочешь пройти весь свой путь — в одиночестве? Никто и никогда не поймет нас, моя маленькая кровная сестра. Никто не сможет подумать, что приходится терпеть тебе, прячась от лучей Солнца по глухим углам и в мрачных пещерах нашего царства, сознательно открещиваясь от времени Солнца и твоей сестры
И никто - ты ведь слышишьменя? — никто не придет к тебе, чтобы выцарапать тебя из твоих четырех стен.
Здесь только ты.
И только Я.
И я хочу тебе лишь добра.
Ведь так?
Помни, моя хорошая. Найтмер всегда с тобой. И ночь всегда будет сильнее дня.
И мы навсегда останемся в нашей темнице без окон и дверей. Порожденные одним безумием, идущие одним путем. Даже Элементом не разрушить связи того, что было связанно кровью и судьбой
Дорогой автор, попробуйте на минуту абстрагироваться от вашего рассказа и поразмышлять вот о чём. Вы выбрали в качестве замкнутого пространства, в котором происходит действие, сознание персонажа — в данном случае, принцессы Луны. Хорошо. Эта идея хоть и избитая, но у неё есть существенный конфликтный потенциал. Который, собственно, и нужно было реализовать, чтобы написать сильный рассказ.
Вот у вас есть две личности, запертые в одном теле. Луна и Найтмэр Мун. Обе — сильные. Волевые. Полные жизни. Стражница спокойных снов маленьких пони и порождение Кошмара с тёмной стороны луны. Их столкновение должно будить чудовищные силы антагонизма.
И вы просто не показали это столкновение. Вы дали монолог Найтмэр Мун. Да, он отчасти раскрывает её, как персонажа. Да, в нём есть зачатки того самого конфликта: Найтмэр подталкивает Луну к ответу, старается вывести её из равновесия:
«И никто — ты ведь слышишь меня?- никто не придет к тебе, чтобы выцарапать тебя из твоих четырех стен».
Но в ответ — ничего. Поэтому мы получаем лишь пустой монолог.
Ещё один момент, который сильно портит текст, на этот раз уже только текст — обилие форматирования. Курсив и полужирный шрифт — заманчивый, но чаще губительный приём. Если вы построили мысль правильно, то она не нуждается в дополнительном подчёркивании — нужное слово выделится смыслом. Если же мысль сформулирована не лучшим образом, а автор хочет что-то в ней подчеркнуть — скорее всего читатель по-прежнему ничего в ней не увидит, кроме этой самой попытки придать смысл. Я не говорю категорично — выделить одно-два слова на текст можно, а порой и нужно. Но целые фразы? Причём, тремя разными способами? И, кроме того, зачем использовать стили форматирования, если у нас есть такое эффективное средство, как пунктуация?
Вернусь всё же к монологу. Понимаете, автор… В нём должно быть развитие. Позитивное или негативное изменение, которое зацепит читателя/слушателя. Его просто нельзя вещать на одной ноте. Начав спокойно, нужно повышать градус напряжения до точки кульминации, до точки эмоционального взрыва. Тут можно долго говорить, на самом деле, но лучше — просто послушайте вот это. Да, оно обращено не к одному человеку, а к множеству — к народу. Но принцип развития един.
Речь Чарли Чаплина. Фильм Великий Диктатор.
Надеюсь, эти замечания будут вам полезны. Спасибо за участие. Вдохновения и
посторонним в.
Кажется, здесь что-то сбилось)
Здорово, хотя действительно многовато выделений)
Теплый летний вечер. Заходящее солнце ласкает оранжевыми лучами склоны кантерлотской горы. Высоко над горным городом на одном из бесчисленных скалистых уступов расположился большой пегасий стадион. Кольцо из трибун для зрителей, рассеченное пополам центральной прямой старт-финиш. Рэйнбоу Дэш поднимается по витой каменной лестнице, ведущей к техническим помещениям для судей и комментаторов. Сейчас на стадионе никого, и аэротрасса совершенно пуста.
В комментаторской кабине она встречает пожилого пегаса. Его зовут Донни Винд, он местный сторож, уборщик и смотритель. Донни сидит в мягком крутящемся кресле и читает газету.
— Салют, Донни!
— Рэйнбоу, девочка моя, ты ли это?! Иди сюда, обними старика!
Дэш смеется своим крякающим смехом и тепло приветствует седого пегаса. Он обнимает ее, отстраняется, а потом хитро смотрит прямо в ее глаза.
— Полетать ко мне пришла, верно? Ха-х! По глазам вижу, что полетать!
— Ну-у-у… Принесла мне тут одна сорока на хвосте, что старую кантерлотскую трассу несколько переработали к этому Гран-при…
— И верно. Пять ворот передвинули, городскую часть вокруг шпиля Луны пустили, плюс еще два кольца и штопор перед финишем. Официальный пресс-релиз изменений только через два дня, а ты уже сейчас летать прискакала. Не рановато, а, мухляшка?
— Ой, ну ладно тебе, через два дня тут будут все. А мне же надо… Ну, ты же знаешь…
— Конечно знаю, моя милая. Конечно знаю… Дам полетать, так и быть, но только сегодня. Завтра уже сюда начнут всякие левые пони подтягиваться, папарацци, начальство и прочие. Один вечер на знакомство с трассой. Думаю, это не так уж сильно отделит тебя от остальных участников.
— Спасибо, Дон! Я люблю тебя! С меня сидр, как всегда!
— Давай-давай, не задерживайся. Спиди сегодня будет резвая.
Глаза Рэйнбоу на мгновение испуганно раскрылись. Она принялась оглядываться по сторонам, выискивая подслушивающих или подглядывающих.
— Ой, Дэш, не очкуй! Не рассказывал я никому про твою Спиди. Ни-кто не зна-ет, — по слогам проговорил Донни.
Рэйнбоу Дэш сердито зыркнула на старика, развернулась и полетела к центру стадиона, зависнув перед стартовой чертой. Впереди над выходными воротами стадиона было установлено табло, показывающее время, за которое гонщики пролетали круги. На табло было всего шесть строчек, четыре из которых были закрыты, а в двух верхних виднелась череда белых нулей.
Семафор зажегся красным огнем. Дэш глянула в комментаторскую кабину, подмигнула сидящему там Донни и натянула летные очки. Реле громко щелкнуло и на семафоре зажглись желтые огни. Рэйнбоу напряглась и приготовилась к старту. Поле ее зрения сузилось до одной точки – центра выходной арки стадиона, куда она нацелилась.
Гонг! Взвыл стартовый гудок, семафор зажег зеленые лампы, а голубая пегаска рванула с места, за доли секунды пролетев половину стартовой прямой прямо в выходную арку. За выходом со стадиона начиналась извилистая аэротрасса, помеченная оранжевыми надувными ограничителями, торчащими отовсюду: со скал, с крыш домов, с облаков на привязи. Сразу после старта трасса широким кругом уходила вверх, гонщики переворачивались и уходили в затяжной поворот вокруг горы. Этот элемент изменен не был, и Дэш привычно прошла его, из всех сил работая крыльями.
Переворот, еще переворот и пике вниз! Воздух свистит в крыльях, зубы стиснуты, набегающий поток давит на очки. Рэйнбоу складывает крылья и пикирует, вытягиваясь в струнку. Ого, а вот это новое! Трасса ныряет под каменную арку, потом еще в одну. Рэйнбоу мелькает среди городских строений, самозабвенно отдавшись гонке.
Впереди мелькнул чей-то хвост. Всего долю секунды, но она успела его заметить. Хвост скрылся за шпилем Луны. Рэйнбоу ускорилась, намереваясь догнать его. Резкий поворот из-за башни – и вот она видит ее: белая пегаска с серебристым хвостом ныряет под оранжевый ограничитель и скрывается в тоннеле. Дэш сигает за ней, уворачиваясь от надувных указателей.
Рэйнбоу в тоннеле. Серебристый хвост уже на выходе. Дэш спешит, вкладывая в крылья все силы. Она вылетает из тоннеля как пуля из дула и уносится в глубину городских кварталов, следуя оранжевым указателям. Серебристый хвост постоянно маячит впереди, опережая Дэш, заставляя лететь быстрее и быстрее. Рэйнбоу мастерски лавирует среди запутанных кантерлотских улиц, ее неустанно ведет дорожка из оранжевых конусов и шариков.
Пропасть. Трасса выходит на край города и низвергается в пропасть вместе с десятком бурлящих водопадов, вливающихся в озеро под горой. Рэйнбоу падает вниз быстрее камня, почти настигая бело-серебристую пегаску, которая делает резкий поворот с торможением почти у самой поверхности воды. Спустя мгновение Дэш проходит тот же поворот совсем без торможения. Начинается долгий подъем наверх. Лететь становится трудно – в этой части трассы сильные сквозняки между скалами.
Резкий порыв ветра сдувает обеих пегасок с трассы. Серебристый хвост уносится куда-то в сторону.
— Спиди, нет! – кричит Дэш и мчится за ней, превозмогая убойный сквозняк.
Она подхватывает бело-серебристую за секунду до того, как та врезалась в ближайшую скалу, берет ее передними ногами и выносит обратно на трассу. Спиди отряхивается и высвобождается из ног Рэйнбоу. Она делает мгновенный скачок вперед, щелкая серебристым хвостом прямо ей по носу. Рэйнбоу азартно улыбается и делает то же самое.
Подъем заканчивается и две пегаски штопором несутся к финишу. Но Спиди вновь оказывается быстрее. Она влетает в арку стадиона и проносится над финишной чертой. На табло стрекочут переворачивающиеся цифры и останавливаются, показывая 05:03:196. Рэйнбоу завершает штопор, влетает под финишную черту и цифры показывают ее время на второй строчке – 05:05:238. Наметанным глазом она мгновенно считывает оба показателя и идет на второй круг.
Вновь подъем, поворот, спуск в город, тоннель, падение, подъем через сквозняк, штопор и финиш. 05:02:956 против 05:03:012. Новый круг – новый рекорд, новый круг – новый рекорд. Дэш ускоряется, трасса для нее становится все короче и все у́же. Она как будто сжимается, замыкаясь в одну тонкую трубочку. Вскоре она уже не нуждается в ограничительных конусах. Все что ее заботит – это серебристый хвост Спиди, маячащий впереди.
После долгих десяти кругов Рэйнбоу Дэш наконец финиширует. Гран-при Кантерлота – это длинная гонка на выносливость и скорость по умопомрачительно сложной трассе. Почти час спортсмены летят на пределе своих сил. Рэйнбоу не догнала Спиди в этот раз, также, как и в предыдущие. Спиди улетела дальше, вслед заходящему солнцу. А Рэйнбоу осталась отдыхать на стадионе, перекусывая хрустящей картошечкой с холодным чаем бок о бок со старым другом, научившим ее побеждать.
Вот… Знаете. Когда вы включаете в поветсование какого-либо персонажа, вы должны постараться понять его как можно более полно. Прочувствовать его, прожить вместе с ним какую-то часть его жизни. Понять, кто он, к какой социальной и половозрастной группе. А поняв — описывать его соответственно.
И если таковым героем явлется пожилой пегас, то речь у него будет соответствующая. Если по какой-либо причине он говорит иначе — он в целом говорит иначе. Но вы изначально создали ему образ типичного такого «папаши», а раз так — должны его придерживаться. И, услышав от него парой реплик далее «Ой, Дэш, не очкуй!», я вряд ли поверю в реальность этого персонажа. А вместе с этим для меня начнёт рассыпаться и вся история. И это — оставляя за бортом тот факт, что такая лексика в целом крайне неприятна в любом рассказе, а про пони — особенно. Ну, серьёзно, зачем?
И тут, пожалуй, в целом нужно дать один совет на все времена. Следите за тем, какие слова вы употребляете.
«Глаза Рэйнбоу на мгновение испуганно раскрылись».
Она всё это время стояла зажмурившись, или глаза всё же расширились?
«Рэйнбоу Дэш сердито зыркнула на старика».
После «не очкуй» уже, конечно, не кошмар, но вообще «зыркнуть» — просторечное слово, которое лучше бы заменить на «бросила сердитый взгляд».
«Воздух свистит в крыльях, зубы стиснуты, набегающий поток давит на очки».
Какой поток? Кто набегающий? Может «поток встречного воздуха»?
И сoup de grâce:
"- Спиди, нет! – кричит Дэш и мчится за ней, превозмогая убойный сквозняк".
