Цикл "Эхо Большой Войны". Империя Зебр. Рождение "Вицесим"

Утро в Стойло, Выходцы! Я тут подумал, что мне мало регалии «Самопровозглашенный эксперт по чейнджлингам», потому я решил себе добавить еще и «Самопровозглашенный эксперт по Большой Войне». Кто следит за тем, чем я вообще занимаюсь в фандоме, прекрасно знает, какое внимание я уделяю деталям и бекграунду. Само собой, не мог я обойти стороной Большую Войну и подробно там все не изучить, ведь информации об этом внутри фандома или нет, или это жалкие общие крупицы, которые не дают докопаться до истины. А тема очень обширна и интересна лично для меня. Пора уже давно пролить свет на то, как все происходило.

Это будет первая статья, опубликованная вне группы, из нашего проекта «Эхо Большой Войны». Эти статьи можно считать доп. материалами, которые я использую и буду использовать при написании своей книги.

Сразу скажу, что это лишь крупица тех выводов, что я уже успел сделать (и еще сделаю!), анализируя этот конфликт. В этом конечно, стоит сказать огромное спасибо моим товарищам, что неустанно помогают в реализации всех тех идей, что приходят мне в голову. Изучать войну между полосатыми и цветными крайне сложно, но очень интересно! Надеюсь, что следующая небольшая статья, по мотивам которой был нарисован этот прекрасный арт, вам понравится.

На иллюстрации:
Пулеметный расчет XXVII Имперского легиона, вооруженный единым пулеметом «Мантикора». Запретные Джунгли, 11 год Большой Войны.

За прекрасный арт спасибо Полосатокрупской Анастасии Лимреевне, которая выдержала все мои «Да посади ты его ближе», «Настя, а куда ты дела ленту?», «У нас тут дульный тормоз кривоват», «Давай посветлее, а там потемнее» и «А давай им еще на шеврон геральдику какую захерачим!»

Рождение «Вицесим»
Военная доктрина Империи Зебр традиционно придерживалась племенной структуры: все новые или уже существующие подразделения, будь то когорта или легион, создавались и пополнялись исключительно из тех племен, где они были сформированы (прим. – когорта примерно равна эквестрийской дивизии, численностью около 11 тыс., а легион – армии размером около 50 – 60 тыс. солдат и офицеров). Все это позволяло иметь в самом начале войны очень боеспособные и преданные легионы, которые уже успели получить некоторый боевой опыт во время колониальных стычек. Также не стоит забывать о том, что Империя количественно и качественно превосходила Эквестрию по артиллерийскому и кавалерийскому вооружению. Вызвано это было тем фактом, что армия Эквестрии была еще в процессе перевооружения, а промышленность еще не успела оправиться от угольного кризиса и не могла снабжать войска новыми видами вооружения в достаточном количестве.

В данной статье мы опустим морские сражения и бои за крупные острова и архипелаги, а вкратце затронем сухопутные сражения между двумя державами.

Единственное место, где сухопутные силы двух армий могли столкнуться, был заснеженный север. Огромные степи, раскинувшиеся на северо-востоке Империи и на северо-западе Эквестрии, являлись в прямом смысле воротами между двумя державами, через которые шло множество торговых и железнодорожных маршрутов. Чтобы овладеть севером, Империи необходимо было захватить главный дорожный узел всего региона – Сталлионград. Город располагался гораздо южнее границы, и был окружен реками, оврагами и лесами. Последнее было очень важно, ведь отсутствие авиации у зебр создавало очень серьезную проблему, и Империи было критически важно выйти в регион Сталлионграда как можно быстрее. Задержись они в степях слишком долго, и опомнившиеся пегасы не оставили бы легионам ни единого шанса.



Это прекрасно понимало и командование Эквестрии. Город готовился стать крепостью, а северные границы поспешно укреплялись, рассчитывая задержать войска зебр до подхода подкреплений. Однако из-за сложных погодных условий (которые было необходимо тут поддерживать) и понимания, что Империя, обладая самым сильным флотом, может предпринять попытку высадки, Эквестрия не могла держать около Сталлионграда слишком большую группировку войск.

