Капелька проблем

Всем привет, поняши)
У меня проблемы с отрисовкой комикса, поэтому, увы, сегодня, как планировал, не порадую вас очередной «полосой»
Взамен приподношу вашему вниманию небольшие зарисовки. Под катом еще парочка, а так же история событий между третьими и четвертыми частями комикса!)

White Noise, кадр из поезда.


Аврора, новый персонаж. Из-за неё пострадал в своё время PathFinder. Она не нарочно, правда.


Снова Вайт Нойз. Я так чувствую, красногривый рано или поздно примет смерть от её руки…

В промежутке между 3й и 4й частью...

— А ну быстро собирайся!!!
— Ва-айти…
— Собирайся, сказала-а!
Патчфайндер мрачно паковал свои пожитки. Аврора молча стояла рядом.

Утром следующего дня они уже были в Кантерлоте.
— Спасатель Патчфайндер, пройдите на аудиенцию к Её Величеству.
Предвкушая скорую гибель, он направился к дверям зала.
— Патчфайндер. Вы очень, очень огорчили меня, когда выполняли последнее моё задание. — «Дело дрянь, — подумал Патч, — раз уж Принцесса обращается ко мне на „вы“ — жди беды...»
— Этот проступок непростителен, и я не могу и не хочу делать скидку на то, что он — первый в своём роде с вашей стороны.
— Простите меня, Ваше Величество, Принцесса…
— Вы не заслужили прощения. Подойдите ближе.
Ожидая худшего, Патч подошел к трону. Принцесса поднялась и встала напротив него. Её рог засветился, и с чёлки спасателя исчезла ранговая звезда (спасатели одевают их только на параде или при аудиенции Селестии). Селестия наклонилась близко, достаточно, чтобы незаметно для стражей (которые стояли по обеим сторонам трона и у дверей) прошептать ему на ухо:
— Слушайся Вайт Нойз, дружок. Удачи тебе.
Принцесса развернулась и покинула тронный зал через заднюю дверь. Патч стоял, ни жив, ни мертв, пытаясь разобраться, что вообще произошло.
— Идем. — Холодно сказал один из стражей, Стормвинд, с коротым Патч и Вайти познакомились на первый же день службы при дворе. — Ты отстранен от службы. Прости, мне очень жаль, что так получилось.

— Ну? Что сказала Принцесса? — Вайти встретила Патча у входа во дворец.
— Меня повысили. — Вайти было улыбнулась, но взгляд спасателя остудил её радость. — До персоны нон-грата в Кантерлоте.
И ушел, сопровождаемый сочувствующими взглядами.
Грустно смотрела Вайт Нойз. Она и не предполагала, что так может случиться. Вместе с Патчфайндером они поступили на службу во дворец Её Величества. Вместе они прошли тяжелый путь испытательного срока. И всё ради того, чтобы первое задание, которое Патч завалил, стало для него последним?! Ну, не-ет!
Грустно смотрел Стормвинд от дверей внутренних залов. Сине-красный хвост спасателя Её Величества уже скрылся за воротами, и те уже никогда не будут открываться, едва лишь стража приметит яркую окраску гривы — красно-синие тона, выделяющиеся на любом фоне.
Грустно смотрела Луна из окна своей комнаты. Она смогла сдружиться с Вайт Нойз, но точно знала, что та тоже уйдет вслед за Патчфайндером. Да, и, признаться, забавный, а местами и бешеный характер Патча ей нравился.
Смотрела из окна комнаты за парадной залой Принцесса Селестия. Её огорчало, что Патчфайндер воспринял её заявление так близко к сердцу. Она хотела немного его укорить, но дать понять… кое-что, о чем пока что распространяться не стоит. Но Её Величество не ожидала такой реакции, да и сам Патч понял только первую часть всего сказанного. А первая часть, стоит заметить, была сказана, чтобы стать официальной версией.
Принцесса отложила перо, закрыла глаза, и письмо, лежавшее перед ней, скрутилось в трубочку, опоясолось лентой с печатью королевского двора и исчезло во всполохе зеленого пламени. Что ж. Будем надеяться, верная ученица поймет всё с первого раза. Селестия поднялась с роскошного ковра и обратилась к дворецкому:
— Пригласите дирижершу Вайт Нойз ко мне. На аудиенцию… Ах, да. И стража Сноусторма — тоже… Только не на аудиенцию, а на чай с пирожными. Потом, через пару часов…
Надо сделать два дела сразу… Но как провернуть их так, чтобы никто ничего не заподозрил, особенно — главные действующие лица?

P.S.: кривокосое исполнение понификации меня и одного моего друга))

Я дико извиняюсь за курящих пони… но ёмаё! Должно ж быть во мне что-то плохое (я знаю, что его и так много, этого плохого)