Превозмогая убойные сквозняк… Давайте я не буду предлагать свой вариант, а вы в комментариях сами напишете, как это лучше исправить?
Внимание. Всем нам, когда мы пишем, нужно внимание. И грамотный, вдумчивый подбор слов.
Но это всё, конечно, проблемы, но захватывающему произведению такие недостатки можно простить. Беда в том, что этот рассказ не цепляет, причём по вполне объективной причине — из-за почти полного отсутствия конфликта. Почти, потому что какой-никакой он есть — Рейнбоу соревнуется со Спиди, сражается с самой собой, преодолевает ограничения своего организма… Но всё это практически уходит в область внешнего конфликта, каких-либо серьёзных внутренних переживаний у Рэйнбоу нет. Мелькнуло пару раз и исчезло. В итоге — мы вынуждены наблюдать за тем, как пегаска несётся по трассе. Ради чего? Ради описаний?
Читатель не чувствует накала потому, что герой, даже проиграв, в конце истории вернулся к тому, что имел в начале. Он не рисковал ничем, не боялся ничего потерять. И это просто не интересно.
По сути, задание этого экспромта было дано именно с тем прицелом, что, оказавшись «запертым» в замкнутом пространстве, герой должен будет тратить время не на передвижение по произвольной траектории из точки А в точку В, а на взаимодействие с персонажми и своим внутренним миром. Что даст более сильную конфликтность. А у вас — открытый стадион, на котором всё действие завязано именно на движении.
Да, бог с ним. И тут можно было выкрутиться. Вы участвовали когда-нибудь в спортивных соревнованиях? Если да, то вспомните ваше волнение, ваши сомнения в себе перед началом, вспомните рвение в финале. Если нет — наверняка смотрели что-то по телевизору или даже с трибун. Подумайте, что чувствуют спортсмены? Вот всю эта гамму переживаний вы должны были показать в рассказе.
Надеемся, советы вам помогут. Спасибо за участие. Вдохновения и усердия.
«Раскрылись» — «расширились». Да, бедность речи налицо. Я просто не знал как правильно описать эту эмоцию. Глаза расширяются. Раскрываются они из положения «закрыты», а расширяются от испуга или удивления.
«Зыркнула». А ведь тут у меня было написано что-то вроде «нахмурилась» или там «взглянула исподлобья». Но я специально зачеркнул это и написал «зыркнула», чтобы сделать хулиганку-Дэш. Это слово мне показалось эмоциональнее, чем просто «сердито посмотрела». А ведь Дэш должна выражать эмоции вроде как, не быть глухой куклой. Так что это было сделано нарочно и для увеличения эмоциональности. Вот так. Видимо во всем нужно знать меру и это было излишней эмоциональностью.
«Воздух свистит в крыльях, зубы стиснуты, набегающий поток давит на очки» — да, кривое предложение. Надо было как-то так: «Набегающий поток воздуха свистит в крыльях и давит на очки. Дэш стиснула зубы, прижала крылья к спине и спикировала, вытянувшись в струнку.» Я почувствовал каким-то задним чувством, что с этим предложением что-то не так. «Набегающий поток воздуха» — устоявшийся авиационный термин, поэтому мне хотелось как-то ввинтить его в рассказ. Чтобы добавить «ауру полетности». И когда я принялся его вставлять, я обнаружил, что в начале предложения уже есть слово «воздух». Два раза слово воздух было вставлять нельзя, поэтому я просто убрал второе, оставив «набегающий поток» без «воздуха». Подумал, что и это сойдет за крутой авиационный термин. Ведь рассказ о крутой пегаске, которая сокращает расстояния и авиационные термины :)
«Убойный сквозняк». Ну да, вот такой он какой-то. Может «сдувающий»? Кисло, слишком много «С». «Душащий сквозняк» может быть? Ну, когда ветер в лицо с такой силой, что дышать не можешь. Тоже не очень, слишком много шипящих. Тогда может убрать прилагательное, раз оно не клеится? "… мчится, продираясь сквозь сквозняк" — опять фигня. «Сквозь-сквозь». «Продираясь через сквозняк»? Тогда уж через ветер. А как тогда показать, что ветер является сквозняком, то есть скоростным ветром, проходящим через щель в скалах? Может быть стоило просто описать все это подробнее: и про щель, и про скорость ветра… А время поджимало. Чтобы писать быстро и правильно нужен особый навык, которого у меня просто нет. Я могу подобрать что-то перебрав все варианты и выбрав в итоге подходящий. Но на это уйдет куча времени, а оно ограничено. Поэтому, как и всегда на экспромтах, я просто оставил первый вариант, который пришел в голову и не казался тогда слишком плохим.
О конфликте. Я видимо до сих пор до конца не понимаю что это такое. Здесь конфликта нет, он и не планировался. Дэш занимается привычным делом, она просто тренируется. Рассказ ставит целью показать необычный элемент этой тренировки — появление воображаемого соперника, за которым Дэш гоняется. Я хотел описать эту странную особенность ее мозга, помогающую ей летать быстрее и легче заучивать трассу. Весь рассказ — одна большая картина, состоящая из описаний. Я описываю мир, описываю Дэш и ее взаимодействие с виртуальным соперником. Конфликта нет в принципе, я только описываю факты, которые мне показались интересными, надеясь что они покажутся интересными и читателю. Типа: «Прикинь, а у Дэш в голове есть виртуальный соперник, с которым она соревнуется на одиночных тренировках, вот это номер, а?»
Насчет накала. По идее, описание полета должно было быть достаточно накаляющим и захватывающим. Но у меня совершенно нет опыта в таких вещах, поэтому все и вышло каким-то скучным. Я пытался создать динамику с помощью быстро меняющихся картинок, совсем как в кинематографе. Быстрая сцена — быстрые кадры. Похоже, что не удалось. Но ведь я использовал сравнение «как пуля из дула», что может быть быстрее и динамичнее чем «пуля из дула»?!
О замкнутом пространстве. Трасса — это и есть замкнутое пространство. Замкнутый воздушный тоннель от старта до финиша. Я пытался передать это в этом месте: «трасса для нее становится все короче и все у́же. Она как будто сжимается, замыкаясь в одну тонкую трубочку. Вскоре она уже не нуждается в ограничительных конусах». Хотелось показать работу ее мозга, который занимался оттачиванием движений до автоматизма. Рэйнбоу находилась не на гонке, а на тренировке. Она лишь симулировала для себя дух гонки с помощью воображаемого соперника и цифр на табло, которые подкручивал Донни. Здесь не было соревнования, здесь была полировка движений на трассе. Поэтому она так спокойно отнеслась к своему будто-бы проигрышу. Она не проиграла, а выиграла. Выигрыш — знание трассы. Она пришла сюда выучить трассу и с помощью двух друзей: воображаемого и реального сделала это. Теперь наслаждается картошкой и закатом.
Если я хотел добиться передачи этой информации в голову читателя, то мне стоило сконцентрироваться на этом. А я слишком увлекся описаниями видов, в попытках не потерять динамичности картинки и выполнить модификатор " никакой скучной повседневности". Да, у меня в рассказе повседневность, но я пытался сделать ее нескучной. Модификатор «дополнительная проблема» — это тот самый «убойный сквозняк». Ну, вышло очень слабо, сам вижу. Проблема разрешилась так же быстро как и появилась, не было тут проблемы. Единственное ради чего я оставил этот эпизод — чтобы показать тактильную реальность призрачной гонщицы. Иллюзия, сотворенная разумом Рэйнбоу настолько сильная, что она даже может ее потрогать. Надо было бы уделить этому больше внимания, но Спиди не могла сидеть на месте, она же воплощение скорости, поэтому она просто быстренько сигает дальше без долгих ощупываний, осматриваний и разговоров.
Спасибо за рецензию, возьму на заметку, конечно. Но писать лучше от этого я не стану, бедность моего языка слишком очевидна, я ж технарь, а не гуманитарий. Надо мне читать классику, впитывать больше красивых и правильных слов, а не понячьи фанфики :) И еще раз спасибо!
Хороший рассказ)
Когда-то давно Луна со своей сестренкой играли в принцесс, заточенных в высокой башне, которую охранял злобный дракон. И им было все равно, что злобным драконом служила Филомина, сверкая своим алым оперением, будто огнем, а высокая башня, по сути, являлась стулом с отломленной ножкой. Они смеялись и пели, бегая по своей маленькой комнатке, сквозь огромные окна которой, разбиваясь на тысячи осколков, скользил свет Солнца.
Это было несколько лет назад
Это было тысячи лет назад.
Это было несколько жизней назад.
«Прости»
Башня для Луны выбрана ее же сестрой.
***
Луна могла бы петь, но забыла звучание собственного голоса. Луна могла бы смеяться, но забыла зачем. Луна могла бы плакать, но не помнила почему.
Она едва помнила себя.
Луна стала её домом и тюрьмой, одеялом своего сияния укрывая маленькую уже-почти-не-принцессу, погружая ее в многовековую дрему. Ее грива побелела, а светлый месяц на метке стал уже почти неотличим от серебра ее шерсти. Крылья, почти прозрачные от налипшего лунного пепла, едва вздрагивали в воздухе, поднимая серебро тумана вокруг дремлющей принцессы.
Луна — её Башня. Нет, не башня, обычная, сложенная из поросших мхом камней, а именно Башня. Обладающий своим сознанием, безмолвный страж и колыбель.
Звезды — ее Драконы. Оберегают ее покой и поют для нее. И будут петь еще долгие века, даже когда все страны исчезнут, даже когда все поселения обратятся в прах, когда все уйдут из этого мира… Они будут петь для своей лунной дочери, заточенной в собственной колыбели.
И они же построят порогу для маленькой принцессы, освободив ее, чтобы она несла сияние бескрайнего неба и их песни донеслись до сердца каждого из пони.
В ее истории нет Принца, спасшего Луну от вечного заточения. Она сама должна разбить свои оковы своей колыбели, чтобы вновь выйти обновленной, несущей свет и покой.
И в обличие падающей звезды она вновь спускается на Землю, отринув свою тюрьму-колыбель. Ее шерсть сияет серебром, а душа освободилась от оков сна. И никому больше не заточить Несущую Свет Королеву Ночи
Принцесса выросла и стала Королевой, выйдя из своей башни.
Спустя несколько лет.
Спустя тысячелетие.
Несколько жизней спустя.
Этот рассказ можно с удовольствием прочитать на ночь и погрезить о прекрасной Королеве Ночи. Он тихий, спокойный — медитативный. Вот только — почему он такой, если обязательное задание экспромта требовало накала страстей? А нам взяли и послали зарисовку о грустящей на луне Луне. Да ещё и в финале она свою темницу покинула, что тоже, в общем-то нарушает условия поставленной задачи.
Ведь можно же было рассказать эту историю не от лица стороннего наблюдателя-Сказочника, а самой принцессы. И сражу же всё её одиночество, всё желание вернуться, вся тоска по былым временам обрушились бы на читателя волной эмоций. Ну, при условии, что вы бы это правильно передали, но тут была бы потенциальная возможность это сделать.
У вас было бы бескрайние число возможностей показать её безумие, жажду мести, стремление к справедливости. Что угодно, что выведет читателя из равновесия.
Текст в принципе приятный, хотя в нём тоже — и опечатки (но на них можно закрыть глаза), и пунктуационные ошибки…
"… чтобы она несла сияние бескрайнего неба и их песни донеслись до сердца каждого из пони"
… и проблемы с согласованием…
«В ее истории нет Принца, спасшего Луну от вечного заточения». Здесь нужно «который спас бы».
… и не самая удачная стилистика…
"… а высокая башня, по сути, являлась стулом с отломленной ножкой". Башня являлась стулом с отломленной ножкой. Это канцелярит, причём, звучащий очень косноязычно. Как самый простой вариант исправления — «а роль башни играл стул».
Словом, уделяйте больше внимания, как внутреннему содержанию ваших историй, так и внешнему. Ищите правильне слова, находите правильные смыслы, создавайте для ваших героев конфликты. Успехов вам. Вдохновения и усердия.
Луна улыбалась нарисованным ртом и молчала. Впрочем, богиня Дня не сильно на это обиделась — её маленькая сестрёнка всегда была не особо разговорчивой. Долив чай в чашку, аликорн продолжила.