Именно эти факторы и позволили Империи с самых первых дней войны захватить стратегическую инициативу. Благодаря внезапному удару во время снежной бури, заебринские части прошли приграничную оборону как нож сквозь масло. Из-за плохой связи, вовремя сообщить о надвигающейся катастрофе атакованные войска не смогли, и менее чем через неделю, Имперские войска вышли к границам Сталлионградского региона. Понимая, насколько важен город, пони готовились драться за него до конца. Потеря региона сулила только одно – выход имперских армий на оперативный простор вглубь страны. И хоть эквестрийское командование делало все, чтобы задержать рвущуюся к городу полосатую лавину, существенно повлиять на продвижения противника малочисленные и плохо укомплектованные эквестрийские войска не могли. Из-за подавляющего превосходства зебр в артиллерии, перед наступающими армиями шел в буквальном смысле огненный вал, сметающий все на своем пути.

Империя рассчитывала на быструю победу, однако сталлионградская местность еще в мирное время была хорошо подготовлена для обороны: вокруг города было построено множество укреплений, вырыто траншей и окопов и построено долговременных огневых позиций. А благодаря развитой железнодорожной сети и снабжению по воздуху, Эквестрии в короткие сроки удалось перебросить сюда несколько армий и сосредоточить тут более половины всей своей военно-воздушной мощи. Упорные бои начались еще на подступах к городу, однако даже несмотря на стойкость эквестрийцев, бои в пригородах Сталлионграда загремели уже через месяц после начала войны. Однако, хоть до города оставалось всего несколько десятков километров, быстро преодолеть зебры их уже не могли. Обе армии вцепились друг другу в глотки, ознаменовав начало самого кровопролитного и долгого сражения, что продлится более десяти лет и будет стоит обеим сторонам миллионы жизней.

После начала боев уже к концу первого года войны у племенной системы пополнения легионов был выявлен очень существенный недостаток. Поскольку не все племена были достаточно крупными, чтобы регулярно восполнять потери личного состава в условиях постоянных боевых действий, второй год войны Имперская армия рисковала начать с серьезного кризиса. В этот период командование Империи решилось на смелое, и даже в некоторой степени, авантюрное решение — сформировать легионы нового типа и опробовать их в бою. Главным их отличием от обычного Имперского легиона довоенного образца было то, что комплектовались они новобранцами без какой-либо привязки к племени, роду деятельности или сословию, а также не имели названия – только номер. Солдат обучали и готовили к бою в одинаковых условиях, без упора на индивидуальные традиции и особенности. Больше не было «привилегированных» племен, так как каждый солдат становился частью одного целого. На первых порах это было труднодостижимым, ведь не всех устраивал новый порядок, но благодаря зебринской идеологии, мировосприятию и дисциплине, подобное удалось очень быстро преодолеть.

Первым пяти легионам нового типа присвоили номера с XX по XXIV, благодаря чему в войсках их прозвали «Вицесимы» (зеб. «vicesima» — двадцатый). Свое боевое крещение первые два Вицесима приняли под Сталлионградом, куда были отправлены в качестве пополнения. Несмотря на то, что их успехи в боях были достаточно скромны, они показали себя очень устойчивой, гибкой и крепкой боевой единицей. Унификация и приведение всех подразделений легиона под единый знаменатель сделала части более универсальными, а также позволила решить множество проблем еще на стадии формирования, которые неизбежно возникали с легионами старого типа. Помимо этого, несколько недель после прибытия на фронт, солдаты «Вицесим» часто вводили эквестрийцев в заблуждение, чем получали некоторое преимущество. Связанно это было с тем, что по убитым или пленным зебрам, пони всегда точно могли понять, какое племя находится перед ними. «Вицесима» же подобное попросту исключала.

Набравшись боевого опыта, «Вицесимы» в буквальном смысле вобрали в себя все лучшее из легионов старых образцов, став грозным противником на поле боя. Именно их солдаты дрались особенно упорно, что позволило Имперской армии, хоть и ценой больших потерь, протаранить оборону эквестрийских частей и к концу первого года войны ворваться на улицы Сталлионграда.

Результаты «Вицесим» были высоко оценены командованием, и Империя полностью перешла на формирование новых и пополнение старых частей уже по их образцу. Из-за этого, название потеряло свой смысл, ведь количество легионов перешагнуло далеко за двадцать, однако благодаря своим боевым успехам, сам термин «Вицесима» приобрел для религиозных зебр особое значение и превратился в имя нарицательное. Его стали присваивать только особо отличившимся в боях легионам, и в боевых документах подобные воинские формирования уже обозначались не как «легион», а как «Вицесима». Это было огромной честью для солдат. И предупреждением для противников. Эквестрийские войска быстро усвоили простую истину: «если перед ними стоит «Вицесима», драка будет особенно яростной».

Наша группа ВК