— Знаешь, я так скучала по тебе! Все эти пони никогда не смогут понять меня так, как ты. Ну, что нового? Не завела себе новых друзей? С друзьями всё-всё на свете можно перетерпеть, правда?
Тишина.
— А вот у меня никого, кроме тебя, нет. Эх, и врагу не пожелаешь вот такого — сидеть в одиночестве и думать, думать, думать… Так что ты не думай, я страдала не меньше тебя.
Три огонька отразились в глазах принцессы — то были три свечки-цифры на нарядном праздничном торте. Небольшое кремовое лакомство было главным и единственным украшением стола, не считая чайника и двух чашек. Бледный лунный свет лизнул сладкую розовую глазурь. Заметив это, Богиня встрепенулась.
— Ну надо же! — воскликнула она. Одно тёмно-розовое око смотрело в окно, на ночное светило, а другое — уставилось на восковую цифру «один» на торте. — Тебе тоже тортик? Или только глазурь? В детстве ты всегда ложечкой счищала с моих тортиков глазурь или шоколад. Ах, проказница…
Мешок с мукой, расположенный на соседнем с Селестией стуле, глядел на мир равнодушными точечками-глазками. Светило спряталось за тучку, серебристый лучик соскочил с лакомства и исчез. Белая аликорн всхлипнула.
— И-и-и… Время открывать подарки! — разбитым голосом воскликнула Тия, стараясь не разреветься. — Итак, что у нас там? — глянув в угол, где должны были лежать подарки, принцесса увидела вполне ожидаемую пустоту. Одна слезинка покатилась по щёчке и царственная пони шмыгнула носом.
— Ну и кому они нужны, подарки эти? Только место занимать, да пыль собирать. Как там в песенке поётся? «Лучший мой подарочек — это ты»? — вопросила она, в упор глядя на «сестру». — Ну Луна, ну не молчи… Скажи хоть что-нибудь… пожалуйста…
Это был пятьсот первый день рождения Селестии.
От автора: Невнятная история — check!
Коротко — check!
Перевранные тема и модификаторы — check!
Влетевшие в одно, а вылетевшие в другое ухо умные советы — check, check, check!
Модификаторы: шестой, который про воображаемого друга, из обязательных — первый вроде бы подходит, ну и второй, но с огромной натяжкой.
И спасибо Сarpenter`у за помощь и советы (которыми я даже не смогла воспользоваться как надо, агась) — они мне ещё пригодятся.
Чуть не забыла ссылку на вдохновившую картинку — http://magister39.deviantart.com/art/Celestia-s-Birthday-467299540
Безумный Бог Безумия посетил солнцекрупую особу — неплохое начало. Что же из этого вышло?
Первое, что бросается в глаза — редкие и сухие описания. Они есть, да, но их, на мой взгляд, мало. В отличие от предыдущих работ, атмосферных и подробных, здесь больше конкретики, автор просто ставит читателя перед фактом: «Богиня дня не сильно обиделась», «воскликнула Тия, стараясь не разреветься». Можно было, например, упомянуть сверкнувшие в уголках розовых глаз слёзы, показать это состояние, а не называть его. Леди, ведь были же на экспромтах яркие и сочные работы вроде того же «Заката», куда вдруг пропала лирика?
К тому же, история как бы зависла в вакууме — об обстановке ничего неизвестно. Комната, пустая. Какая комната? Может, это покои Селестии? Или один из залов Кантерлотского дворца, тогда можно сыграть на контрасте — крошечная пони в огромном зале. На картинке, к примеру, справа от Селестии — высокое окно, через которое в полутёмную комнату льётся лунный свет. И, что сильно бьёт по эмоциям, контраст — мешок с песком и луна с силуэтом Найтмер Мун. То самое безумие становится ощутимым.
Однако многие недостатки можно простить за сюжет. Авторы не раз показывали сожаление Селестии, её человечность (можно ли так говорить про пони?), но безумие — это что-то новое. Наверно, именно безумие и искажает характер персонажа до неузнаваемости. Всё же, Селестия в этой истории похожа на Пинки/Пинкамину, нежели на саму себя.
В итоге атмосфера безумия едва ли ощущается, хотя именно на неё сделан акцент в названии и сюжете. История выбрана хорошая, возможностей — бескрайний океан, но реализации в этот раз не хватило, буду честен. Если сравнивать эту работу с предыдущими — не хватило. Хочется верить, что были обстоятельства, помешавшие автору реализовать идею. В любом случае, спасибо за участие, вдохновения и усердия! :3
На тот самый «Закат» и ушла
А вообще — идея интересная, будут силы/время/Муза/сырный попкорн/желание — допишу, сделаю поинтереснее и куда-нибудь выложу. Там у автора картинки ещё куча таких рисунков с безумной Селестией, можно много чего понаписать ^^
Теперь осталось только выгнать лень и призвать музу :3
…а планете Земля 2015 лет. нет, правда, вот что бы сказала Твайлайт?
Селестия в рассказе определённо пребывает где-то в пучинах безумия, и на этом делается особый акцент — по сути, всё подчёркивает эту идею. степень безумия (раскаяния, тоски, etc) максимальна именно где-то посередине между расставанием и новой встречей, то есть, в нашем случае, в районе пятисот лет одиночества Селестии. логично предположить, что в рассказе описывается именно такой, наиболее тяжёлый день рождения Селестии, потерявшей сестру.
так и получается, что Селестия родилась в год изгнания Найтмер Мун плюс-минус пара лет. полнейшая нелепица, одним словом.
по-хорошему, подобного использования точных чисел, не имеющих подтверждения (канонная Селестия вполне могла заточить Дискорда в камень уже будучи более чем пятисотлетней) — тем более что, например, «трёхзначное число, выстроенное свечами на торте, расплывалось в её глазах» ничуть не повредило бы художественности текста.
Рассказ хороший)
Одна за одной шесть кобылок переступили порог восточного крыла кантерлотского замка. Стоило последней оказаться внутри, со зловещим скрипом двери за спиной группы пони закрылись, отрезая их от внешнего мира. Лавандовая аура окутала небольшой бронзовый ключ и он надежно укрылся у Твайлайт. Не медля ни секунды, она занялась инструктажем.
— Итак, как вы все знаете, Принцесса Селестия направила нас разобраться с происшествиями в этом крыле. По нашим сведениям, за последние несколько месяцев здесь исчезло несколько пони — прохаживаясь перед выстроившимися в шеренгу кобылками, декламировала единорожка. — В нашу задачу входит поиск и нейтрализация возможной угрозы. Есть вопросы?
— У, у! — сразу поднялось в верх розовое копыто. — Мы будем играть в детективов, да?
— Нет, Пинки, — Твайлайт приложило копыто ко лбу. — Мы действительно будум детективами. Необходимо провести расследование.
— Может, ты все же объяснишь, о чем идет речь, дорогая, — вступила в диалог Рэрити. — Нам всем ужасно хочется узнать поподробнее.
— Всенепременно, — фиолетовая единорожка откашлялась, выдерживая паузу. — Дело в том, что, возможно, в данном крыле находится маньяк.
— М-м-маньяк!? — испуганно пискнула Флаттершай, прячась за своим пышным хвостом.
— Все верно. Маньяк. Он похищает пони и больше их никто никогда не видит. Так что мы заперты здесь до тех пор, пока не выведем преступника на чистую воду, — Твайлайт наблюдала за произведенным на подруг эффектом. Рейнбоу Деш с Эпплджек посмотрели на нее скептически, на миг переглянувшись, желтая пегаска предсказуемо дрожала от страха. Рэрити лишь закатила глаза, словно уже смиряясь с очередным приключением, в которое ее втянули. А вот Пинки была в восторге.
— Ух, держись злячка-мяньячка, детектив Пинкс встал на твой след, — продекламировала она, нахлобучивая взятую неизвестно откуда клетчатую шляпу-двухкозырку. Уже через миг на единорожку через увеличительное стекло смотрел огромный голубой глаз. — От меня никто не уйдет!
— Именно то, что нам надо! — с напускной радостью возликовала Твайлайт. — Итак, детектив, может нам стоит отправиться в обход по крылу в поисках улик?
— А ты неплохо соображаешь, — прищурилась розовогривая пони, надувая мыльный пузырь из вновь непонятно откуда взявшейся трубки. В следующий миг лавандовая единорожка обнаружила у себя на голове черную шляпу-котелок. — Будешь моей помощницей. Итак пони, выдвигаемся. Держитесь группой, так мы будем в безопасности.
И не дожидаясь остальных, Пинки уткнулась носом в пол, на манер ищейки, через увеличительное стекло разглядывая одной ей видимые следы, и направилась к ближайшей двери. Переглянувшись, остальные подруги последовали за ней. Проход привел их в темный длинный коридор, с множеством дверей. Желтые магические светильники не столько давали свет, сколько нагнетали мрак, заставляя даже отважную Рейнбоу Дэш нервно сглотнуть. Что уж говорить о пугливой желтой пегаске. Трясясь от ужаса, она жалась к Эпплджек, не раз помогавшей ей в столь страшных ситуациях. Вся группа вошла в коридор.
— Не знаю как вам, а по мне так все эти истории про маньяка не более чем бабушкины сказки, — на ходу заявила пони в шляпе. И именно в тот момент “маньяк” нанес свой удар.
Внезапно свет погас, послышались звуки борьбы, злобное «Конские яблоки!», глухой стук, а затем все стихло. Рог лавандовой единорожки засветился, и магические светильники вспыхнули, лишь для того, чтобы все увидели страшную картину: на месте, где недавно стояла Эпплджек одиноко лежала ее помятая шляпа. По коридору пронесся вздох удивления. Флаттершай, лишившаяся той, в чей нерушимости была уверенна на все сто процентов, стуча зубами от ужаса, обвила копытами радужногривую пегаску в поисках защиты.
— Никому не двигаться! — прорезал воздух вопль детектива Пинки. Она с особым усердием уставилась на шляпу через свое увеличительное стекло. — Помощница Твайлайт. Что, по-вашему, это значит?
— Эм… что нашу подругу, возможно, похитили? — выдвинула очевидную гипотезу единорожка в смешной шляпе.
— Интересная догадка, — прищурилась розовая кобылка. — Нельзя исключать и такой вариант. Но я не вижу здесь следов других пони.
— О каких следах ты говоришь? — с недоумением переспросила Рэрити, осматривая абсолютно чистый ковер под ногами.
— Ох, моя дорогая, если бы ты была детективом хотя бы вполовину настолько, насколько я, ты бы их без труда различила — Пинки погладила подругу по гриве, несколько портя прическу. Под разгневанным взглядом единорожки она поспешно убрала копыто.
— И что нам теперь делать, детектив? — полушутя спросила Твайлайт.
— Искать дальше. У нас недостаточно улик. Маньяк где-то там, я его почти чую! — подобрав шляпу подруги и водрузив ее поверх своей клетчатой, розовогривая пони вновь уткнулась носом в пол, а глазом в увеличительное стекло. За ней, нервно переминаясь, последовали остальные. Твайлайт на миг обернулась, ободряюще подмигивая подругам. Рэйнбоу Дэш упрямо шла вперед, вынужденная нести на себе еще и вес отказавшейся ее отпускать испуганной желтой пегаски. Рэрити на скорое копыто привела гриву в порядок и с недовольным выражением на мордочке следовала за всеми.
Следующая комната, куда их привело мистическое пинки-чутье, представляла собой классическую гостиную: уютные диван и кресла, небольшой кофейный столик, несколько книжных шкафов, большие часы с маятником. Именно последние и нарушали всю успокаивающую гармонию этого места. В абсолютной тишине тиканье этого гиганта звучало почти угрожающе. Большие узорчатые стрелки как раз приближались к часовому рубежу.
— Милое местечко, — отметила белоснежная единорожка. — Я не против задержаться тут ненамного.
— Ага, если тебя не смущает разгуливающий на свободе маньяк, — не преминула напомнить радужногривая пегаска.
Стоило кобылкам войти в комнату, как в часах сработал ударный механизм.
Комнату наполнила какофония тяжелых музыкальных переливов. На их фоне послышался едва различимый в шуме испуганный писк. Обернувшись, кобылки-детективы увидели лежащую на полу Флаттершай, зажавшую копытами уши. Только желтую пегаску, одну. Не было никаких следов ни Рэрити, ни Рейнбоу Дэш. Подняв глаза к потолку, Пинки дождалась, пока стихнет последний удар часов, а затем набросилась на несчастную испуганную кобылку с допросом.
— Где они? Куда они подевались? Говори! — пристально рассматривая свою жертву через увеличительное стекло, напористо спрашивала она.
— Я… Я не… — едва не плача, лепетала Флаттершай. — Они просто…
— Пинки! Оставь ее! — поспешила вмешаться Твайлайт. — Неужели ты не видишь, как она напугана?
— Может быть, может быть, — задумчиво пробормотала розовогривый детектив. — А может она просто хорошо притворяется.
— О чем ты? — непонимающе переспросила единорожка.
— Сама посуди, глупенькая, — Пинки легонько стукнула свою помощницу трубкой по носу, заслужив укоризненный взгляд. — Тут нигде нет чужих следов. В этом крыле мы одни, я в этом абсолютно уверена.
— Неужели ты думаешь… — начала было Твайлайт, потирая нос.
— Что маньяк один из нас, — закончила за нее Пинки. — Сама посуди: Она была ближе всех к Эпплджек в момент ее исчезновения, то же самое было с Рейнбоу Дэш и Рэрити. Я пока не знаю, как она это провернула так быстро, но не будь я Пинки Пай, если не выясню. Виновна!
Розовое копыто обвиняюще уткнулось в сторону желтой пегаски, взиравшей на команду детективов с все большим недоумением. Пятясь назад от надвигающейся на нее расправы, Флаттершай уперлась спиной в дверь. Правосудие в лице розовой пони со странной конструкцией из головных уборов неумолимо надвигалось. Еще один шаг назад и дверь открылась, позволяя жертве исчезнуть во мраке коридора. Пинки рванула было за ней следом, но магическая хватка вокруг хвоста удержала ее на месте. Удивленно обернувшись, она посмотрела на странно улыбающуюся единорожку.
— Что ты делаешь, Твайлайт? — настороженно переспросила пони детектив.
— Знаешь, Пинки, раз уж мы остались одни, — невинным голоском начала та, хитро поглядывая на подругу. — Я бы хотела кое-что прояснить.
Голубые глаза кобылки непонимающе смотрели на подозрительно довольную усмешку. Что-то было не так, что-то она упустила.
— Флаттершай не маньяк, — спокойно заявила Твайлайт, расхаживая по комнате, не выпуская из захвата розовый хвост. Его хозяйка задумавшись, раскрыла рот от внезапной догадки.
— Неужели? — удивленно выпалила она.
— Все верно, подруга, — Твайлайт буквально светилась от счастья, довольная, что смогла провести подругу. — Это все я. Я заманила вас сюда. Я затеяла эту игру. И я отправила всех наших подруг туда, где им надлежит быть.
— Нет… — неверяще прошептала Пинки, ошарашенно рассматривая только что предавшую ее помощницу. — Как ты могла? Я доверяла тебе, Твайлайт!
— О, это было так просто, что даже почти неинтересно, — единорожка хихикнула. — Ты была так увлечена своим «расследованием», что ничего не замечала.
— Но зачем ты мне об этом говоришь, здесь и сейчас? — задала резонный вопрос последняя жертва. — Разве я не должна быть уже страшным образом отманьячена тобой, злюка-вреднюка?
— Всему свое время, — довольно потерла копыта лавандовая единорожка, поглядывая на часы. — Уже скоро…
— Скоро что? — не показывая испуга, поинтересовалась Пинки. Маленькая стрелка часов проскочила еще одно деление.
— Пора, — объявила Твайлайт, не отводя взгляд от циферблата. — Скоро сама все узнаешь…
Мир розовогривого детектива растворился в яркой вспышке, за которой последовал абсолютный мрак.
***
— Сюрприз!!! — раздался со всех сторон радостный вопль. — С днем рождения Пинки Пай!
Розовогривая кобылка обнаружила себя в центре украшенной ленточками и шариками комнаты. Все ее подруги с улыбками смотрели на нее, ожидая реакции. И она не заставила себя ждать: слезы счастья наполнили голубые глаза.
— А я опять забыла, — шмыгая носом, пробормотала Пинки. — Вы устроили все это ради меня?
— Разумеется, дорогая, ведь ты же наша подруга, — Рэрити сняла с розовой гривы, смешно выглядящие головные уборы и водрузила ярки праздничный колпак с надписью «Именинница». Шляпа Эпплджек отправилась ее законной владелице.
— Спасибо вам, — розовая пони крепко обняла каждую кобылку в комнате. — Спасибо вам большое. Так вы все знали с самого начала?
— Ну конечно мы все знали, — ответила за всех Рэйнбоу Дэш. — После прошлого случая мы решили, что не помешает занять тебя на время подготовки.
— Но ведь Флаттершай во время поисков пугалась по-настоящему, — отметила несоответствие Пинки.
— О, это было не сложно. Мне действительно было очень страшно, — смущенно улыбаясь, тихо сказала желтая пегаска. Смех прокатился по комнате.
— Как бы то ни было, пора задувать свечи, — Твайлайт подвела именинницу к торту. — Загадай желание.
Пинки набрала в грудь побольше воздуха, на миг замерла и с силой дунула. Пламя затрепетало от мощного потока воздуха и погасло, оставив после себя приятно пахнущий дымок. Вместе со свечами погас и свет.
— Эй, это не то что я загадала…
Я с самого начала подозревал, что что-то тут нечисто.
Не знаю, нарочно или случайно, но в объяснениях Твайлайт (да и в самих событиях) есть несколько серьёзных дыр. Первая — это сам маньяк. Ещё раз, маньяк (убийца, психопат) в мире поняш. Необычно. Далее — мейн6. Селестия просит шестерых поняш найти (внимание!) маньяка и… что? Что они сделают? Не до конца понятно, чего от них хотела Леся. Про Элементы ничего не сказано, про другие способы противодействия маньяку — тоже. Найти и всё. Само обоснование версии про маньяка — весьма и весьма хилое. Пропадают пони? Хорошо, они могут заблудиться, Кантерлотский дворец — не однушка в хрущобе. Нет тел или крови — значит, маньяк это просто додумки.
Далее, мейн6 приступают к поискам. И тут, я считаю, нельзя пропустить разбор характеров. Всё же, канон — это круто, но сложно — необходимо выдержать оригинальные характеры или обосновать ООС. И здесь тоже есть странности. Карикатурно-экспрессивная Пинки — в своём стиле, бесспорно, но Флатти? Я могу представить себе Флаттершай, которая прячется за хвостом, но не от страха, а, скорее, от стыда. Всё же, Флатти — умная поняша и от опасности она спрячется либо за друзьями, либо за каким-нибудь объектом вроде колонны или шторы. Эплджек и Рэрити особого участия не принимают, потому сложно что-то сказать о них, как и о Рейнбоу, которая подозрительно тиха, хотя речь о маньяке, угрожающем жизни её подруг. Не могу сказать, что совсем уж ООС, но верить сложно.
Финал — ну, он «внезапный», он отвечает на вопросы, заданные двумя абзацами выше и, можно сказать, подводит итог. История завершена, все счастливы и радуются. И, возможно, на этом стоит закончить. Удачи и вдохновения, автор! :3
Действительно внезапный или «внезапный»? А то когда знаешь чем все кончится сложно анализировать текст на предпосылки к финалу =)
Относительно финала — да, он именно «внезапный». Смысл в том, что мелкие детали и нестыковки (с каноном, с банальной логикой) побуждают задавать вопросы и среди них вполне может появиться ответ. Для примера — товарищ Тамор делился впечатлениями о «Восточном крыле», а я мимоходом слегка пованговал. Под спойлером — кусок переписки в скайпе.
Вангуй@Прозревай![05.02.2015 0:09:32] Tamop: то есть реакция флатти — всегда предполагать самое худшее?
[05.02.2015 0:09:47] Tamop: тогда почему убийца, а не зомби-пониёды?
[05.02.2015 0:10:22] Tamop: почему не нападение драконов, которых она боится больше всего?
[05.02.2015 0:10:52] ArFey: Почему не заговор с целью заманить мейн6 на вечеринку в честь чего-нибудь там? =)
При мысли о маньяке в мире млп — почему-то видится именно такое разрешение ситуации. Так что не скажу, что финал действительно внезапен. Он подан как внезапный, он для главной жертвы розыгрыша внезапен. Но не для читателя, а это тоже важно. Такие вот дела =)
(а специально столько отсылок к сериальным событиям? Или мне так только показалось?))
Мелоди Бискит остановила беговую дорожку и еле удержала себя от падения. Усталость переполняла земную пони, ей не хватало всего воздуха, что мог вместить в себя огромный тренажёрный зал, разноцветные гетры на пухленьких серых ножках были пропитаны потом насквозь, а вода, жадно заглатываетмая из бутылки, казалось жгла холодом по раскалённой и иссушённой глотке. Наконец, напившись, кобылка позволила себе посмотреть на результаты пробежки. Сорок восемь и три десятых секунды — вполне неплохо для первой попытки на случайно выбранном тренажёре.
Однако, осматривать зал ей не следовало. Пони мгновенно помрачнела, увидев мускулистые тела пони-атлетов и стройные бока спортивных кобылок, с которыми Мелоди по привлекательности конкурировать, увы, не могла. Они преспокойно занимались своими делами, не обращая ни капли своего драгоценного внимания на жалкую и уродливую по сравнению с ними пони, они нежились под потоком солнца из огромного панорамного окна, оставляя Мелоди в тени самого дальнего угла, куда она сама себя загнала в начале тренировки, будучи неуверенной в себе и своих силах.
В горле сильно закололо, а глаза сами собой начали наполняться влагой, когда в поле зрения попала особенная, отличающаяся от других красавица. Такой Бискит никогда не стать, как бы она не старалась. Модельной внешности единорожка, будто сошедшая с заглавной страницы какого-нибудь столичного журнала, сейчас отдыхала, обмахивая себя полотенцем. Её шелковистая нежно-голубая грива слабо покачивалась в воздухе, а небрежно перекинутые друг через друга будто точёные копытца цвета синего лотоса точно гарантировали повышенное внимание со стороны жеребцов.
Мелоди оглядела свои неказистые формы и, печально вздохнув, вновь встала на тренажёр, не сводя, правда, завистливого взгляда с неодолимой конкурентки. Нет уж, земные пони так просто не отступают, раз серая кобылка обязалась сделать себя лучше, то она всего обязательно добьётся. Встав в решительную позу, она уж было потянулась к кнопке старта, когда решительное копыто остановило её.
Она повернулась и тут же обомлела. Перед ней стоял обворожительный пегас; идеально ухоженный, с белоснежным подтянутым телом и прекрасной гривой шоколадного цвета, он был живым воплощением мечт любой незамужней. Мелоди даже не успела задаться вопросом, почему он подошёл именно к ней, простой и невзрачной, когда он заговорил:
- Извините, мисс, Вам не нужна моя помощь?
Не ожидая ответа, жеребец спровадил её с тренажёра, убрав поставленный кем-то до неё наклон “в горку” и отведя её в сторонку.
- Вы ведь в зале недавно, да? Я Вас до этого не видел, — жеребец позволил себе блистательно улыбнуться, отчего земная пони чуть не осела на пол. — Я Ольтер Боди, инструктор. Я в этом зале всех знаю.
- Не-ет, — неуклюже ответила Мелоди. — Я на первом занятии здесь. Недавно то есть, да.
Пегас подхватил пони за копытце, указывая направление. На счастье кобылки, заметную волнительную дрожь удалось скрыть тканью гетры.
- В таком случае небольшой экскурс, с Вашего позволения…
- Конечно, я не против, — голос земной пони стал ниже от смущения.
Она двинулась за пегасом по залу. Он рассказывал ей о тренажёрах, о программе для новичков и о других бесспорно важных вещах, но они проносились мимо ушей кобылки. Она то равнялась с пегасом и шла рядом со статным красавчиком, гордо выпятив грудь, то чуток отставала, дабы полюбоваться на его рельефные бёдра. Теперь, когда такой жеребец обратил на неё внимание, двигаться по центру качалки было совсем не стыдно и не страшно. Главное — не отстать, когда показываешь язык той расфуфыренной синей мымре, которая как кстати отвернулась.
- Мисс, Вы слушаете? — Мелоди догнала Ольтера и рассеянно кивнула. — Очень хорошо. Тогда обратите внимание на…
Они остановились около небольшого бара, продающего спортивное питание прямо в зале. Кобылка слушала пегаса вполуха, наслаждаясь вниманием жеребца, которого не было в жизни Бискит так давно. Однако, в поле зрения заворожённой Мелоди попала та кобыла, что вызвала так много негативных эмоций у пони.
- Вам не интересно?
- Ох, ну что Вы, — земной пони пришлось невольно перевести взгляд на более приятную глазу мордочку Ольтера, — мне очень интересно.
Жеребец легко улыбнулся.
- В таком случае, мне стоит рассказать Вам о правильном питании, ведь это есть основа правильного физического развития, — кобылка навострила ушки — покушать она очень любила. — Как Вы смотрите на то, чтобы мы после тренировки пошли в кафе вместе и я помог бы Вам выбрать правильные блюда, а заодно и рассказать о правильном рационе?
Пони не ответила. Внутри неё будто без шума взорвался большой воздушный шар. Такой жеребец приглашает её в кафе, вот так прямо сразу; это было чем-то из разряда фантастики. Серая мордочка вдруг разрумянилась, задние ножки задрожали, а хвостик начал ни с того ни с сего игриво раскачиваться из стороны в сторону.
- Я… Да, я… — начала она было, хрипя, но её перебили.
- Тренер, можно Вас на минуточку? — голос принадлежал той самой идеальной кобыле, что сейчас требовательно и высокомерно взирала на Ольтера.
- Да, давайте отойдём.
Забытая Мелоди провожала их взглядом. Когда голос инструктора не был обращён к ней, он не звучал так по-особенному, получался обыкновенный сильный и чистый баритон, но не более.
- Подождите меня у стойки, пожалуйста. Я ненадолго, — голос вновь стал чарующим, приковывая земную пони к стойке намертво.
Ольтер Боди же следовал за другой клиенткой. Когда они отошли от спортпита на почтительное расстояние, кобыла первой взяла слово:
- Подцепил её? Молодец, а теперь уводи её, — её тон был агрессивным, а голос был шипящим и шершавым, словно мелкий наждак.
- Него, успокойся, — невозмутимо ответил тренер. — Никуда я не уйду, это мой зал во-первых, а во-вторых ловить надо усерднее. С твоим-то телом…
- Хссссс, — зашипела совсем не по-понячьи кобылка, сверкнув ядовитой зеленью глаз. — Дело далеко не в теле. Это всё она. Она меня буквально ненавидит, волны её эмоций сбивают мои тонкие энергетические каналы, прокляни её Королева.
Перевёртыш-жеребец обернулся, дабы поймать взгляд Мелоди, усевшейся за стойкой. Тот сверлил Него с нескрываемой ненавистью и завистью, от которой даже Ольтера начало немного мутить. Крылом он подхватил единорожку за копыто и отвёл в сторону от губительного воздействия под прикрытие туши грифона-бодибилдера.
- Уйди отсюда сама. В бассейн, например, — предложил свою альтернативу чейнжлинг, на что получил несколько выразительных мотков головой.
- Нет, там сейчас бабульки одни. Не пойду. Уйдите лучше в залы для персональных занятий.
- Слишком подозрительно для неё, — отмахнулся Ольтер и развернулся в сторону стойки. — Справляйся сама, не маленькая.
Когда уже трижды возлюбленный тренер появился из-за широкой спины качка, Мелоди Бискит еле сдержала себя, чтобы не помахать пегасу копытцем. Она лишь несдержанно улыбнулась и затряслась на одном месте, а когда жеребец помог ей слезть с высокого барного стула, из ней вырвался невольный счастливый смешок.
- Прошу простить, небольшая формальность.
- Глупость поди какая-то? — не сдержала колкость Мелоди, тут же вжимая голову в плечи.
- Что-то вроде того, — пегас мило ухмыльнулся и нагнулся к хлопнувшему от волнения ушку. — Только между нами, ладно — эта клиентка занимается здесь уже полгода, а до сих пор не может запомнить, где душевые.
Земная пони глупо захихикала, а Ольтер наконец похвалил себя за найденный способ выйти на одну волну с его любовным донором. Чейнжлинг заодно мысленно поблагодарил Него — её уязвимость сыграла ему во благо.
Следующие минуты следовало посвятить тренировкам. Они отошли в сторону, в относительно пустой уголок зала, не загромождённый железом, для того чтобы провести растяжку. Кобылка тянулась неуверенно, охая и ахая, но под чувственными и заботливыми копытами своего тренера Мелоди Бискит старалась на все свои сто.
Она выгибала своё тело как только могла, она показывала свои гимнастические навыки перед инструктором на полную, и она даже не посмела себя остановить, когда жеребец предложил ей использовать его прекрасное тело в качестве тренировочного козла. Запрокинув задние ножки к нему на спину, она начала потихоньку перебирать передними вперёд, по-кошачьи выгибая спину. Внезапно одно копытце споткнулось о другое и кобылка с коротким вскриком повалилась на жёсткий пол — вернее, повалилась бы, если бы в последний момент под неё не нырнул Ольтер, её заботливый инструктор.
- Я такая неуклюжая. Извините… — начала она тихо извиняться.
- Ничего, бывает, — ободрил её пегас и они дружно двинулись дальше.
Проходя мимо разномастных тренажёров, земная пони и её чуткий наставник не обделили вниманием станок для приседаний, но и здесь что-то пошло не так — нагрузка вдруг резко подскочила и тренеру вновь пришлось спасать положение, страхуя свою подопечную.
- Ничего не выходит, — голос Мелоди упал настолько, что его стало крайне трудно разобрать за лязгом железа, что вовсю тягалось неподалёку.
- Ну-ну, не нужно плакать, — произнёс Ольтер, заметив слёзы в уголках глаз пони. — И Кэнтерлот не сразу строился. Пойдёмте к дорожкам, там с Вами всё будет в порядке. Да и к тому же не в первый раз на них идёте, считайте, Вы опытная в этом вопросе.
Мелоди улыбнулась и, утерев слёзы, пошла за тренером. Тот вырвался вперёд, и, когда кобылка уже подошла к тренажёру, ей оставалось только ступить на тихо шуршащую поверхность, неспешно повторяющую свой ход. Она взглянула на пегаса, тот, не улыбаясь, нарочито серьёзно кивнул, не желая отвлекать тренируемую.
Несколько минут всё шло хорошо, ровно до одного кобыльего вскрика.
- А-а-й, — Мелоди закончила кричать, когда тренажёр резко прекратил свой ход. Она побоялась обернуться к залу, что теперь приковал своё внимание к её зажёванному в каток хвосту, предподчитая стыдливо упереть взгляд в дрожащие передние копыта и редкие солёные капли.
- Ну как же так, — тихо костерил себя Ольтер, вытаскивая застрявшие русые волосы из агрегата ловкими копытами, а взглядом выискивая среди пары десятков обращённых к месту происшествия мордочек одну единственную. — Потерпи, сейчас…
Мелоди Бискит ещё раз негромко ойкнула, когда жеребец наконец-то достал хвост несчастной. Усевшись на дорожку, она в открытую плакала, уже не боясь публичного внимания. Ольтер не остался в стороне — присев рядом, он обнял подопечную крылом, не чураясь такого фамильярного жеста.
- Не бросайте тренировок, — сказал он твёрдо, после того как аккуратно приподнял заплаканную мордашку копытом и заглянул прямо в опухшие красные глаза. — Я постараюсь работать лучше. Приходите завтра; я уверен, нам с Вами повезёт.
Гипнотическое влияние чейнжлинга возымело действие. Мелоди твёрдо встала на все четыре, невозмутимо утёрла слёзы и зашагала в сторону стеклянной двери. К тяжело вздохнувшему жеребцу незаметно подкралась нежно-синяя единорожка, и ткнулась ему в ухо носиком:
- Неплохо, да? Почему ты не смеёшься?
Ольтер еле удержал себя от того, чтобы двинуть по ехидной синей морде.
- И надо было всё портить? Думаешь, я не заметил следов твоей магии на приседе или дорожке?!
- Ты такой душка, когда злишься, — проворковала Него.
Чейнжлинг глубоко вздохнул и бросил напоследок горько, перед тем как уйти в зал:
- С кем работаю… Ни себе, ни Рою…
Не ожидал увидеть на этом экспромте комедию, не ожидал =)
И всё же, косяки есть. Местами автор пропускает знаки препинания: «вода, жадно заглатываетмая из бутылки, казалось(,) жгла холодом» — вводное слово. Местами — бьёт читателя в лоб фактами, прямолинейно называя их, а не описывая: «Она повернулась и тут же обомлела». Есть мнение, что как минимум четверть кобылковых страданий по поводу веса и внешности можно помножить на ноль. С другой стороны, они задают атмосферу, что немаловажно. Но по объёму — да, может показаться, что их много.
За что хвалить хочу — так это — за сюжет. Заговор чейнджлингов, кормящихся в спортзале, даже какое-никакое соперничество. Я вот думаю, насколько логично им соперничать? Любовь — ресурс едва ли исчерпаемый (в Эквестрии-то), они конкурируют за «точку кормёжки»? Но они давно друг друга знают, судя по их диалогам.
В итоге получилось мило и искренне, но не до конца объяснимо с логики этого мира. Или у мсье свой понивёрс с предысторией и сюжетами?
И что бы я не говорил, нельзя не отметить колоссальный прогресс автора. На мой взгляд, у него получилось создать подходящую атмосферу: неловкость, стеснение, резкие падения самооценки — всё это описано весьма подробно и красочно. Местами не хватает описаний, местами их много — это решается перечитыванием (я вот не помню, по правилам РПВП допустима ли вычитка после часа написания) и правкой. Мелкие помарки подчищаются тем же способом. И всё же, буду внимательно следить за творчеством автора.
Усердия и творческих успехов тебе, автор :3
С описаниями в этом рассказе я сам не в ладах. С одной стороны они нужны для описания всей картины, с другой у меня не получается их все впихнуть, чтобы ничего не выпирало. В результате получается жуткий перевес в сторону начала и ужасная сухость к концу.
Ну, ладно, будем работать.
Здорово ж они «ревнуют»))) По вашей версии перевёртышам ненависть мешает, да?
Да, думаю, сильная ненависть мешает им сосредоточиться.
Познание.
— Гори оно всё синим пламенем! Не могу больше… Кхак-кха! Ыых… — вновь разразился хриплым кашлем молодой земной пони, смертельно устав от происходящего. Но, к несчастью, у его наставника было совсем другое мнение.
— Не отвлекайся, Сезам! Слушай и повторяй каждое слово! — Рахат-лукум, седогривый земной пони, оставался до безжалостности непреклонен. Этот старый, давно утративший белизну своей масти бородач сейчас напоминал алчного старателя, добравшегося до заветной жилы. — Продолжай!
Они готовились к этому дню целый месяц, ещё утром Сезаму казалось, что он знал, что его ждёт. Что он будет к этому готов. Но сейчас молодой земной пони был готов предать забвению все те труды, что достались и достаются до сих пор путём невообразимой боли. За несколько часов Сезам возненавидел всеми фибрами души и своего Мастера, и лабораторию, где проходил опыт, и даже само искусство алхимии.
Загадочнейшая из дисциплин, чьи секреты сулили через познание власть над самим миром, алхимия издревле влекла многих амбициозных деятелей. Но только самые преданные и страстные адепты обретали то, что искали, а затем ставили перед собой новые, ещё более монументальные цели. И Мастер Рахат-лукум, отдавший сему ремеслу более восьмидесяти лет своей жизни, был среди числа таких адептов. Но даже Сезам, с малых лет взятый в ученики старым алхимиком, хоть и разделял страсть и амбиции своего Мастера, не представлял всей глубины фанатизма Рахат-лукума. До этого дня.
— Сер… кха-кха! Ох, Сера, Соль и Ртуть… кхакх! Блистательный Мастер-эфенди! Дайте отдохнуть! Сил… нннггх… сил уже нет… — уже в который раз за последний час взмолился Сезам, изнывая от изнурения, голода и жуткой ломящей боли по всему телу. — И голос уже совсем не разобрать… Ахинея и только!
— Значит, необходимо обновить печати. И вживить состав повторно, — раздражённо пробормотал Рахат-лукум, откладывая в сторону исписанный пергамент и накопытник с прикреплённым пером. Спешно спустившись со своей кафедры, старый алхимик предстал перед учеником с жутким устройством, похожим на механического скорпиона. — Юный Сезам, ты согласился на это добровольно, так что терпи и помни — это ради алхимии!
— Да ну её к ифритам! Никакие тайны такого не стоят! Уфф! — Сезам не видел лица Рахат-лукума, скрытое за плотной тканью полумаски и защитными очками, но явственно ощутил, как оно скривилось от возмущения. Столь же явственно, как и последовавший удар копытом по голове — в своём фанатизме Мастер счёл эти речи кощунством, кои не желал терпеть. — Ай! Хватит! Кха-кхакх! Сожри меня пустыня…Кха! Ыых… И так голова раскалывается! Ууу…
— Я дал тебе силу и знание, возвеличил над прочей чернью только ради одной цели — служить Великому Деланию. И ты послужишь ему, во что бы то ни стало! — мрачно заявил Рахат-лукум, засовывая в “скорпиона” флакон с ядовито-зелёной жидкостью, как делал перед началом опыта несколько часов назад. Памятуя о пережитом, Сезам рефлекторно задёргался в ужасе, но крепкие путы не дали его тщётным попыткам и шанса. — Ибо Первый Закон гласит: “Чтобы что-то получить — отдай равное взамен”. Ты сам избрал страдания платой, мой безрассудный ученик, и я не позволю тебе сорвать сделку в миг её свершения!
«Сделка» — какой цинизм теперь звучал в этом названии для Сезама! Знай он пару месяцев назад, к чему приведёт нахождение в древних катакомбах Стидии обломка скрижали, то уничтожил бы его на месте не задумываясь. Мастер опознал в древнем артефакте работу пера самого Алхиманта, легендарного основателя алхимии, благодаря которой сумел преобразить себя в полубожественного аликорна. Безрезультатно потратив целый месяц на расшифровку текста, разгоряченный Рахат-лукум решился на радикальный метод перевода. Для чего и привлёк своего ученика, сманив его историями о секретах Алхиманта, хранящих ключ к бессмертию и преображению — рецепт получения философского камня. Зная о процедуре метода только со слов, Сезам и помыслить не мог, что придётся испытать столько боли.
«Скорпион» бесцеремонно заполз на земного пони, ведомый мысленным приказом своего создателя. Бездушный агрегат, творение алхимии и тауматургии, не знал чувств, и потому без всякий сомнений вонзил своё жало в измученную плоть Сезама. Как и прежде, поначалу боль была терпимой, но затем жало прошлось по всей поверхности тела, выписывая затейливые узоры, словно кисть художника. Ядовито-зелёная «краска» на серо-стальной шерстке Сезама со стороны смотрелась бы красиво и необычно, если бы не жгла его, словно раскалённое железо. Если бы не чудовищная боль, Сезам, может быть, и оценил бы горькую иронию момента — ведь этот раствор готовил он сам.
От короткой чёрной бородки до крупа, лишённого Метки — “Скорпион” прошёлся везде, шустро избегая попыток Сезама стряхнуть или приложить ненавистное создание о близстоящий стол. Пусть весь прошлый месяц до этого Мастер всячески приучивал своего ученика к боли, проводил надлежащие тренировки по закалке тела и духа, но этого оказалось слишком мало, чтобы Сезам оказался готов к такому. Земной пони вопил и дёргался не переставая, пока его маленький мучитель спешно и неумолимо обновлял былые рисунки.
— АААА!!! ХВАААТИИИИТ!!! АААА!!! НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕЕЕЕЕТ!!! АААА!!! — беспомощно надрывался Сезам, забыв про всякую гордость и достоинство. От жгучей, раздирающей до костей боли из его бесцветных, словно лишённых радужки глаз слёзы текли ручьём, его короткая чёрная грива стояла дыбом наряду с прочей шерстью, а мышцы вздулись и дрожали, подобно переполненному жабьему зобу. В эту минуту Сезам молил всё сущее прекратить страдания, пусть даже ценой его жизни.
— “… то, что находится внизу, аналогично тому, что находится вверху. И то, что вверху, аналогично тому, что находится внизу, чтобы осуществить чудеса единой вещи.” — словно мантру, призванную облегчить участь Сезама, зачитывал Мастер слова алхимического учения. Застыв с чашей, наполненной горящим пахучим порошком, старый алхимик с нетерпением выжидал момент, чтобы нанести решающий удар. — “Солнце её отец, Луна её мать. Ветер носил её в своём чреве. Земля её кормилица. Вещь эта — отец всяческого совершенства во вселенной…”
— ГЫЫААААААА!!! — особенно истошно возопил несчастный Сезам, когда “Скорпион” заполз ему на затылок и впился в него с удвоенной силой, словно вознамерившись добраться до мозга. И в тот миг, когда земной пони истратил весь воздух в лёгких, Мастер сунул чашу с огнём ему прямо под нос, едва не опалив лицо. Вдохнув полной грудью едкую, мерзостную гарь, Сезам забился в конвульсиях, будучи не в силах сделать второго вдоха, как бы яростно не старался. В глазах потемнело от леденящего лика смерти, и пробирающий холод окутал земного пони подобно погребальному савану. Покой, что так жаждал Сезам, наконец, настал. Но он был недолог.
Тьма медленно развеялась, подобно утреннему туману в лучах восхода. Сезам вновь узрел вокруг себя знакомую лабораторию, но это теперь было не то место, что он привык считать своим домом. То, что прежде казалось таким привычным и естественным, обрело иные, искажённые формы, словно в грязном и кривом зеркале. Стены из эбенового дерева напоминали рой копошащихся жуков, полки и шкафы обратились обглоданные скелеты чудовищных тварей, а стоящие там книги и эликсиры — в иссохшие внутренности. Это было кошмарное зрелище. Один раз уже пережитое, для Сезама этот ужас совсем не стал привычным.
Причиной этим изменениям было новое восприятие земного пони. Снадобье, что Мастер усилиями своего ученика воссоздал по рецептам запретных трудов чернокнижников, самым жутким образом воздействовало на сознание, расширяя его до невообразимых глубин. Это восприятие давало его обладателю уникальную способность ощущать вокруг себя все прошедшие события, варварски вторгаясь в иное пространство и время. Рисунки же на теле Сезама служили печатями, уберегающими его разум от безумия, но они были не только на земном пони. Последняя печать находилась на заветной скрижали, и именно через неё Сезам черпал все эти долгие часы те знания, что так жаждал Рахат-лукум.
Находясь одновременно в двух мирах, Сезам испытывал совершенно новые ощущения. Время для него то останавливалось, то ускорялось до немыслимых пределов, и это изрядно изматывало и без того изнеможенного алхимика. Стараясь больше не допустить взгляда на своего наставника, чей изменённый облик в прошлый раз вверг земного пони в исключительный ужас, Сезам буквально рухнул лицом на скрижаль. Он как никогда в жизни надеялся, что больше ему сюда возвращаться не придётся.
Эхо другой эпохи становилось всё чётче и ближе, возвращался тот образ, что Сезам созерцал прежде в поисках заветных тайн. Этот образ был ослепительно ярок, от него веяло непреодолимой мощью, способной гасить и разжигать звёзды. И голос его не был един, это был целый сонм голосов, полный величия и гордыни. И когда вновь зазвучали речи Алхиманта, Сезаму осталось лишь заворожено им внимать, повторяя вслух те фразы, что удалось постичь его измученному рассудку. Фразы, что таили ключ к пониманию текста скрижали и её тайнам.
— “… ТЕЛО ДОЛЖНО БЫТЬ ОЧИЩЕНО ВОРОНОМ… И ЛЕБЕДЕМ… ПРЕДСТАВЛЯЮЩИМИ РАЗДЕЛЕНИЕ ДУШИ… НА ДВЕ ЧАСТИ… НА ЗЛУЮ… И БЛАГУЮ… ПЕРЕЛИВЧАТЫЕ ПЕРЬЯ ПАВЛИНА… ПРЕДЛАГАЮТ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ТОГО… ЧТО ПРОЦЕСС ТРАНСФОРМАЦИИ… НАЧАЛСЯ…”
Отзыв от mortifera:
Порой нам на экспромт присылают работы, которые продолжают историю, начатую на предыдущих этапах РПВП. Это нормально. Иногда мы получаем небольшие фанфики, за которыми стоят сеттинги на сотни страниц текста – и это уже совсем другое дело. Не в обиду будет сказано многоуважаемому автору, но большая часть читателей попросту не знакома с его предыдущим, «большим» творчеством, так что для них некоторые моменты в тексте останутся непонятными. К таким читателям отношу себя и я, так что ниже указан целый ряд моментов, оставшихся для меня под вопросом.
Итак, начать хотелось бы с имен. Нет-нет, то, что пони восточного происхождения носят такие – это нормально, я скорее хотел бы поговорить о соответствии имени героя и его роли в тексте. Так, рахат-лукум – это сладость, и, как следствие, такое имя мог бы носить кондитер, но вот алхимику оно вовсе не подходит. По сути, с таким же успехом Старсвирла Бородатого можно было бы назвать Фрути Кейком. С Сезамом дело обстоит несколько лучше, ведь из одноименного растения производят масло, которое действительно может использоваться в алхимии, однако это все равно не столь однозначно. Ну и, конечно, Алхимант, который, по словам самого автора, «основал алхимию». Все бы хорошо, но если именно он является ее первооткрывателем, то до него слово «алхимия» ничего не значило, и давать жеребенку такое имя не было никакого смысла.
Далее в моем списке претензий идут взаимоотношения мастера и его ученика. У меня возникло ощущение, что они оба ненавидят друг друга, и мне не совсем понятно, почему эта парочка до сих пор терпит это: ученик ведь сам признается, что его учитель – не единственный мастер алхимии, а уж для столь опытного пони, как Рахат-лукум, найти куда более покладистого и послушного ученика и вовсе плевое дело. Отсюда возникает следующий вопрос: почему именно Сезам был использован в качестве «товара» для «сделки», а не случайный бедняк с улицы, который наверняка согласился бы за несколько звонких монет помочь ученым пони в их эксперименте? Ну а чтобы он не умер от болевого шока – накачали бы его отварами или травами, пусть даже опасными для здоровья… Все лучше, чем рисковать учеником, который еще может пригодиться. Однако, возможно, использование другого пони было попросту недопустимо, но и тогда не все так гладко: почему мастер приучал ученика к боли всего месяц, хотя по логике должен был делать это весь срок обучения? Ведь очевидно, что пони, занимающегося алхимией, ждет масса страданий, и повышенный болевой порог ему явно не повредит.
Также совсем непонятно, почему у Сезама нет метки – он пони, насколько я понял, взрослый и вполне состоявшийся, более того – со вполне определенным талантом. И да, я понимаю, что ответ на этот и другие вопросы, что я задал выше, наверняка были даны в первоисточнике, но, как я уже упомянул, с ним я не знаком, и оцениваю исключительно имеющийся у меня на руках текст — как и любой рядовой читатель нашего блога, собственно.
Однако, даже если забыть об этом, данный фанфик все равно сложно назвать отличным. О проблемах с качеством текста поведает мой дорогой коллега.
Отзыв от Tamop:
Если говорить о грамотности текста, то следует признать, что именно грамматических ошибок, как и пунктуационных, в нём практически нет, однако это перечёркивается большими проблемами с согласованностью и подбором отдельных слов. Если говорить подробно…
«Разразился кашлем пони, смертельно устав от происходящего» — он смертельно устал именно в тот момент, когда разразился кашлем?
"… Но, к несчастью, у его наставника было совсем другое мнение" — к несчастью для кого? В такой форме, без уточнения, звучит как «к несчастью вообще».
«Давно утративший белизну своей масти бородач» — «белизна масти». Масть — это цвет, а цвет не может иметь окрас.
«Сезаму казалось, что он знал, что его ждёт. Что он будет к этому готов» — несогласованность времён (с поправкой на происходящее): «казалось, что знал; казалось, что будет готов».
«Пони был готов предать забвению все те труды, что достались и достаются до сих пор путём невообразимой боли» — «труды достались»? «труды достаются» — подопытному?
«Мастер счёл эти речи кощунством, кои не желал терпеть» — «подъезжая к вокзалу, с меня слетела шляпа».
«Мастер опознал в древнем артефакте работу пера самого Алхиманта, легендарного основателя алхимии, благодаря которой сумел преобразить себя в полубожественного аликорна» = «Мастер опознал работу, благодаря которой сумел преобразить себя в аликорна». Мастер ведь указывался как земнопони, разве нет?
«Привлёк своего ученика, сманив его историями о секретах» — «заманив». «Сманить» можно только того, кто не принадлежит тебе, а ученик по умолчанию в той или иной мере принадлежит учителю.
"… вонзил своё жало в измученную плоть Сезама. Как и прежде, поначалу боль была терпимой, но затем жало прошлось по всей поверхности тела" — жало прошлось по всей поверхности тела в состоянии «вонзённое», освежёвывая Сезама?
«Краска на серо-стальной шерстке Сезама со стороны смотрелась бы красиво и необычно, если бы не жгла его, словно раскалённое железо» — в причинно-следственной связи смешаны взгляд со стороны и взгляд «изнутри», хотя по факту они никак не связаны.
«Мастер всячески приучивал своего ученика к боли, проводил надлежащие тренировки по закалке тела и духа, но этого оказалось слишком мало» = «Мастер занимался учеником, но этого оказалось слишком мало». Это ли имело в виду?
«Его короткая чёрная грива стояла дыбом наряду с прочей шерстью» — «наряду», канцелярит. Более того, даже «грива встала дыбом, как и вся остальная шерсть» будет смотреться нелепо, ведь имеется в виду вся шерсть целиком, и нет нужды разделять её на две части.
«В глазах потемнело от леденящего лика смерти» — при чём здесь этот лик? Он где-то появился, его кто-то увидел?
«Покой, что так жаждал Сезам, наконец, настал. Но он был недолог.» — Во-первых, «что». «Покой, что...» — это «комната, что...»; правильнее было бы сказать «покой, которого жаждал Сезам». Во-вторых — «Но он был недолог»: подобные краткие предложения-уточнения не подходят для выбранного стиля повествования.
Один раз уже пережитое, для Сезама этот ужас совсем не стал привычным." — «уже пережитое ужас», ошибка согласования.
«Причиной изменениям было новое восприятие земного пони» — возможно, «новое восприятие окружающего мира земным пони»?
«Стараясь больше не допустить взгляда на своего наставника» — канцелярит, канцелярщина! Неужели более живой текст порушит желаемое впечатление от себя?
«Сонм голосов, полный величия и гордыни» — гордыни и величия был полон именно сонм, не сами голоса?
В общем, мы хотим пожелать автору работать над аккуратностью и обоснованностью описываемого им, благо что с работоспособностью и вдохновением проблем у него нет. Мир, персонажи и их действия красочны, но зачастую непонятны (особенно для неподготовленного читателя) — причём не загадочно-непонятны, а нелепо-непонятны. Так или иначе — развития вам, и спасибо за участие!
*время страданий)ХД*Оправданий моему провалу нет и не будет. Отныне никаких отсылок к событиям моих прошлых работ, только к их сеттингу. И оставить попытки уложиться в лимит по времени — это сильно вредит качеству текста. Аминь.
P.S. Спасибо за строгость, детальность и доходчивость критики. Это было горькое, но верное лекарство.
Очень понравилось)
Начать стоит с того, что Рипер Саунд был мертв. По крайней мере, так утверждал прибывший из ближайшего города Н лекарь, что осмотрел тело усопшего и постановил, что земного пони можно уже закапывать, причем чем скорее – тем лучше, ведь тело скоро начнет разлагаться. Деревенские, поохав и поахав о горячо любимом соседе, что в самом расцвете сил отправился на Вечные пастбища, по-быстрому сколотили гроб из того, что первое попалось в копыта, и, выкопав на кладбище яму подходящих размеров, поспешили закопать усопшего и отправились в дом к старосте – как-никак, нужно было почтить память старого друга кружечкой крепкого сидра. Или не одной. Или не кружечкой. И, возможно, не только сидра.
Рипер Саунд открыл глаза. Постаравшись подняться, он больно ударился лбом обо что-то, что не смог разглядеть из-за кромешной темноты вокруг себя. Вторая попытка так же не увенчалась успехом. Тогда пони постарался выползти из-под того, что дважды безнаказанно стукнуло его по голове, но и тут его ждала неудача – со всех сторон его окружало такое же неведомое нечто. По звуку «нечто» походило на дерево, но уверенности в Рипере не было. На всякий случай, он еще пару раз ударил по неведомой преграде. Так и есть, его окружало что-то деревянное. В первую секунду он подумал, что за время своего беспокойного сна он превратился в некое растение – довольно большое, стоит отметить. Жеребцу оставалось лишь понадеяться, что это был дуб – по крайней мере, тогда ему было бы не так обидно. Однако уже через несколько мгновений земной пони осознал ошибочность этой теории – по-прежнему он ощущал свои четыре ноги, хвост и гриву, а значит никаких капитальных изменений в его организме не произошло. Следующая мысль Рипера была куда рациональнее – проанализировав историю деревушки, в которой ему довелось жить с самого своего рождения, он пришел к выводу, что его, хмельного и бессознательного, кто-то из соседей принял за мертвяка. Такое уже случалось. Естественно, вызван был доктор. Его, естественно, встретили кружечкой пенной браги, и только лишь убедившись, что он выпил все до последней капли, допустили врачевателя к пациенту. К подобной практике все уже привыкли. И, естественно, никаких признаков жизни захмелевший лекарь в нем не обнаружил. Это нормально. Ну, а дальше все пошло по накатанной – гроб из кормушки для свиней, яма, которую закопали максимально быстро, чтобы свежепохороненный не успел очнуться, масштабные поминки с сидром и плясками на столах, после которых наверняка найдется еще один «труп», и забаву можно будет повторить снова.
Внезапно Рипер Саунду очень захотелось жить. В первую очередь – чтобы накостылять тем, кто положил его в столь, во всех смыслах, неловкое положение. Во вторую же – чтобы посмотреть, кто будет следующей «жертвой». Земной пони готов был поспорить, что ей станет Фрогги Джампер – малец в последнее время слишком сильно напирает на темный эль, а для жеребят его возраста это противопоказанно – по крайней мере, так говорят те врачи, что умудряются сохранить в себе хоть каплю рассудка на момент попойки. Им не верят, конечно, и подливают еще, дабы в мозгах все прояснилось. Стоит признать, помогает.
Упершись всеми четырьмя копытами в крышку собственного гроба, жеребец изо всех сил постарался приподнять ее, но ничего не вышло. Рипер удовлетворенно кивнул – что-что, а закапывать в его деревне умели на совесть. Ну, это правильно – не хорошо ведь выйдет, если мертвец придет на собственные поминки? Не хорошо. Вот, и его соседи тоже так считали.
Внезапно Рипер Саунд обнаружил одну крайне странную вещь, коей совсем не замечал до этого – после длительной попойки у него не было похмелья. В смысле, совсем. Прислушавшись к себе повнимательнее, он обнаружил так же, что не дышит. Сей факт, конечно, несколько омрачал предыдущее открытие, но не сильно. Подумав еще немного, пони пришел к глубокомысленному выводу, что на этот раз доктор не ошибся и пациент действительно был мертв. А пациентом был он. Значит, его уже заждались Вечные пастбища!
Закрыв глаза, Рипер Саунд уснул вечным сном. Можно даже сказать, мертвецким.
Эта история повествует нам о вреде злоупотребления алкоголем. Не только главным героем, но и всеми окружающими, особенно врачами. Сюжет, не смотря на тематику погребения заживо, наполнен позитивом и юмором. Возможно, «гробовое» спокойствие главного героя сначала сбивает с толку, но, тем не менее, ход его мыслей убеждает нас – он был явно готов к такому исходу. Скорее всего, он и сам пил на подобных поминках, если не закапывал…
По тексту особых нареканий нет, разве что пара повторений, но это легко поправляется вычиткой.
И, что забавно, трудно добавить что-то еще. Стиль напомнил этакое лёгкое фентези, аля Терри Праттчет. Есть в настроении рассказа что-то от Плоского Мира, где вполне можно проснуться мёртвым.
И да, я ведь почти забыл, как обожаю этих ребят…
Меня очень сильно смутил один момент.
Да, у тебя в рассказе литературное допущение, что герой — ну, назовём это ожившим мертвецом. Окей, ты как автор задал нам это условие, мы приняли его на веру. Ты выбрал комедийный жанр — это налагает свой отпечаток на подачу истории. Но это ни в коем случае (по крайней мере, я так считаю) не оправдывает нереалистичную психологию в том плане, что, проснувшись в гробу твой герой вообще ни капельки не запаниковал. На тот момент он ещё не понимал, что он мертвяк, он должен был испугаться. Иначе ты разрушаешь веру читателя.
И это можно было бы увязать и с комедийным жанром и твоим допущением о мертвяках. Ты мог подать его панику с юмором. Ты мог обратить внимание на то, что он удивился, почему от страха сердце не стало биться о рёбра. Тут много чего можно было придумать, сохранив баланс между тем и этим. Мне кажется, что стоило бы. А ты как считаешь?
Но знаешь, дорогой мой Огонек, на самом деле ты даже прав, и частичка более осмысленного, более материального страха и правда сделала бы этот рассказ лучше. Я даже хотел добавить его, но потом как-то не сложилось. Запамятовал, наверное.
И да, большое спасибо за интерес, проявленный к моему фанфику.)
мертвяк, по логике, не должен испытывать чувств вообще — либо они должны быть максимально приглушены. фактически, все эмоции живого существа возникают по следующей схеме: осознание реальности — условный рефлекс тела, выраженный в выделении подходящего под ситуацию набора гормонов — собственно возникновение/изменение эмоций. если тело мертво, то гормоны не выделяются, и эмоции могут быть только «симулированы» — исключительно силами разума… но это может быть только осмысленная симуляция, тело должно сконцентрироваться на желании испытать/продемонстрировать эмоцию.
реалистичность описания поведения ожившего мертвеца не нарушена. xD
Я об этом вообще не подумал. Теперь понимаю, почему Лиса это не смутило, как и тебя. Медики.
Митрич, то есть Рипер.Интересная картинка в Эквестрийской деревне — лишь бы найти повод для попойки, которая, в свою очередь, даст ещё один повод. Едко, весьма едко.
Рассказ хороший, мне понравилось.
— Новые друзья! Пусти меня! Хочу с ними познакомиться!
Дмитрий бы спустил своей маленькой тульпе это с рук (“копыт!”, поправила маленькая тульпа), если бы она визжала в немного другое время: одновременно и держать серьезное лицо, и выражать заинтересованность в интервью, и утихомировать сбесившуюся тульпу было нелегко.
Ну, если не сказать что невозможно.
«Подумать только, — в самом деле подумал Дмитрий. — Завел себе головную боль со скуки и безработицы, а как работа поперла, так сразу…»
Дмитрий в самом деле завел себе тульпу для интереса (“вместе веселее! Ты сам говорил!” — упиралась маленькая непослушная пони.) несколько месяцев назад, и, логично, что эта тульпа была его самой любимой пони, Пинки Пай. Что его самого удивило, так это то, что в его сознании Пинки была маленьким несносным жеребенком, который, казалось, никогда не уставал. Впрочем, стоило Дмитрию запеть “Спокойной Ночи, малыши”, как непоседа сначала успокаивалась, а потом с умилительными зевками сворачивалась калачиком и засыпала.
Но то ли Дмитрию надо было пропеть вполголоса, либо маленькая пони слишком хотела завести друзей вне его головы, но успокоить ее никак не удавалось. Если бы Пинки была настоящей, то Дмитрий уже бы давно потерял слух — не говоря о том, что ему бы пришлось слечь с больной головой.
Теплый майский день пробудил в нем приподнятое настроение этим утром — но это было не единственной его радостью. Второй, конечно, была радостная тульпа с неудержимым оптимизмом на каждый случай жизни, ну а третьей радостью было то, что Дмитрия сегодня принимали на престижную работу.
Точнее, его сегодня пригласили на интервью, но Дмитрий знал, что это чисто формальность, отчетность перед вышестоящими инстанциями. В конце концов, интервьюер — светловолосая девушка лет двадцати пяти в строгом деловом костюме — делала свою работу.
Дмитрий тоже неплохо выглядел — бритый, вымытый, с ароматом от не самых последних духов, тоже в деловом костюме, с красным галстуком — он всеми возможными способами хотел произвести самое наилучшее впечатление.
Вот тут-то все и летело наперокосяк — трудно держать себя в руках, если вся внутренняя борьба у тебя читается на лице.
А ведь интервью еще толком не началось даже — Дмитрий успел только представиться, как тульпа начала плясать у него в голове — фигурально выражаясь, конечно. Но ему было не до этих шуток.
— Здравствуйте, Дмитрий, меня зовут Светлана, — улыбнулась девушка и поправила перед собой стопку документов. — Я буду принимать у вас интервью.
— Да, конечно, здравствуйте, — вымученно улыбнулся Дмитрий.
От взгляда девушки это не укрылось — Светлана имела опыт в интервью, так что это для нее было одним из тревожных сигналов. Знай она, что на самом деле творилось у Дмитрия в голове…
Где-то в глубине головы у него появилась мысль: “а она симпатичная”…
«ТИЛЛИ-ТИЛЛИ-ТЕСТО, ЖЕНИХ И НЕВЕСТА!» — завизжало со всей силой у него в ушах, и Дмитрий чисто инстинктивно поддался вперед и напрягся.
Если напряженную улыбку девушка списала на напряжение и волнение, то резкое движение она на это списать никак не могла ни при каком желании.
— С вами все в порядке?
— Да, извините, — проговорил Дмитрий и слегка дрожащими руками поправил галстук. — У меня просто в спине стреляет… иногда, — смущенно договорил он.
— Понятно, — девушка кивнула и придвинула к себе стопку листов. — Расскажите о себе, пожалуйста.
— Ну… Наверное, вам нужно более общую сейчас информацию, да? — Дмитрий пытался угадать ответ по реакции девушки, но никаких намеков увидеть не мог. — Я тогда с этого начну, хорошо? Я разносторонний человек…
Светлана едва заметно черкнула на листке бумаги ручкой — эта фраза всегда выдавала людей, немного неуверенных в себе. Не говоря о том, что фраза это была избитая донельзя.
— Большую часть я либо бегаю вокруг своего дома, либо читаю книжки…
«А ЕЩЕ ОН СИДИТ ЗА НОУТБУКОМ! ТАМ МНОГО БЕГАЮЩИХ КАРТИНОК! И МАЛЕНЬКИХ СКУЧНЫХ БУКОВОК!»
Правый глаз нервно дернулся, и Дмитрий, и не без того перепуганный, совсем остановился посмотреть реакцию Светланы. Та, если даже и заметила это, не придала особого значения.
— Мне нравится научная фантастика, — Дмитрий, сам того не замечая, начал говорить быстрее, на что девушка у себя в листке поставила еще одну палочку рядом с первой. — Ну, в смысле, не такая простая, а посерьезнее, типа как у Пратчетта… — он остановился, увидев улыбку девушки:
— А что вам нравится в этом жанре?
— Ну… Мне нравится это, будущее, и технологии, и это… — Дмитрий совсем замялся, а на лбу проступила капелька пота.
«А ЕЩЕ ЕМУ НРАВЯТСЯ ЭЛЬФЫ!»
Дмитрий редко шикал на тульпу — только когда та мешала смотреть ему новости по телевизору, но сейчас ему пришлось это сделать, опять же, только мысленно. “Пинки!”
«ЧТО? НО ТЕБЕ ВПРАВДУ НРАВЯТСЯ ЭЛЬФЫ! ТЫ ЖЕ САМ СКАЗАЛ, ТЕБЕ НРАВИТСЯ ПРАТЧЕТТ! Я ПРОСТО ПОМОГАЮ!»
До Дмитрия даже не сразу дошло, что Пратчетт по большей части известен своим фентези, а не научной фантастикой, а когда понял, то ему только и оставалось, что неслышно простонать от досады.
— Хорошо, — опять кивнула девушка. — Расскажите о своем предыдущем месте работы. Что вы можете рассказать о людях, которые там работали? О коллективе и какую роль вы там играли?
Дмитрий и так был запутан, но сейчас запутался еще больше. Его предыдущее место работы, с которого ему пришлось уйти из-за банкротства фирмы, особой популярностью не обладало. Да и на самой работе он по большей части сачковал, благо его должность позволяла.
— Понимаете, — начал было парень, но его снова перебили:
«ТАМ ПРОДАВАЛИ ОЧЕНЬ ВКУСНЫЕ ПИРОЖКИ РЯДОМ С ВХОДОМ, ОБЪЕДЕНИЕ! А КАКИЕ ТАМ ДРУЗЬЯ — ДИМ, НУ СКАЖИ, КАКИЕ У ТЕБЯ ТАМ ДРУЗЬЯ БЫЛИ, ПРОСТО ОПОНЕТЬ!»
Кажется, в последнем слове он пропустил второй слог, но догадаться, что за слово у него — или у пони? — сорвалось с языка труда не составляло большого труда.
Но Светлана только смогла увидеть как несчастный кандидат на работу дернулся еще сиьлнее чем в прошлые разы.
— С вами точно все в порядке? Может, перенести интервью на другой день? Вы выглядите не очень…
— Нет, все, — Дмитрий резко выдохнул: в этот момент Пинки решила спеть еще какую-то песенку о том, как замечательна дружба, — в порядке, пожалуйста, продолжайте, — на лбу появились глубокие морзины, а сам парень тяжело дышал.
Где-то там, в его сознании, малышка Пинки решила устроить концерт… не в одиночку, а еще с несколькими такими же кобылками.
«А ИЗ МЕНЯ ПОЛУЧИТСЯ ХОРОШАЯ ПРИМА?»
«НЕТ, ПИНКИ, НЕ-»
«ФИГАРО-ФИГАРО-ФИИИИГААААРООООО!»
И Дмитрия со всей силой ударило об стол лбом.
И мир перед ним потемнел.
Светланиных знаний хватило только на то, чтобы уложить парня на пол и, после того как легкие шлепки по щекам не возымели эффекта, попытаться обрызгать его водой.
Едва она набрала полный рот воды, как глаза юноши резко открылись, а улыбка на его лице расползлась до ушей. Рука его сжалась в кулак и резко дернулась вперед, к девушке.
Прежде чем та успела что-то сделать, ее поприветствовал самый жизнерадостный голос:
— Привет! Давай дружить!
2 часа, 45 минут (а попробуйте пописать в виртуальной клаве)
Хм. «Человеки не нужны», «тульпы не нужны»? Постараюсь не делать поспешных выводов.
Модификаторы исполнены успешно, в том числе и «главный герой старается не допустить встречи тех, кто встретиться не должен» — пусть встреча всё-таки и произошла.
Редкий случай, когда мне почти нечего сказать по грамматике. Кроме всплывающих повторов, очевидных описок (перепутанных местами букв) и нескольких запятых — всего пара кривоватых мест.
«Эта фраза всегда выдавала людей, немного неуверенных в себе» — слово «немного». Человек либо уверен в себе, либо нет, это бинарное состояние; сила, степень уверенности/неуверенности проявляется в том, насколько сложно заставить человека потерять или обрести уверенность.
«Не говоря о том, что фраза это была избитая донельзя» — устойчивое выражение «не говоря уже», повтор «фраза», косяк «это была»-«эта фраза»…
В общем — ничего, что не могла бы поправить внимательная вычитка — даже в исполнении автора, судя по грамотности остального текста. Жаль, что времени на неё не хватило.
Что касается художественной части — ГГ очень уж несобранный, непредусмотрительный и, откровенно говоря, жалкий. В общем, нет никакого желания ассоциировать себя с этим персонажем, даже учитывая его «ручную поняшу». Поняша, кстати, очень уж невинно-враждебная… Надеюсь, не все тульпы такие.
Всё происходящее в рассказе укладывается в короткое предложение: «на собеседовании фэйлил и боролся с голосом в голове, отрубился, в его теле кто-то другой» — такое вполне подходит для зарисовки, но для рассказа всё-таки маловато: в тексте указано только развитие связки интервьюер-опрашиваемый, но ведь могло быть развитие и самого ГГ, и его отношений с Пинки, и окружающего мира, даром что он ограничен одной комнатой?
В итоге… Рассказ всё-таки про людей, а не про пони, и про людей не самых разумных. Выполнено ли задание? Формально — выполнено. Можно ли сказать, что это хороший рассказ? Получилось скучновато и без «посыла» (если не считать основной моралью «не играйте со своим разумом!»)… И, наверное, надо спросить у автора, доволен ли он сам своей работой.
Чего бы я посоветовал автору? Не стесняться добавлять жизни и красок, и расширять рамки описываемого мира даже там, где они, на первый взгляд, строго ограничены.
За сим — вдохновения, желания писать — и спасибо за участие!
А так-то проехался по всем моим слабым местам. Как борюсь, нифига не получается(
ты не пробовал переписывать тексты — с поправкой на знание косяков/ошибок? чудес такой подход не творит, но вроде бы помогает.
Удивил рассказ про Дэши. Полет — ярчайшая метафора свободы. Можно выйти из этой темы на совершенно шикарную прописку ограничения этой свободы, но в том виде, в каком это есть сейчас — мимо темы.
Морти, Тамор, вам вопрос отдельный. Как остаться в рамках своего сеттинга и при этом не требовать отсылок? Не прописывать же каждый раз персонажей заново?
Хороший вопрос. Знаете, наверное никак. Или писать каждый раз про новых персонажей, уточняя только особенности окружения, или описывать (хотя бы кратко) то, о чем было написано в предыдущих рассказах. Можно еще главных героях прошлой истории сделать второстепенными или вовсе фоновыми — тогда это будет приятный референс для знакомых с творчеством автора, не более того. Ну и да, еще можно давать ссылки на материал, с которым Вы советуете ознакомиться перед прочтением рассказа. Это тоже помогает, на самом-то деле. И да, если бы подобная история была бы в ПП/на сторизе, и автор бы указал, что она является одной из многих в сеттинге, то проблем бы не возникло.
кхем, предположу, что имелось в виду «как остаться в своём сеттинге (в небольшом отдельном рассказе) так, чтобы читатели не требовали объяснения отсылок».
«свой сеттинг» всегда имеет какие-то отличия от канона — новых персонажей, новые места, события, магию… что делает автор, находясь внутри «основного рассказа», вводя в сюжет абсолютно нового персонажа, не знакомого с происходящим? автор, как минимум, знакомит этого персонажа с теми деталями, что отличают «авторский сеттинг» от канона — не со всеми, разумеется, но с теми, что этот персонаж может узнать в поставленных условиях.
в «сторонних самостоятельных рассказах» всё точно так же — нужно ненавязчивое обыгрывание ключевых моментов: имён, привычек, памятных мест и прочего. нужно — для тех, кто не знаком с основным рассказом, ненавязчивое — для того, чтобы не вызывать раздражение уже у тех, кто с основной историей знаком. разумеется, пасхалки отдельно объяснять не нужно)
хм. ответ принят?)
Тогда я вдойне хочу твой взгляд на рассказы с сотого. Как на два самостоятельных.
Радует атмосферой сериала, простой, добрый и интересный. Сюжет вполне подошел бы для серии или официального комикса. Хоть там и есть слово «маньяк». В серии про убийство торта было слово «убийца» — ничего, пропустили. Единственное, что Пинки во многом копирует свое же поведение из серии про убийство торта. Возможно стоило добавить новых ужимок?
Персонажи живые. Взаимоотношения между ними тоже. «Верю.» Злоключения выглядели забавно, а поворот сюжета для меня оказался действительно неожиданным. Здорово вышло!
Очень красиво, картина прямо заиграла в глазах разными цветами. Взаимоотношения пары учитель-ученик мне вообще очень нравится. За это я люблю Звездные Войны (несколько пар мастер-падаван) и Назад в будущее (Док-Марти). И хотя я не знаком с предыдущими работами автора, мне все было понятно. Пряный рассказ, со спецэффектами.
Смех и грех. Эдакая антиалкогольная сатира. Смешно, когда читаешь — похихикиваешь, но тут же одергиваешь себя, мол, ты чё смеешься, тут понь умирает, а ты ржешь! Концовка добавляет позитива, герой понимает, что оказаться мертвым под землей, не так уж и плохо, по сравнению с тем, что происходит на поверхности. И это грустно, ведь алкоголь — действительно большая проблема, которая губит целые деревни.
«Телефонная будка».
Шикарный триллер, очень напряжённый, ни на секунду не отпускает внимание. Глубокая игра персонажей. Колоссальная передача эмоций.
Кто не смотрел — посмотрите. Не пожалеете.